Игра.
20 июня 2021 г., 17:49
Их спальня стала местом сплошного разврата, про сон тут и речи быть не могло. Она слышала только стоны, только крики, только мольбу не останавливаться, не мучить и не оставлять. Они проявляли любовь друг к другу. Проявляли её так, как никогда до этого, они даже не представляли, что любить можно с такой силой. Любить телом, любить словами, любить действиями, любить душой.
Казалось, что они не вставали с кровати несколько дней. И никто из них понятия не имел, правда это или ложь. Забыть о времени в компании друг друга оказалось намного проще, чем думалось. Но эти несколько дней были самыми незабываемыми для обеих. Они ни на секунду не отрывались друг от друга: руки были постоянно сцеплены (если только не были внутри одной из них), взгляд ни разу не покинул рядом лежащее, прерывисто дышащее тело. На момент показалось, что они натрут мозоли везде, где можно и нельзя.
— Я забыла, что такое одежда, — прошептала Шерил, просто напросто сорвав голос.
— Детка, как же мы восстановим тебя? Не думаю, что ты сможешь даже сидеть, про ходьбу и работу я молчу, — оценивающе оглядывала Тони бледное тело. Благодаря такому оттенку кожи каждая отметина, синяк, укус, засос или шлепок был виден в несколько раз лучше.
— Это последнее, что сейчас меня волнует, — всё также тихо сказала Шерил, целуя искусанные губы, — у меня к тебе, кстати, аналогичный вопрос. Ты просто голос не сорвала, а всё остальное идентично.
— Это последнее, что сейчас меня волнует, — улыбнувшись, сказала Топаз.
Блоссом села на смуглое тело, в тысячный раз рассматривая уже полностью истерзанную ею грудь.
— Нравится? — спросила Тони, ловя на себе горящий взгляд.
— Не то, чтобы нет.
Нагнувшись и целуя грудь, Шерил понимала, что это любовь. И нет, её разум хоть и затуманен возбуждением, это была единственная вещь, которую она так чётко осознавала. Это было самое высшее чувство в мире, самая красивая сказка, самый сильный оргазм, самая искренняя улыбка и самое вечное время.
— Шерил… — всё. Это всё, на что хватало их обеих. Выкрикивать в стонах имена друг друга, хватать воздух ртом и забывать весь алфавит.
Снова мокрый центр Шерил тёрся об живот Топаз, оставляя там следы. Она доставляла себе удовольствие, а Тони смотрела на то, как она наслаждается. Блоссом не хотела взаимодействия со ртом или руками мулатки, она хотела почувствовать части её тела, тереться об них, грязно открывая рот и вытирая струю пота, катившегося со лба обеих.
Сев на грудь розововолосой, Шерил чувствовала её твёрдый сосок, о который создавала трение и стонала, не стесняясь чего-либо в этом мире. Топаз же невероятно хотелось ей помочь, но она понимала, что ещё успеет сделать это. Зато бледные руки не отставали: неожиданно начав ласкать только успокоившийся центр Тони, она словила оргазм и сквирт, задрожав всем телом и потеряв возможность издавать звуки. Из неё всё ещё текло, пока смуглые руки массировали розовые соски, из которых также текла жидкость.
Перевозбуждение.
***
Вампирша встала с кровати, пытаясь найти хоть какую-то часть своего нижнего белья. Трусы найти оказалось проще простого, но всё остальное затерялось далеко и надолго. Проснуться в компании одиночества было привычным для Шерил, но за последние несколько дней она уже успела от этого отвыкнуть. Не став накидывать на себя хоть что-то, заменяющее футболку, она вышла с голым верхом без какого-либо стеснения. После всего того, что было, это казалось слишком неуместным. Выйдя в гостиную и обнаружив там Тони, тоже, кстати, с раздетым верхом, Шерил невольно улыбнулась, увидя расцарапанную спину и множество засосов на задней стороне шеи. Она тихо подкралась к мулатке, которая безобидно химичила на кухне. Дотронувшись, первым делом, до соска, она вызвала у розововолосой тихий стон. — Доброе утро, Шерил, — прошептала Тони, смотря на бледную руку на её груди. — Действительно доброе, Тони, — сказала Шер, сжав в руке розовый бутон. Топаз повернулась к Шерил, после чего та посадила её на стол, встав между разведённых ног. — Ты такая красивая, — прошептала бледнолицая, глядя на мулатку влюблёнными и затуманенными возбуждением глазами. — Неужели тебе не хватило этих ночей? — усмехнулась девушка, наклоняясь к совершенно бледной, но с красными отметками груди. — Я хочу, чтобы ты коснулась меня, — без всякого стеснения сказала девушка, начиная тяжело дышать. — А что будет, если не коснусь? — Топаз начала игру. В тот же момент длинные пальцы отторгнулись от сосков напротив, спокойно опустившись вниз и, не касаясь ничего более, спрятались за спиной Шерил. — Шер, — сказала Тони, — ты играешь со мной? — Да. Голова Тони поднялась и остановилась напротив лица Блоссом. Взгляд бегал то на губы, то на глаза, а сердце то в пятки, то в грудь. — Мне не нравятся такие игры, детка. — А мне даже очень, — томно сказала рыжеволосая и отошла от стола с сидящей на нём Топаз. Сев на диван, она просто наблюдала за тем, что будет делать мулатка и как быстро она сдастся. Но, на удивление, Топаз вела себя сдержанно. Обе знали, что между ног каждой из них происходит агония, обе знали, что дыхание уже давно сбилось и в норму приходить не собирается, и обе знали, что сердцебиение началось где-то внизу. — Что — ж, так и быть, родная, поиграем, — сказала Тони, сев на кресло напротив, — Каковы твои условия? — Мы не касаемся друг друга. Весь день. До 12 часов ночи, — задала условия рыжая. — Легко. — Если касание произойдёт, то игра продлевается на день. — В себе я уверена, а ты в себе? — На все сто. — Игра началась. И игра действительно начала набирать обороты. Иногда даже казалось, что девушки избегают друг друга, потому что знают, что легко и просто могут не сдержаться. Но, они были бы не собой, если бы не решили провоцировать друг друга чуть ли не каждую секунду. Наряд Шерил был слишком горячим. Короткие красные шорты, практически оголяющие бёдра, не менее красный топ и алые матовые каблуки, удлиняющие бледные ноги. Полураздетая девчонка ещё получит. Тони не отставала. Она решила не мелочиться и просто надела нижнее бельё и ничего более. Они слишком издевались друг над другом. — Тебе не холодно, детка? — с издевкой спросила Блоссом, волей-неволей засмотревшись на подтянутый живот мулатки. — Нет, Шерил. А тебе? — Нет, Тони, вовсе нет, — ответила Шерил и потянулась за солью в верхний шкаф, конечно же демонстрируя прекрасные шорты. Тони подошла непозволительно близко. — Тебе помочь? — прошептала она на ухо рыжеволосой, все также не касаясь ни миллиметра желанного тела. Блоссом повернулась. — Да, было бы неплохо, — ответила бледнолицая, не сдвинувшись с места и глядя намного ниже глаз. Наконец отойдя в сторону, она стала наблюдать за тем, как мулатка, будучи намного ниже неё самой, достаёт с самой верхней полки заветную соль. Встав на столешницу коленями, и, словно специально, выпячивая зад вперёд, Блоссом утонула в фантазиях, как подойдет, сорвёт эту ненужную ткань с загорелого тела и дотронется языком до сочащегося лоно. У неё даже закружилась голова, и руки самовольно потянулись вперед, но, благо, она резко одернула себя, вспоминая о своей же игре, которую она уже успела возненавидеть. Наконец встав на ноги, Топаз подала прямо в руки Шерил заветную солонку, и прямо перед тем, как холодные пальцы возьмут её, она с дребезгом падает на белый пол, и, удивительно, но не разбивается. — Ой, — наигранно сказала розововолосая, — я совсем не специально. Усмехнувшись, Шерил развернулась спиной и наклонилась за той самой солонкой, что благополучно укатилась чуть дальше девушек. Демонстрируя великолепную растяжку, она практически касалась самой нижней точки живота Топаз, но, благо, очень точно рассчитала расстояние между ними. Встав обратно, она поставила соль на стол, серьезно посмотрев в глаза Тони. — Знаешь, а я, почему то, перехотела, — и без труда поставила наполненный солью сосуд на ту самую верхнюю полку. Топаз не смогла вымолвить ничего, кроме прожигающего взгляда в спину уходящей рыжей бестии.***
Наступил вечер и девушки ещё не сдались. Они уже успели обсудить те убийственные ночи и практически довести себя до пика только одними разговорами, благо они быстро прекратили это. Сидя в гостиной с включённым телевизором, Шерил смотрела какой то глупый сериал, который её совершенно не зацепил. Ей просто нечем было больше заняться, а смотреть на полуголую Топаз сил больше не было, её низ и так пылал на протяжении всего дня. Но стоило Блоссом только-только отвлечься от навязчивого возбуждения, Тони вспомнила про её существование и села на кресло напротив дивана. — Шерил, я больше не могу, — выдала Тони, смотря на рыжую, которая не сразу поняла, о чём идёт речь. — Ты сдаёшься? — с надеждой и удивлением проговорила Шерил, понимая, что если это так, то она наконец сможет прикоснуться к желанному телу. Да, она чертовски этого хотела. — Что? Нет, я даже не думала об этом. Я просто поняла, чего хочу. Шерил до последней секунды не понимала, что происходит, пока Топаз не сняла трусы и не откинула их к чёрту, раздвинув ноги и начиная ласкать свой клитор, издавая тянущиеся стоны. — Тони… — рассудок Блоссом моментально помутнел. Она забыла все слова на свете, кроме имя той, что сидела напротив неё и невероятно сбивала с толку. Входящие внутрь горячие пальцы Тони приносили много удовольствия, но представляла она далеко не свои руки внутри себя. Стоны были совсем тихи, а природная смазка громко хлюпала. Шерил сходила с ума. Она не могла отвести взгляд от центра и руки Топаз, от её лица, на котором всё было написано. У самой же горело всё. Ей так хотелось прикоснуться к себе, но ещё больше ей хотелось прикоснуться к той, что сидит напротив. — Тони… — Шерил… — Топаз простонала её имя и это снесло крышу Блоссом. Она буквально кинулась в ноги мулатки и встала прямо перед её центром, просто наблюдая. Она смотрела на то, как Тони доставляет себе удовольствие, с силой надавливая на клитор и делая кульбиты внутри себя. Шерил была в миллиметре, но она не могла проиграть самой себе. Её гордыня была высока. Она мучила сама себя, даже не притрагиваясь к собственному телу. — Шерил… — Топаз не переставала кричать имя девушки, которая, как завороженная, изводила себя. Руки Топаз резко остановились, а пальцы оказались снаружи. Она села в нормальное положение, протянув ту самую руку бледнолицей, голова которой кружилась от возбуждения. Она заставляла её облизать горячие пальцы, почувствовать уже такой родной вкус. Блоссом смотрела на них, но не поддавалась провокациям. Сев на диван, она сделала ровно то же самое, что и Тони пару минут назад. — Иди ко мне, — единственное, что сказала рыжеволосая. Топаз встала, но долго не подходила к бледнолицей. Она держалась ровно до того момента, пока пальцы Шерил не коснулись клитора и не потянули за собой сок возбуждения. Топаз наклонилась, смотря в глаза Шерил. Они были затуманены, как и её собственные. — Если я посмотрю вниз, то не сдержусь, — прошептала горячим дыханием Тони. — Не сдерживайся. Тони посмотрела на клитор Шерил и примкнула назад к креслу, сев на него, как и до этого, демонстрируя не меньшую мокрость. Это было похоже на голодные игры. Дыхание было слышно отовсюду, Шерил начала ласкать себя. Теперь Тони смотрела и умирала, изводила себя и не касалась пульсирующего центра. Но Блоссом не получала того удовольствия, которого хотела. Она наконец встала, но потом снова села, но уже на колени перед Топаз. Раздвинув ноги напротив шире, она коснулась языком горячего и с силой пульсирующего клитора, и не оторвалась от него больше ни разу за весь последующий вечер.
