Проданная замуж

Устойчивый запах лекарств витал по всему помещению, Шинобу распахнула окно, но это мало спасало ситуацию. Впрочем, она уже давно пропиталась этим ароматом. Девушка старательно заменяла перевязку пациенту, конечно, во время процедуры, оба чувствовали неловкость. Однако, никто не издал и звука. - Кхм, спасибо, Кочо. - Сказал он, когда с бинтами было покончено. - Обращайтесь, Томиока-сан. Шинобу избегала взгляда столпа воды, за все это время даже не увидев выражения его лица. Она торопиливо стала собирать бинты, закрывать лекарства... "Что ты медлишь, бестолковая", шептал внутренний голос, больно напоминавший тон Канаэ. "Ты сама к нему зашла, а могла бы отправить кого-нибудь из медсестер", снова звучал осуждающий голос сестрицы. От подобных мыслей девушка старалась избавиться, но воображаемый голос застыл в разуме. Шинобу не удержалась, подняла свой взгляд. И заметила, он беспрестанно смотрел на нее, в этом взгляде нет и капли привычного холода. Даже его выражение лица изменилось, а может ей так кажется из-за дурного запаха лекарств? Нет, она не ошибается, мужчина может ТАК смотреть на женщину только в одном случае... "Но его влюбленность давно прошла", напомнила вымышленная Канаэ. "Шинобу, ты сейчас же должна покинуть палату, иначе подвергнешь наш клан позору". Кочо уже игнорировала внутренний голос, Гию приблизил свое лицо, он чувствовал как легкое дыхание девушки щекотало его кожу. - Я скучала... - Да, я знаю. - Томиока сказал это так тихо, что она скорее прочитала по губам чем услышала. Внутри девушки словно все перевернулось, нахлынуло сладкое желание внизу живота. - Гию, на самом деле я... - Начала говорить Кочо, однако звук распахнувший двери прервал ее голос. Не сказанные слова растворились в воздухе. Они обернулись на источник шума, возле порога скрестив руки у груди, стояла хмурая Канаэ. Секундное молчание. Старшая сестра недоумевающе смотрела на данную ситуацию, ей пришлось моментально справиться с замешательством. - Шинобу, к нам поступил новый пациент. - Она сказала это так просто, полностью игнорируя нынешние положение сестры. Шинобу растерялась, смущенно встав с кровати больного, она покинула помещение вместе с Канаэ. Однако стоило сестрам оказаться в коридоре, Канаэ тут же бесстыдно потянула фиолетоволосую за локоть, до боли сжав ее руку. - Несносная девчонка, ты понимаешь что творишь? - Прошипела старшая Кочо, которая была явно возмущена поведением сестренки. Младшая грубо дернула руку, освобождаясь от хватки. - Черт возьми, это был в первый раз! - Шинобу... - Без злости протянула Канаэ. - Ты играешь с огнем... Тебя уже отдали клану Ренгоку, все твои выходки могут обернуться против тебя же. - Но я люблю его. - На одном дыхание выговорила Кочо, рискованно посмотрев на сестру, та от подобного заявления стала мрачнее тучи. - Нет, не любишь. - Но Канаэ... - Замолчи, Шинобу! А если кто-то услышит? Какой же стыд, какой позор. Клан Ренгоку принял тебя в семью, а ты неблагодарно ведешь себя. - После слов сестры, бабочка поняла, искать поддержку в лице Канаэ бесполезно. Она как и родители будет считать что любовь, слишком дорогая роскошь для Шинобу. К сожалению, сестра права, статус клана должен быть важнее чувств. Канаэ возможно бывает строга, это происходит из-за сестринской опеки, забота, похожая на материнские чувства. - Я переживаю за тебя... - Слабым голосом выдохнула старшая Кочо, когда гнев стал постепенно покидать ее. - Я переживаю, ты ведь так молода и будешь следовать за иллюзией. Вот в чем их главное отличие, Канаэ предпочитала безопасность, ставила себе выдуманные границы. Она редко выходила за пределы своих рамок, стараясь быть ближе к зоне комфорта, Шинобу всюду следовавшая за сестрой, копировала ее натуру. Однако, мысли младшей Кочо шли порознь, она была против замужества без любви. Ее душа пылала от несправедливости таких старых традиций. Какого дьявола родители решают судьбы своих детей!? Как жаль что сестра никогда не поймет ее, такие разные мысли, между ними такая тихая и холодная война. - С этого дня тебе запрещено приходить в поместье бабочек. - Что? Ты не можешь, а как же пациенты? - Возмущенно запротестовала Шинобу, бездонные глаза злостно смотрели на старшую сестру. Канаэ холодно отвернулась спиной, она быстро сменила тембр голоса на более отстраненный, не терпящий возражений. Фиолетоволосой хорошо был знаком этот голос, означавший что решение уже принято. - Поместье бабочек, единственное место где вы можете встретиться, пойми меня правильно, Шинобу, я делаю это ради тебя. - Поэтому ты против моего появления здесь? - Да... - Старшая Кочо продолжала стоять спиной, на секунду чуть повернув голову. - Я против твоего присутствия, если еще раз увижу тебя со столпом воды. Один шаг в его сторону, и ты можешь забыть о поместье. Даю тебе последний шанс, Шинобу, надеюсь ты сделаешь верный выбор.

***

Девушка изготавливала лекарство из сухих трав, запах разнесся по комнате, пропитав даже деревянную мебель. Топот женских ножек был слышен за несколько метров, Кочо давно запомнила шаги каждой медсестры, и сейчас она точно знала кто заглянет в помещение. - Госпожа Кочо... - Неуверенный голос Аой, обычно такой шумной девчонки. - Я хотела уточнить, господину Томиоке стоит принимать препараты? И как часто нужно делать повязки? - Господин Томиока... - Со вздохом повторила Шинобу. - Перевязку ему меняй два раза в день, утром и вечером. А лекарства те же, ничего не поменялось. Девушка смущенно выслушивала указания, все-же влюбленность Аой к Гию была слишком заметной. Голубоглазая иногда общалась со столпом воды, он всегда был скуп на слова, отвечал сухо и без охоты. Аой любила те короткие моменты когда они сидели на одинокой лавочке, легкий ветерок соприкасался с лицом, заставляя кожу покрыться мелкими мурашками. В такие дни он был чуть разговорчив, угощал девчонку данго, и мог даже слегка приподнять уголки губ. - Пожалуйста, будь аккуратней. - Не беспокойтесь, я ведь давно занимаюсь лечением. - Улыбнулась брюнетка и быстро вышла из комнаты с запахом лекарств. Сердце юной девушки нежно трепещало, кто бы мог подумать, такая вспыльчивая натура с легкостью изменилась. Каждый шаг по коридору приближал ее к столпу воды, она снова сделает ему перевязку, главное держать себя в руках, отбросить застенчивость. Черт, щеки горели от смущения, Аой чувствовала как неловкость покрывает лицо. Рука неуверенно постучала по деревянной двери, при этом звук раздался громким. Она зашла, в руках бинты и лекарства, а он лишь мимолетно мазнул взглядом. - Эм... Господин Томиока, я пришла сделать перевязку... - Она заметила как голос стал робким и тихим, только за это Аой была готова провалиться сквозь землю. Однако, Гию проигнорировал ее оплошность, попросту не обратил внимания. Так же как и проигнорировал ее красивые заколки, она так бережно их хранила, носила только по большим праздникам. Ей было довольно обидно, она так старалась прежде чем зайти в палату, даже губы подкрасила, только немножко что-бы они были слегка алыми. Во время процедуры у Аой дрожали руки, мысли путались и она неправильно бинтовала, приходилось переделывать. - Все в порядке? - Ах! Д-да, простите... - Наверное он догадался, конечно, любой догадается если постоянно смущаться. Она закончила с перевязками, это были самые долгие десять минут в ее жизни, стыд и неловкость смешались, оставляя девушке паршивое чувство. - Господин Томиока, на самом деле я давно хочу с вами поговорить. - На одном дыхание выговорила девушка, отведя взгляд в сторону. Она легким движением положила руку на плечо парня, от подобного жеста Гию чуть дернул плечом, это ее немного расстроило но отступать было поздно. - Я... Я хотела прийти к вам ночью... - С трудом выговорила темноволосая, чувствуя как щеки пылают огнем. Она несмело провела пальцем по его холодным губам, даже приблизила свое лицо, все движения выходили неумелыми, и было заметно что у нее мало опыта в отношениях. Это зашло слишком далеко, Гию перехватил тонкую женскую руку, и отодвинут от своего лица. Ему иногда приходилось отвергать любовь, некоторые принимали отказ спокойно, могли через пару дней забыть о столпе воды, они выкидывали Томиоку из мыслей словно никогда с ним не встречались. Другие девушки были... Как Аой, слишком сложными, такие будут до последнего следовать за объектом влюбленности. По этой причине стоит отрезать пути сразу, даже если будет больно. - Не стоит, Аой. - Спокойный голос пронзил душу девчонки, она чувствовала как ломается изнутри, словно хрустальная ваза которую резко обронили на бетонный пол. - Ч-что... Но почему? Я ведь сама к вам пришла, я просто хотела... Подумала... - Ком в горле мешал говорить, она сквозь слезы разглядывала столпа воды, стараясь сохранить спокойствие. - Нет, возвращайся к себе. - Я вам совсем не нравлюсь? Я наверное уродина, да? - Дело не в этом. - Гию старался быть мягким, дабы не ранить сердце юной девушки, однако, после каждой сказанной фразы плач медсестры лишь усиливался. - Тогда почему? В чем причина? - Есть девушка укравшая мои чувства, - вздохнул он, словно объясняя ребенку обыденные вещи. - Я храню ее в своем сердце уже много лет, и никто не сможет ее вытеснить. Пойми, я отдал свое сердце и в нем нет места для другой. - Ах... - Аой сжала губы, отвернувшись от парня. Она бегло вышла из комнаты, а ее слезы непрерывно катились по белоснежной коже. Шинобу поздно закончила работу, мимолетно бросила взгляд на прозрачное окно, оттуда шел еле заметный лунный свет. Не было желания возвращаться домой, хотелось остаться в поместье бабочек. Здесь было спокойней, она могла независимо передвигаться по всей территории, отбросив свою мнительность. Да, она здесь выросла, наверное поэтому чувство комфорта Кочо может ощущать только в поместье. После замужества она никак не могла привыкнуть к новому дому, каждая деталь казалась такой чужой, словно ее привезли из другого мира. Новый дом она бы сравнила с огромной золотой клеткой, он был намного больше ее уютного поместья, но Шинобу было там душно и непривычно. Взгляды женщин калана Ренгоку были острее лезвия, а их языки опасней любого яда. Она уходила рано утром, а возвращалась ближе к ночи, только что-бы переночевать и создать иллюзию семейной жизни. - Останусь сегодня в поместье бабочек... Все равно Кеджуро ушел на задание. - Тихо вздохнула девушка, закрывая баночку с лекарством. Она уловила звук шагов, двери со скрипом открылись, и через несколько мгновений она чувствовала мужские руки на своей талии. Томиока обнял ее со спины, нагнув голову почти к самому уху фиолетоволосой. - Сегодня ты не приходила, - его голос был немного хриплым, Кочо лишь положила свою ладонь поверх его рук. - Гию, то что мы делаем это ненормально, Канаэ права, нам лучше прекратить встречи... - Он даже не думал приостанавливать их тайные свидания, проигнорировав слова Шинобу, парень начал бережно покрывать шею девушки ласкательными поцелуями. Кочо мысленно для себя решила, эту ночь они проведут вдвоем. Было ли грехом, влюбляться не в того человека? Возможно. За любой грех, как известно следует нести наказание, и наступает оно очень неожиданно. Аой пришла за лекарствами, тихо приоткрыла деревянную дверь в комнату из которой шел запах лечебных трав. Оголенные образы было сложно разглядеть при слабом свете луны, однако девушка в тот же миг узнала своего возлюбленного. Голубоглазая видела его со спины, в довольно неприличной позе, а в голове совершенно ничего не укладывалось, она не сразу поняла что к чему. Тут же ей стало неловко, оттого что поздно сумела разобрать очевидную картину. Последовавшие женские стоны были последней каплей, девушка быстро помчалась прочь, она желала быть подальше от бесстыдного места. Это все так вульгарно, куда же делась их совесть. Аой поначу была разгневанна, злость наполнило душу темноволосой девчушки, она словно на ладони ощущала чужое предательство. Ее изнутри уничтожили два самых близких человека, люди которыми она больше всего дорожила попросту сломали ее и выкинули, будто ее чувства игрушка. Никто о ней даже не задумывался, а ведь у голубоглазой есть своя душа тоже. - Эгоисты... Бессовестные... - Заплакала девчонка и легла на свою кровать, а мысли четко рисовали недавнюю картину. Разве она может такое простить? А клан Ренгоку, смогут ли простить измену они?

***

Дождливый день. Шинобу бросила взгляд на кристальное окно, ставшее мокрым от беспрерывного ливня. Она лежала спиной повернувшись к Ренгоку, молча наблюдая за прозрачными каплями, которые можно с трудом разглядеть. Он легким движением оголил женское плечо, освобождая от тонкой ткани. Кочо чуть нахмурила брови, к счастью, Кеджуро не видел ее лица, и ели ощутимо соприкоснулся губами с бледной кожей. Она устала от него, сделала попытку встать с кровати, но Ренгоку потянул девушку назад. - Ты куда-то собралась? - В поместье бабочек, медсестры без меня не справятся. - Вздохнула темноглазая поправляя невесомое кимоно. Недавно у них состоялся серьезный разговор, после которого Шинобу стала чувствовать некую вражду к Кеджуро. В тот день она заперла спальню, никто не должен слышать их диалог, и она прекрасно знала на что идет. - Я думаю вернуться в семью Кочо. - Она сказала это уверенно, глядя в глаза мужу. Заявление не особо его удивило, он изначально не чувствовал от нее ни любви, ни нежности. Но и отпускать ее никто не собирался, свои чувства Кеджуро считал важнее нежели желания капризной девушки. Кочо была первой кто заставил его сердце гореть изнутри, даже если она была холодна как лед. Даже если ее влюбленность лишь притворство и лицемерие, ему плевать, она хорошая актриса. - Это серьезное решение... - Протянул он накручивая фиолетовый локон на палец. - Сомневаюсь что твоя семья обратно примет тебя. - Как бы там ни было, я хочу вернуться в клан Кочо. - Это невозможно, твоя семья уже отдала тебя клану Ренгоку. Твой дом здесь. - В тот момент она пыталась его уговорить, не подозревая что столп огня давно принял решение. Сейчас, лежа в кровати и разглядывая капли дождя, воображении повторно проскальзывал тот диалог. Шинобу лезла из кожи, в надежде что муж даст ей уйти из клана но... Девушка никак не могла понять причину по которой он женился, должно быть что-то корыстное, тольно ЧТО это. Если бы она знала мотив, возможно оба пришли бы к сделке, по крайней мере, так думала Кочо. - Моя тетя волнуется, нам уже пора обзавестись ребенком. - Кеджуро притянул к себе жену, та невольно дернулась, ей было трудно сохранять спокойствие. Она знала что пока пьет лекарственную траву, забеременеть никак не удастся. - У нас будет ребенок, когда наступит время. - Без волнения выдала девушка, хотя была уверенна, трава Джанко не даст ей стать матерью. Она родила бы ребенка от Гию, но никогда от Ренгоку. И только лечебная трава спасает ее, это лекарство делает тонкую преграду, буквально ставит защиту для Кочо. - Тебе стоит провериться у лекаря. - Уже более серьезно сказал столп огня, девушка досадливо согласилась. - Хорошо. Я проверюсь у лекаря. - Она убрала его руки, и встала с кровати. - Сегодня останусь ночевать в поместье бабочек. - Меняя одежду сообщила девушка, надевая длинное повседневное кимоно. - Без тебя поместье развалится? - Я там нужна. - Она ответила кротко, Кеджуро краем глаза посмотрел на Кочо, и не верил ни единому ее слову. Ложь чувствовалась в каждой фразе Шинобу, в каждом ее взгляде, в любом действие, и он знал это. Темноглазая уловила его взор, на секунду показавшись ей неприязненным. - Ты против? - Нет, с чего бы это, - добродушно улыбнулся муж. - Если тебе так важно лечить больных, оставайся сегодня в поместье. - Голос был довольно бодрым, таким и привыкли видеть столпа огня, публика знала только харизматичного Кеджуро. Шинобу давно привыкла к его перепадам настроения, иногда он был излишне груб, а иногда нежным и притягательным. Ренгоку накинул свою одежду, после чего резко захлопнул шкаф и послышался громкий шум. Что-то упало, по звуку небольшое и деревянное, молодожены быстро переглянулись. Руки девушки затряслись, она сохраняла натянутую улыбку, только ее тревожность была заметна. - Что это? - Его вопрос звучал сухо, в руках была маленькая шкатулка, открыв ее оттуда показались зеленые травы. - Шинобу, ты знаешь что это? - Мой любимый чай... - Это трава Джанго, поэтому у нас нет ребенка. Прекращай ее пить. - Какой ужас, - притворно ахнула девушка. - Я ничего не знала. - Теперь знаешь. - Бесцеремонно прошипел Кеджуро, он вышел из комнаты забрав шкатулку с собой. Наверняка она знала, конечно знала, потому и прятала эту отраву в шкафу. Не хотела от него ребенка, эта мысль остро разозлила столпа огня. Она рано пришла в поместье бабочек, с порога быстрым шагом завернув в свою комнату, так Шинобу именовала помещение от которого вечно пахло лекарствами. Девушка была раздраженна, она сталась отбросить из мыслей недавнюю сцену с Кеджуро, однако мозг устойчиво напоминал ее оплошность. Кочо нервно сжимала в руках лекарство, другой что-то черкая на бумаге. За дверью были слышны шаги медсестер, ее ранее никогда не беспокоили их хождения, однако сегодня топот чужих ног доводил до бешенства. В комнату забежала Аой, девчонка в последнее время редко приходила к ней, стала тихой как мышь. - Госпожа Кочо, - деловито начала голубоглазая. - Господин Томиока вернулся с задания, мне кажется ему стоит оказать помощь. - Если там ничего серьезного, сама осмотри его. - Шинобу не отрывала взгляда от бумаги с чернилами, полностью углубившись в работу. Тут же Аой невоспитанно фыркнула, хмуро бросив взгляд на фиолетоволосую. - Думаю, он примет только вашу помощь. - Что? - Господин Томиока лечиться исключительно у вас, должно быть ваши методы ему больше нравятся. - Оборвала девчонка прежде чем покинуть помещение, обычно она с уважением относилась к семье Кочо, любопытно, какая же муха укусила брюнетку. Проводив взглядом Аой, которая была явно не в духе, девушка некоторое время поглазела на целебные травы. Тонкими пальцами она потянулась к высохшему растению, задумчиво покрутив тонкую желтоватую веточку. Стоит ли идти к нему прямо сейчас? Да, хотя-бы проверить его. Однако стоило Шинобу подойти к порогу, дверь в комнату тут же распахнулась, Гию схватил за плечи темноглазую и заставил отступить назад. Миновавши порог, он тут же закрыл за собой дверь, и молча потянул Кочо за локоть. С виду Томиока был спокоен, но девушка чувствовала неведомую тревогу , она поняла, наступили серьезные перемены. Его холодное лицо переменилось, это никто не мог заметить... Никто, кроме нее. - Тебя что-то тревожит? - Робко поинтересовалась Кочо. Гию пылко сжал ее хрупкие руки в своих ладонях, воодушевленно запечатав на них жадные поцелуи. - Мы уедем. - Твердо заявил Томиока, заглядывая в глубокие темные глаза. В ответ она удивленно чуть раскрыла рот, недоуменно приподняв брови. - Что? Это... Это как? - Девушка была озадачена, даже если она захочет, маловероятно что Кочо отпустят. На его лице появилась еле заметная улыбка, сейчас он свободно выражал эмоции, потому-что она единственная с кем столп воды был полностью откровенен. - Я все продумал. Тебе не нужен ни развод, ни разрешение клана, мы просто покинем это место. - Ты предлагаешь бежать? Но куда, Гию, как мы будем жить? - Всякое лучше чем продолжать тайные встречи, продолжая скрываться будто демоны при свете дня. - Парень сильнее сжал бледные женские ладони. - Я договорился с Танджиро Камадо, он прикроет нас. Завтра же сядем в поезд, уедем в одну деревню. Теперь все будет так, как ты захочешь. Увлеченная диалогом Шинобу упустила топот женских ножек, тихие шаги приближались к лечебной комнате. Девчонка прижалась к стене, сглотнув от волнения, и сжимая потные хрупкие пальцы. Ее любопытство зашло слишком далеко, оттого голубоглазая боялась быть пойманной. - А вдруг нас выследят? - Раздался тихий женский голос. - Шинобу, доверься мне. Танджиро надежный человек, он в состоянии отвлечь Ренгоку и клан Кочо. Завтра нас уже здесь не будет, нам осталось выдержать одну ночь. "Одна ночь..." Мысленно повторила Аой, значит Томиока запланировал побег. Он уедет и никогда не вернется, всему виной Кочо, из-за бабочки он лишиться звания столпа. - Я сказала Кеджуро что остаюсь ночевать здесь, в поместье. - Нам это на руку, с рассветом мы сможем покинуть город. - Голос стал более нежным и приятным. - Не волнуйся, мы сможем начать новую жизнь. Мы уедем туда, где никто не знает даже нашего имени. Слова становились тише, дальнейший диалог девушка разобрать не могла. Ее сердце кольнуло, дрожь пробежала по телу, эти бессовестные снова будут вместе. Почему они так несправедливы? Они оба поливают всех ядом, если кто-то узнает о свази Кочо со столпом воды... Они сгорят в своей лжи, греховные чувства уничтожат их обоих. Ярость - плохой советчик, он затуманивает даже трезвые умы. - Вы должны понести наказание, за ту боль что я испытала... Мои разбитые чувства... Голубоглазая была зла, и очень рассержена. Она с громким шумом покинула до ужаса греховное место. Ей нужно отдохнуть, девушка вышла во двор и вдохнула свежий запах весенней травы. Иногда целебные растения расслабляли, но сейчас даже лечебный запах был бессилен. Какое-то время она попросту вертела головой, наблюдая за птицами и колыхающимися цветами. Уже следовало возвращаться к пациентам, однако ее взгляд привлек парень с огненными волосами. Столп огня редко приходил в поместье, бывало несколько раз заглядывал к Кочо, однако на этом все. Ренгоку все еще злился на инцидент произошедший утром, эта женщина была готова травить организм что-бы не рожать ребенка от него. Но снаружи Кеджуро казался оптимистичным, он подошел к Аой и широко улыбнулся. Голубоглазая почувствовала некую харизму исходящую от парня, потому невольно улыбнулась в ответ. - Шинобу с пациентами? - Скорее утверждал чем спрашивал. - В последнее время, госпожа Кочо занята лишь одним человеком... Каждую ночь ее посещает господин Томиока. - Девушка ответила легко, с кристально искренним взглядом. Да, она делает все правильно, так должно быть. - Как раз сейчас они в лечебной комнате, могу сообщить о вашем приходе. - Не стоит, я сам посещу госпожу Кочо. - Уже более серьезно выдал столп огня, развернувшись в сторону поместья. Господин Томиока? Ренгоку подозревал влюбленность жены к другому, но не думал что Шинобу опуститься до супружеской неверности. Эта женщина давно забыла где ее место, забыла кто поднял и укрепил ее бесполезный клан. Кеджуро прошелся по коридорам, с шумом распахнув дверь, ведущую в комнату от которой вечно пахло лекарствами. Шинобу одиноко сидела в излюбленной позе, чернилами рисуя иероглифы, означающие названия лекарств. - Кеджуро? - Удивилась девушка, тот ступал по деревянному полу, и схватив девушку за плечи, слегка надавил рукой. Она чувствовала как напряглись его мышцы, нужно быть с ним более сдержанной. - И где этот Гию? - Кочо оставила вопрос без ответа, значит Ренгоку докопался до ее личной жизни. Неважно откуда он узнал, в любом случае, завтра она исчезнет отсюда. Молчание лишь сильнее нервировало столпа огня, он до боли сжал хрупкие плечи, и на какой-то момент Шинобу заподозрила что ее кость попросту сломается. - Я не понимаю твои слова. - хладнокровно отрезала Кочо, заглядывая в огненные глаза затуманенные ревностью. Она лучше умрет чем раскается перед ним, ее клан никогда не будет опозорен. Кеджуро нагнулся к самому уху девушки, нежное тело бессознательно дернулось. - Что же ты задумала, бабочка? - Ты бредишь. - Думаешь сбежать? Я угадал? - Она смотрела куда-то вниз, разглядывая травы на столе. Смысла что-либо отвергать или подтверждать нет, в любом случае муж будет поступать так, как посчитает необходимым. - У тебя ничего не получится. Я слишком много заплатил за тебя, мне пришлось осыпать твой клан деньгами прежде чем жениться. - Ты совершил ошибку заключая сделку с кланом. Стоило спрашивать моего согласия, вместо разрешения моих родителей. - Холодно выговорила Шинобу, фразы которые должны были оставаться глубоко в душе, поддались наружу. - И что бы ты ответила? - Он знает каким было бы решение, так зачем ее мучать, насильно заставлять выплескивать слова, которые Кочо с трудом удерживала в себе. Ее лицо стало мрачным, искусственная улыбка наконец-то отпала. Такая Шинобу нравилась ему намного больше, без никчемно наигранных эмоций... Больше не похожа на бессердечную куклу, да, она выглядела живой, настоящей. Ренгоку сел на корточки, проведя рукой по ее колену. - Я не могу понять, чего тебе не хватает? - Появилось желание ему ответить, безжалостно отрубить ледяную фразу. Но девушка прикусила губу. Ей необходимо пережить одну ночь, завтра все будет по-другому. Она будет далеко от Кеджуро, от своего клана, от глупых традиций родителей. Кочо почувствует свободу, без невидимых цепей под названием - "долг". "Честь". "Ответственность". Аой подолгу сидела на скамейке, она наблюдала как столп пламени покинул лечебную комнату. От него перестал исходить оптимизм, но и злости особой нет. Девушка подошла к Ренгоку, он был обязан расправиться с женой, дабы сохранить честь своего клана. - Вы поговорили с госпожой Кочо? - Она шла рядом с ним, наблюдая как меняется выражение лица. - Поговорил, - кивнул он, краем глаза мазнув по девушке. Казалось голубоглазая знала намного больше чем рассказывала. Она раскрыла рот, и с любопытством заговорила. - И что вы решили? - А затем словно опомнившись, извинилась. - Ничего что я спрашиваю? - Вышло недоразумение, - вздохнул он. Все же посвящать в подробности своей личной жизни, он не намерен. - Ты все напутала. - Ничего я не напутала! Я своими глазами видела как они... - Девчонка запнулась. - Она вам тоже мозги пудрит. - Тебе показалось. - Отрезал Кеджуро, мысленно отметив что брюнетка, крайне наглая особа. Он уже понял, отчего Кочо временами ночует в поместье бабочек, но выслушивать это от малознакомой девчонки, выше его сил. - Поверьте мне! - Сдерживая слезы прокричала Аой. Неужели он не видит, что творит бесстыдная женщина, она покрывает его клан темным пятном. - Она хочет сбежать, я все слышала! - После ее признания Ренгоку остановил ходьбу, повернувшись к девчонке, она была уже на грани, слезы наполнили чистые голубые глаза. - Ты услышала что-то еще? - Да, - оживилась голубоглазая. - Гию сказал, что договорился с одним парнем, его зовут Танджиро Камадо. Он должен будет их прикрыть, они планировали уехать завтра утром. - Танджиро значит... Не ожидал от него такой измены.

***

Кочо бежала не разбирая дороги, заколка в форме бабочки упала на землю, и тут же была растопчина случайными прохожими. Украшение валялось на грязной луже, место слишком людное из-за чего оно быстро сломалось. А Шинобу бежала, сжимая в руках небольшую сумку. Куда же делся Томиока, им пришлось разделиться несколько минут назад, и она никак не могла найти Гию в этой толпе. Где-то слышались громкие голоса, топот коней, они бегло бежали вперед ища девушку клана Кочо. Они ведь все продумали, почему же Ренгоку их нашел. Топот коней ее пугал, она сворачивала в незнакомые улицы, и все-равно слышала звонкий свист одного из стражников, а далее звон лошадей, как они отбивались копытами от земли. Силы стали покидать девушку, она прижалась к холодной стене одного из домов. Здесь были узкие улочки, эти огромные стены давили на нее. Кони здесь вряд-ли смогут пройти, однако, один из стражников заметил тонкую женскую фигуру. Обанай Игуро лихо спрыгнул с лошади, и скрытно, подобно змею шел по узкой улице. Из последних сил Шинобу рванула вперед, ноги ее подвели а дыхание стало затруднительным. Игуро же был довольно свеж в отличие от девушки, парень за короткое время сумел догнать беглянку, схватив ее за локоть. - Вы добегались, госпожа Кочо. - С намеком на угрозу сказал стражник. - Не вынуждайте меня применять силу, вы должны сейчас же отправиться со мной.