Лучшее время остаться

2015- I полугодие 2019 гг.

История их знакомства на кастинге в питерском «Онегине» уже давно приобрела характер фандомной легенды, хоть и являлась отчасти приукрашенной, уж Ярик позаботился. Ярик появился в его жизни за день до этого, как черт из табакерки — 19-ти лет от роду, маленький, страшненький, с торчащими во все стороны зубами, и настырный как репейник. Вёл себя, как заправская фанатка — встречал на служебках, лайкал посты в соцсетях, писал восторженные комментарии в инсте в стиле «этот Александр пьянит, как вино», вот только — девушкой он не был. Прямо заявил, что стать артистом мюзиклов — мечта всей его жизни, старался вызнать всё про кастинги, про все ходы и выходы, но — все его действия при этом подозрительно напоминали ухаживания за телочкой. Это и смущало, и льстило самолюбию одновременно. Лесть и ласковое обращение быстро находят себе благодатную почву, особенно, когда ты приехал из провинции, когда родители всю жизнь относятся к тебе с максимальной строгостью и выставляют самую высокую планку, что бы ты не делал. Да что там, глянем правде в глаза — он и на театральный-то поступил, по сути, чтобы скорей сбежать из дома в другой город — там был бюджет и предоставляли общежитие. Там, в Нижнем Тагиле, осталась его институтская любовь — тёзка и однокурсница. Предпочла синицу в руках, став актрисой местного театра, и там же впоследствии выйдя замуж. А Саша переехал в Петербург, культурную столицу России. Произошедшее он воспринял, как предательство: его личные стандарты отношений были выше среднестатистических, и планку он снижать не собирался. С Яриком они рубились в компьютерные игры, задрачивали в приставку чуть ли не до утра и смотрели аниме — и мелкий каким-то образом закрыл нишу, которую раньше занимала младшая сестрёнка. Вписался в его жизнь и стал ее неотъемлемой частью. Пару раз они даже вместе напились, как сволочи, вписались в блудняки где-то загородом и едва не огребли от местных пацанов, с трудом унеся ноги. Ни один из них и близко не походил на брутального самца, так что это было наилучшим выходом. Уроженец европеизированного Питера, Баярунас отличался весьма широкими взглядами и, несмотря на юный возраст, имел за плечами бурное прошлое — алкоголь, баловство с веществами, тусовки на вписках и рок-фестивалях, и даже побег из дома. Его родители были в разводе, и младшая сестра, также, как и у Саши, являлась наполовину сводной. И интуиция подсказывала, что и в отношении выбора объекта вожделения, Ярик, теоретически, может проявить такую же необычайную широту взглядов. Да что там, в минуту отчаяния, он даже предложил себя знаменитому гею-режиссеру, лишь бы получить роль, но тот шарахнулся от него, как от прокаженного: этот человек искренне болел за дело и набирал в свои проекты людей по типажу и способностям, а от партнера в постели ожидал взаимного чувства и страсти, а не лежания бревном. Когда Саша прошел кастинг на роль Раскольникова и уехал в Москву, Ярик не растерялся — продолжал поддерживать связь. Там, в Москве, Казьмину поначалу пришлось нелегко — жить приходилось в гримерке, на раскладушке, а партия Родиона оказалась сложна настолько, что пришлось вплотную заниматься связками. Спасибо, добрые люди помогли — даже в театральной среде не переводятся тетушки, желающие потешить материнский инстинкт. Но оно того стоило — работа с самим Кончаловским, главная роль — можно ли разбрасываться такими шансами, когда многие однокурсники, и даже знакомые, с дипломом столичных театральных вузов за плечами, перебивались работой на корпоративах? Ярик тем временем тоже не терял времени даром — пробился в «Рок-оперу», может и дедушка как-то помог, чем-то запал в душу толстяку-директору, сошелся там с Ростиком Колпаковым и Анной Тесс (и видит бог, этим ребятам тоже пришлось ему помогать!) — и подписался на гастроли по регионам. Театру как раз не хватало свежей крови, да и вообще, людей, готовых таскаться по провинциям. Мероприятие тоже ни разу не фунт изюма — дешевые ночные поезда, отсутствие горячего ужина и весьма скромная оплата труда. Но он смог вписать в свое портфолио сначала роль Петра, а затем — и Иисуса! 2016-й год сменился 2017-м и тогда же была принесена первая жертва на алтарь искусства — на одном из спектаклей «Бала вампиров» Саша повредил себе позвоночник, поднимая растяпу-Профессора. Играть второй акт срочно был вызван Игорь Кроль, потому что сам он не мог ни согнуться, ни повернуться. Тогда же он познакомился поближе с обезболивающими препаратами, которые отныне стали неотъемлемой частью его жизни, тем более что надолго выпадать из обоймы совершенно не хотелось. События приняли интересный оборот, когда Саша встретил Кирилла Олешкевича. Молодой амбициозный продюсер, любитель аниме и японской культуры, он основал свою компанию, «Пентаграмма», чтобы локализовать в России культовую «Тетрадь смерти». Желая занять свою собственную нишу, Олешкевич делал ставку на молодежную аудиторию, азиатскую музыкальную культуру и новые методы маркетинга, в том числе традиции k-pop. Кириллу нужен был кандидат на роль Ягами Лайта — и он не думал дважды, заметив молодого человека с хорошим послужным списком и необычной наружности, словно только что сошедшего со страниц комиксов манги. Персонажи манги и аниме, как известно, несут в себе элементы внешности как европейской, так и азиатской расы, являясь своего рода симулякром, то есть в природе их не существует. Нигде, кроме находящейся на стыке двух континентов России. Пронюхав про этот проект, Ярослав разбился в лепешку, чтобы быть представленным Олешкевичу. Вцепился в Сашу, как блоха в котенка, и не отставал, пока его не прослушали на роль детектива Эл. Он подходил по типажу на 150%, обладал чарующим тенором с легкой хрипотцой, но Олешкевича тяготили сомнения в надежности Баярунаса, как члена команды — все его познания в психологии, жизни и людях вопили о том, что этот парень ненадежен, в любой момент может перегореть, передумать или удариться в запой/депрессию/поиск нового смысла жизни, уехать в Тибет, наконец. Подвести, одним словом. Но первые же концерты-презентации «Тетрадки» убедили его, что риск того стоит. Тогда же он просек фишку насчет сценической химии, которую углядел между ребятами и — особенно — позитивной реакции девушек-зрительниц на нее. У них состоялся разговор на троих, где Олешкевич, в выражениях в высшей степени обтекаемых, дал им свои рекомендации относительно поведения на сцене и вне ее. Объяснил, что это пойдет на пользу как их проекту, так и сольной карьере. Фансервис, знаете такую штуку, ну, как у корейцев? Саша кривился, но слушал очень внимательно — все-таки Кирилл был кандидатом наук и преподавал подходы к шоу-бизнесу в универе, имел научные работы на эту тему, то есть был своего рода фигурой авторитетной. А Ярика и уговаривать долго не пришлось — он словно бы получил карт-бланш и индульгенцию одновременно, усилив свои двусмысленные поползновения. Так как они теперь были задействованы в одном проекте, Саша начал упоминать Баярунаса в своих соцсетях, чего раньше никогда не делал. Этого требовала как логика кросс-промоушена, так и… ну, парень уже кем-то начал становиться, ок? Даже сольный концерт в Москве провел, спасибо Ростику, помог с организацией. Тогда же, весной 2017 года, Саша решил пойти по пути своих любимых геймеров-стримеров, и начал сам проводить игровые стримы. Лишняя денежка ведь никогда не помешает, верно? Да и профессия актера была уж больно непредсказуемой по части финансовых потоков. И кто его знает, как жизнь обернется, лучше не складывать все яйца в одну корзину. Это ли не счастье — чтобы за твое хобби — тебе еще и деньги? Не об этом ли мечтает каждый молодой человек от Токио до Лиссабона, представляя себе свою дальнейшую жизнь? Ярик, разумеется, сразу же оказался тут как тут. Вроде и стеснялся поначалу, и дурака валял, но, как позже оказалось, вникал, учился и мотал на ус. Иногда специально в Москву в гости приезжал, чтобы в стримах участие принять, да и просто поиграть, хотя чаще по работе. /рядом со мной мой друг-товарищ-коллега Ярослав Баярунас/ Стримы были террой инкогнита: ни в одном учебнике, ни на одних курсах не писали и не учили, как там надо правильно себя вести и что говорить, как сподвигать поклонниц на донаты, так что они учились по ходу пьесы, методом проб и ошибок. Очень быстро выяснилось, что для зрителей канала два мальчика — гораздо прикольнее, чем один. Так и донатов больше прилетало, и число зрителей стало прирастать. Постепенно Ярик освоился, и его уверенность в себе росла прямо на глазах. Вдвоем они упоенно несли ахинею и всячески прикалывались, а каждый их чих разбирался подписчиками на мемы. Пожалуй, это было лучшее время. Саша даже как-то ляпнул без всякой задней мысли, что соскучился по нему. Ярик не упускал случая воплощать фансервисные советы Олешкевича в жизнь: то поближе подсядет, то к плечу прижмется, то посмотрит со значением, то положит руку на спинку сашкиного кресла. Тот воспринимал это в зависимости от своего сегодняшнего настроения, иногда снисходительно, иногда не очень. Видя в Ярике что-то вроде младшего братишки, Казьмин развлекался дедовщиной в шутливой форме, и не видел в этом ничего дурного — в тех краях, где он вырос, люди руководствовались принципами «молодых надо учить» и «бьет, значит любит». Примерно то же самое происходило на концертах и прочих совместных мероприятиях. Заниматься провокациями и валять дурака было весело — ровно до одного знаменательного случая: когда им напомнили, где они находятся. После очередной презентации Пентаграммы, на которую, к слову, Ярослав явился с сильно подведенными глазами, начесом и в двусмысленном костюме, они фотографировались с поклонницами. Одна из них, из тех мюзикломанок, что приводят с собой равнодушного к ее хобби мужа, уже было встала между ними и ждала, пока благоверный к ней присоединится, как тот бросил сквозь зубы «Я с этими пидарами фотаться не буду!» Дамочка сделала вид, что не расслышала, махнула на него рукой, мол, ну тебя, зануду — и собиралась продолжать. Саша развернулся на пятках и, с лицом мрачнее тучи, стремглав покинул место действия. Ярик поиграл бровями, сделал большие жалобные глазки — и таки сфотографировался и с этой дамой, и со следующей, после чего откланялся. Заглянул в гримерку, и убедившись, что пришел по адресу, проскользнул внутрь, закрыв за собой дверь. Проходившие мимо Лена с Натальей тормознули перед гримеркой, услышав внутри какой-то шум и разговор на повышенных тонах, а затем и вполне отчетливое «Не трогай меня! Заебал!», после чего они обе подпрыгнули от грохота с силой распахнутой двери. Мимо них в направлении выхода вихрем пронесся взбешенный Казьмин, прижимая к себе рюкзак и ворох одежды. Какое-то время они не общались, и на подначки коллег и поклонников замутить что-нибудь с Ярославом, Саша только огрызался, мол, слышать о нём не хочу. Да и сам Ярик ходил на него обиженный, во-первых, за то, что на него спустили тогда полкана, а во-вторых, и на самом деле в первую очередь именно поэтому — по итогам кастинга в очередной сезон «Бала вампиров», в который Ярика не взяли ни под каким видом. Сложно понять, каким образом Саша мог быть ответственен на решения, принимаемые режиссером с мировым именем, но логика никогда не была сильной стороной Баярунаса. Но потом как-то устаканилось, тем более, что совместные проекты никуда не делись, и надо было продолжать работать. Свою роль сыграл и квартирник в Питере, и концерт Пенты на речном теплоходике, где только ленивый не дал Ярику понять, что он в их трудовом коллективе — за младшенького. Тот переносил такое обращение стоически, трогательно хлопая на них огромными глазенками, чем вызывал у женской аудитории неизменное умиление. И они снова устроили совместный стрим, по Resident Evil, названный «Мучаем Баярунаса», где их изображения были разнесены по разным сторонам экрана, хотя де-факто они сидели рядом. Чисто во избежание, знаете ли. А уже в августе случился первый Бессовестный концерт в знаменитом клубе «Космонавт». Ярик исхитрился добиться от Олешкевича поддержки в его организации, а от Саши и личного участия, и помощи с диковинным ритуалом под «Ghastly Silence». Объяснил, что это такая креативная находка — давай, ты будешь вроде бы жрецом, а я — как будто бы новообращенным, и обмазывание головы вот этой белой фигней, это будет, ну, как помазание или посвящение. Народ же надо чем-то удивлять! Ярик как-то резко похорошел и словно бы обрел богемный лоск. «Ритуал» сработал на глазах: к концу мероприятия публика рукоплескала стоя и не желала расходиться. Девчонки на служебке битый час мокли под дождем, чтобы увидеть новоиспеченную звезду. Так было положено начало Баяромании. В сентябре ему предложили поработать у них на бэк-вокале люди, с которыми он познакомился на «Бале вампиров», звезды с мировым именем Сэрич и Ожогин. Оба они играли по очереди графа фон Кролока, и запомнили его в роли Альфреда с самой лучшей стороны. Нет нужды говорить, что, когда встал вопрос о втором кандидате, и Саша предложил им рассмотреть Ярика — тот уцепился за этот шанс всеми зубами и когтями, и сделал всё, чтобы стать для мэтров хоть немного «своим». Той осенью удача словно бы отвернулась от Саши. Stage Entertainment ушел из России и мюзикловый рынок резко сократился. Не помогало ни прекрасное портфолио, ни все тяжким трудом приобретенные умения — его пытались купить задешево либо почти открыто намекали: да, ты талантлив и хорош собою, но… много вас таких. А у нас, знаете ли, экономический кризис, денег у населения всё меньше и мюзикловых проектов тоже. Так что, извини, парень, корма на всех не хватает. Бери, что дают. Нет, какая-то работа в принципе, была, но ситуация стала бесконечно далека от идеальной — никаких долгосрочных контрактов, никакой стабильности, и твои перспективы понятны месяца на два вперед, не более. А самое худшее, как оказалось, ждало впереди, зимой. Так что, стримы по части привлечения дополнительной денежки стали очень даже не лишними. У Ярика, тем временем, с театральными ролями, тоже всё было не шатко, ни валко, его типаж не сильно нравился режиссерам, а метил он очень высоко, заявив, что его мечта — сыграть, не больше и не меньше, самого Рейстлина в «Последнем испытании». Но он не унывал, активно занимаясь сольной карьерой и включая в свои выступления демо-версии всех партий, на которые упорно метил. Мол, поглядите, вы в меня не верите — а я могу! Мальчишка оказался амбициозен, откуда что взялось. Замутил проект под названием «Цветы Зла», и откровенно обозначил свою любовь к творчеству Бодлера, что, несомненно, придало концерту немало романтического флера, где он выступил с сильно подведенными глазами, зачитывая нетленки мятежного «проклятого» поэта. И вряд ли кто из юных фанаток взял себе труд вникать, что «основоположник эстетики декаданса и символизма, повлиявший на развитие всей европейской поэзии» по совместительству являлся опиумным наркоманом и сатанистом. Вот и Саша тоже не вникал, посмеялся только — ну что за пафос, в самом деле. Некогда думать о поэзии, когда есть куча дел — надо посетить все возможные кастинги, да и игры новые выходят постоянно, сами себя не пройдут. Ярик же, тем временем, устроил на Хэллоуин в Питере какую-то пародию на Самайн, одевшись скандинавским богом Локи. Беда пришла, откуда не ждали. Осень прошла для них под знаком гик-культуры — Комик-кон, стрим по «Человеку-пауку»… они вдоволь поваляли дурака, а шутки становились все более двусмысленными. Зрителям нравилось, онлайн рос, донаты прилетали. «Вот и как после этого их не шипперить? хД» — оставил кто-то комментарий под нарезкой с этого стрима. Новая беда называлась «фанфики» и в общем-то они являлись органичной частью молодежной культуры, писались по любому заметному персонажу или человеку, будь то Бэтмен или фигуристы с футболистами, и означали, что ты стал ЗНАМЕНИТОСТЬЮ. Ярик поначалу даже рвался их читать, полагая, что своими текстами фанатки подскажут, каким они хотят видеть его в идеале, но позже оставил эту затею. Саше эта сторона популярности не понравилась от слова совсем: эти рассказы выставляли их обоих геями, у которых роман друг с другом! Не дай бог, родители узнают… Поди объясни, что именно ты делаешь неправильно, раз люди так тебя воспринимают. И словно этого было мало, какие-то шустрые граждане регулярно размещали их фотографии в сообществе VK «И имя мне слэшер». И как позже выяснилось, много где еще. К такому жизнь его не готовила! Ярик и не думал как-то корректировать свое поведение, словно бы специально потворствуя юным фантазеркам. Томно заглядывал в лицо на сцене, на стримах, лез обниматься и притираться, даже умудрялся в одно лицо снимать весьма двусмысленные сторисы в гримерках. В иные дни хотелось настучать ему по голове, в другие — сложно было сопротивляться этому взгляду шрековского котика в сочетании с громкими словами о вечной дружбе, доверии и развеивании его пепла. И не обнять в ответ. Возможно, Яру банально не хватало в детстве внимания родителей и даже материнской ласки, чем и объяснялась повышенная тактильность мелкого поганца, кто его знает. А уж когда означенный мелкий поганец направо и налево рассказывает, как тронут он был недавно твоими игрой и пением, как он ревел на твоем спектакле — самые противоречивые мысли начинают роиться в смущенном сознании, и поверх всего — нечто подозрительно похожее на угрызения совести. Мотивация Баярунаса продолжала вызывать у него вопросы: то ли он ревностно следует заветам Олешкевича, видя в фансервисе выгоду, то ли и правда с его ориентацией не всё так однозначно, то ли характер такой просто. Последняя версия была принята в итоге за условно-рабочую. Что означают все эти взгляды, порою умильные, порою тоскливые, что означает его поведение, ласковое и полностью лишенное свойственной среднестатистическому мужику прямоты, — актерскую ли игру, дурацкую ли шутку или нечто большее — оставалось для Саши неразгаданной загадкой. Однажды Ярик перешел черту, спугнув девушку, которая понравилась Саше. Очень понравилась. Из вредности ли он это сделал или просто развлекался — история умалчивает. Дело было после клубного концерта. Сказал ей, что, мол, не обольщайтесь, главное у Сашки в жизни — работа, а еще друзья. Среди которых есть особо близкие, вот как я, например — и сделал многозначительное движение бровями, имитируя гейские манеры. Девушка оказалась принципиальная, тут же растворилась за горизонтом, не желая слушать никаких объяснений. Скандал вышел знатный: по дороге в гримерку Ярик старательно игнорировал недовольное выражение сашкиного лица, посмеиваясь, мол, а что такого, и вскоре оказался схвачен за грудки и прижат к стене. Разница в росте и весовой категории не давала ему и шанса избежать трепки. Казьмин орал на него благим матом, тряся как грушу и подкрепляя каждую фразу тычком хрупкого тела об стену, и во всем словесном потоке наиболее прилично звучало уже знакомое «ты заебал». Нервно хихикающий Ярик ни раскаявшимся, ни напуганным не выглядел, чем окончательно вывел Сашу из себя, тот размахнулся — и спустя секунду его кулак пролетел ровно в миллиметре от яриковой головы, приземлившись в стену в опасной близости от нее. Несильно, конечно, дабы не повредить свои артистические пальчики. Но достаточно, чтобы Яр перестал смеяться и уставился на него страдальческими глазками, которые тут же подозрительно заблестели. Это зрелище сразу же охладило сашкин пыл: остывал он так же быстро, как и заводился. Так и жили. Зимой с работой у Саши наступил совсем голяк, что начало сказываться как на самооценке, так и на качестве вокала в отсутствие постоянной практики. Он ухитрился здорово накосячить на очередном Бессовестном концерте в феврале. Там они повторяли тот летний номер под Ghostly Silence, с обмазыванием яриковой головы белой краской, причем Ярик с самого начала настаивал, что ни с кем другим этот перфоманс он проводить не хочет, пустив в ход все свои излюбленные аргументы про доверие и константу. Для прессы про эту часть сценария сам Ярик отзывался очень расплывчато, что, мол, это личное, фишка такая креативная, и вообще, не заморачивайтесь. Никто и не думал, мало ли что взбредет в голову столь эпатажному артисту, а свою собственную — зачем забивать лишней информацией, верно? «Ритуал», тем не менее, оказал на поклонниц прямо-таки гипнотическое воздействие, да и сам Казьмин ощущал себя как-то странно — в венах гулял адреналин, его заметно потряхивало. Возможно, нервишки шалили из-за кое-как работающей аппаратуры, а может и наоборот, все дело было в мистической атмосфере, создаваемой звуками лютни, кто ж его знает. А потом всё и вовсе пошло наперекосяк –настройки мониторов оказались не те, что они подготовили и он почти себя не слышал, да и дамочка эта, что написала ему критический комментарий прямо во время концерта, откуда вообще она только взялась? Зато сам Ярик был в ударе, да и выглядел как настоящая рок-звезда — полный энтузиазма, удачно причесанный и подкрашенный, он казался выше ростом в своих сапогах на платформе, и явно произвел на фанаток неизгладимое впечатление и изысканной худобой, и аристократическим профилем, да и вокал его был сегодня на высоте. И даже техническая заминка не выбила его из колеи. На пару с Женей Егоровым они зажгли зал дуэтом Рудольфа и Смерти из культовой «Элизабет». Было отчего почувствовать себя лишним на этом празднике жизни, поэтому Саша сбежал, как только предоставилась возможность. Спрятавшись за спины коллег на поклонах, бочком-бочком, прочь из этого зала, из этого клуба, прочь от насмешливого взора своей критикессы и ее подружек, с которыми они возможно, да и скорее всего точно, обсуждают его провал и смеются над ним…

***

К весне всё как-то наладилось и дела пошли в гору — началась работа над «Икаром», «Гипербореей» и «Ромео против Джульетты», объявили новые блоки «Преступления и Наказания» и «Бала Вампиров», Лена и Даша позвали на свои сольники, им упали роли Даламаров, фестивали, комик-коны, да и Марина подкинула работы… И судя по регулярно ведущимся переговорам, впереди было много интересного! А еще, по некоторым косвенным признакам, в жизни Ярика появилась женщина. Это обстоятельство окончательно примирило Сашу с фансервисной составляющей их сотрудничества, и он выдохнул с облегчением: приятель все-таки оказался нормальным, а чинимые ими безобразия — просто бизнес и ничего личного, еще одна роль, вот и всё. Единственная роль, которая была чем-то постоянным в этом дурдоме, в который превратился российский мюзикловый бизнес в последние годы. Забавно, что от своей политики — смущать умы — Ярик отказываться даже и не думал, выступив на Фестивале Мюзикла в амплуа развратного конферансье-трансвестита в помаде и на огромных каблучищах. Публика покатывалась со смеху, успех был ошеломительный. Жизнь закрутила в водовороте, как это обычно и бывает, когда у тебя есть любимое дело и оно захватывает тебя целиком, заставляя чувствовать себя живым. На фоне плотного расписания, Саша даже не заметил, как пронеслась весна 2019 года, как не заметил он и того, что Ярик начинает отдаляться, и вроде бы что-то скрывает. Как скрыл, он, например, накативший вдруг депрессняк, о котором внезапно поведал чату на стриме… / на своем собственном, отдельном от него, стриме! / … умолчав, впрочем, о его предпосылках. Чат тогда посоветовал обратиться к психологу, а их общие фанаты разнесли эту новость по фандому. На этом сюрпризы не закончились. Внезапно — Яр купил в долгосрочный кредит навороченный автомобиль, что называется, на коже-и-роже, внезапно — у Баярунаса нарисовалась своя контора, в которой он оказался соучредителем, внезапно — он заявил, что ставит свою версию «Иисус Христос Суперзведа» совместно с театром «Рок-опера», и с собой в главной роли, разумеется. И предложил ему роль Иуды. Убедил Сашу сняться для промо-клипа в ярком макияже, адском смоуки, сделавшем его неотличимым от героев аниме: такого Иуду театральный мир еще, пожалуй, не видел. Сопротивлялся тот недолго, уж больно радужные открывались перспективы. На постановку нужны были деньги, собрать которые предстояло путем краудфайндинга, то есть, по сути, с их собственных поклонниц, а, как показал, опыт, такое им должно было прийтись по нраву. Сам Ярослав пообещал пойти на еще большую жертву — предстать перед фанатками голым. Позже, много позже, выяснится, что не так уж Ярик и хотел девать ему и роль Иуды, и тем более роль Иисуса. Идея принадлежала двум его сотрудницам, из тех, кого называют «рабочей лошадкой», и которых никто особо не пиарил и не фотографировал, в отличие от гламурных девочек из Баяротим, сваливая на них весь организационный геморрой. Они резонно аргументировали, что дерзкому проекту не помешают некоторые гарантии успеха, да и для сбора взносов с фанатов потребуются аргументы повесомее, чем одно лишь «купеческое слово» Ярослава. И есть один проверенный рецепт, ты его знаешь, Ярик.