Принцесса и бродяга

      Этот треклятый смотр был им сейчас нужен как зайцу пятая нога. К обеду их ждали в поместье — близился какой-то там сезонный приём, — и расквашенное в нешуточном бою лицо принцессы грозило неприятными последствиями всем: ей, ему, и даже Кайену.       Не то, чтобы Ренджи сомневался в собственных силах — недавно высвобожденный Забимару уже окреп, почти слушался его, в любом случае впечатлял преподавателей и стращал маменькиных сынков из передового класса, — но дело ведь не в нём.       Ренджи беспокоился, да, за сохранность красивого облика хозяйки, хоть та сама могла кому угодно физиономию подправить, и её Зангецу оказался ей под стать. Разрушительный, мощный, эффектный — только дурак не догадался бы, что нынешний ежегодный смотр созывали именно для этого занпакто и для талантливого студента, что им обладал. Ичиго действительно утёрла нос всем гениям-выпускникам Академии, овладев занкенсоки меньше чем за год — за девять месяцев, и шикай как ребёнка выносила. Ренджи пришлось попотеть, чтобы не отстать от госпожи, но его неособо заботили ни выпуск, ни слава. Он намеревался покинуть учёбу сразу, как её окончит Ичиго, и остаться при новоиспечённой шинигами привычным телохранителем. Впрочем, попасть с ней в отряд в качестве бойца Готея, конечно же, упрощало задачу Ренджи не оставлять её без присмотра ни на минуту.       — Знаешь, Ичиго… — толкнул он дверь в их комнатушку, а оттуда разразился вой тревожной сирены:       — Ааааааа! Гецуга Теншо!!!       — Ррреви, Забимару!!!       Взрыв, бах, бум и осыпавшаяся на голову вынесенная в воздух крыша.       — Опять Шиба с Абараем разворотили общежитие!!! — донеслось из коридора, а вслед за этим и прочие недовольно-испуганные голоса, быстро сливавшиеся в бурю негодования.       Ренджи откашлялся от каменной пыли, упёрся руками в пол, чтобы скинуть со спины потолочную балку. В позвоночнике что-то хрустнуло, но боли не последовало, и Ренджи тряхнул головой как выкупавшийся в реке пёс.       Он вспомнил живо про Ичиго — та зевала ртом, чтобы, видимо, пробить заложенные уши. Жива, фух. Что ж, тем лучше — ему было что высказать своей соседке по комнате, даже если та оглохла:       — Ты что, мать твою за ногу, с ума сошла?!       — Сошёл, а не сошла! — Рыжая разгребла раздражённо море черепицы, которое теперь её окружало. Затем помотала головой, проверяя координацию, и звучно чихнула. Раз, и второй, и третий. — За год можно выучить, что я — парень?.. — продолжила ворчать она, пытаясь отыскать под ногами косодэ. Тщетно. Так и сидела, стыдливо прикрывая руками утянутую бинтами грудь. — Как и то, что стучаться стоит прежде, чем входить к леди!       Абарай сцепил зубы, процедил:       — Ах, ну простите дурака, ваше высочество, раз он тут с вами по нелепости жить изволил.       Ему фыркнули в ответ и ещё раз чихнули. Затем разочарованным взглядом окинули комнату общежития, пришешую в полную негодность, снова… Ичиго расплакалась бы, если бы умела, но вместо этого Ренджи ожидали сегодня лишь многочасовое сопение и тишина. Иногда он мечтал о них, но в такие минуты лучше бы Ичиго его огрела мечом, чем смотрела на него как на пустое место и игнорировала любые попытки с ней помириться. Вот и сейчас, даром он поднялся, чтобы помочь ей отыскать недостающую часть гардероба — Ичиго в упор не хотела замечать ни своего друга, ни его заботы, ни продырявленного одной из подпорок форменного косодэ.       — О! — Ренджи удалось откопать у стены свой шкаф. — Вот, возьми моё? Оно немного велико в плечах, но…       Принцесса хмыкнула демонстративно. Переступила через груды покорёженных кирпичей и поломанных досок, за которые в очредной раз предъявлят счёт клану, и гордо направилась в коридор в чём была, забыв о своей тайне.       — Как дитя малое, чесслово! — бросили ей в спину. — Ты что, реально собралась сражаться в исподнем с Одиннадцатым отрядом, а?!       Его слова возвели должный эффект: Ичиго замерла на пороге, медленно обернулась через плечо и недоверчиво посмотрела на друга.       — Мы будем драться с Одиннадцатым?       Абарай оскалился во все тридцать два.       — Ага. Видел этих субчиков уже во дворе Академии, о том и хотел тебе рассказать, а ты… угрожать сразу.       — А не нужно вламываться!       — А не нужно вспыхивать как порох!       — Да как ты смеешь…       Абарай кинул скомканную рубаху прямо ей в лицо и, прежде чем принцесса успела возмутиться, закрыл её своей мощной спиной от человека, столь шумно приближавшегося к ним с противоположного края коридора.       — Шиба! Абарай! — Староста рвал и метал. — Как мне осточертели ваши выходки и порча казённого имущества! — Он вскинул кулаки на рослого превогодку, хотя сам шестикурсник едва доставал ему до плеча. — Аристократ или руконгаец, никто не имеет права использовать шикай без крайней надобности, тем более — на мирной территории. Клянусь, я бы тотчас просил директора вышвырнуть вас из Академии или поддать самой суровой каре, но на полигоне собралась уже уйма готейцев, чтобы скрестить с вами мечи. И да услышит меня Король Душ: если они вас не отделают, я лично высеку каждого! На титулы не погляжу!       — Кто это вам позволит тронуть хоть пальцем представителя Великого Дома? — фыркнул Абарай.       Из-за его плеча показалась скептически воспринявшая угрозу Ичиго, одетая и подвязанная, внешне ничем не отличавшаяся от типичного студента мужского рода. Волосам она не давала отрасти, используя отрезанные локоны для прически только по случаю приёмов в поместье, хотя ослушавшуюся принцессу совет старейшин продолжал игнорировать как чужеродный семье элемент. Они, конечно, во избежание позора, подтвердили байку про «её тезку из далёкой ветви», они же, ссылаясь на плохое здоровье принцессы, отложили помолвку той с наследником Дома Кучики и все знаковые мероприятия с её участием, но старейшины и слышать ничего не хотели о дальнейшей службе девицы. Скрепя сердце согласившись на её обучение в Академии лишь в обмен на брак Кайена с принцессой из соседнего поместья, они рассматривали это как детский каприз. Кайена снова посчитали нефритом Дома, Ичиго — всего лишь нелепицей в веренице продолжателей рода, но Ренджи не знал никого лучше этой девушки и очень скоро признал, что затеянная ею авантюра стоила свеч.       — Ты будешь стоять и дальше слушать этого слабака, который прятался за спинами первогодок, когда на нас напали пустые в Генсее? — Ичиго прошила старосту взором настолько пренебрежительным, что тот мимо воли отошёл в сторону. — Пойдём. У нас ещё уйма дел, после смотра. Закончим с проверкой по-быстрому.       Самоуверенности ей было не занимать, но планы разбились ещё на этапе жеребьёвки. Девятка лучших студентов по очереди тянула маленькие свёртки с номерами офицеров из Одиннадцатого отряда, затем долго и нудно выслушивала последние наставления от преподавателей и кураторов троек, в которые были собраны, а после этого каждый студент дополнительно продемонстрировал умение вызывать свой шикай без сучка и задоринки; Академии не хотелось оконфузиться перед высокочтимыми гостями из Готей-13. Ко всем задержкам в ходе подготовки к поединку, группка Ичиго оказалась ещё и последней, которая выходила на полигон, чтобы втроем померяться силами — всего! — с одним шинигами. Последний факт окончательно убил весь настрой у обладательницы мощи рода Шиб.       — Они что, считают нас совсем немощными?! Выставлять скопом против одного противника?!       — Ну, это же не простой противник? — напомнил ей Каору, пятикурсник, неплохо обращавшийся со своим огненным занпакто. — Всё-таки к нам пожаловали боевые офицеры из первой десятки, а не какой-то там двадцатый номер в списке. Их рейацу практически наравне с лейтенантами.       — У Пятого-то? — фыркнула Ичиго и перечитала имя на бумажном клочке: — Аясегава Юмичика? Серьёзно? Даже звучит слишком нежно, чтобы его испугаться.       — Ну так-то да, — включился в дискуссию Ренджи. — Те двое других, Мадараме и Джагерджака, посильнее будут. Видел Третьего офицера в деле — он не зря считается одним из лучших мечников нашего времени: колет лезвием ловко точно танец танцует.       Принцесса скривилась.       — Вот кого бы нужно было выбрать в противники…       — Не волнуйся, — хохотнул Каору, — у тебя будет шанс скрестить с ним занпакто один на один, если мы выиграем этот отборочный этап.       Ичиго вопросительно выгнула бровь, ведь она впервые брала участие в чём-то подобном.       Старшекурсник покивал:       — Да-да, по новым правилам сначала сражаются трое студентов против одного офицера, потом один на один, ну и в конце — один против трёх. Студенты сейчас стали сильнее…       Наконец-то в глазах у Ичиго мелькнул хотя бы намёк на интерес. Сердце её застучало быстрее, рейацу катаны приятно лизнула ладонь, а подмигнувший ей телохранитель заставил улыбнуться. Всего на миг. Затем она снова сурово сдвинула брови и завела старую песню о том, кааак же дооолго ей приходится ждать своей победы.       Снаружи тут раздался шум, гвалт, какие-то не то удары, не то взрывы, и, оттолкнув ожидавших своей очереди студентов, на полигон понеслась группа медиков из Четвёртого отряда.       — Похоже, кому-то нехило досталось, — хмыкнул Ренджи и с округлившимися глазами встретил вернувшихся санитаров. На носилках те несли двух из предыдущей тройки — окровавленных, потрёпанных в мясо; третий несчастный ковылял за процессией сам, опираясь на занпакто как на трость, и держась за разрубленное плечо. — Хэй! Тай-кун, что случилось у вас там?! — Ренджи знавал этого старшекурсника-руконгайца.       — Он сущий демон, — тихо бросил тот, мотая головой как чумной, — его пришлось сдерживать троим кураторам, чтобы успокоился. Он даже команд капитана своего не слушал, ублюдок…       — Кто он?       Парень не расслышал — не обернулся, заторопился при всём своём состоянии в полевой лазарет, разбитый тут же, за палаткой для участников смотра. Здесь внутри заметно сгустилось напряжение, и, видимо, даже Ичиго осознала, что сегодняшний бой — отнюдь не шутка, но Ренджи ошибся. На него вскинули лихорадочный взгляд:       — Здорово, правда?! Мы сможем наконец-то сразиться с по-настоящему сильным противником, а не с этими тупоголовыми пустыми!       Телохранитель такого азарта не разделил: будь он сам по себе, то отдался бы битве с удовольствием; все в страже знали, какой заводила был Абарай, если не на службе или когда перепьет. Но долг требовал от него холодной головы — за принцессой Шибой, облюбовавшей меч вместо иголки, требовался глаз да глаз. Абарай отвечал за неё головой. Это единое условие, при котором маленького руконгайца взяли в Дом.       «Надеюсь, наш противник окажется менее бешенным», — мысленно взмолился парень, и услышал как на полигоне по очереди выывают их по именам. Час пробил. По привычке прикрывая собой леди клана, Ренджи откинул полог палатки и тотчас зажмурился — глаза полоснул неимоверно яркий свет.       То было не солнце, а шинигами, доставшийся им. Он выглядел как павлин, по случаю приодевшись в золотисто-парчовые тряпки поверх шихакушо и обвешавшись блестевшими побрякушками. Даже барышни на приёмах выглядели менее кричащими; чудак явно по ошибке попал в Одиннадцатый отряд. «Чучело», — фыркнул про себя Ренджи, заметивший в придачу пёстрые перья в волосах и на ресницах шинигами. «Хм, может, это не тупость, а тактический приём?»       — Я смотрю, вас настолько поразила моя красота, что вы не можете и сдвинуться с места, — прожурчал ласковый голос вдовесок.       Ичиго ткнула Ренджи рукой меж лопаток, чтобы тот впрямь не загораживал дорогу, и все трое студентов, не переговариваясь, заняли позиции полудугой напротив офицера.       — Что ж, посмотрим, — самоуверенно улыбнулся Аясегава Юмичика и быстро определил в студентческой связке слабейшее звено.       Каору отскочил — «павлин» издал совершенно неласковый боевой клич, желая если не запугать врага, то сбить с толку. Последнее получилось: шарахнувшийся в сторону Каору поплатился рукавом, потому что, перекинув катану в другую руку, боец Одиннадцатого показал класс в фехтовании левой. Первые капли крови с плеча окропили песок арены. Народ на трибунах взревел, требуя ещё.       Ичиго переглянулась с Ренджи, и, кивнув, они оба изчезли с места в шунпо.       — Получай!       Друзья с детства, им неплохо удавались синхронные атаки, но Юмичика не пострадал: Забимару встретился с Зангецу напрямую. Офицер тоже владел поступью на уровне, как и должно высшему составу.       — Кажется, вы забыли с кем сражаетесь, — усмехнулся он. — Первогодки. Сразу видно.       Ичиго вспыхнула, но не успела броситься в ответ на пренебрежение — между ней и противником хлестнула как кнут огненная лента. Каору вызвал шикай и перебрал всё внимание на себя.       — Может, пятикурсника попробуешь?! — И вновь ударил хлыстом пламени предупреждающе, а потом, вскинув тот в воздух, набросил арканом на шинигами. Дёрнул на себя, затянув петлю потуже, не замечая скучающего выражения лица Юмичики.       — За шикай — похвально, но силёнок у тебя против меня не хватит. — Он даже не напрягся, когда сбросил оковы, только недовольно цокнул на подпаленную ткань. — Фу, мне нужно срочно переодеться, я не могу вернуться в таком виде к капитану…       Ичиго налетела на него, уловив удобный случай.       — Говоришь, как девчонка! — кинула она через их скрещённые мечи. — Кому какое дело до внешнего вида, если ты шинигами?!       Ей лишь улыбнулись загадочно и, откинув с силой, нанесли с ходу ответную атаку. Ичиго спарировала, но офицер Одиннадцатого принялся размахивать катаной как гейша веером — легко, изящно и быстро, — и пришлось здорово попотеть, дабы не пропустить ни одного укола в корпус.       — А ты неплох, — остановился Юмичика, но смерил Ичиго с головы до пят скептическим взглядом. — Правда, выглядишь как ощипанное мочало, но фехтуешь сносно. Аристократ?       Ичиго вспыхнула, но ответить за оскорблённую хозяйку ринулся Ренджи:       — А ты, гляжу, языком трепать любишь? Что за чушь?! Мне говорили, что в Одиннадцатом — настоящие воины! — Его тяжеловесный Забимару рухнул сверху как кувалда, но Юмичика хмыкнул лишь, блокировав удар гардой.       — Цвети, Фудзикудзяку. — На глазах у Ренджи катана офицера разделилась и превратилась в четыре серпа.       — Пф, и это всё? — возникла Ичиго за спиной. — Шикай поменял только форму?       Воодушевленные таким лёгким противником, все трое атаковали одновременно, но он быстро доказал им обратное. Первым вышел из строя Каору — четыре серпа оставили на его груди глубокие раны, точно лапа пустого. Вторым отправили в полёт Ренджи: ранение в плечо оказалось менее серьёзным, но этого хватило, чтобы остаться один на один с рыжим «уродцем», который страшно разозлил Юмичику.       — Запомни, сопляк, в Одиннадцатом отряде неважно чем ты сражаешься, а важно как. — Скрестив в очередной раз мечи, Юмичика врезал противнику под дых, вложив в обычный кулак всю мощь рейацу уровня лейтенанта.       Ичиго закашлялась — из лёгких будто вышибли воздух и её охватил страх. Она приходила после тренировок в синяках и не раз — с поломанными рёбрами, но всегда берегла грудь от прямых ударов хохо. Юмичика попал в опасной близи.       Ренджи кинулся к ней — она остановила его, крикнув, что в порядке, — и тогда он накинулся на Юмичику, совершенно осатанев.       — Ррреви, Забимаррру! — оглушило весь полигон, и алый луч вырвался из пасти огромного костяного змея, в который представлял его шикай.       — Серо? — только и успел удивиться офицер, как его смело потоком чужеродной рейацу прочь.       — Не спеши расслабляться! — Ичиго отвергла протянутую руку, сама поднялась и оказалась права: их противника размазало по стене, но ран не было, точно серо для него сошло за дуновение ветра.       — Ах вы, уродины! — Юмичика в ужасе уставился на разодранный наряд, а потом лапнул подпаленную прядь волос. — Да как вы посмели?!       Он сиганул в шунпо, Ичиго — тоже, оба вышли в воздухе, со скрежетом зубов погромче звякнувшей стали.       — Я те патлы щас повырываю! И твоему дружку мужланистому глаза на жопу натяну!       Ичиго расхохоталась — так вот кто скрывался под красивой маской! Настоящий член Одиннадцатого отряда.       — Чёрта с два тебе, а не Ренджи! — Золотистая рейацу побежала из её рук по всему клинку. — Заруби его, Зангецу!       Услышав заветную команду, лезвие катаны радостно затряслось, засверкало молниями и выплюнуло Гецугой в Пятого офицера Аясегаву в упор. Вспышка ярчайшего света ослепила весь полигон.       «Это чудо, если он выжил», — подумала Шиба, приземляясь у шинигами, но тот тяжело дышал в песок, стоя на четвереньках и тряся головой, почти как несчастный Тай, которого отделал один из его сослуживцев. «Око за око!» — фыркнула принцесса, испытывая должное удовлетворение в сердце.       — В-вы… Сучьи дети… — проскрипел несдававшийся офицер и вскинул на неё полный гнева взляд. Затем осмотрелся вокруг. Откинутый под трибуны и укрытый от чужих глаз, он зловеще улыбнулся Ичиго, что стояла в каком-то метре от него. — Сейчас я покажу тебе истинную силу своего занпакто…       Она удивлённо приподняла бровь — лезвия Фудзикудзяку пошли причудливыми переливами рейацу как при кидо, но досмотреть до конца происходившее Ичиго не дал судья.       — В третьем состязании победа присуждается студентам Абараю Ренджи и Шибе Ичиго. Соперника следующего круга боев определит также жребий. Пройдите в распределительную палатку.       Аясегава Юмичика недовольно цокнул и, так и не успев предварить угрозу в жизнь, устало откинулся на спину. К вящему негодованию Шибы. Она бы ещё с ним повоевала.       — Ну как ты? — Ренджи догнал её насредине поля. — Цела? Готова к следующему раунду?       — Я цеЛ и готоВ, — сделала она ударение, оглядываясь воровато: хорошо, что рядом не оказалось никого третьего; её телохранитель упорно продолжал оговариваться. — Похоже, нас всего двое из девятки студентов... Надеюсь, теперь мне достанется Иккаку. А вот увижу ли я Юмичику в третьем бою — ещё вопрос. Моя Гецуга, как минимум, заставит его сбегать в Одиннадцатый переодеться.       Ренджи насупился, пряча занпакто в ножны, и сердито скрестил руки на груди:       — Значит, ты заранее уверена, что выиграешь именно ты?       — Конечно, — никто даже глазом не моргнул, — а кто ещё? Ты, что ли?       — А хоть бы и я, — взыграли вдруг амбиции руконгайца. — Мадараме или Джагерджака — я любого уложу, тем более с шикаем. Ты ж видела, как он размазал того хлюпика по стенке?       — Это моя Гецуга размазала его по стенке, — Ичиго намеренно задела его плечом, проходя мимо, — и не считай меня слабее из-за моего пола, ясно?! Я Шиба. Ши-ба. Это я обыграю тут всех, и точка!