Потерянная душа

Весь мир содрогался от неистовых всплесков фуриоку — там, за пеленой пыли, шёл безумный, казалось, безнадёжный бой. Земля гудела, воздух искрился от переизбытка энергии, а яростные порывы ветра нещадно трепали золотые волосы Манты, пытаясь сбить его с ног и отбросить прочь.   Но для него всё это было лишь фоновым шумом. Мир Манты сузился до размеров неподвижного тела Йо, распростёртого на холодной, безжизненной земле. Глаза юноши, опухшие от невыплаканных слёз, были прикованы к бледной, почти прозрачной руке друга.   Он не мог принять происходящее, не мог заставить себя поверить в этот финал. Всё казалось затянувшимся кошмаром, от которого невозможно проснуться. Рассудком он понимал: такой исход был самым правдоподобным при столкновении с настолько сокрушительной силой. Но сердце упрямо отказывалось сдаваться, до последнего цепляясь за зыбкую надежду на лучший исход.   И вдруг... случилось чудо. Едва заметное, почти призрачное движение. У Йо дрогнули пальцы.   Манта застыл, боясь даже моргнуть.   —  Показалось?  — пронеслось в голове, леденя сердце, — Может... просто дрожь земли от ударов Хао?   Но спустя секунду указательный палец Йо снова дёрнулся, словно пытаясь уцепиться за невидимую нить, связывающую его с этим миром.   — Йо?.. — сорвавшимся, сиплым шепотом позвал Манта.   Он подался вперёд, всматриваясь в застывшее лицо друга.   Разве такое возможно? Да не может быть...   Хао же забрал его душу, оставив лишь пустую оболочку. Это видели все присутствующие... Но пальцы Йо снова согнулись, впиваясь в пыль, а на шее, под воротником рубашки, едва заметно — тише, чем падение лепестка, — толкнулась жилка.   — Йо! Ты слышишь меня?! — Манта схватил его за руку, чувствуя, какая она ледяная.   Но в этой мёртвости теплилось едва уловимое, судорожное напряжение. Неужели он жив? Манта прижал ладонь Йо к своей щеке.   — Пожалуйста, Йо... не уходи снова, — всхлипнул Манта, оглядываясь по сторонам в поисках помощи, но кругом был только огонь и тени сражающихся друзей, — вернись к нам.     *** — Спасибо, что вытащил меня оттуда до того, как капсула памяти захлопнулась, — выдохнул Йо, чувствуя, как свинцовое напряжение последних минут медленно покидает тело.   «НеХао» лишь хмыкнул в ответ в привычной ему манере — скупо и отстранённо.   Йо снова был здесь. В бездне сознания Хао. Но на этот раз она вызывала у него совсем другие чувства. После пережитого ледяного кошмара обычное парение среди сотен мерцающих полусфер казалось чем-то утопическим, почти мирным. Юноша успел заглянуть лишь в три из них, но теперь с ужасом и щемящей грустью гадал: сколько боли и скрытых истин таится в остальных капсулах?   — Планируешь посетить что-то ещё? — собеседник наблюдал за Йо исподлобья. Его взгляд был лишен тепла, но в нем не было и враждебности — только холодное ожидание. Йо покачал головой, едва заметно улыбнувшись. — Нет, с меня достаточно впечатлений.   Он ещё раз окинул взором бескрайнее пространство. Теперь бездна казалась ему бесконечным кладбищем несбывшихся надежд и застывших мгновений. Зрелище было пугающим и одновременно прекрасным в своём трагизме.   — Скажи, что мне нужно сделать, чтобы выбраться отсюда? Туда, где меня ждут?   — голос Йо прозвучал неожиданно громко в этой безмятежной тишине.   — Я полагаю, разрешить себе принять меня, — ровно отозвался двойник.   Йо замер. Он вгляделся в черты собеседника, которые раньше ошибочно принимал за отражение брата. В этой безбрежной пустоте, где не было ни верха, ни низа, он вдруг ощутил странную, пульсирующую тяжесть в груди.    — Принять тебя... — задумчиво протянул Йо, и в его глазах отразился блеск далёких сфер-памяти. — Свою тёмную часть...    Двойник не шелохнулся, но всё пространство бездны вокруг них, словно, начало медленно вибрировать, откликаясь на его слова.    Юноша всматривался в своё отражение, и в груди шевелилось странное, щемящее чувство. Этот... «НеЙо». Да, теперь было правильно называть его именно так. Йо пытался понять: что на самом деле скрывалось за этим холодным взглядом?   Возможно ли, что этот двойник был тем самым ледяным рассудком и первобытной мощью, которую Йо годами прятал за мягкой улыбкой и привычным безразличием? В «НеЙо» сквозила та же сталь, что и в Хао, та же пугающая готовность идти до конца, невзирая на цену.   — Ту самую силу, которую я так боялся признать своей... — беззвучно пронеслось в мыслях Йо.   Он начинал понимать... и от этого становилось только тяжелее.   Мысль о том, что без этой «тени» он не полон, неприятно саднила где-то под рёбрами. Слишком логичная. Слишком очевидная. Но стоило позволить ей оформиться, как следом поднимался холодный протест.   Неполон - значит, ему нужно стать другим? Стать...ближе к Хао?   Все эти годы Йо упрямом убеждал себя, что между ними нет ничего общего, кроме крови. Что его мягкость — доказательство различий. Что его путь — противоположность братскому. А теперь это оправдание трещало по швам...   — Иначе говоря, чтобы выйти, я должен принять самого себя целиком? — Йо задал этот вопрос больше самому себе, чем собеседнику.   — Получается так, — ровно отозвался двойник.   «НеЙо» просто смотрел, наблюдая за юношей. И в этом спокойствие было что-то тревожащее - будто он знал, что Йо приблизился к границе, но всё ещё боится сделать шаг.   Если эта тень - часть его... значит, он годами отталкивал самого себя?   Признать это - значит допустить, что в нём живёт таже холодная решимость. Та же способность идти до конца, даже если придётся ломать. Даже если придётся причинять боль.   Мысль об этом вызвала почти физическое отторжение.   Словно ему предлагали добровольно впустить в себя яд, с надеждой, что он станет лекарством.   Но вдруг его внимание отвлекло что-то огромное и странное.   — Что это... — удивлённо воскликнул Йо, указывая вдаль. — Что это там?   Юноша замер, всматриваясь в самую глубь бездны. Там, где концентрация мерцающих полусфер достигала своего предела, пульсировало ядро этого мира. Среди космического холода возвышалось исполинское древо, сплетённое из тысячи серебряных нитей разной толщины. Они вибрировали, переплетаясь в сложнейшие узоры, создавая призрачный силуэт гиганта, чьи корни уходили в бесконечную пустоту. Это был неподвижный монолит, живой остов всей вселенной Хао. — Похоже на структуру хранителя огненного духа, — без особого энтузиазма отозвался «НеЙо», будто речь шла о чём-то давно ему известном..   — То есть ты хочешь сказать, что в этой махине находится душа Хао? — Йо обернулся к двойнику, не веря своим глазам, — Не проекция, не видение, а именно он сам?   — Да.   — Поразительно...   Осознав эту истину, Йо сорвался с места. Сначала бегом, а потом оттолкнувшись, полетел к древу, почти физически ощущая, как пространство податливо изгибается под его волей.   — Стой! Что ты делаешь? — крикнул ему вслед «НеЙо», и в его голосе впервые прорезалось искреннее недоумение.   Но Йо не слушал. В один стремительный прыжок он преодолел разделявшую их пустоту и оказался у самого подножия серебряного исполина. «НеЙо», оставшийся позади, на мгновение замер, глядя на удаляющуюся спину юноши, а затем на его губах промелькнула понимающая усмешка.   — Интересно... — прошептал он.   Йо не задавал лишних вопросов — он просто сделал шаг вперёд, поддавшись импульсу, который не стал анализировать. Возможно, это было бегством от разговора, к которому он ещё не был готов. Возможно - единственным способом не пустить сомнениям корни. Он не знал. Но движение казалось безопаснее, чем принятие. Фигура «НеЙо» осталась позади.   Когда Йо перестал обращать на него внимание, силуэт начал тускнеть, словно теряя чёткость не потому, что исчезал, а потому что его временно перестали слушать.   Последним, что растворилось в серой дымке, был спокойный взгляд. И ощущение, что разговор ещё не окончен.