Девочка с каре

      Снежка вскакивает с кровати слишком резко и цепляется в испуге за накрахмаленную наволочку. Ей было душно и страшно.       Единственным источником света в комнате был лунный свет, который еле заметно пробирался сквозь темные шторы. Снежка беспокойно подпрыгивает к ним и дергает в стороны. Тяжелая ткань поддается её детским ручкам, открывая доступ к свету. Теперь было не так страшно находиться в комнате.       Снежка проходится по полу босыми ногами. Камень под ногами был холодным, но ощущения эти были ей привычными, поэтому она даже не вздрагивает, чувствуя знакомый мороз.       Она несмело подходит к дверям, дергая за ручку и осторожно выглядывая наружу.       В коридоре горели лампочки, тихо потрескивая.       Внезапный испуг и вскрик при виде незнакомца. В самом конце коридора, возле выключателя, стоял мальчик. Его волосы были похожи на снег, белые-белые. Он смотрел на Снежку с безразличием, продолжая держать руку на выключателе.       Она осторожно прикрывает за собой дверь, выходя в коридор и направляясь в сторону мальчика. Он выглядел не слишком старше, чем сама Снежка, может быть, чуточку взрослее, но разница в возрасте навряд ли была столь существенная. — Здравствуй, меня Снежкой зовут.       Мальчишка смотрел на неё все также безразлично, не говоря ни слова. Снежка смотрит в голубые глаза, так похожие цветом на небо, которое она видела вчера. Он хмыкает  что-то под нос и уходит в сторону лестницы, направляясь наверх.       Снежка удивленно смотрит вслед, не решаясь пойти за ним. Недолго думая, она плетётся к лестнице, но решает идти не за мальчиком, а спуститься вниз. Почему-то она была уверена, что мальчику не понравится, если она начнёт идти за ним по пятам.       Лестница была освещена ярким светом лампочек. По крепости гулял сквозняк. Издалека раздавалось еле различимое эхо.       Снежка спускалась ниже и ниже, пока не остановилась возле узкого коридора рядом с лестницей. Здесь, в отличие от остальных помещений в замке, уже вовсю горел свет и что-то усердно гудело.       Из дальней каморки веяло сладким запахом. Из маленькой щелочки под дверью горел яркий свет от пламени: теплый и манящий. Снежка мелкими шажками подбежала к двери, стараясь сильно не шуметь.       Запах стал сильнее. От него кружилась голова, а рот наполнился слюной. Живот негромко заурчал. Движимая голодом, Снежка дернула за ручку двери, осторожно заглядывая вовнутрь.       Большая комната, размером с её новую спальню. В центре одной из стены стояла металлическая печь, в которой и горел огонь. Оттуда же исходил сладкий запах.       У другой противоположной стены стояла толстая женщина. Она была ниже Королевы где-то на две головы. Коричневая ткань платья имела небольшой ворсистый покрой, наверное, очень мягкий по ощущениям. На голове у женщины был белый платок, из-под которого вылезали рыжие кудряшки. Она стояла спиной к Снежке и что-то тихо напевала под нос.       Решившись, Снежка крадется к самой печке. На огне стоял большой противень, наполненный чем-то сладким. Снежка впервые видела такое. Она знала, что огонь жжётся и достаточно сильно, но вот про нагревание противня и подумать ничего не могла, поэтому она лишь тянет руку, чтобы забрать непонятный кусок наверняка вкусной еды.       Не успев дотянуться, Снежка локтем задевает противень. Конечно, она обжигается и вскрикивает, отдергивая руку к себе, вместе с этим опрокидывая и всю выпечку с собой. На глазах выступают слезы. Позади она слышит вскрик и к ней приближается та женщина кухарка, которую она видела. Ярко жестикулируя, она грузными шагами направилась к Снежке.       Когда женщина была чересчур близко, Снежка испуганно прикрывает голову руками, сворачиваясь в клубок. Не переставая скулить от боли и страха, она медленно трясла головой.       Вот только женщина совершенно не бьет её, как ожидала сама Снежка, а быстро прижимает к своей груди в объятиях. — Напугалась, обожглась! Вот ты чудо!       Снежка, не ожидая подобного, осторожно высовывает голову из кольца сцепленных рук, сразу же прижимаясь к большой груди в замаранном фартуке.       Было тепло и уютно. Она шмыгала носом и осторожно сопела в замаранный нагрудник. Сзади её поглаживали большие крепкие руки.       Вот её осторожно от груди отодвигают и эти же самые руки, которые совсем недавно гладили её по спине, убирают упавшую стряпню на поднос, а с подноса прямо в большой контейнер, на котором была нарисована свинная морда. Снежка готова была лезть в этот контейнер, лишь бы попробовать ту еду, но она не хочет снова что-то испортить. — Пошли ожог твой промоем, а потом и тебя накормим.       Снежка согласно кивнула головой, все еще испуганно дергая за края ночной сорочки. — Ну и волосы у тебя длинющие, как ты только через эту челку хоть что-то видишь?! Не против, если мы тебя пострижем, чудо?       И Снежка совершенно не против. Ей не нравились свои волосы. Длинные синие пряди среди белых локонов говорили, что она не такая, что быть своей среди других, нормальных, она никогда не сможет. А также синяя прядь говорила о её особенности — отсутствие полного контроля над своими действиями. Всегда найдется человек, который сможет подавить её волю под себя. — Чудо ты моё, как зовут то тебя хоть? — Снежка. — А меня Агата. Будем знакомы.       Девочка сидела на небольшой деревянной табуретке, поджав под себя ноги. На полу все больше и больше появлялось мелких прядок светлых волос. Совсем хорошо Снежка почувствовала себя лишь когда волос не было видно совершенно.       После этого Снежка соскочила со стула и радостно принялась помогать с уборкой Агате. — Знаешь, у меня в народе есть традиции — сжигать волосы в огне, чтобы задобрить духов. Бросая в огонь состриженные локоны, ты отдаешь дань уважения духам. Говоришь им, что ты такая же часть их, как и они тебя.       Снежка молчаливо слушала легенды огненного народа, иногда по-детски удивляясь сказкам, которые умудрился придумать народ огня. Золотой дракон, подаривший людям магию, бессмертные фениксы, возрожденные из пламени, и даже прыжки через костер. Не знавшая ничего подобного раньше, Снежка слушала всё с открытым ртом, пока Агата ловко управляла веником, забрасывая состриженные пряди прямо в печку. — Знаешь, странные у тебя синие пряди. Я пыталась состричь одну, но она как-будто отрастает.       Девочка неуверенно трогает свои волосы, осторожно перебирая их. И правда: лишь одна прядь из челки мешалась и лезла в глаза. Наверное, этого никогда не исправить.       У неё до неприличия громко урчит живот. Отчего Агата подпрыгивает на месте. — Голодный ребёнок! Чудо то ты моё!       Снежка не успевает даже пробурчать, что зовут совершенно не чудо, а Снежка, как её поднимают на руки и садят уже на другую, шаткую и очень высокую, табуретку, на которую она вряд ли бы залезла сама.       Агата вяжет на её шее что-то наподобие платка, осторожно завязывая уголки. — Не туго, мака?       Снежка не понимает значение слова: мака, но, кажется, это было одним из обращений к ней, так что она качает головой, смотря на рассыпаную муку на полу. — Сейчас накормлю, сейчас!       Снежка не против. Ей правда неуютно, что кормить будет её одну. Обычно она ела в компании детей, запертых как и она.       Девочка неловко потёрла свою шею. Она «вне комнаты», и на ней нет ошейника. Так странно. Очень странно. Но это ощущение было довольно приятным.       Минут через пять перед ней стоит тарелка пирожков и стакан молока. Снежка честно хочет съесть всю тарелку, но уже после третьего её начинает подташнивать. — Ой, мака, переела ты. Не налегай так сразу, у тебя же животик ещё не привык.       Снежка стыдливо опускает глаза. Она думает, что сейчас её начнут ругать. Но Агата лишь замешивает тесто для новой порции выпечки. — Ах! Бедные малютки! Вы же умаялись, наверное, в таких жестоких условиях жили. Ах! Милые мои! Как хорошо, что Вас господин Мороз нашёл и привёз в замок! Ох!       Агата очень много вздыхала и ахала. Затем она повторяла сказанное и снова громко охала. Подобных причитаний было много и длились гораздо дольше нужного. Снежке это не то чтобы не нравилось, но подобное поведение её очень удивляло. Люди, которые окружали её до этого, не вели себя так. Они либо постоянно молчали, угрюмо смотря тебе в глаза, либо старались говорить со Снежкой. А Агате, казалось, совершенно не нужен был собеседник для разговора. — Ой, как хорошо, что нашли юную царевну. Королева так обрадовалась! Так обрадовалась! Ты же, наверное, с ней вместе росла? Ой, глупая, ну, конечно, вместе!       Подобную фразу Снежка и вовсе не понимала, как ей нужно толковать. Кто такая царевна? И почему тётя так ей обрадовалась? — Ах, счастье то какое! Нашли потерянную внучку! Мороз от счастья вчера попросил в субботу устроить званый ужин. Все-все жители города приглашены.       Снежка потеряла суть разговора ещё минуты две назад. Она уже просто качала головой на все высказывания Агаты. Было тепло.       Скоро ей в руки попадает мука и тесто. А перед носом лежит разнос толсто смазанный маслом. — Будешь помогать стряпать.       Снежка была не против. Она совершенно не знала, что от неё хотели и что нужно делать, но заботливые руки Агаты и наставляющие слова — делали своё дело. Снежка совсем скоро начала стряпать словно с рождения приученная к готовке. Это было её первым занятием, которое она выполняла самостоятельно. Внутри у неё словно загорелся огонь от мысли, что она это делает сама, без чужой помощи. Её не контролировали, у неё всё прекрасно получалось, никто не бил её и не ругал за неправильные размеры комочков. Снежку наоборот хвалили, когда что-то получалось хорошо или лучше чем раньше. Впервые она наткнулась на комплименты о своей работе, и казалось, что подобная похвала заставляла её летать от восторга.       Уютный треск металлической печи, звуки скалки и разговоры Агаты. Все шло ровным ходом, обдавая Снежку приятным жаром.       На кухню словно ураган врывается девушка на две головы выше Агаты и гораздо моложе её, хотя она была явно старше Снежки в два раза. Из-под точно такого же платочка, что сейчас был на Снежке и на Агате, торчали белые кудряшки, завязанные в тугой хвост. Девушка была чем-то раздражена: — Чего опять встала ни свет ни заря. Тебе опять от бессонницы неймется?       Снежка не понимает значение некоторых слов: ни свет ни заря, бессонница, неймется. Но было интересней узнать не их значения, а смотреть на поведение самой девушки. Красивое лицо нежного розового цвета оттеняла гримаса злости. Сведенные к переносице брови и плотно сжатые губы портили всю притягательность её образа. Хотя даже в злом настроении, Снежка посчитала её очень красивой. — Ой, не злись, Олеся, пушто тебе нет нужды улыбнуться хоть раз?       Агата же всё ещё припеваючи неуклюже мешала тесто и звенела медным тазом, случайно задевая его локтем. Казалось, что её совершенно не удивило поведение девушки, и она давно привыкла к такому. — Ага. Сейчас, разбежалась. Дай только пойду на поклон к Её Величеству, затем сбегаю к лекарю, чтобы он дал отвар, пробегусь по базару и вот обязательно от всех этих забот и суеты — улыбнусь. Мне же делать нечего! — Какая же ты всё-таки недовольная, Леся. Порадуйся хоть немного. Нашли царевну как никак. — Да чему здесь радоваться? Небось окажется избалованной девчонкой, что никогда и ничего своими руками не делала. Ещё одна забота. Мы и без неё бы прожили.       Снежке становится не по себе от злости в голосе девушки. Олеся сильно машет руками и с новыми силами продолжает монолог. — Лишний рот в замке. Её корми, да одевай. Эта девчонка по-любому и дня не работала. — Олеся!       Снежке стало как-то жалостливо-грустно за эту неизвестную царевну. Они может и не работали, но ни у кого из детей жизнь не была счастливой. Хотя Снежка уверена, что дай этой самой царевне поработать, то она бы с радостью помогла. Вот сама Снежка не отказалась помочь Агате. — А что Олеся то? Я, конечно, не видела эту девчонку, но я уверена, что она будет полна высокомерия, лишь от одного факта, что по рождению оказалась лучше всех. Она на нас даже не взглянет, нужно ей ещё на чернь смотреть. Ага, конечно!       Теперь Снежке стало очень жалко Олесю. В её голосе было так много обиды, и Снежке очень сильно захотелось, чтобы эта юная царевна посмотрела на неё и обязательно поговорила с Олесей. — А что нам? А нам ничего! Хоть бы раз похвалили! Хоть бы слово доброе сказали! Я, конечно, чернь и урод, но… — А я считаю Вас очень красивой.       Снежка не сдержалась и искренне выкрикнула, что думает, настолько сильно ей не понравилось, что о себе говорила эта девушка. — Зачем Вы называете себя уродом и чер… че… ч, ч, ч, ч… — неприятное слово Снежке давалось с трудом. Она не до конца понимала что это, но уверена, что это очень плохое слово. — Чернью, золотце. — Осторожно подсказала Агата. — Да! — Снежка не стала снова повторять это слово, недовольно марая мукой свою щеку. — Я считаю, что вы очень красивая! — Слышишь, Олеся? Тебя красивой назвали.       Девушка смущенно отвела глаза, сильно сжав подол платья. Она и не замечала Снежку до этого момента. А сейчас совершенно не знала, что сказать, кроме робкого «спасибо».       Снежка, заметив её стеснение, и какую-то резкую скованность, решила представиться. Тем более теперь, когда у неё появилось настоящее имя, а не обычное название. — Меня зовут Снежка. — А меня Олеся.       Девушка наконец-то посмотрела ей в глаза и робко улыбнулась. Она стала в разы красивее, когда вместо злости на её лице появилось стеснение и тихая заинтересованность. — Не бойся, Леся, Снежка, теперь моя помощница.       Девушка что-то фыркнула, отряхивая подол платья. — Ха! Ещё бы я боялась чего-то. Тем более этой малютки. — По тебе не скажешь, ворчунья.       Олеся недовольно фыркнула и села на длинную скамью рядом со Снежкой. В руках у неё уже была большая скалка и другой медный таз с тестом. — А тебя, Снежка, на кухню пристроили? Я думала Вас детишек ещё не быстро до работы допустят.       Снежка непонимающе похлопала глазами. Честно говоря, ей и раньше было трудно воспринимать чужую речь, но сейчас в голове было гораздо больше вопросов. На помощь пришла Агата, что со смехом в глазах поглядывала на заинтересованную Олесю. — Нет, Леся, их ещё долго не подпустят к работе. Снежка просто сама ко мне пришла. Видимо, её и возьму к себе на подмогу, как только будет можно.       Снежка опять не понимала в чем дело. Но она довольно быстро успокоилась, она может просто сидеть в стороне от разговора и продолжать стряпать.       Олеся и Агата что-то бурно обсуждали, то переходя на крик, то на тихий шепот. От печи шёл жар и вкусный запах пирогов. В кастрюле что-то бурлило, заставляя крышку прыгать от кипения. Снежке доставляло странное удовольствие слушать как Агата что-то быстро нарезает, а Олеся отсчитывает количество ингридиентов.       Эта атмосфера ещё никогда не была знакома Снежке. Тепло, спокойно, рядом с хорошими, добрыми людьми, которые её не обидят. Снежка почувствовала себя защищенной.       На кухню вбегает странная девушка с ярко-красными волосами. Она что-то бормочет на незнакомом языке, отчего Снежке становится волнительно, но вместе с тем интересно. — Как это потерялась?       Агата беспокойно прижимает руку к сердцу и бормочет что-то под нос. Олеся рядом с ней недовольно фыркает. — А я говорила, от этой царевны будут одни проблемы.       Девушка с красными волосами бормочет что-то ещё, сильно оттягивая волосы на голове вниз. Ей явно было больно от этих действий, отчего Снежка поспешила поскорее встать с места и подойти к ней. Снежка узнала эту девушку, вчера, проходя по лестнице, именно её они встретили с дедушкой. — Не делайте так больше, пожалуйста. Вам же очень больно.       Девушка смотрит на неё во все глаза и первое что делает — сильно пугается. Она кричит что-то в ужасе и убегает обратно из кухни, отчего Олеся недовольно прикрывает уши. — Ну зачем так кричать?       Агата рядом в нетерпении отряхивает фартук. — Надеюсь с юной царевной всё будет хорошо. Королева явно рассержена из-за пропажи единственной наследницы.       Олеся рядом с ней лишь хмыкает. — Ничего страшного. Эта девчонка явно будет злее своей тетки. Также найдет себе мальчишку и вырастит из него цепного пса, как Кая. Нам же лучше, если она потеряется. — Олеся, прекрати! Не будь такой эгоистичной! Прояви хоть немного сострадания к маленькой…       Снежка ничего не понимает. Ей очень стыдно, что она напугала ту девушку. Но ей было интересно узнать, кто этот мальчик, которого зовут Кай. Она еще знает мало имен, ей хотелось узнать гораздо больше людей и их имена. — А кто этот Кай?       Агата прекращает отчитывать Олесю и возвращается к стряпне. Девушка же неохотно садится на табуретку, поправляя локон светлой пряди, выпавший из-под чепчика. На пару секунд в комнате стоит тишина. — Кай — это мальчик-слуга Снежной Королевы. Он, наверное, будет старше тебя  на три-четыре года. Ты вряд ли его успела увидеть, даже потом, тебе очень повезёт, если ты сможешь увидеть его — он никому не показывается. Ходит везде как привидение и выполняет любые приказы Её Величества — Королевы Герды. Настоящий цепной пёс. Ходят слухи, что несмотря на свой юный возраст, он уже убивал людей по приказу Её Величества. Королева Герда может дать ему любой приказ, изъявить свою прихоть, и он тут как тут. Всего девять лет, а уже идеальный слуга. Даже представить себе боюсь, что будет если такого собачонку заведет себе юная царевна.       Снежке становится очень страшно. Олеся так убедительно говорила об этом, что ненароком, заставила Снежку спрятаться за подол юбки Агаты. — Ну всё, не пугай ребенка! Кай неплохой мальчик, просто… — Он ненормальный.       Снежка смотрит с надеждой на Агату, ждёт, когда она скажет, что это не так и снова станет защищать мальчишку, но этого не происходит. Агата продолжает стряпать, не обращая внимания ни на что другое. Олеся, недолго думая, возвращается бить яйца в медный таз, чтобы потом приготовить блинов.       Снежка, не знает, что делать. Ей не по себе. Прежнее ощущение защищенности приходило неохотно.       Не успело всё прийти в норму, как Снежка чувствует странный холод по всей комнате. На стенах медленно рос иней.       Олеся быстро вскакивает с места, чем-то сильно перепуганная. — Зачем Королеве идти сюда?       Агата беспокойно отряхивает фартук от муки и поправляет платок на голове Снежки. — Может быть ей надо спуститься ещё ниже? С чего ты решила, что она к нам?       Снежка беспокойно ерзает на месте. Холод был неприятный. Он пах не свежестью, а сыростью. Вместо приятных пощипываний он колол больно.       Снежка не успела заметить, как вся комната оледенела. От пола до потолка она покрылась толстой коркой льда. Был слышен еле-заметный стук каблуков.       В кухню вошла Королева, она была очень зла, от чего от неё веяло холодом. Агата с Олесей упали вниз на колени, но сама Снежка с восхищением подбежала к Снежной Королеве. — Тётя Герда!       Снежку сразу же берут на руки, быстро осматривая на какие-либо повреждения. Но как и любой ребенок Снежке хотелось рассказать всё до мелочей близкому человеку. — Тётя, я сегодня встала с кровати, там было темно и холодно, я убежала вниз по лестнице и встретила Агату. Агата хорошая, она накормила меня, дала переодеться и научила готовить. Мне также обрезали волосы, чтобы они не мешались. А потом пришла Олеся, она мне очень сильно помогала готовить. — Правда?       Лёд вокруг медленно начинал таять, всё приходило в прежнее состояние. Лишь Агата с Олесей оставались стоять на коленях и кланяться. — Встаньте.       Снежка смотрит в удивленные лица Агаты и Олеси и не может понять из-за чего они так сильно удивились. Неужели всё из-за тёти Герды? — Я благодарна Вам за оказанную помощь. За присмотр за Снежкой… хоть и не совсем такой, какой бы хотелось видеть.       Королева осторожно перебирает пряди в волосах Снежки, явно делая акцент на этом. — В этом месяце мы выплатим Вам жалованье в двойном размере. Продолжайте свою работу.       Снежка не совсем понимает, почему Агата так сильно улыбается, глядя в спину Королеве, и почему Олеся выглядит такой испуганной. Интересно: о чём они будут говорить, когда Снежка с тётей уйдут из кухни. Наверное, опять об этой потерянной царевне. Поскорей бы она уже нашлась.       Девочка машет им на прощание рукой, а затем крепко обнимает тётю за шею. Снежке с нетерпением хотелось узнать, чем они будут заниматься сегодня. И встретит ли она ещё раз того странного мальчика, которого видела сегодня утром? А этого Кая? И эту потерянную царевну? Поскорей бы о всём знать.

***

      Снежка не замечает, как тётя в какой-то момент передаёт её на руки перепуганной служанке. Её снова купают две милые женщины, которых она видела вчера, в этот раз постоянно причитая про обрезанные волосы. После этого девочку оборачивают в три махровых полотенца и ведут обратно в спальню. Короткие волосы обвязывают тонкой лентой, чтобы они не падали на лицо, а затем достают большое пышное платье, в которое Снежка напрочь не хочет одеваться. — Оно неудобное! — Но Вы даже ни разу его не надевали.       Снежка знает об этом, но она видит длинный подол платья, со странной молнией и воротником, и множество кружевных вставок.       Она сопротивляется ещё какое-то время, но затем сдаётся.       Платье было и вправду неудобным. Белый кружевной воротник душит шею, низ ткани тянет к полу, а живот стягивает вдвое сильнее. Изнутри оно было колючим, при движении постоянно шуршало, а из-за длины подола Снежка постоянно спотыкалась.       Она готова идти к тёте, но служанки мягко одергивают её: — Госпожа, Ваша обувь.       Снежка непонимающе смотрит на них, а затем внимательно вглядывается в незнакомый предмет. — Что это?       Служанка немного опешила от нерешительности перед юной царевной и изумления, но другая женщина ловко обхватила ступню девочки — Снежка не сопротивлялась. — Их носят на ногах, чтобы не ушибиться. Мы тоже такие носим.       Снежке не нравится, но она лишь поджимает губы. Ей не хочется такое носить, но она боится, что в случае отказа, доброта женщин пропадет, и девочка получит за плохое поведение.       Но туфли она всё равно считает отвратительными. Ноги сковывает при ходьбе. Она не чувствует пол. А ещё они жали ступни. — Это…? — Да, это обязательно, моя госпожа.       Попытаться снять их стоило. Но больше она не капризничает, стараясь терпеть.       Но почему-то хотелось плакать.       Она не понимает значение слова госпожа. Она не понимает отчего люди вокруг уважительно склоняются перед ней, и, может быть, ей немного страшно слышать «госпожа» в свою сторону. — Госпожа, Вам нужно прийти в тронный зал.       Снежка кивала головой, не понимая, что от неё требуют и спрашивают. Ей хотелось, чтобы её никто не трогал и не спрашивал вещи, которых девочка не понимала.       Её ведут за руку в направлении лестницы. Женщины неловко спрашивают о чём-то, но Снежка молчаливо игнорировала их. Она не знает ответов на их вопросы, так что самый лучший вариант — молчать.       Она неловко наступает на ковровую дорожку. В этот раз ковер был белый и имел узор в виде множества снежинок. Это было красиво и невероятно. Снежка хотела бы пробежаться по нему босыми ногами, но служанки, каким-то образом прочитавшие её мысли, неодобрительно качают головой. — Снежка, выглядишь прекрасно. Как тебе новое платье?       Тётя Герда сидела с гордо поднятой головой и большой серебряной короной. Снежка скучающе проводит взглядом по серебряной кайме. Ей не нравится холодность тёти, но, видимо, здесь принято говорить при посторонних отстраненно. — Не нравится. Оно жмёт. Мне трудно дышать.       Как любой нормальный ребенок, Снежка хотела капризничать. Правда получалась не очень хорошо, она боялась, что в определенный момент за истерики могут наказать. Как минимум ударить. Раньше это было в порядке нормы. — Тебе нужно привыкать, Снежка. Царствующая семья обязана соблюдать этикет. И ты, как будущая наследница престола, должна соответствовать и выполнять эти правила.       Снежка не поняла ни единого слова, но спрашивать побоялась. Как она поняла ей нужно выполнять всё, что прикажут. — Мне нужно делать, что и раньше?       Королева, ранее сидевшая с видимым безразличием, немного зло смотрит на сконфуженных служанок. Женщины испуганно прятали взгляд в сторону. — О чём ты? Тебе сделали что-то плохое?       Снежка быстро качает головой. Служанки облегченно выдыхают позади, и Королева снова беспристрастно смотрит на племянницу. — Не они. Ты.       Снежка не знает, как правильно сказать. Её словарный запас слишком мал, чтобы она могла хорошо излагать свои мысли. И ребята, с которыми раньше она жила в одних условиях, всегда говорили, что Снежка была гораздо глупее их. — Ты говоришь — я делаю. Да?       Королева благосклонно кивает головой и даёт жест рукой служанкам уйти. Когда двери за прислугой закрываются, она позволяет себе робко улыбнуться. — Подойди ко мне, Снежка.       Девочка странно косится в сторону трона, но выполняет приказ. Тетя поступала как и другие взрослые, которых она знала раньше. Но всё же Снежка чувствовала как что-то изменилось в отношении к ней. Королева заботилась. Неумело, властно, и излишне сильно. А прошлые взрослые не заботились. Они лишь приказывали.       Тётя усаживает к себе на колени и ласково проводит рукой по волосам. — Понимаешь, Снежка, у этого мира слишком много правил. Ты не сможешь делать всё, что захочешь. — А как же быть?       Девочка неловко вертит шеей, морщась от колючего кружева воротника. Было больно и хотелось чесаться, но когда она потянулась рукой к загривку — Королева отдернула её и покачала головой. — Правила придуманы для нашей же безопасности. Показывая свои эмоции и желания на людях, такие как: смех, плач и даже желание почесаться — ты даёшь повод считать себя слабой. Ты будто говоришь всем — у меня есть слабости.       Снежка неверяще смотрела на тётю. Что будет от того что она почешется? Разве другие люди не чешутся? — Но зачем мне соблюдать правила, если Вы с дедушкой сможете меня защитить?       Королева сощурила глава и тихо выдохнула в сторону. Девочка увидела холодный пар, исходящий от её губ. Кажется, в воздухе летали снежинки, хотя они находились под крышей. — Мы не всегда будем живы, Снежка. В определенное время нас не станет. Возможно, это будет очень скоро. Поэтому уже сейчас ты должна научиться скрывать свои эмоции, слабости и боль, чтобы в будущем иметь преимущество перед другими. Понимаешь?       Снежка не понимала, но согласно кивнула. Она прекрасно видела, что тете отчего-то нехорошо от этих слов, поэтому решила подыграть.       Вообще девочка думала, что её тетя очень странная. В отличие от тех же служанок или дедушки, у Герды была морозная кожа и при этом очень горячая, отчего прикасаться к ней было приятно, но лишний раз не хотелось. Вместо привычного цвета волос у королевы были синие пряди, прямо как у неё самой. А лицо чаще всего было безучастным или злым, вчерашняя печаль во взгляде куда-то пропала. Снежка плохо знала тётю, но уже поняла, что она была явно не такой как все.       Неожиданно для Снежки, из-за угла вышел мужчина. Слуга галантно поклонился и как-то неловко произнес: — Моя Королева, Его Высочество требует Вашей аудиенции.       Снежка испуганно сжимает ткань в руках и смотрит, как человек ещё раз низко кланяется. Это был тот самый слуга, что вчера рассказывал ей сказки, пока отводил в купальню. — Ступай, Михаил. Скажи, я готова его принять.       Мужчина поклонился в третий раз и вышел. Снежка лишь удивленно выдохнула. — А я не заметила, что он тут!       Королева очень громко засмеялась, запрокинув голову вверх. Снежке стало на минутку проще, и даже кожа на шее Королевы, где она неловко держалась рукой, стала чуточку теплее. — Михаил одновременно везде и его одновременно нигде нет. Поверь, Снежка, он ещё ни раз будет удивлять тебя своим неожиданным появлением. — Магия?       Снежка доверчиво посмотрела в глаза Королеве. Она ещё не совсем понимала, что такое волшебство, но раньше ей доводилось уже видеть подобное.       Герда, довольная сообразительностью племянницы, кивнула: — Магия ветра, если быть точнее.       Снежка не поняла, но сделав вид всезнающего ребенка, гордо подняла нос к верху. Такое внимание начинало нравиться. — А вот и я!       В зал зашёл Мороз, оповещая о своём приближении громкой поступью шагов. Его тяжелое дыхание образовывало облака пара в комнате. Девочка незамедлительно кинулась навстречу. — Дедушка! — Снежка!       Мороз с тем же странным смехом подхватил её на руки и робко покачал на руках. — Заморожу-заморожу!       Девочка смеётся, крепче хватаясь за большую шею, когда дедушка начал щипать за нос и щёки. Ей было весело. Дедушка был не таким как тетя, он был веселым и очень теплым при прикосновении.       Казалось, что она могла бы весь день просидеть на его руках. — Не подавай ей плохой пример, Мороз. Ты слишком громкий для второго претендента на престол.       Королева неласково смотрела на эту картину, невольно отмечая худобу девочку на руках мужчины. — Неповадно, чтобы королевская семья так открыто проявляла свою привязанность. Снежке ещё позволительно — она ребенок. Но ты то должен это знать, Мороз.       Снежка видит, как дедушка недовольно морщит нос и щелкает языком. Видимо, для него было привычно слышать от тёти подобные заявления. — Герда, ну не начинай! Тут же никого из посторонних нет, чтобы прятать свою любовь. Да и тем более, ты сама пару минут назад держала её на коленях.       Женщина окинула взглядом брата сверху вниз и недовольно выдохнула. — Во-первых, я не тискала Снежку также рьяно как ты. Во-вторых, будь тише, Мороз. Ты всё ещё слишком громкий.       Королева смотрела холодно, осторожно поправляя кудри на голове. — Столько лет прошло с того момента, как мы были ничего непонимающими детьми, а ты так и не вырос. Большой мальчишка. Снежке пора на занятия, надеюсь ты сможешь проводить её. Или мне позвать Михаила?       Мороз не злобно закатывает глаза и осторожно берёт девочку на руки. — Пойдем, Снежка, тёте пора заниматься своими делами.       На прощание девочка машет рукой и неловко обнимает шею дедушки. Она не говорит ему, и, видимо, никому уже не скажет, но в момент, когда они вышли из тронного зала, ей стало гораздо легче дышать.