Приказ лорда

Лю Цингэ всё не мог успокоиться. Сердце его гулко билось в груди, стоило ему лишь бросить взгляд на веер. Веер, который Шэнь Юань обронил после боя. Бумажный веер с простым рисунком бамбука… Он ведь должен вернуть веер? Или он может сохранить его как трофей? Как сокровище, на которое он будет любоваться каждый день… Лю Цингэ не знал, что с ним. Он знал этого Шэнь Цинцю всего два дня. Однако за эти два дня он привязался к этому человеку. К его прекрасным глазам и мягкой улыбке, которую он спешил спрятать за веером, к его дразнящему тону и расслабленности. Этот мужчина был мягок и твёрд одновременно. Этот мужчина… — Прекрасный… Лю Цингэ зарделся, пылающий румянец пошел пятнами по шее и плечам. В ушах звучал только стук собственного сердца. Он так и не смог сомкнуть глаз и просто ворочался на кровати. Его мысли то и дело возвращались к ошеломленному лицу мужчины. И куску широкого рукава его одеяния. В руках он нежно держал простой бумажный веер. Веер с рисунком бамбука. Держал его с несвойственной воину нежностью. Будто самое дорогое сердцу сокровище. До рассвета было ещё далеко, так что Лю Цингэ решил не тратить время впустую, а заняться чем-то полезным. И отвлечь свои мысли от того человека. Он положил веер на прикроватный столик и, накинув рубашку, отправился на тренировочную площадку. Прохладный ночной воздух освежал, и Лю Цингэ, вдохнув полной грудью, начал понемногу успокаивать бушующее в сердце пламя. *** Шэнь Цзю проснулся в тесных объятиях. Брат сжимал его, словно был осьминогом. Он цеплялся за Шэнь Цзю всеми конечностями. Вздохнув, маг погладил брата по голове, проведя рукой по шелковистым волосам, а затем ловко вырвался из чужой хватки. Выходя из комнаты, Шэнь Цзю бросил взгляд, полный тоски, на спящего и тихо прикрыл дверь. Однако стоило ему оказаться снаружи, как раздражение заполнило все его естество. Поправив свои верхние одеяния, что были несколько темнее чем те, что носит его брат, он направился на поиски этого чёртового Лю Цингэ. Он нашёл его почти сразу же. Где же ещё быть этой безмозглой горе мышц как не на тренировочном поле? Шэнь Цзю уважал его технику владения мечом, хотя никогда этого не признает вслух. Лю Цингэ двигался быстро и легко. Словно танцевал с клинком. Все его движения были точными, доведенные до уровня рефлексов. Истинный воин, закалённый сотней боёв. Шэнь Цзю отметил, что тот был тут довольно долго. Белоснежная рубашка насквозь промокла от пота и липла к коже. И открывала вид на рельефные мышцы мужчины. — Трудитесь не покладая рук, о великий генерал Лю? — хмыкнул маг. Лю Цингэ опустил меч и, утерев выступивший на лице пот рукавом, обернулся к Шэнь Цинцю: — Тебе что-то нужно? Шэнь Цзю медленно приближался к воину, чётко выговаривая каждое слово, чтобы даже этот идиот с мышцами вместо мозгов понял: — Да. Мне очень интересно, что такого ты сказал моему брату вчера. — Только то, о чём он спрашивал. — О нашей первой встрече и ничего больше? — Шэнь Цзю в недоверии поднял бровь. Как будто он так просто поверит этому отбросу. — Только это. Лю Цингэ начинал злиться. У него был прямой характер, и он всегда честен с людьми. Даже если эти люди такие же змеи, как маг перед ним. Тот, кто не гнушается самых подлых трюков и ударов изподтишка. — Неужели ты боишься, что Шэнь Юань узнает о тех шести городах? — Не смей произносить его имя своим гнилым ртом! Шэнь Цзю резко приблизился. Его длинные пальцы обхватили чужую шею. — Никогда не смей осквернять его имя таким образом, ублюдок! Лю Цингэ сжал руки, что душили его, ослабевая хватку, и взглянул прямо в глаза напротив. — Будто ты не оскверняешь его имя, Шэнь Цинцю. Ты забрал тысячи жизней и теперь боишься, что он узнает об этом? Шэнь Цзю замер. Глаза его опасно сузились. — На твоих руках крови не меньше, великий генерал Лю, — ядовито выплюнул маг. Воздух вокруг мужчин заледенел, покалывая кожу, — Не говори о том, о чём ни черта не знаешь! Мне не о чем сожалеть! Мне не в чем раскаиваться! Если бы у меня был выбор, я бы сделал это снова! Он разжал руку и развернулся. — Собирай вещи. Завтра я отправляюсь к Юэ Цинъюаню. Чтоб тебя и твоих людей не было в этом доме к моему возвращению. Лю Цингэ смотрел ему вслед, потирая шею. Следов, конечно, не останется, но было неприятно. Мужчина еле сдерживался, чтобы не ударить этого человека. Он бы сделал это, если бы не приказ лорда Юэ. Ему было запрещено нападать на Шэнь Цинцю и как-либо вредить ему. Успокоив клубившееся внутри раздражение и гнев, воин с интересом пробовал на вкус имя. — Шэнь Юань… Юань…