Молчи

Спустя несколько часов Виктор вновь оказался в холле отеля. Проходя мимо люкса, встретился с ее пронзительным взглядом. Осмотрел с ног до головы. Видимо опять собирается окучивать какого-то дурочка. Куда ей такие каблуки? Уже собирался зайти в только приехавший лифт, но услышал жалобный стон и обернулся. Она съехала вниз по стене. С глубоким вздохом Виктор подошел ближе. Встретился с ее теперь слегка обескураженным и даже испуганным взглядом. Сверху вниз смотрел на то, как она потирает явно травмированную лодыжку, а потом запросто подхватил на руки. Она инстинктивно обняла его за шею. -Вам, Элеонора Андреевна, в вашем возрасте уже негоже на таких каблуках. Вы вон и ста метров не прошли. — Он усмехнулся. -Помолчали бы вы, Виктор Петрович, про возраст то, — в тон ему ответила женщина, когда они уже вошли в номер. Он осторожно опустил ее на кровать. Заглянул в холодильник. Хорошо, что лед оказался поблизости. Завернул внушительный кусок в махровое полотенце и осторожно приложил к поврежденному месту. Элеонора поморщилась от тянущей боли, однако старалась не издавать ни звука. -Ай, больно… — Она не выдержала, когда он слегка приподнял поврежденную ногу, чтобы подложить подушку. -Терпи, — вкрадчиво ответил Баринов, — у тебя бинт есть? -Понятия не имею — ответила она резко, слегка хмыкнув — я, знаешь ли, каблуки не каждый день ломаю, — она подернула плечами и неосторожно дернула ногой, что вызвало новую волну боли. -Да тихо ты, говорю! — Мужчина слегка прикрикнул на нее, возвращая на место и присаживаясь рядом, — неймется тебе что ли? -Там в ванной аптечка у меня, — начала она тише и сдержаннее, видимо слегка успокоившись, — посмотри, может там и есть что-то. -Так бы сразу. — Баринов скрылся за дверью ванной комнаты, но затем быстро вернулся к Элеоноре, держа в руках небольшую пластиковую коробочку. Наложил тугую повязку. Она все это время сидела, молча, лишь изредка морща лоб от неприятных ощущений. -Спасибо, — сдавленно произнесла она, когда он закончил и уже направился к выходу из номера. Он слегка улыбнулся и остановился почти в дверном проеме. -Как там Катя с Машенькой? — спустя короткую паузу решила уточнить женщина. -Ну, наконец-то ты о дочери с внучкой вспомнила, — едко заметил он присев на диван, — я уж думал, тебе совсем память отшибло. -Это ты мне говоришь? — Женщина недовольно вскинула красивые брови и уж было хотела встать, но вовремя вспомнила о поврежденной ноге, — отец, который на днях рождения своей дочери был от силы, то раз восемь, и это пополам с младшей… -Нормально Катя. — Быстро ответил брюнет, чтобы прекратить эту ее тираду о том, что он — худший отец в мире, — работает, с Денисом у них все хорошо. Маруська в садик ходит, французский учит. Элеонора слабо улыбнулась. Мысль о дочери была пожалуй самой светлой за последние несколько дней. Усталость накрыла с головой почему-то именно сейчас, когда Виктор сидел рядом, пристально глядя в ее голубые глаза. Зачем он приехал опять? Жила же она как-то без него столько лет. А сколько? Сидит он сейчас перед ней весь такой герой. Шикарный мужчина, бизнесменом стал. Ну прям мечта… Обиженного из себя строит. А она, кстати, тоже имеет право на него злится. Терпеть его пьяные выходки было выше ее сил. А потом все закончилось. Он ушел быстро и тихо, даже вещи не собрал. Она долго не могла признаться себе в том, что жутко скучает. По его дурацким шуточкам, по футболу, который он смотрел почти каждую субботу, по нему самому. -Зачем отель продаешь? — его серьезный голос заставил ее вздрогнуть. Мужчина подошел к бару, подцепив два бокала и бутылку виски. -Денег нет, Вить… — Тихо начала она, медленно закрывая глаза, — на счетах шаром покати. Налоговая требования одно за одним выставляет — Налоги платить нечем. -Куда ж ты все деньги спустила? — Он усмехнулся, хотя настроения шутить больше не было вовсе. Налил немного виски ей и себе. -Дура я, Витя, — Элеонора глубоко вздохнула, залпом опустошив бокал. — Помнишь — я знакомила тебя с Селиверстовым? -Это тот, который сидел за мошенничество в особо крупных? — Виктор уже внутренне напрягся, понимая, каков будет исход. -Он кинул меня, — ее тихий мерный голос выражал какое-то странное смирение, совершенно для нее не свойственное. -Этого и следовало ожидать, — буркнул он себе под нос, но увидев ее состояние, решил не продолжать этот разговор. -Дягилев приедет завтра, будем документы подписывать. -Ты этому индюку половину своего бизнеса отдать хочешь? — он внезапно повысил голос, явно не желая мириться с таким положением дел. -Витя, ну нет у меня выхода другого, — хрипло начала Элеонора, — у меня нет миллиардера, который мне жизнью обязан! Виктор усмехнулся, а в глазах забегали озорные огоньки. Здравая, как ему казалось, мысль посетила его не светлую голову. -Ты какого черта улыбаешься? — Она вдруг не выдержала, — и вообще иди отсюда, тебе то какое дело до меня? -Дура ты, Ленка…. — Спустя короткую паузу произнес он, выходя из номера. -Жену свою так называй! — Последние, что услышал он от нее в тот вечер. А, ну еще подушка в него полетела. Январь, 1988 год. Стоя у приоткрытой форточки, он делал затяжку за затяжкой. Когда пил, потом невыносимо хотелось курить. Сабантуй по случаю дня рождения старого друга продолжалось уже несколько часов. Надо было бы уже и уйти восвояси, сославшись на завтрашний банкет, но он почему-то не спешил. Услышав скрип входной двери, он повернул голову. Незатушенная сигарета быстро оказалась в пепельнице. Несколько секунд она помялась на пороге, а потом, плотнее закрыв за собой дверь, вошла. Виктор измерил нарушительницу своего покоя внимательным взглядом. Ноги у нее красивые… И глаза. Да все в ней было хорошо. Вот только имени ее он не запомнил. -Сигарета есть? — Она встала рядом, опершись о невысокий подоконник. -Для таких как ты — нет, — решительно отрезал он, сгребая начатую пачку сигарет в карман джинсов. -А что это со мной не так? — Она слегка возмущенно приподняла брови, а в голубых глазах электрические разряды. -Кожу испортишь, — вкрадчиво пояснил он, улыбаясь, — Оно тебе надо? -Смешной ты, — она улыбнулась уголком губ. -Слушай, напомни, как тебя зовут? — Он почему-то решил спросить напрямую, ну пошлет и ладно. А вот если нет… -Совсем дурак, — Слегка разочарованно подытожила она, но потом почему-то протянула ему маленькую ладонь, — Элеонора. -Имя красивое, — он осторожно коснулся ее пальцев, — только я все равно не запомню. Мне бы попроще -Ах, попроще тебе? — Незлая усмешка слетела с ее губ, — что-то вроде Маши, ну или Кати, на худой конец, да? — Она неосторожно пихнула его в грудь ладонью. -Леной буду тебя называть, — сообщил он спустя короткую паузу. -Меня так папа называет, — Она тоже улыбнулась, но теперь слегка смущенно, не так как в первый раз. — Пойдем отсюда?