Такие разные двойники

Жарко, неописуемо жарко. Пот заливает глаза. Под ногами и на зубах хрустит песок. Короткая передышка, позволяющая пересчитать патроны: их мало, очень мало. На брезенте лежат раненые, один из них стонет. Где лидокаин? Последняя ампула. Игла входит в вену, и тут же ярдах в десяти резко бьёт автоматная очередь. Снова атака! Из дыма и пыли впереди возникают бегущие фигуры талибов, они поливают свинцом всё вокруг. Джон с криком пытается закрыть раненых своим телом, хотя бы того, кто стонал, кудрявого... Как же его зовут?.. Издалека знакомый голос зовёт Джона по имени, но ему некогда, надо успеть спасти... Откуда-то на лицо падают брызги. Кровь? Но почему холодная? — Джон! Джон, проснитесь! Джон открыл глаза, приходя в себя и тяжело дыша. В комнате было темно, только горел забавный ночник в форме пчёлки. Шерлок стоял у изножья кровати, держа в руке стакан воды. — Получилось. Я не был уверен, что сработает. На несколько секунд Джону показалось, что это тот самый Шерлок, но выражение беспокойства на его лице сразу заставило вспомнить всё, что вчера произошло. — Прошу прощения, — хрипло проговорил Джон, зажмуриваясь от стыда. Конечно, в первую же ночь нужно было этому случиться... Теперь Холмс точно пожалеет, что облагодетельствовал чужака. — Вам не за что извиняться, — серьёзно сказал тот. — У Джона Ветсона тоже бывают кошмары. Правда, он обычно не любит, когда я вмешиваюсь, но мне показалось, что вас лучше разбудить. — Спасибо. — Джон потёр лицо руками. — Вы правильно поступили. Только в следующий раз не подходите так близко, я мог принять вас за врага и покалечить. — Я тщательно рассчитал расстояние, — пояснил Холмс. — У меня был опыт. — Простите, что побеспокоил вас, — смущённо сказал Джон. — Я не спал. Размышлял. — Шерлок поставил стакан с водой на тумбочку и развернулся к двери. — Попытайтесь снова уснуть. «Маловероятно», — подумал Джон, глядя ему вслед. Хламсу никогда и в голову не приходило вырвать соседа из мучающих сновидений. А Холмс сделал это сразу... Джон тяжело вздохнул, сворачиваясь на постели. Похоже, придётся в очередной раз без сна дожидаться рассвета. Прошло несколько минут, и вдруг слуха Джона коснулась нежная скрипичная мелодия. Кто мог играть посреди ночи? Явно не миссис Хадсон. Шерлок Холмс действительно умел играть на скрипке. И сейчас из-под его смычка лилась тихая красивая колыбельная. Благодарность пополам с болью затопили душу Джона. Это жестоко со стороны вселенной — показать ему абсолютный идеал... принадлежащий другому. Причём показать совсем ненадолго... Знает ли Ветсон, какое сокровище ему досталось? Джон лежал в темноте, внимая чудесным звукам, и сам не заметил, как провалился в сон — обычный, без всяких кошмаров.

~ ~ ~

Проснулся он, как ни странно, вполне отдохнувшим. Шерлок обнаружился в гостиной: то ли давно встал, то ли вообще не ложился. — Доброе утро! — приветствовал его Джон. — Доброе. — Вы прекрасно играете. Шерлок чуть порозовел, словно слышать такое ему было непривычно. — Спасибо. Тут на его телефон пришло сообщение. Прочитав его, Холмс вскочил. — Наконец-то труп! Отлично!.. Обживайтесь пока тут, доктор Ватсон. Если понадоблюсь, пишите. С этими словами он кинулся к лестнице, а Джон беспомощно окинул взглядом комнату. Неужели теперь ему предстоит сидеть здесь в одиночестве неизвестно сколько? Отчего-то стало досадно. Хотя чего он ожидал? И тут раздался голос вернувшегося Шерлока: — Вы ведь военный врач, не так ли? Хороший врач? — Очень хороший. К чему он клонит? — Видели много смертей, много ранений? — Да уж. Насмотрелся в избытке ужасов всяких. — Хотите ещё? — О боже, да! Джон почувствовал радостную дрожь предвкушения. Он поедет на место преступления вместе с Шерлоком! Хламс ни разу не предлагал подобного. — Джон Ветсон никогда не изъявлял желания познакомиться с моей работой, — пробормотал Шерлок. Словно эхом отозвался. Небольшой участок улицы был огорожен полосатой лентой, возле неё стояло несколько ярдовцев. Джон сразу узнал Летруса — тот иногда появлялся в их гостиной. Но в этом мире он выглядел старше и более уставшим. — А, Шерлок, хорошо, что вы уже здесь. — Он скользнул по детективу взглядом и вдруг нахмурился. — Что, опять?.. — Вам бы такую наблюдательность в расследовании проявить, — отрезал Холмс и двинулся вперёд, но тут инспектор обратил внимание на Джона: — Это и есть ваш бойфренд? Лицо его приняло очень суровое выражение. Шерлок оглянулся. — Нет, Лестрейд, это не он. — Чёрта с два! Я видел его вчера по телевизору. Лестрейд в два шага преодолел расстояние до Джона и заговорил со сдержанным гневом: — Я знаю, что это не моё дело, но я не собираюсь спокойно смотреть на то, как вы избиваете своего партнёра! Я полицейский и могу сделать вашу жизнь достаточно неприятной. Шерлок Холмс бывает невыносимой занозой, но вы не имеете права поднимать на него руку, ясно? И я могу арестовать вас даже без его заявления! Так что... — Лестрейд, успокойтесь! — Шерлок влез между ними. — Займитесь своими прямыми обязанностями! Я как-нибудь сам сумею защитить себя! — Надеюсь, он меня услышал, — ответил совершенно не убеждённый инспектор. — Я вас услышал, но вы ошибаетесь, — подал голос слегка опешивший Джон. — Я никого не избивал. И я не являюсь партнёром Шерлока Холмса. «К огромному сожалению», — добавил он мысленно. Эх, если бы не слово, данное Майку, можно было бы всё рассказать Лестрейду... — Вы же понимаете, насколько неправдоподобно это звучит? — спросил инспектор. — И тем не менее вам придётся мне поверить. — Может, мы уже начнём работать? — нетерпеливо бросил Шерлок. — Где труп? Лестрейд покачал головой, но послушно кивнул за угол здания. А Джон продолжал невольно прокручивать в голове тот факт, что Джон Ветсон, оказывается, периодически набрасывается с кулаками на Шерлока! Почему тот позволяет подобное? И пусть это его личное дело, но Джон не мог остаться в стороне. Ему уже приходилось раньше сталкиваться со случаями домашнего насилия. Часто жертвы даже не осознавали, что их ситуация ненормальна, и не стремились ничего менять. Джон вспомнил ссадину на скуле Шерлока. Накануне он не слишком внимательно её рассмотрел. Значит, это тоже результат деятельности Ветсона? Если уж инспектор Скотланд-Ярда посчитал необходимым высказать свою точку зрения, то положение явно сложилось не сегодня и не вчера. — Доктор Ватсон! Взгляните! Что скажете? «Соберись, сейчас не время!» Джон поспешно подошёл ближе, чтобы осмотреть лежащее тело. — Её душили... но причиной смерти явилось не это. — Наркоманка, — заявил один из полицейских. — Посмотрите, сколько следов от уколов на животе! — Спасибо за вклад, Андерсон, — презрительно бросил Шерлок. — Каков ваш вывод, доктор Ватсон? — Она не наркоманка. Страдала от сахарного диабета, часто делала уколы инсулина. Из-за нападения испытала стресс, и уровень сахара повысился. — Согласен. — Но почему она не приняла лекарство? — недоверчиво спросил всё тот же полицейский, Андерсон. — Потому что она забыла его дома в другой сумочке. — Шерлок указал на валяющуюся в грязи дамскую сумку. — Вчера она натёрла мизинец — на нём до сих пор лейкопластырь! — и утром надела другие туфли; к ним подобрала сумочку в тон, но не успела переложить в неё инсулин, потому что опаздывала на работу, видите, даже макияж не наложила как следует. Нападающий не собирался её убивать, только слегка придушить, чтобы забрать драгоценности и мобильник. В итоге перед нами ограбление и причинение смерти по неосторожности. Полагаю, найти преступника не составит труда: он не знает, что жертва умерла, и попытается сбыть краденое. — Потрясающе! Джон не смог сдержать восхищённого восклицания. Ему раньше приходилось видеть, как Хламс раскрывал дела, но тот не раскручивал цепочку событий так быстро, ему обычно требовались сутки или около того. — Вы правда так думаете? — переспросил Шерлок, как будто смутившись. — Конечно. Это же фантастика! — Эм, спасибо. В любом случае нам больше нечего тут делать... Лестрейд, пишите, если случится что-нибудь более интересное, чем кража телефона и пары серёжек. Шерлок развернулся, театрально взмахнув полами пальто, и понёсся прочь. Джон, как притянутый магнитом, заторопился за ним. Кэб появился как по взмаху волшебной палочки. Едва оказавшись дома, Джон приступил к тревожащей его теме. — Мистер Холмс... — Шерлок, пожалуйста. — Шерлок... я понимаю, что не должен спрашивать, но... это правда, что ваш партнёр часто распускает руки? — Ох уж этот болтливый Лестрейд! — поморщился Шерлок. — Здесь не о чем говорить, Джон. Простите, что вам пришлось выслушивать претензии инспектора... — Послушайте, он прав, — настойчиво продолжил Джон. — Я говорю вам как врач — подобное дикарское «выяснение отношений» совершенно недопустимо! Или вы мазохист? — Я не получаю удовольствия от боли, если вы об этом. — Шерлок в раздумье покусал губу. — Вы просто ничего не знаете обо мне. Порой, как и сказал Лестрейд, я бываю абсолютно бестактным и невыносимым. Многие, с кем я общаюсь, испытывают желание мне врезать. У Джона Ветсона вспыльчивый характер, поэтому неудивительно, что он иногда не может сдержаться. Но он всегда потом приносит извинения... — Извинения? Всегда? — Джон задохнулся от возмущения. — То есть такое происходит регулярно, и этот мерзавец... Шерлок гордо вздёрнул подбородок. — Джон, я не желаю больше это обсуждать. — Хорошо. — Джон стиснул кулаки. — Но знайте: если бы мне выпало встретить вашего партнёра, я бы заставил его изменить поведение!.. А сейчас — могу я осмотреть вашу ссадину? Шерлок сначала слегка растерялся, но потом всё-таки неохотно дал согласие. И Джон, сотни раз имевший дело с разнообразными повреждениями человеческого тела, почувствовал странное волнение, получив доступ к лицу Шерлока Холмса. Аптечка в доме имелась; хотя в ней не хватало многих необходимых препаратов, которые Джон привык на всякий случай держать при себе, всё же перекись водорода нашлась. Джон осторожно очистил бледную гладкую кожу и покрыл царапину заживляющей мазью. — Вот и всё, — произнёс он, стараясь казаться спокойным. — Благодарю. — Вчера вы тоже вывели его из себя, да? — не сумел промолчать Джон. — Нет, — буркнул Шерлок. — Дело в том, что он немного ревнив... — Ну, это как раз можно понять, — пробормотал Джон. Шерлок кинул на него гневный взгляд: — Что вы имеете в виду?! Я не даю повода! Или я произвожу впечатление легкодоступного?! — Боже, нет! — Джон поднял руки в защитном жесте. — Я лишь хотел сказать, что вы красивы, поэтому ревность частично оправдана. Но не побои! — Красив? — недоумённо повторил Шерлок. — Конечно. Разве Ветсон не говорил вам об этом? — У меня неправильные черты лица, — возразил Шерлок, не ответив. — Да? А я не заметил, — улыбнулся Джон. — Даже если так — в совокупности они дают замечательный эффект. И, разумеется, никто не имеет права бить вас, тем более по лицу, будь то из ревности или по другой причине! Шерлок уже открыл рот — как подозревал Джон, чтобы послать его подальше со своими поучениями, — но тут появилась миссис Хадсон, в облаке ванильного аромата, несущая полную тарелку печенья, и беседу пришлось прекратить. Домовладелица осведомилась, не вернулась ли к её жильцу память, и Джон вынужден был ответить отрицательно. Дождавшись, когда Шерлок выйдет на кухню, пожилая леди приблизилась и, понизив голос, зашептала: — Не поймите меня превратно, Джон, но в некотором роде я даже рада тем... небольшим неприятностям, что с вами произошли. Вы стали как будто мягче и вежливее, особенно по отношению к Шерлоку. Вероятно, вы не помните, но я не раз высказывала вам порицание за жестокое обращение с бедным мальчиком... — Миссис Хадсон! — прервал её излияния вернувшийся Шерлок. — Уже ухожу, дорогой. Миссис Хадсон подмигнула Джону и покинула квартиру. Её слова только подтвердили всё, что Джон узнал о Ветсоне. Кажется, тот был изрядным негодяем. Больше до наступления ночи не случилось никаких сюрпризов, да и последующие дни прошли спокойно, если не считать одного химического опыта, устроенного Шерлоком. Пострадал кухонный стол, и сам детектив получил небольшой ожог кислотой на тыльной стороне кисти. Джон немедленно оказал помощь (к этому времени он уже пополнил аптечку), поэтому обошлось без последствий. С каждым днём Джон всё чаще ловил на себе странный взгляд Шерлока: тот словно пытался решить в уме какую-то головоломку. От Стэмфорда не было никаких известий, и Джон со стыдом признавался себе, что не огорчён этому. Подсознательно не хотелось, чтобы Майк сумел исправить содеянное. Как оставить удивительного, доброго Шерлока Холмса на растерзание этому шакалу Ветсону? Джон знал, что рассуждает эгоистично; должно быть, Шерлок Холмс вполне счастлив со своим любимым... но разве могут подобные отношения создавать гармонию в душе?..

~ ~ ~

Вскоре Джону выпал шанс вживую понаблюдать, что означает фраза Шерлока «я бываю невыносимым». Как-то утром Джон ненадолго вышел в магазин, а по возвращении его встретили выстрелы. Мигом взлетев на второй этаж, он в тревоге осмотрелся... и тут же увидел своего соседа, сидящего в кресле с пистолетом в руке. — Что происходит?! — Скука. — Что?! — Скука! — крикнул Шерлок и, вскинув оружие, выстрелил в стену. — Скука! — снова грохот. Джон поспешно отобрал у него пистолет. Надо же, «Зиг-зауэр», знакомая модель. У него тоже когда-то был такой. — Мой мозг ржавеет без работы! — драматично воскликнул Шерлок. — Мне нужно дело! Хорошее убийство! Лучше двойное! Или тройное! — Что-нибудь обязательно подвернётся! — ободрил его Джон, не зная, плакать или смеяться. Вот ведь ребёнок! — Вы уже завтракали? — Нет. Еда отупляет, — небрежно отмахнулся Холмс. Джон фыркнул, услышав подобную сентенцию. Хламс бы точно хохотал: его никакие обстоятельства не могли отвратить от регулярного приёма пищи, причём приготовленной в лучших ресторанах города. Всё-таки Джон заварил чай на двоих и пожарил тосты. Потому что как доктор знал, насколько важен завтрак (и как способствует аппетиту компания). Холмс удивился, когда возле его локтя появилась дымящаяся чашка, и ещё больше — когда рядом приземлилась тарелка с тостами, покрытыми мёдом. — Вы вовсе не обязаны, — сказал он, но тут же потянулся за лакомством. Вскоре посуда опустела. Шерлок ещё ворчал, но уже без запала; кажется, сладости немного примирили его с окружающим миром, коварно отказывающимся предоставить интригующее преступление. Джон понимал Шерлока: ему самому безделье действовало на нервы. Устроиться на работу доктором он не мог, поэтому тратил время на бытовые действия по дому — уборку, готовку. Хорошо хоть, за участие в «перемещении» перевели оплату, а то бы пришлось ещё и испытывать нужду в средствах. Шерлоку повезло: спустя час или около того Лестрейд прислал сообщение. На этот раз сомнений не было: совершено именно жестокое преднамеренное убийство. И снова Шерлок удивил Джона. Хламс, высказав свои суждения, никогда не ловил преступника самостоятельно, поскольку не желал подвергать себя опасности. Холмс же, догадавшись, где может скрываться убийца, тут же бросился в погоню. Разве Джон мог не последовать за ним? Проблема состояла в том, что длинные ноги Шерлока давали ему возможность бегать очень быстро, и Джон невольно отстал. Когда он вылетел на берег Темзы, Шерлок пытался вскрыть замок на двери заброшенной двухэтажной хибарки. Джон уже хотел окликнуть его, но тут заметил движение на крыше. Там кто-то лежал и... целился в Шерлока! Джон машинально потянулся к бедру за оружием... и в самом деле наткнулся на рукоять! Ведь этим утром он забрал пистолет у Шерлока и автоматически сунул в карман! Грянул выстрел, и преступник заорал благим матом. Уронив револьвер, он не удержался на черепице, скатился с неё и брякнулся на балкончик, да там и остался, оглашая окрестности воем и руганью. — Шерлок, вы в порядке? — Джон? Шерлок смотрел на него с благодарностью, изумлением, восторгом, будто стал свидетелем бог весть какого чуда. Джон почувствовал, как душу переполняет радость. — Почему вы пошли за мной? — тихо спросил Шерлок. — Вам же грозила опасность! — Прежде всего она грозила вам. Потому я и пошёл! — улыбнулся Джон. Скулы Шерлока залил румянец. — Я... спасибо. Он достал телефон — вероятно, чтобы отправить смс Лестрейду о нахождении преступника. В этот момент зазвонил мобильник Джона. — Доктор Ватсон? Это Майк Стэмфорд. Вы могли бы подъехать в институт?