Правда или действие

— Правда, — говорит Миранда и с вызовом смотрит на меня. Я сжимаюсь вся внутри, но выдерживаю ее взгляд и спрашиваю: — Хорошо, тогда расскажите, что Вы чувствовали пару часов назад? Я замечаю на долю секунды ужас в ее глазах. — Пару часов назад я прекрасно проводила время, мне было очень хорошо, — Миранда медленно растягивает слова и расплывается в довольной улыбке. Она внимательно смотрит на меня и изучает мою реакцию, как хороший специалист по физиогномике. Она, безусловно, наслаждается тем, что видит и что я хочу скрыть. — Мне было очень хорошо с Джейсоном. Мы ходили в Duck and Waffle, который находится на 40 этаже башни Heron Tower. Это самая высокая «ресторанная» башня в Лондоне, там потрясающий вид на город. — Вау! — это всё что могу сказать я. — Мама, это так здорово звучит! И как там Джейсон? — спрашивает ее кто-то из девочек. Кто — я не знаю, потому что меня начинает трясти от злости и ревности. What the fuck?! Что за Джейсон?! — Прекрасно, дорогая. Он передавал вам большой привет. И просил поцеловать в обе щечки. Это, что тот самый разодетый индюк из холла? — Ты говорила ему, что мы его тоже любим? Ну это уже ни в какие ворота не лезет! Они его тоже любят! Отлично! Я непроизвольно сжимаю кулак, и, желая скорее прервать этот разговор про неизвестного мне Джейсона, тянусь к бутылке. Но не тут то было! — Энди, а ты знаешь Джейсона? — Нет, — хмуро отвечаю я, смотря на бутылку. По-моему, его все тут знают и любят, кроме меня, зачем ему ещё и мое почтение? — Он классный и красивый! Он бы тебе понравился, — улыбается Кэролайн и подмигивает сестре. Ага, я уже от него в полном восторге! — Да, точно! Надо вас познакомить. — поддерживает Кэссиди. После этой фразы нахмурилась уже Миранда и тут же, как бы невзначай, посмотрела на часы и строго сказала: — Так, кому-то уже давно пора в постель. Почему вы ещё здесь? — Ну мама! Мы же сидим играем, можно доиграть? — Нет, — последовал твёрдый ответ и Миранда встала и вышла из комнаты, бросив всем через плечо сухое пожелание спокойной ночи. Расстроенные девочки нехотя поплелись в ванную чистить зубы, а я, скрипя зубами от злости и досады, пошла в свой номер.

***

Пол ночи я конечно не спала, ворочалась и все думала о том, в какую передрягу я попала с Мирандой. Ситуация вышла из-под контроля и мне все это очень не нравилось. Мало того, что я ни с того ни с сего начала желать женщину, так судя по всему это была не просто физическая потребность, а что-то большее. Потому что я понимала, что ревную. Боже, я совсем с ума сошла! Я ревную Миранду Пристли к мальчишке! Кто же он?! Как давно у них это? И какого черта она тогда на меня накинулась с поцелуем? И что будет дальше? Вопросов была масса, а ответы лежали за гранью моего понимания.

***

На следующий день Миранда сообщила, что вечером мы улетаем в Нью-Йорк. Рейс был той же авиакомпанией Бритш Эйрвэйз и места по-прежнему были в бизнес классе. С одним только отличием, на этот раз я сидела рядом с Кэролайн. Стоило нам зайти в салон, как Миранда села с левой стороны у окна и сказала: «Кэссиди, ты садишься со мной». «Мама, но…» «Детка, я прошу тебя сесть на это место». Кэссиди не поняла что тут происходит и почему её вдруг разлучили с сестрой, но послушно села рядом, не задавая лишних вопросов. Я понимала, что Миранда выбрала своей соседкой именно эту из дочек, потому что она была не такой разговорчивой, как Кэролайн, которая всегда была активнее сестры, и без остановки что-то рассказывала и спрашивала у взрослых. Вот и сейчас не успели мы взлететь она начала со мной беседу. Причём не просто так ни о чём, а с очень странных вопросов: — Энди, а ты встречаешься с кем-то? У тебя есть парень? — Эээ… нет, сейчас нет. Был Алекс, но мы расстались.И теперь я полностью свободна, — сказала я, а про себя подумала: «Ага, не считая того, что я полностью принадлежу твоей маме, как личная собачонка, которая теперь ещё и бегает за её юбкой, как сексуально озабоченная». — Значит ты можешь с кем-то встречаться, теоретически… — задумчиво проговорила Кэролайн, а я напрягалась от этих слов так сильно, что непроизвольно вцепилась в подлокотник. — Дорогая, я не понимаю к чему ты клонишь? Конечно, я могу, это нормально, если у меня нет не перед кем обязательств. И тут Кэролайн посмотрела на меня задорно и произносит тихим заговорщическим шепотом: — Это очень хорошо. Значит я познакомлю тебя с братом! Он нереальный! Ты будешь от него в восторге. Вы с ним влюбитесь без ума в друг друга и обязательно поженитесь. И мы с тобой будем одной семьей! Я открыла рот и попыталась сказать хоть что-то, но у меня это не вышло. Челюсть открывалась и закрывалась, но из моей гортани не вырвалось ни звука. А Кэролайн продолжала: — Блин, как жаль, что мы улетели так быстро из Лондона. Мы с Кэсс вчера ночью как раз придумали как вас свести. И тут такой облом! — Он… он живет в Лондоне? — Да, конечно! Это Джейсон. Мы же вчера о нем говорили, ты что не поняла? Я помотала головой и кинула быстрый взгляд на Миранду, которая сидела с закрытыми глазами и о чём-то сосредоточенно думала. — Джейсон? Кхм, — я поперхнулась и сглотнула слюну. — Стой! Он ваш кто? Брат? — Энди! Алло? Ты знаешь, что значит слово брат? Вот Кэссиди моя сестра, а он тоже самое, но мальчик. — То есть он сын вашей мамы? — опять глупо спросила я, не веря своим ушам. Удивлению моему не было предела, потому что за год работы на Миранду я и знать не знала, что у неё оказывается чудесным образом на одного ребёнка больше. — Ну да, хотя он нам сводный. Его мама усыновила, когда ещё не была замужем за папой, а жила в Лондоне с тетей Кэтрин. — Вот как?! Я нахожусь в полном замешательстве пока Кэролайн продолжает мне что-то увлечённо рассказывать про то, как они с Джейсоном планируют поехать на День независимости в Диснейленд и про то, как он обещал прокатить их с Кэссиди на всех из возможных аттракционах, у меня же в голове стучит одно: «когда мама жила в Лондоне с тетей Кэтрин». Кто такая эта тётя Кэтрин? Почему Миранда с ней жила? Они что… вместе усыновили ребёнка? Ну Миранда, ну темная лошадка! Вот это у неё шкаф со скелетами! И все выпали на меня разом. Кэролайн все говорила и говорила, а я не знала как прекратить этот безудержный поток речи. В какой-то момент я уже была готова кричать, только бы она замолчала. Мне так нужно было посидеть в тишине и подумать о всей той шокирующей информации, что на меня так неожиданно свалилась. Вскоре небеса сжалились и меня спасла стюардесса, которая принесла ужин, и рот Кэролайн стал, к моему великому счастью, занят едой, а потом она чудесным образом переключилась на просмотр фильма и забыла про свои грандиозные планы на мою дальнейшую жизнь. Я же не могла есть, и, отставив поднос с блюдами, завернулась в плед и стала притворяться спящей, пока действительно не заснула под шум турбин и тихое покачивание воздушного судна.

***

Нью-Йорк нас встретил солнышком и теплом в 23 градуса. После промозглой лондонской весны, с ее переменчивой, как капризная женщина, погодой, я очутилась вдруг из зимы, в лете. Я только сошла с трапа самолёта и щурилась от яркого солнца, улыбаясь ему, когда кто-то позади меня догнал и раздалось тихое шипение Миранды: — Андреа, сейчас Вы едете с нами к нам домой. И это не обсуждается. — Хорошо, — пожимаю я плечами и соглашаюсь. Я помню, я на поводке. Куда хозяйка скажет, туда я и побегу. Только надо ей быть осторожнее, у меня тоже есть острые зубы и я планирую их скоро оскалить. Все поменялось Миранда, поверь.