И вспыхнет пламя

Родрик Грейджой стал затворником собственной комнаты. Выходил он крайне редко, а если это и случалось, то парень ловил на себе косые взгляды. Кто-то сочувствовал, кто-то сопереживал, кто-то просто сторонился. Раны на костяшках пальцев постепенно затягивались, чего не скажешь о воспоминаниях. Грейджою хотелось найти хоть какую-то логику в поступке своей матери и, уже бывшего, друга, но она просто отсутствовала. Что могло сподвигнуть Баратеона вдруг лечь в постель со зрелой женщиной? От таких мыслей Родрик поморщился, и его чуть не стошнило прямо на кровать. Многие пытались поговорить с юным кракеном, но единственным человеком, которого он мог видеть, была Аша. Хоть они и разговаривали, но, на удивление для них самих, редко, и обычно их диалоги сводились к обсуждению моря и кораблей, Грейджой видел, как его сестре паршиво. Девушка замкнулась в себе и своих чувствах, и даже собственный брат не мог понять, что её больше печалило — поступок матери или поступок Ренли. Сегодня весь двор собирался в Тронном зале для какого-то очень важного объявления. Родрик не пошёл, наплевав на все правила. Он посчитал, что двоих Грейджоев будет достаточно. Единственным желанием парня было скорее убраться из столицы, однако каждый раз что-то случалось, и они задерживались ещё на день, потом на неделю и так до бесконечности. Как будто до мнения железнорождённых было кому-то дело. Размышления резко прервались, когда дверь распахнулась, и в комнату влетела ошарашенная Аша. Она тяжело дышала, видимо бежала со всех ног, на её лице читалось удивление, непонимание и шок одновременно. Родрик поднялся с постели и подошёл к сестре. Он аккуратно взял девушку за плечо и попытался привлечь к себе внимание. — Эй! Ты чего? — Ты не поверишь… — Аша всё ещё задыхалась, — только спокойно… Лианна и Дейрон объявили о помолвке. Грейджой отшатнулся, слегка толкнув сестру. В голове сразу всплыл разговор этого змея в порту, как он хвалился, что сможет трахнуть дракона. Его самодовольное лицо встало прямо перед глазами, а подле него была Лианна. Седьмое пекло! Его Лианна! Не контролируя свои действия, парень выбежал из комнаты и, на подсознательном уровне, двинулся в знакомом ему направлении. Глаза Родрика излучали ненависть, самую настоящую злость. Люди, которые встречались у него на пути, чуть ли не отпрыгивали, боясь попасть под горячую руку. И вот он уже был возле двери Таргариен и хотел было войти, но Безупречный остановил его. — Нет. — Серый Червь, я не хочу с тобой драться, так что впусти меня! — Нет. Кровь слишком бурлила внутри Родрика. Юноша уже замахнулся рукой, чтобы врезать этому евнуху, как дверь открылась и из покоев выглянула испуганная Лианна. — Что здесь происходит? Заходи, — девушка впустила его внутрь, предварительно оглядевшись по сторонам. Не хватало ей тут ещё лишних глаз и ушей. Грейджой бегло пробежался взглядом по комнате. Он провел рукой по волосам, а потом повернулся к Лианне. Таргариен стояла очень встревоженная, боясь начать разговор. — Ты выходишь за него, — спокойно сказал Родрик. — Это… важно… послушай… — Нет. ТЫ ВЫХОДИШЬ ЗА НЕГО! — закричал юноша. Его челюсть дрожала, как и всё его тело. Глаза постепенно наливались слезами. — Я должна помочь… — Кому? — Стране. Нашему дому. — Этой стране плевать на тебя! — Грейджой был резок, но правдив. — Дейрон замышляет что-то очень масштабное, я чувствую это. — И лучше способа, чем лечь к нему в постель, ты не нашла? — Ты заговариваешься, Родрик! — Сказать тебе правду? Я однажды слышал его разговор, — парень стал подходить ближе к Лианне, — он говорил про твоё тело, твою грудь, — теперь лишь миллиметры разделяли их. У девушки участилось дыхание. Она вздрогнула, когда Грейджой схватил её за запястье. — Говорил, как же будет приятно тебя трахнуть! — Отпусти, — прошептала девушка. Родрик прикрыл глаза, и одна слеза скатилась по его щеке. Он отвернулся и прошёл немного вперед. Ещё никогда юноша не показывал свою слабость, но сейчас он был просто разбит. — Прошу, Лиа, давай сбежим, прямо сейчас, куда угодно. Ты и я. Таргариен тоже начала плакать. Это была их мечта: они вдвоём, на корабле, а впереди — только бескрайнее море. — Я не могу. Грейджой от бессилия упал на колени. — Я люблю тебя! Всегда любил! Не поступай так… Девушка аккуратно опустилась на колени рядом с ним и взяла его лицо в свои ладони. — И я тебя люблю. Ты всегда будешь в моём сердце. У меня могут быть ещё сотни мужей, но я всегда буду принадлежать тебе. Прости. Помнишь, что я говорила? Я буду твоей женой, но не раньше, чем задуют белые ветры. Доверься мне. Это было хуже всего — ждать. Сколько пройдёт ещё месяцев или лет? Родрик поднялся на ноги, и его лицо снова стало серьёзным и озлобленным. — Ты думаешь, это игра? Будет ли тебе легко, когда ты понесёшь от этого змея? — Я не забеременею! — Уверена? Ты кидаешься пустыми обещаниями, Лианна. Я спрашиваю в последний раз. Ты со мной или нет? Таргариен всхлипнула. Она не могла вот так просто потерять его, но на кону была судьба всего королевства. — Прости. Родрик больше не стал ничего говорить. Он молча покинул любовь всей своей жизни. Теперь его сердце было разбито на тысячи осколков, и собрать его, увы, уже не получится. Он как в тумане вернулся в свои покои, где его ждала Аша. Она тут же подскочила, обеспокоенная состоянием брата. — Поговорил? — Собирай вещи! Мы уплываем! — Что? Грейджой начал всё скидывать в какой-то мешок: одежду, карты, оружие — всё, что у него с собой было. — Я сказал — мы уплываем! Собирайся, Аша! — крикнул юноша. Девушка пыталась подобрать хоть какие-то правильные слова. Она никогда ещё не видела брата в таком виде. — Куда уплываем? — Подальше от этой грёбаной страны! Благо вещей у Родрика было мало, так что сборы продлились буквально несколько минут. — Я за провизией, встретимся в порту!

***

Уже когда солнце село за горизонт, а на небе загорелись первые звёзды, корабль «Чёрный кракен» был полностью готов к отплытию. Грейджой ещё раз обошёл своё судно, дабы убедиться, что ничего не забыл. Аша, видимо, не торопилась, из-за чего испытывала терпение юноши. Он вышел на палубу и увидел свою сестру, стоящую на причале. Пришлось спуститься к ней. — Быстрее, дорогая, нам не нужны лишние свидетели нашего побега. — Я остаюсь, — резко ответила девушка. — Что, прости? Она взяла своего брата за руку. — Нашу мать везде презирают, неизвестно, что там теперь творится на Железных островах. Отец — пьяница и распутник. Кто же приглядит за нашим домом? Я должна остаться, братец. Родрик грустно вздохнул и крепко прижал к себе Ашу. Это он — наследник Железных островов, это он должен думать о будущем своих людей, а не она. Его маленькая сестрёнка стала уже совсем взрослой. — Ненавижу долго прощаться, иди. — Аша… — Не заставляй меня плакать, Грейджой! Парень поцеловал сестру в лоб и ещё раз посмотрел ей в глаза. И как же он теперь без неё? — Я люблю тебя. Пожалуйста, береги себя. — А ты себя, брат. — То, что мертво, умереть не может. — То, что мертво, умереть не может, — повторила Аша. И Родрик ушёл. Поднялся на палубу «Чёрного кракена» и скомандовал поднять якоря. Он смотрел на свою сестру, одиноко стоящую на причале, и понимал, что, вполне возможно, больше мог никогда не увидит её.