Глава 3
13 июля 2020 г., 12:22
Девушка сидела за письменным столом и, придерживая голову свободной рукой, что-то внимательно читала с экрана ноутбука. Периодически прикрывая глаза, она мысленно проклинала себя за глупость. И зачем только согласилась взяться за чужую работу? Понадобится минимум пять часов лишь для изучения теоретической базы и ещё несколько — чтобы сделать как следует само задание. Ко всему прочему, оказалось, что юноша даже не приступал к его выполнению. Во всяком случае, сообщений с выполненной частью так и не отправил. «Никогда не верь чужим обещаниям и всегда будь готов к ситуации, где тебя оставили ни с чем — святая истина» — мысленно из раза в раз повторяла девушка, вздыхая и вновь возвращаясь к чтению необходимого материала. Её давно клонило в сон, но работа оставалась незаконченной даже на половину, а срок сдачи был назначен на субботу, то есть через два дня. Таким образом, чем больше девушка успеет сделать сегодня, тем меньше ей останется на завтра. Потерев сонные глаза, Тверцова в шестой раз перечитала отредактированный текст и, сохранив его, решила всё же лечь спать. Время близилось к трём часам ночи, но за все годы обучения студентка уже привыкла к такому режиму дня. Проделав все ванные процедуры, она бесшумно прошлась до спальни брата и, постучав в дверь, вторглась в чужую комнату. Нолик всё ещё не спал и на просьбу не засиживаться допоздна отреагировал крайне агрессивно, вызвав у старшей разочарованный вздох. Неужели не ясно, что она просто пытается заботиться о нём? Когда простой разговор перерос в очередную перебранку, Симка, не желая привлекать внимание родителей к происходящему, быстро сдалась и вернулась в комнату. Расправив кровать, она выключила в комнате свет и наконец легла отдохнуть. Однако, как только её голова опустилась на подушку, мысли хаотично ворвались внутрь, устраивая переполох. Пытаясь совладать с ними, девушка сосредоточила внимание на распределении обладаемых ею временных ресурсов. Количество непрекращающихся день изо дня дел следовало разделить на задачи, не терпящие отлагательств, и задачи необязательные к выполнению. Последних практически не оставалось, а вот срочных насчитывалось непомерное множество. Как только последний пункт плана приобрел чёткую структуру и точный промежуток времени на его выполнение, Симка постаралась вслушаться в тишину и ни о чём не думать. Вот только никакая усталость не могла лишить её мозг мыслительных процессов. Ни с того ни с сего в памяти всплыл сегодняшний разговор с неприятным юношей-третьекурсником, напоследок назвавшим её невежей. Это даже смешно! Один его внешний вид с этими вызывающе ярко-красными волосами уже говорил о многом, так и с какой стати такому человеку учить её манерам? Она лучше других знает о собственных слабых сторонах. И, к сожалению, многие из них побороть попросту не в силах. Но невежа? Среди бесконечного множества Симкиных проблем в общении недостаток вежливости никогда не значился одной из них. А в этот раз она просто… просто… просто что? Вспылила? Зачем она вообще ввязалась в эту передрягу? Неужели настолько вывел из себя этот парень? Совсем на неё не похоже. Что ж, будет ей уроком на будущее — думать, прежде чем поддаваться эмоциям.
Утро наступило совсем скоро. Проснувшись по будильнику ровно в 5:45 и переборов сонливость, Симка сразу же подняла себя с постели и отправилась в ванную, после чего наспех оделась и к 6:15 вошла на кухню. «Пока всё по расписанию», — мысленно отметила девушка, внезапно замирая в проходе при виде собственных родителей, сидящих за обеденным столом. Обычно к этому времени их уже не должно быть дома. Только если сегодня не выходной. Бросив взгляд на настенный календарь, девушка с сомнением прошла дальше и пожелала всем доброго утра.
— Доброе, — ответила ей женщина, окинув дочь оценивающим взглядом. Несмотря на свой возраст и наличие двух детей, она выглядела достаточно бодро и молодо. Отчасти, всё благодаря ежедневному уходу за собой и идеально подобранной к её стройной фигуре одежде. Мужчина, что сидел подле неё, выглядел старше, очевидно, заботясь о своём внешнем виде гораздо меньше супруги, но даже так в глазах окружающих казался весьма солидным и интеллигентным человеком. Оба родителя молча смотрели то друг на друга, то на дочь и неспеша попивали чёрный чай, аромат которого наполнил всё помещение. Когда Симка наконец сдвинулась с места, чтобы присоединиться к трапезе, мать внезапно снова заговорила: — Вот вроде живём вместе, а всё равно не видим тебя почти. Что-то ты распустила себя совсем, доченька, — Симка вздрогнула от прозвучавших слов и с едва скрываемым ужасом уставилась на мать. Та с прищуром оглядывала её с ног до головы и, судя по последовавшему вздоху, осталась чем-то крайне недовольной. — Сколько раз я тебе говорила: женщина должна выглядеть опрятно, элегантно, женственно в конце концов! Она должна привлекать взгляды мужчин, а не отталкивать их. А ты что? Давно в зеркало смотрелась? Кто ж на тебя такую взглянет? Нельзя так к себе относиться, — женщина медленно опустила пустую чашку на стол и, поднявшись из-за стола, подошла к пристыженной дочери. — Ну, что это? Снова набрала? Говорила же тебе следить за питанием. Самой не стыдно в таком красивом платье и с такой фигурой? Мне тебя силком, что ли, заставлять? Не маленькая вроде, сама всё понимаешь. Возьми себя в руки. Или до старости хочешь в девках просидеть? Мы тебя с отцом обеспечивать не будем.
— Пойдём, дорогая, нам уже пора, — внезапно заговорил отец семейства, вставая из-за стола и прерывая воспитательную беседу. — А ты, — обращаясь теперь уже к дочери, мужчина тяжко вздохнул и, похлопав её по плечу, добавил: — слушайся мать, она плохого не посоветует.
— Вот-вот! Даже отец твой уже не выдерживает ужаса этого. А что ровесники думают? Страшно представить! Ладно, Симка, мы побежали. Надеюсь, ты меня услышала, — подытожила женщина и, получив от дочери слабый кивок, торопливо скрылась за дверью вместе с мужем. Симка удержалась от желания расплакаться и принялась готовить брату отдельный завтрак, поскольку тот ни за что не стал бы есть стряпню матери. Закончив, она налила себе стакан воды и, осушив его, ушла будить брата, после чего вернулась к себе и уставилась на собственное отражение в зеркале. Она и вправду так ужасно выглядит? Поворачиваясь то одним боком, то другим девушка отмечала всё больше и больше недостатков в своём теле, чувствуя, как тошнота подкатывает к горлу от испытываемого отвращения. Ранее ощутимый голод теперь казался справедливым наказанием за слабину, которую девушка дала себе вместе с окончанием предыдущей диеты. Сменив привычный едва облегающий сарафан на белую оверсайз блузу и юбку длиной до колен, девушка ещё раз оценила образ в зеркале и осталась чуть менее расстроенной, чем прежде. Наконец покончив с выбором одежды, Симка подсчитала оставшееся в запасе время и поспешила на занятия, совсем забыв про своего младшего брата — заядлого любителя спать по утрам и прогуливать первые уроки.
***
Подросток стоял на балконе, опираясь на холодные перила руками и рассматривая открывающийся вид на город. Мрачные и почти пустые в такое время улицы казались безжизненными, словно парень очнулся в апокалипсисе и теперь был вынужден выживать в одиночку в огромном мире. Впрочем, подобные антиутопические фантазии уже давно нисколько не пугали, напротив — это был отличный шанс, чтобы избавиться от глупых навешенных обществом ярлыков и перестать зависеть от «успешного успеха». Будущее лишится перспектив не только для такого неудачника как Нолик, но и для всех в принципе. Больше не нужно оканчивать школу, поступать в колледж или университет, не нужно искать работу и затем содержать семью. Нужно лишь жить ради выживания и обзаводиться соратниками при необходимости. Тверцов был бы не против оказаться в таких условиях, если бы командой по спасению мира стали его старшие товарищи. И даже если бы они не сумели найти выход из ситуации, человеческое существование в любом случае обречено. И если участь конца света падёт на их век… Что ж, так тому и быть. По крайней мере, это развеет серую действительность и придаст хоть какой-то смысл просыпаться по утрам. Наверное, такие мысли звучат довольно противоречиво. Нолик глубоко вздохнул и взглядом проследил за выпущенным облаком пара. Чтобы добиться успеха и вырваться из этой рутины чередующихся серых и чёрных полос, необходимо приложить немало усилий. Недостаточно просто ждать, пока удача повернётся к тебе и предоставит желаемое, нужно стремиться к своей цели и ежедневно преодолевать препятствия на пути к её достижению. Однако Нолик считал, что всё это не имеет смысла, если речь идёт о нём. Он не наделён столькими талантами, как его сестра. У него нет никаких врождённых выдающихся способностей. И это понимают все: его родители, давно махнувшие на него рукой; учителя, пророчащие скверное будущее; дальние родственники, которых парнишка знать не знает, но вынужден постоянно выслушивать их воодушевляющие нотации по телефону. Лишь его друзья по-настоящему понимают его. Лишь они не пытаются исправить, осудить или принудить. Лишь они видят в нём что-то большее, чем мусор под ногами. Лишь они проявляют к нему искреннюю заботу и интерес. С одной стороны, конечно, неприятно, что те считают своим долгом следить за ним, как за младшим, но с другой — это ведь единственные люди, которым на него не плевать. Они не ограничивают свободу его действий, но и не позволяют переступать черту. Ни к сестре, ни к родителям подросток не испытывает такого доверия, как к своим старшим друзьям. И вряд ли в его жизни появится кто-то ещё, кому парень сможет так же открыться. С этими мыслями Нолик покинул своё любимое место в квартире, за исключением собственной комнаты, и направился к себе. Ничем, кроме компьютерных и мобильных игр, а также катании на роликах, парень не увлекался, поэтому делать было особо нечего. Взяв с рабочего стола смартфон, он переместился на кровать и с радостью подметил несколько уведомлений, информирующих о непрочитанных сообщениях и свежеопубликованных постах. Одним из потревоживших покой Тверцова был староста его класса, Стэс Кориццев — единственный отличник 9 «Б» и любимец всего преподавательского коллектива. Тот вновь, как и всегда, когда Тверцов прогуливал занятия, интересовался причиной его отсутствия на уроках. Каждое слово разило наигранными добродушием и отзывчивостью, что лишь сильнее выводило из себя. Проигнорировав все сообщения, подросток ограничил старосте возможность их отправлять и с раздражением закрыл приложение. Отношения с классом у Тверцова складывались с натяжкой. На протяжении долгих лет парень приходил в школу и сидел в одиночестве за своей партой, никого не зная и не желая знать. Или, может быть, не желали знать его. Как бы то ни было, на данный момент его взаимодействия с одноклассниками ограничиваются лишь препирательствами и деловыми вопросами. Большего Тверцову, пожалуй, и не нужно. О «большем», пожалуй, не стоит и мечтать.***
Сделав последнюю затяжку, юноша выбросил потушенный окурок в урну возле подъезда и на выдохе выпустил дым бесформенным облаком. Встряхнув толстовку, будто это могло помочь запаху выветриться, Файер достал ключи из внутреннего кармана сумки и вошёл внутрь под затихший звук домофона. Преодолев лестничный проём, юноша быстро разобрался с ещё одной дверью и наконец оказался дома. Родители, судя по звукам из их спальни, были увлечены просмотром какого-то фильма или шоу, и юноша постарался не отвлекать их собственным возвращением. Разувшись, он тут же проследовал в свою комнату и, сбросив всё лишнее, направился в ванную, где наспех принял душ и сменил одежду на чистую. День выдался довольно утомительным, однако вместо заслуженного отдыха Лисецкий заставил себя сесть за компьютер и взяться за выполнение задания по одной из дисциплин, что велась на их курсе дистанционно. Крайний срок был уже сегодня, поэтому откладывать до лучших времён не оставалось возможности. Бегло вычитав весь необходимый материал, Файер подредактировал пару спорных моментов и, оценив полученный результат, решил, что предмет не стоит его усилий, после чего прикрепил готовый текстовый документ в качестве ответа на задание и удовлетворенно откинулся на спинку стула. Понадобилось чуть менее полутора часа, чтобы закончить работу и уложиться в дедлайн, и Лисецкий отчасти был горд собой первые две минуты. Однако, как только часовая стрелка перевалила за полночь, открылся доступ к следующему блоку, сковав юношу в новые кандалы крайних сроков. Обреченно вздохнув, он уставился в потолок и всерьёз задумался над тем, чтобы попросить у знакомых со старших курсов ответы на все последующие задания. Или, по крайней мере, на тесты, для которых требовалось либо ответственно просматривать все лекционные материалы, либо умение крайне быстро набирать поисковые запросы и ориентироваться в потоке бесполезной информации. В конечном итоге смирившись со своей участью, Файер подключил к ноутбуку проводные наушники и, запустив в случайном порядке песни из своего плейлиста, погрузился в работу. Время от времени отвлекаясь на сменяющие друг друга треки, Лисецкий осилил одну лекцию и первую половину практического задания, после чего сдался и, вновь откинувшись на спинку стула, прикрыл глаза. Вероятно, использовать ноутбук в качестве плеера было несколько неразумно, однако так, во всяком случае, создавалась видимость бурной деятельности. Для кого было её создавать, учитывая, что в комнате юноша находился наедине с собой, оставалось вопросом.
