Принцесса и бродяга

      Шиба Ичиго слушала свой стук сердца, пытаясь держать эмоции под контролем, а силу — под рукой. Сейчас нельзя было сорваться — слишком высокие ставки, слишком много зрителей, слишком многое сегодня она уже пережила. Она размазала Аясегава Юмичику. Она одолела Мадараме Иккаку. Она лишилась Ренджи, которого лекари в походной палатке пытались наспех заштопать, и выходила теперь против того, кто нещадно его сокрушил.       Джагерджака Гриммджоу. Самый жестокий из членов Одиннадцатого отряда.       Она стояла и люто глядела в хищные голубые глаза перед собой, не видя в них и намёка на благородство настоящих шинигами. В Шестом офицере жила тьма и жажда крови пополам. Он походил на зверя. Он. Добивал. Раненого! Она видела и не могла этого ему простить!       Ичиго стиснула Зангецу обеими руками, дав себе зарок сражаться против этого чудовища до последнего его вздоха. Без пощады. Не ради победы, а ради Ренджи.       — Йеееха! — А ради чего сражался он?       Гриммджоу налетел первым, будто она успела ему залить сала за шкуру, но он не узнавал её. Не вспомнил ни знакомство, ни их спор, ни даже фамилию и клан. Он мог победить её до старта, если бы разгадал весь маскарад, но Гриммджоу ослеплял азарт. Он колол мечом и хохотал, колол и хохотал и первые десять минут Ичиго только и могла, что обороняться.       — Ступай в Ад! — Наконец она откинула его, ударив хвостовиком под челюсть. Хотела передохнуть, но тело на рефлексах увернулось по дуге и Ичиго отбила нагинату Мадараме.       За предыдущий бой она немного выучила движения Третьего офицера, его тактику, его финты. К тому же, он единственный из бойцов Одиннадцатого отряда, кто помнил ещё, что всё происходившее — просто показательный бой, а не схватка на жизнь или смерть. Аясегава не хотел позора. Джагерджака жаждал славы. А Мадараме получал удовольствие от правильных движений соперника, как и должно учителю фехтования с огромным стажем.       — Думаешь, что я добрее других, Ичиго? — Он словно подслушал её мысли. — Не недооценивай меня!!! — Его копье преобразившегося занпакто резко описало дугу в воздухе, и Ичиго отправили в полёт тупым концом древка. Если бы на неё нацелили лезвие, она бы уже сейчас захлебывалась кровью.       Отдышаться ей дали всего ничего — Гриммджоу вылетел из шунпо, опять с прямым ударом, причём кулака, и, зарядив по челюсти хуком слева, заставил Ичиго кубарем прокатиться по полигону и выплюнуть изо рта коренной зуб. Боль пронзила до темечка, слёзы чудом не брызнули с глаз.       — Ой-ой-ой, минус чьей-то белоснежной улыбке, — позлорадствовал Юмичика и, дождавшись пока первогодка поднимется с колен, сверкнул улыбкой сам. На нём не было и следа от недавнего поражения. Чистая форма, безупречный цвет лица, на теле — ни царапинки, ни грязинки. — Читаю в твоих глазах вопрос, как мне удаётся оставаться таким бесподобным? Пустяки. Пока тебе гонял Иккаку, я успел смотаться в отряд переодеться. Финал — это всё-таки событие, и на нём нужно выглядеть соответственно.       — Кончай трепаться, Юмичика, — рыкнул на него Гриммджоу, — мне что, в очередь становиться, чтобы надрать этому сморчку зад?       В Ичиго взбурлило негодование, ярость, гнев, и она поочередно зыркнула на говоривших:       — Кто тут у нас ещё сморчок?! Забыли с кем дерётесь сегодня?! Когда это Шибам надирали зад?!       Она накинулась на Гриммджоу, на ходу и без слов вызывая шикай с Гецугой. Никто никогда не видел столь быстрого преображения меча, в том числе и Гриммджоу, иначе вряд ли бы он остался стоять столбом на пути её атаки, и серебряный серп вошёл в него целиком.       На миг глаза Ичиго полыхнули надеждой — этому хаму она собиралась ответить сполна ещё с предыдущей их перепалки у ограды поместья, но он оказался сильнее, чем она думала. Успев закрыть лицо руками, Гриммджоу получил лишь ожог на локтях и вдоль груди, хотя за Ренджи он должен был истечь кровью!       — Ах ты, ушлёпок мелкий… — Шестой офицер оторопело разглядывал полученные ранения, но через секунду скрипнул зубами так, что, кажется, его услышали и на галёрке       В первых рядах Ичиго успела заметить, как напрягся её брат, присоединившийся на смотр вместе с женой Мияко. Последней семья разрешила служить при Тринадцатом отряде за неимением наследников по мужской линии, но у Шиб уже был наследный принц-шинигами. Гениальный Кайен. Ответственный Кайен. Непревзойдённый Кайен. Ичиго поклялась победить сегодня, чтобы доказать — в их Доме непревзойдённых двое.       Она прокрутила в руке клинок и ширнула им в Гриммджоу раз, другой, третий, заставив его с неожиданности попрыгать по полигону спиной, покуда он вновь не выхватил свою беспощадную катану, и расстановка сил мигом переменилась.       — Что ты возомнил о себе, а?! — Джагерджака рубанул с плеча, и даже выставленный поперёк Зангецу не ослабил его натиск. Джагерджака напирал рейацу, весом, яростью в глазах и звериным оскалом, обещая попутно «рыжему засранцу» все возможные кары.       У Ичиго вырвался наружу громкий рык вместе с открывшимся вторым дыханием. Может, клан и не благоволил ей, но мощь предков пульсировала в её венах, и какой-то бродяга из Руконгая даже не смел бросать ей, аристократке, вызов. Словно заведённая, она принялась отбиваться успешнее, сечь жёстче и подсекать вовсе неблагородно. Ичиго меняла угол атак, вспоминала все домашние тренировки вместе взятые, выпускала на волю те задушенные женскими кимоно и причёсками рефлексы, вспомнив, что она — больше чем девушка. Она — боец. Она держала противника перед собой в фокусе, но боковым зрением не теряла тех двух, других, что ощерили свои мечи против неё тоже. Первогодка, презрительно бросали они, но никто из первого курса не бывал ещё в такой мясорубке на её месте, даже её брат.       «Если это никому не удавалось ещё, это не значит, что я не смогу!» — мысленно подстегнула себя принцесса и ловко увернулась от укола нагинаты Иккаку, затем отбила атаку серпов Юмичики, снова со звоном осадила своим Зангецу катану Гриммджоу, имени и шикай которой даже не знала. Юркая и девственно белая — как могла она покромсать в лапшу её крепкого телохранителя?       — Что, Шестой офицер распечатывать занпакто не умеет? — Ичиго нашла силы на желчь.       — Шестой офицер такого сопляка и без меча переломает! — Гриммджоу беспощадно вогнал катану в песок. — Давай! — вскинул он кулаки и показал парочку ударов на воздухе.       Ичиго непроизвольно сглотнула: в рукопашке в отличие от Ренджи она была не сильна, ибо не мужик, да и леди берегли руки. Сейчас, на третьем круге поединков, от красоты леди мало что осталось, но разбивать кулаки в кровь Ичиго всё же не хотела, и вряд ли бы смогла.       Из замешательства «спасла» очередная связка атак Третьего и Пятого офицеров. Шикай Иккаку проделал пару дыр в шихакушо, задев левые бок и бедро, а насмехавшийся Юмичика достал-таки Ичиго по оберегаемому лицу. Закровило ухо. На щеке точно останутся шрамы. Не-мужские и не-стальные нервы потихоньку сдавали.       «Ты же сама решила поиграть в шинигами, принцесса», — подколол внезапно Зангецу.       С занпакто урождённой Шибе повезло, а вот с духом его — едва ли. Ехидный и кровожадный, Зангецу пытался оспаривать главенство хозяйки во внутреннем миру всякий раз, когда тренировки предполагали медитацию и общение по душам. Меч на контакт шёл только когда подворачивался момент поддержать её специфически.       «Главное, это дает плоды, ты совершенствуешься, превозмогаешь, всё — по науке. Ты же не хочешь, чтобы какой-то нищеброд тебя одолел? Или ты позволишь обожаемому братцу увидеть, как тебя сейчас размажут по площадке? А представь галдёж в Академии завтра? А потеху старейшин сегодня? И как посмотрит на тебя наш почтенный Кучики Бьякуя, которого уже взяли в лейтенанты…»       — Аааааааа!!! Заткниииись! — взревела Ичиго и понеслась на Шестого офицера, отшвыривая прочь клинок.       Хакуда так хакуда! В Академии ей уделялось посредственное внимание, но отец давал Ичиго несколько уроков когда-то, поэтому она налетела на противника, уже выставив ладонь ребром, метя чётко в горло и концентрируя духовную энергию точечно, в удар.       Гриммджоу увернулся влево и грубо зарядил Ичиго в живот. Она вскрикнула. Слишком по-женски, но заставила себя нахмуриться, посадить голос и процедить в ответ:       — С-слабо. Мой отец учил бить вот так! — Особенный щелбан, смешанный с хадо, отбросил Гриммджоу в полёт на несколько метров.       Он впрочем приземлился как кошка, на четвереньки, и тряхнул головой. Вскинул из-под взлохмаченной чёлки полный мщения взгляд. Ичиго и глазом не успела моргнуть, как он исчез с виду, а вышел аккурат перед ней и боднул её лбом в лоб. В голове загудело, и Ичиго рухнула на одно колено.       — Не обольщайся, сопляк, будто Одиннадцатый — только мечники! — сплюнули рядом.       — Не обольщайся, будто первогодки — только сопляки! — Она швырнула песком Гриммджоу в рожу, подлетела и двумя ногами вломила тому в торс. Ещё один отцовский урок.       Джагерджака сипло хватал воздух ртом, пока его товарищи атаковали снова кучно.       Ичиго стремглав кинулась за мечом через весь полигон.       — С-сука! — Гриммджоу схватил её за волосы, едва её рука схватила занпакто, но белая катана не успела перерезать горло — с трибун раздалось «Довольно!» точно гром.       Ичиго выдыхала. С дрожью, обливаясь потом как градом. Её глаза буквально впились в выросшую фигуру Зараки Кенпачи, что решительно удалялся от своего места прочь.       — Капитан! — окрикнули его Юмичика и Иккаку.       — Хэй! Я не закончил бой! — возмутился вслед Гриммджоу.       Командир Одиннадцатого отряда обернулся на своих людей на арене через плечо:       — Эти танцы ты боем зовёшь, щенок?! Да он дерётся как баба, а вы втроём с ним уже час возитесь! Тьфу, позорище! В отряд немедля! Ща я вам устрою, дегенераты, смотр!!!       На Ичиго в последний раз сверкнули яростью голубые глаза — Гриммджоу откинул её как разонравившуюся игрушку. Исчез в следующий же момент, вновь в шунпо, чтобы оказаться у Кенпачи сразу за спиной первым. Юмичика картинно закатил глаза и потащился менее весело. Оставшийся же Иккаку задержался специально.       — На! — На песок кинули невзрачный белый пузырёк. — Хорошая мазь от синяков на морде, и не только. — Он помолчал, но уходить всё равно не спешил, пока Кенпачи вновь не гаркнул. Иккаку хмыкнул, утерев вспотевшую лысину. — Захочешь, чтоб я поднатаскал тебя — знаешь, где найти. У тебя слабо на поворотах, пацан. И стойка — ни к чёрту. Шибовская.       Ему благодарно кивнули в ответ — раскрыть рот не осталось никаких сил, а впереди ведь предстоял ещё долгий приём в поместье. Ичиго устало прикрыла веки, по щеке сбежала дозволенная слеза, но она прижала Зангецу к груди покрепче, как опору, и быстро вернула себе стержень. Реальные войны и враги почему-то казались теперь пустяковыми после пережитого сегодня.       — Ичиго-сама! Ичиго-сама! — обеспокоенные крики Ренджи дополняли чашу уверенности. Он жив. Она не одна. Она на выиграла и не проиграла, но точно отомстила за него. Без Ренджи Ичиго сражалась, будто потеряв руку. — Ичиго-сама! — буквально рухнул он на колени возле неё.       — Не ори, — только и обмолвилась она. — И помоги встать. Нас ждёт приём и клан.       Принцесса Шиба скорее умерла бы, нежели сдалась бы. Искупаться, переодеться и съесть целого кабана — всего-то делов. Что до лица, Ичиго искренне надеялась, что Мияко поможет ей хоть как-то привести то в божеский вид.