Вспомнить всё

       Раньше я думал, что не могу ненавидеть Малфоя сильнее и всё время находился на пике. Я ошибался. После того, что случилось, я самолично готов использовать на этом конченом уроде «Круцио»! Или то же «Империо», чтобы заставить Малфоя утопиться в озере! Я бы даже «Авада Кедавры» бы не испугался!

***

      Я помню это, как сейчас. Первая в сезоне квиддичная игра. Наш «Гриффиндор» против «Слизерина». Всё вроде как обычно. Оливер Вуд защищает гриффиндорские кольца от квоффлов, запущенных слизеринскими игроками. Анжелина Джонсон, Кэти Белл и Алисия Спиннет передают друг дружке мячи и бросают их в кольца противника. Фред и Джордж носятся по всему полю и отбивают бладжеры от своих, посылая их в слизеринцев. Гарри как всегда высматривал золотой снитч, временами бросая на Малфоя убийственные взгляды, получая такие же.       В конце концов, когда счёт был 60:40 в пользу «Гриффиндора», Гарри заметил снитч и бросился к нему. Малфой ринулся за ним. Однако «Молния» Гарри во многом превосходила «Нимбус-2001» и в скорости, разумеется, тоже. Снитч оказался в руке у Гарри, и тот довольный взмыл высоко над стадионом. Весь «Гриффиндор» и не только радостно заорал, вставая с трибун. «Слизерин» засвистел, ну и к Мерлиновой бабушке их!       Вдруг всем стало не до радости; в голову Гарри со страшной скоростью врезался бладжер! Тот начал падать без чувств на землю с высоты, немного большей средней. Всё происходило быстро, никто не успел отреагировать, а Дамблдора на игре не было. Наша команда бросилась к Гарри. Поняв, что всё плохо, мадам Трюк попросила учителей, чтобы все возвращались в школу и расходились по гостиным, а она сама и профессор Макгоногалл на наколдованных носилках понесли Гарри в больничное крыло.       В толпе я заметил, как Малфой довольно ухмыляется и обменивается с другими игроками кулачками. Сразу было понятно: у Малфоя только что сбылся давно затеянный план. Он попросил одного из своих загонщиков запустить в Гарри бладжером в том случае, если тот поймает снитч.       Наши глаза встретились. Малфой даже не отвёл глаза, а лишь всё нахальней заулыбался. Мной одолело дикое желание подойти к нему и набить его самодовольную физиономию! Я уже ринулся на Драко, как тут же Гермиона схватила меня за руку. В толпе я нашёл Джинни, которая тоже убийственно смотрела на Малфоя. Мы с ней переглянулись и кивнули друг другу, мол, если и избивать Малфоя, то вдвоём.       Интересно, а почему профессор Грюм ничего не сделал? Даю голову на отсечение, его ненормальный глаз всё видел! Странные эти учителя… Тем более если ты учитель защиты от тёмных сил. Не будь Люпин оборотнем, был бы самым нормальным из всех и, наверно, учил бы нас дальше. Даже при условии, что он оборотень. Но нет же, Снейпу надо было всё как всегда испортить!       Как только мы снова оказались в замке, я ринулся в больничное крыло, но ни меня, ни команду туда не пустили. Мол, мешать только будем. Я уже собирался остаться стоять на месте, но Гермиона потащила меня в гостиную. Она сказала:       — Не переживай, Рон. Всё будет хорошо. С Гарри всё будет хорошо. У мадам мадам Помфри ещё никогда не бывало безвыходных ситуаций.       По её тону мне было ясно, что она сама хочет на это надеяться.       — Дребедень, — сказал я, когда мы подошли к портрету Полной Дамы.       Она пропустила нас в гриффиндорскую гостиную, и мы направились в угол к нашей команде. Везде стоял такой возмущённый гвалт голосов, что хоть беги из Хогвартса! Ребята вели себя не лучше:       — Возмутительно! — кричал Оливер.       — Незаконно! — верещали девочки.       — Кто им давал право?! — закончили Фред и Джордж.       — Готов поклясться, Снейп и дал! — вмешался я.       Так мы возмущались до самого обеда. На обратном пути из Большого зала я всё-таки решил зайти в больничное крыло. Как я и надеялся, мадам Помфри там не было. Я оглянулся и увидел перед собой под окном койку, задёрнутую ширмой. Я подошёл и увидел Гарри, лежавшего без сознания с забинтованной головой. Впрочем, нужен был уже новый, так как этот уже пропустил кровь на подушку. С каких это пор бладжеры наносят режущие удары? Ах, ну да, это же, небось, Малфой постарался!       Я посмотрел на Гарри. На его бледном лице не было и следа от той улыбки, что была, когда он поймал снитч. И очков тоже не было. Они лежали на прикроватной тумбочке. Я их взял и осмотрел. Левая душка норовила вот-вот отвалиться, но с другой стороны самая элементарнейшая «Рапара» смогла бы всё исправить в долю секунды. Очки практически повторяли состояние хозяина. Однако у Гарри вид был более плачевный.       «А что если его переведут к Святому Мунго?.. — пронеслось у меня в голове. — А что если его…»       Из рассуждений меня вырвал голос Гермионы:       — Эй, Рон! Вот ты где, — Она подошла ко мне. — Я думала ты уже в гостиной, кстати, как… о боже…       Гермиона явно хотела спросить «Кстати, как Гарри?», но ответ не заставил себя долго ждать. Приложив ладонь ко рту, она испуганно посмотрела на меня. Я ничего не сказал и лишь повернул голову снова к Гарри.       Тут из своего кабинета вышла мадам Помфри, и заметив меня и Гермиону, начала нас выпроваживать:       — Что вы тут забыли? Идите! Если он очнётся, лучше ему сделать это одному. Я вас потом пущу!       Что значит «если»? Неужели всё так плохо?       — Всё будет хорошо, я уверена! — сказала Гермиона, похоже заметив, как я побледнел. Она скорее убеждала ещё и себя.       Когда мы снова оказались в общей гостиной, на нас обрушились вопросы команды, будто они знали, где мы сейчас были.       — Что с ним?       — Всё плохо?       — Когда его выпишут?       — Он сможет играть?       — ТИХО! — приказала Гермиона.       Все раступились и пропустили нас дальше. Кот Гермионы — Косолапус — начал тереться о её ноги и проситься на руки.       — Может… сделаем уроки? — предложила она.       Её предложение меня ни капли не побудило на его выполнение, но я молча поплёлся в спальню за своими учебниками. Когда я вернулся, Гермиона уже приготовилась во всю строчить по пергаменту, выполняя работу по зельеваринию. Лично я с трудом выдавливал из себя каждое слово и к ужину у меня было готово только это дурацкое зельеварение.       В Большом зале я, находясь мыслями где-то далеко, ели что смог съесть. После я отправился на боковую, хоть и было ещё куча времени до отбоя.       Я повернулся к кровати Гарри. Меня посетила невесёлая и немного пугающая мысль: Гарри сегодня не будет в спальне. Конечно, продбное случалось ещё и раньше, но сейчас было как-то по-другому. Я осозновал что это не последняя такая ночь.