Я вернусь завтра

*** Несколько недель спустя. — Чимин? — с порога крикнул Юнги, едва услышав открывающуюся дверь. — Взяли? — Да, — донеслось в ответ, и уже через минуту парни столкнулись в коридоре. — Взяли! Они просто без ума от меня! Юн обхватил Чимина за шею и, притянув к себе, впился в улыбающиеся губы поцелуем, увлекая за собой в комнату. У них осталось так мало времени. Сегодня Чимин был на кастинге в танцевальную труппу, которая через неделю стартует в турне по стране и по счастливой случайности осталась без одного из солистов. Чимин же совершенно покорил постановщика своим танцем. Решение было принято мгновенно. С завтрашнего дня начинаются изнурительные репетиции, после которых у парня не будет оставаться ни сил, ни времени ни на что. Но у них есть еще несколько часов… — Я даже не сомневался, что ты покоришь их, — шепчет Юнги, зарываясь носом в белые волосы и вдыхая крепкий аромат наслаждения, исходящий от любимого. — Им просто повезло, что ты забрел в эту богадельню. Чимин хмыкает будто бы безразлично, а в душе его разливается тягучая сладость от таких слов. Юн приподнимается на локте и заглядывает в улыбающееся лицо. — Достоин ли я увидеть то, что ты показал им? — с ноткой зависти интересуется он. — Здесь? — парень даже не пытается скрыть своего удивления, вызвав у Юна саркастическое фырканье. — Понимаю, что до Ла Скала моей норе еще далеко, но еще несколько минут назад тебя это не смущало, когда ты выплясывал на мне нижний брейк. От этих слов Чимин звонко рассмеялся, подзадориваемый щекотавшим его Юнги. Но уже в следующее мгновение пространство небольшой комнатки наполнилось иными звуками — страсти и наслаждения. Два тела исполняли невероятный в своей красоте танец, которому позавидовал бы самый искусный балетмейстер. *** Тэхен метался по квартире, словно запертый в клетку тигр. Уже несколько недель он не находил себе места. Зачем только позволил ему тогда уйти? Как он мог просто так отпустить его? На какое-то время Тэхену хватило ощущений, испытанных в ту ночь. Но со временем воспоминания начали тускнеть, а жажда становилась все сильнее. Если бы только он был здесь. Позволял любоваться собой, хоть иногда касаться своей гладкой, словно фарфоровой кожи, вдыхать свой аромат. Мужчина проклинал себя за то, что причинил ему тогда такую боль. Если бы только он знал, как жажда вновь почувствовать Чимина рядом будет пожирать его, ни за что не причинил бы ему вред. Позволял бы заковывать себя в наручники, только бы сдерживать собственных демонов. Научился бы подавлять желание причинять боль, жажду страха, необходимость властвования полного и безоговорочного. И учился уже сейчас. После Чимина в его постели не было никого. И никому он не причинил боль. Тэхен надеялся. Надеялся, что рано или поздно найдет Чимина. Но после той страшной ночи парень словно провалился сквозь землю. Он больше не появлялся в клубе. Как и второй парень, который, по словам босса, был единственным другом Чимина. Часто Тэхен просто бродил по улицам, вглядываясь в лица прохожих, силясь отыскать в ком-то из них знакомые черты, которые постепенно стирались из памяти. Ничего. Он обязательно найдет. И тогда будет на коленях вымаливать прощение за причиненную боль. Тэхен не понимал, что с ним произошло. Но эта жажда присутствия Чимина в его жизни была сильнее всех других желаний. Он был готов умереть всего лишь за одну ночь с ним. Не такую, как у них была. А за ту, которая у них могла бы быть. Тэхен помнил, как Чимин плавился под его ладонями, с какой готовностью принимал ласки. И эти воспоминания приносили большее наслаждение, нежели страх в темных испуганных глазах. Почему он не остановился? Ведь уже тогда, после первого удара, что-то внутри Тэхена насторожило его, назойливая мысль, что надо остановиться, немедленно, прямо сейчас, в это мгновение, заползла шипящей змеей и свернулась клубком в груди. Но он отогнал ее. И продолжил кормить иных демонов. Когда спустя несколько дней состояние экстаза отступило, и мужчина начал вызывать не просто воспоминания, а свои ощущения, испытанные тогда, он постепенно осознал, что наслаждался страхом Чимина скорее по инерции, по привычке. Гораздо приятнее было видеть наслаждение в его глазах, вызывать в нем желание. Тэхен сходил с ума. Он практически ничего не ел, часами бесцельно бродил по улицам. Полностью отошел от дел, доверив управление компанией наемным сотрудникам. И ему было совершенно плевать, даже если бы он лишился этой компании. Ничто не волновало его, кроме желания найти Чимина. И он нашел его. Сегодня. Случайно увидел выходящим из здания на окраине города. Едва сдержался, чтобы не подойти. Проследил до дома, но не ушел. Остался ждать там. Несколько часов прошло, прежде чем снова увидел его. На идеальных губах играла мечтательная улыбка, а глаза искрились от счастья. Тэхен сжал до боли кулаки и стиснул зубы от подступившей обиды. Столько времени он искал. Для чего? Чтобы увидеть, как Чимин счастлив? Без него? С трудом осадил заполнившую его злость. А чего еще он ожидал? Что Чимин будет бережно хранить воспоминания о страшном монстре? Конечно же он постарался забыть его как можно скорее. И у него получилось. Гнев сменился завистью. Завистью к кому-то невидимому, но незримо присутствующему в жизни Чимина. Мужчина следовал за парнем, пока тот шел несколько кварталов, сунув руки в карманы и улыбаясь своим мыслям. Для Тэхена весь мир сосредоточился в одном единственном человеке. И только он имел значение. — Эй, — внезапно крик Чимина долетел до сознания Тэхена, и он замер, всматриваясь в темноту. — Я предупреждал тебя! Парень подлетел к двум подросткам, в одном из которых мужчина узнал Джина. — Я говорил, чтобы ты держался от Гука подальше! — Чимин сгреб футболку блондина в кулаки и несколько раз встряхнул его. Потом с силой оттолкнул, и тот свалился на землю. Чим не удержался и стукнул того ногой по бедру. — Еще раз увижу тебя рядом с братом — убью! Ты понял меня? Джин испуганно закивал, отползая. — А ты давай домой! — толкнув второго подростка в спину, крикнул Чимин. — Заняться нечем? Когда парни скрылись в подъезде, Тэхен покинул свое укрытие в тени арки и подошел ко все еще сидевшему на земле Джину. Последний раз он видел подростка спустя несколько дней после той ночи. Тот просил денег, обещая взамен привести какого-то мальчишку, совершенно глупого и несмышленого. Но Тэхен отказался. Не хотел тогда смешивать воспоминания о Чимине с иными. Слишком приятны они были. Еще и пригрозил, чтобы Джин больше никогда не появлялся на пороге его квартиры. Но сейчас в одурманенном вожделением мозгу зрел план. Тэхен отчетливо услышал в разговоре слово «брат». И этот брат общается с Джином. Что ж, пацан может оказаться полезным. — Поднимайся, — проговорил мужчина, протягивая подростку руку. — Давно не виделись. — Давно, — согласился Джин. — Ты сам так хотел. Тэхен усмехнулся, глядя на ворчавшего блондина. — И где ты теперь? Нашел кого-то? — Не сомневайся. Не ты один любишь молоденьких мальчиков, — фыркнул тот, отряхивая штаны от пыли. — Да ладно, не ворчи, — Тэхен по дружески похлопал парня по плечу. — Тогда просто было сложное время. — А сейчас полегчало? — блондин не скрывал злости и обиды на бывшего босса. Прогнав его, Тэхен лишил Джина единственного на тот момент источника дохода. Все развалилось. К нему приходили пацаны, но их некуда было вести за дозой или заработком. И они уходили, чтобы никогда не возвращаться. Искали более надежный канал. И Джин остался один. Уже привыкший иметь в кармане деньги для удовлетворения своих потребностей в виде развлечений, сигарет и алкоголя. И вдруг все это закончилось. В тот вечер в баре, когда он увидел реакцию Тэхена на брата Чонгука, он почувствовал, что это начало конца. Но сделать ничего не мог. А когда спустя несколько дней Тэхен отказался от предложенного Джином Гука, и вовсе с тяжестью осознал, что его опасения подтвердились. Понятно, что Джин не сложил лапки, смирившись с таким положением вещей. Он нашел новый источник дохода — связался с владельцем порностудии, которому регулярно нужны были свежие, еще не потрепанные актеры. И как раз сейчас он упорно обрабатывал Гука, который по-прежнему мечтал о легких деньгах и быстрой наживе. Конечно, сложнее было заманить мальчишку на съемки порнофильмов. Но Джин не терял надежды сделать это. Теперь это был не столько вопрос дохода, сколько месть Чимину, лишившему его заработка. И вот сейчас Тэхен здесь. Что он делал в этом районе? У Джина напрашивался один лишь вывод — следил за Чимином. Так значит, не отпустило. И также очевидно было то, что брат Гука уж точно не из тех, кто по доброй воле вернется в логово Тэхена. В голове Джина тут же выстроилась логическая цепочка. И при удачном исходе он останется в выигрыше. Настроение поползло вверх. — Идем, посидим где-нибудь, — предложил Тэхен, проигнорировав последнюю фразу мальчишки. — Я угощаю. Джин все еще не снимал с лица маску обиды, но в голове его уже щелкали шестеренки, просчитывая следующие шаги. Тяжело вздохнув в притворной внутренней борьбе с обидой, Джин согласно кивнул. — Ну вот и славно. — Тэхен положил руку на плечи пацана, и они пошли по направлению к дороге. *** Сквозь щель в занавесках Чимин видел, как Тэхен подошел ко все еще сидевшему на земле подростку и протянул тому руку. Сначала ему и в голову не пришло, что они могут быть знакомы. Он просто судорожно сглатывал подкатывавшую к горлу слюну и сжимался от подступившего страха. Зверь выследил его! За прошедшие несколько недель Чимин — нет, не забыл, не простил, но смирился с тем, что монстр был в его жизни. Благодаря теплу и заботе Юнги искренне поверил в то, что больше Тэхен никогда не появится. Заставил себя поверить в то, что он исчез навсегда, умер. Чима трясло, он сжимал занавеску в кулаке до боли в пальцах. А когда осознал, что те двое явно знакомы, и вовсе едва удержался на краю пропасти, и не впал в истерику. Страх за брата прорвался сквозь охватившую его панику, и Чимин сорвался с места. Уже в следующее мгновение остервенело тряс Чонгука, вцепившись в его плечи, и орал: — Никогда не смей даже близко подходить к нему! Ты слышишь меня?! Даже не смотри на него, а если увидишь — переходи на другую сторону улицы! Голова брата болталась из стороны в сторону, черные густые волосы трепыхались, а на лице застыл ужас. Чимин сгреб мальчишку в охапку и прижал к себе, продолжая повторять как мантру срывающимся голосом: — Никогда… Даже не подходи. Умоляю… Чонгук ничего не понимал. Что произошло с братом? Он, конечно, никогда не любил Джина, но такого очевидного проявления неприязни Гук не припоминал. Да и настолько мощный эмоциональный взрыв не был присущ всегда мягкому и спокойному Чимину. Сейчас Гуку действительно стало страшно. Но в силу своего характера он не прислушался к собственным эмоциям, а поддался желанию противостоять брату. С ним всегда было так: что бы Чимин ему ни говорил, младший всегда делал наперекор. Знал, что поступает неправильно. Понимал, что брат прав. Но все равно делал с точностью до наоборот. Так было и сейчас. Вместо того чтобы просто согласиться, послушаться и сказать об этом старшему, Гук резко оттолкнул брата от себя, да с такой силой, что тот чуть не упал, споткнувшись о стоящий позади стул, и крикнул: — Я сам буду решать, с кем мне общаться! Чимин даже не успел подумать, как его кулак соприкоснулся с челюстью брата, и на светлой коже начало расползаться красное пятно, а из разбитой губы выступило несколько капель крови. Впервые Чимин позволил себе ударить младшего. Впервые Чонгук ощутил, что такое физическая боль. Однако и она не была так сильна, как обида от того, что брат, всегда проявлявший лишь любовь и заботу, поднял на него руку. Любой другой на его месте остановился бы и подумал: почему вдруг происходит то, чего не должно было бы быть ни при каких обстоятельствах? Откуда такое проявление агрессии со стороны Чимина? Но обида и гнев уже застили глаза Гука, и он, схватив валявшийся под ногами рюкзак и куртку, выскочил из квартиры, даже не оглянувшись, когда Чимин выкрикнул его имя. Не останавливаясь, Гук добежал до своего убежища, на ходу резкими движениями вытирая с щек предательские слезы. С каждой минутой злость и обида на брата разгорались в нем все сильнее. Решение больше никогда не возвращаться домой пришло как-то само собой и прочно укрепилось в мозгу, отодвигая на второй план все остальные мысли.