Апофеоз

Личный квест Коула: величайший момент флирта с Соласом за все время существования Инквизиции. Потерянный момент.

***

Как бы плохо я не переживала события в Адаманте, Коул переживал их гораздо хуже. Он был сам не свой уже несколько дней, и ничто не могло его успокоить. Несколько ночей подряд он проводил в моей комнате, сидя в изголовье кровати и шепча безумные молитвы или стихи, которые заставляли меня просыпаться. — Коул, милый, пожалуйста, Коул, отдохни, — умоляла я его. Я стаскивала его с изголовья в кровать, прижимала к себе, как часто делала со своими братьями и сестрами в тем моменты, когда им снились страшные сны. Порой Коул словно становился неусидчивым щенком, извивался, и никто не мог сдержать его в объятьях, он метался между чердаком и балконом, и мы не могли его остановить. Иногда он забивался ко мне под одеяло и позволял целовать себя в лоб и гладить его светлые спутанные волосы. Я старалась думать лишь о самом хорошем, чтобы отвлечь его: лето в дельте реки Минантер, когда я научилась плавать, миллиарды веселых брызг и солнце; погоня за галлой по раскисшему от грязи берегу; я думала об охоте в лесу недалеко от Убежища вместе с Соласом; о тихом хрусте снега и мирном одиночестве; я думала о том, как присутствовала на родах старшей сестры, пока она кричала и толкала в этот мир новую жизнь. Коул спал около часа или просто лежал тихо — не знаю, что в таких случаях обычно делают духи. А потом он вспоминал Адамант или обнаруживал мое какое-то воспоминание тех событий, и подскакивал на кровати. Он выл, трясся и ходил взад-вперед, выуживая старые воспоминания, высказывал их мне в лицо, а потом умолял защитить его и злился, потому что я отказывалась применять магию крови, чтобы привязать его. Мне это было совершенно непонятно. Я проскользнула вниз по лестнице через Большой зал в ротонду, где жил и дышал Солас. Мы почти не разговаривали с ним после того случая со Стражами, Солас продолжал злиться на меня, но сейчас мне было не до наших размолвок — Коул нуждался в нем. Я осторожно села на тюфяк, который он застелил себе, боясь потревожить его. Он был поглощен чем-то в Тени, но я не знала, как найти его там, чтобы уговорить проснуться. Я тронула его за плечо: — Солас? Он даже не вздрогнул, и я легонько потрясла его за плечи. Его глаза мерцали из-под полуопущенных век. Я обхватила его лицо руками, потерла большим пальцем щеку. — Солас? Мышца на его лица дернулась, я понимала, что он борется с тем, чтобы не возвращаться из Тени сейчас. Я наклонилась к самому его уху, чтобы не перебудить всю башню, и прошептала: — Харен, пожалуйста, проснись. С Коулом творится что-то ужасное, ты очень мне нужен. Он потянулся ко мне, теплой рукой касаясь моей шеи, сонно смотря на мою развевающуюся рубашку. Когда он проснулся, его взгляд был мягким и совершенно безоружным. — Леталлин, — прошептал он. Будто и не злился на меня столько дней, будто такое обращение ко мне не было стерто, похоронено и забыто. — А где же Коул? Я не удержалась и взяла его за руку, пока мы шли в мою комнату, где Коул лихорадочно вышагивал вдоль балконных перил. Я завернулась в одеяло и свернулась калачиком на кушетке у лестницы, Солас сможет управиться и без меня. Я не могла ничего, кроме как нянчиться с Коулом как с младшим братом, но Солас мог обращаться к нему на более духовном уровне. Какое-то время они спорили на балконе, и я не осознавала, что засыпаю, пока Коул снова не закричал. — Это не унижение, если я сам прошу! — Не всегда это так, — Солас был суров и спокоен. Я моргнула несколько раз, пытаясь понять суть разговора, когда Коул материализовался рядом со мной, дергая за край моей рубашки и умоляя. — Он не хочет подчинить меня. Он маг и любит демонов, но не хочет помочь. Ты играла в магию крови с Хоук, ты поглощала магию с ее руки, но ты не хочешь мне помочь! Почему ты не хочешь помочь мне? Я еще недостаточно проснулась, чтобы совладать с происходящим. Солас повернулся ко мне, на его лице читалось недоверие. Боги. Я пыталась сфокусироваться на вопросе Коула: — Коул, зачем тебе нужно, чтобы мы тебя подчинили? — Чтобы защититься. Если меня не привяжешь ты, то может привязать кто угодно! И привяжет! Как к Стражам! И тогда… я больше буду не я. Желанное сожжено, стена, месть, сделают меня монстром. — Маг крови при желании может сделать такое с кем угодно. Что с человеком, что с демоном. — Попроси Соласа и тебя привязать. Теперь настала моя очередь недоверчиво посмотреть на Соласа. А он бессовестно задержал свой взгляд на мне на несколько секунд и потом повернулся к Коулу. — Коул, мы решим это. Я слышал об амулетах ривейнских провидцев, которыми они защищали призванных духов от враждебных магов. Нам понадобится время, чтобы найти такой. А до тех пор ты должен сохранять спокойствие. Если ты продолжишь паниковать, ничего хорошего не предвидится. Коул, казалось, с облегчением сжался в комочек: наконец-то хоть что-то успокоило его.