Час охоты

— Привет, любительница ножей, — усмехается Кэмден, и присаживается на пустое место. Я приветливо улыбаюсь парню. Первые уроки проходили точно так же, как и в предыдущей школе — занудно. Занудно и скучно. Монотонный голос учителя математики до сих пор отдавался эхом в моей голове. Я прикрыла глаза, и откуда шею на стул, расслабляя конечность. Вообще — сбежать из школы было бы неплохой идеей, размышляю я, и смотрю как Кэмден разворачивает свой обед. Сбежать, и возможно взять Лейхи с собой, но могу и без него пойти. Лишь бы свалить из школы. Меня воротило от всех учеников. Все они смотрели на меня, шептались между собой и посмеивались. Интересно, а с чего бы? Я, конечно же, до такого уровня не буду опускаться, но мне неприятно. На самом деле каждый ученик казался мне копией другого. Кислая мина, притворный смех и высокомерная улыбка —вот что объединяло их всех. Я откусила сладкое яблоко, издав легкий хруст, и ощущая приторный сок зелёного фрукта, облизала губы. — Как первый день в школе? — Кэмден, похоже, не любил здоровую еду, поэтому с удовольствием поедал обгорелую котлетку из мяса, запивая колой. — Терпимо, но постоянно ловлю косые взгляды в спину, — я пожала плечами, — А еще никто даже так и не узнал моего имени, только тычут пальцем. Кучерявый издал приглушенный смешок, и вытащил вилку из набора. — А ты бы хотела, чтобы узнали твоё имя? Он заинтересованно посмотрел на меня. — Нет, мне без разницы, — отвечаю я, пожимая плечами, и закидываюсь ногу на ногу. Лейхи одобряюще ухмыльнулся, а я еще раз оглянулась по сторонам, осматривая с любопытством столовую. — Один друг у тебя точно есть, — добавляет Кемдем, и очаровательно улыбается. А он милый. Мы встаём из-за стола, и направляемся на выход из столовой, обсуждая учителей. Кэмден разворачивается и бежит на физкультуру, пока я ищу кабинет. Кэмден сказал, что у него нелюбимая физкультура. По телосложению парня и не скажешь. С волнением петляю по школьным коридорам, где ходят ученики. Подошва обуви скользит по полу, и я с тревогой надеюсь, что не упаду на глаза у всех. Расписание, кажется, ложным, потому что в школе нет такого кабинета. Или я просто его не нашла ещё, думаю об этом, и ускоряю шаг. Трещит звонок, и ученики начинают заходить в кабинеты, опустошая коридоры. Хочу уже завернуть за угол, и вспоминаю, что ещё не ходила тут. Перехожу на лёгкий бег, и придерживая лямку портфеля рукой, замечаю кабинет. Замечаю кабинет в тот самый момент, когда падаю на пол. Падаю и довольно громко, словно мне кости перебили. Спотыкаюсь об чей-то оставленный на полу рюкзак. Что за идиот, черт возьми, раскидывается предметов для хранения учебников? Мои ноги запутались в толстых лямках портфеля, и затем я упала с громким шлепком, раздавшимся по стенам школы. Кажется, я не сильно ударилась головой. И ногой, если на то уж пошло. Приподнявшись и недовольно взвизгнув от неожиданности, я запуталась окончательно в своих ногах. В такие моменты понимаешь, что ты неуклюжая. Верхняя одежда слегка задралась сзади, и я разозлилась, двигая ногами, чтобы вылезти. — Сегодня все девушки будут падать к моим ногам? Насмешливо говорит незнакомый парень, и подходит ближе, чтобы я смогла заметить его кеды. — Ты такой джентельмен, — сердито фыркаю в ответ, и вытягиваю ноги, чтобы убрать чужой рюкзак. Отбрасываю портфель парня, и поправляю волосы, которые запутались и стушевались. Смотрю наверх, и вижу, как парень подаёт руку, которую я игнорирую. Парень не перестаёт подавать руку, и кажется, его не обижает это, а наоборот. Внимательно рассматриваю его. Он был высокого роста; стройный. Широкие плечи доказывали его крепкое, мужественное телосложение. У него был спокойный, даже внимательный взгляд. Пораженно смотрю на него. Темные волосы зализаны назад, но некоторые прядки вылезают, спадая на лицо. Отмечаю, что у него пухлые губы. Я была крайне удивлена красивым цветом его глаз — голубые. Такие голубые, что невольно сравнила их с небесной лазурью, которая как покрывало застилала небо. Он чешет затылок, и смотрит на меня. Видит мой рассматривающий и заинтересованный взгляд, и хитро поправляет волосы. — Питер Хейл, —представлялся брюнет, и криво усмехается, выпрямляя плечи. Я плотно поджимаю губы, и даже нервно дёргаюсь. — Понятно, — тихо отвечаю, и разминаю пальцы на руке, чтобы отвлечься от неловкости. Подбираю свои вещи, и направляюсь в сторону своего кабинета. Точнее, пошла искать кабинет, где проходит урок. — А тебя как зовут? — спрашивает, почти кричит Питер, но я нарочно не замечаю его. Облизываю пересохшие губы, и беспокойно готовлюсь к уроку.  — Тебя проводить? — догоняет Кэмден, когда звонит последний звонок. Я задумываюсь, но киваю, и мы уже идём вместе. Мы вышли на улицу, спустившись по лестнице заведения. — Как тебе новая школа? — Ужасно, — хмыкаю я, когда мы идём уже по дороге, — Но мне все равно. Последний год я уж переживу. Надеюсь. Лейхи чуть смеётся, и соглашается со мной. — На спортивные кружки записалась? — спрашивает брюнет, и я пытаюсь вспомнить чтобы директор упоминал про них. — Нет, а какие у вас есть? Конечно, я ничего не умею, кроме того, чтобы стрелять в оборотней и рисовать сумасшедшие рисунки. — Баскетбол, — Кемден загибает один палец, — Лакросс, — загибает второй и неуверенно хмурится, — Футбол. Я странно хмыкаю, и одариваю парня шутливым взглядом. — Не густо. — Это да. Я вот в этом году пробуюсь на защитника в Лакроссе, — говорит парень, и мечтательно прикрывает глаза, — я тренировался все лето. — А я не знаю куда мне идти, — пожимаю плечами, и кажется, это моя любимый жест. — Футбол? — приподнимает брови Кэмден, и его предположение оказывается вполне верным. Футбол. Замечаю, что брат тоже выходит и направляется в сторону парковки. Не поеду с ним. — В футбол я играть умею, — позитивно дергаю плечами, ладонями держась за лямки рюкзака. Парень ободряюще показывает большой палец вверх, и даже хлопает.  — Могу показать тебе, где записаться. Я киваю, и мы продолжаем путь до моего дома. Уже когда я вижу свой дом, я обрываю диалог, и прощаясь спешу к дому. Забегаю на порог, кидая обувь на коврик, и торопливо поднимаюсь на второй этаж, скидывая одежду. На ужин отец готовит фрикадельки с лазанью, и не остаётся ничего, кроме как есть их, запивая чаем. — Как в школе? — Отец накладывает себе еду, и пробегает по нам взором, останавливаясь на Томасе, — Томас? — Нормально, — улыбается тот, и берет кетчуп со стола, выдавливая себе соус. — Тони? — Кошмарно, — отвечаю отцу, облокотившись на спинку стула, — Пап, когда пойдём тренироваться в лес? Томас поворачиваемся в мою сторону, затем в папину, и тоже интересуется этим. — Вы так хотите? — отец закатил глаза устало, и чуть ухмыльнулся, — Хорошо, поедем на выходных. Мы друг другу даёт пять. Именно на этой ноте я поднимаюсь в свою комнату, и кажется засыпаю, ожидая сладкую пелену сна. Но к сожалению, мне ничего не снится. Досадно поднимаюсь с ложи. Меня подвозит отец, и уезжает, говоря, что спешит на работу. Первый урок была физкультура, поэтому долго ищу раздевалку, спрашивая у учеников. Удобные длинные шорты хорошо и свободно сидели на мне; одолженная футболка брата болталась на талии и плечах, впрочем, это не имело значения. Я торопливо спускаюсь на улицу, и замечаю преподавателя физкультуры. — Ты новенькая? — спрашивает преподаватель, затем свистит в свисток, так громко, что чувствую кровь из ушей, — Пять кругов. Нервно дергаюсь, и чуть шевелю плечами. — Слава богу, — вздыхаю, и даже радуюсь, что не так много. Обычно бегали мы больше. — Пять кругов только разминка, — смеётся учитель, который, кажется знал, что так и будет. Разочарованно вздыхаю, и мечтаю попасть скорее домой. Затем развалиться на мягкой кровати, помечтать, и просто выспаться. Разве много прошу? Это вполне выполнимые требования. Вообще, бегать — классно. Но с одним условием, и это бегать на природе. Бегать по лесу намного лучше: свежий воздух, исходящий от деревьев дикого леса; приятная трава, шуршащая под ногами, и одиночество. Одиночество, блин! Тут нету вечно присматривающего за тобой учителя, и нету раздражающего свистка тренера. Который, кстати, свистит каждые несколько минут. А ещё потные парни, куча девчонок в коротких шортах, и мрачная погода. Я обогнала пару учеников, и оказалась впереди, принимая решение лишь одно — бежать одной. Уходить в мысли ведь приятно, так? Слышу, как сзади подкрадывается кто-то, бежит сзади, и даже когда я снижаю скорость, то он по-прежнему бежит сзади. Он не решает обгонять меня. Я притормаживаю, и встречаюсь взглядами с вчерашним парнем. — Привет, — мило здоровается он, и я ещё раз рассматриваю его. Спортивная красная форма идеально сидит на парнем, и он замечает мой взгляд, начиная улыбаться. Закатываю глаза, делая как можно презрительно. Вспоминаю, как именно из-за него я вчера плюхнулась на пол, и именно из-за него опоздала на урок. Питер Хейл, если не ошибаюсь. — Питер, — с неприязнью ворчу я, и отворачиваюсь от него; смотрю на асфальт, и краску, которой выделяли линии бега. — Ты вчера так и не сказала своё имя, — напоминает брюнет, и снова улыбается, да и с таким видом, будто делает мне одолжение. — И не скажу, — медленно останавливаюсь, начиная перевязывать кроссовки, и в душе надеюсь, что он убежал вперёд. Но слышу топот ног; понимаю, что это не так. — Почему? — спрашивает, разминая руки, — Тебе оно не нравится? — Вообще-то, нравится, — тихо возмущаюсь. Чувствую маленькую усталость, и делаю небольшую передышку. — У меня есть предложение, — хитро произносит Питер, и чешет рукой шею, — Ты мне скажешь имя, а я побегу дальше. Хочу проигнорировать, но вижу в голубых глазах одно — стойкость, поэтому киваю, — Тони Банди. Питер сощурено ухмыляется, и бежит вперёд. Я бегу позади, начиная расслабляться. Когда урок закончился, я была невероятно радостна. Тому факту, что больше не встречу этого парня на уроках — особенно.