Не причина, а следствие: Радиоактивно!

***

      Освободился Россия только тогда, когда Питер буквально пришлось выпихивать на встречу срочным делам. Эти срочные дела неожиданно пожаловали в лице двух немцев: Берлина и сопровождающего, собственно, страны того. Санкт-Петербург, конечно, сейчас не столица, но на его голову иногда сваливались особые поручения. И пусть встреча касалась именно Ленинградской области, сам ЛенО не вправе один принимать таких гостей, поэтому нужен кто-то с допуском повыше. Хоть СПб сам уже давно привык, однако идея сейчас оставить просто так РФ и уйти совершенно не нравилась. — Ну что за кислая мина? — стараясь приободрить, спросил федерация, — Они не подарок, но и не трагедия. — Ах, ни о том, ни о том я печалюсь, — город неловко поёжился, — Прости. Мы так мало провели времени вместе…       Россия не мог согласиться: это и так в разы больше, чем у него было в распоряжении. — Ничему не попишешь. Долг зовёт как грится. — Если бы ещё это был мой долг! — И твой тоже, — чуть строже произнёс страна, — Без помощников Москва быстро загнётся. Не мне напоминать тебе-то об этом. — Кхм, — Питер смутился своего поведения (его всегда заносило от любого упоминания МСК), — К своему неудовольствию признаю: ты прав. — Вот и отлично! А теперь- — Но! — Господь милостивый…       Стараясь полностью убедиться, что состояние РФ стабильно, он чуть не заимел нешуточные риски опоздать. А ведь два важных «заморских» господина ох как не любили опоздания. — Душа моя, — уже переживая за Санкт-Петербург, федерация развернул того за плечи и мягко подтолкнул на выход, — Катись ты, блин, уже.       Сам Россия не изъявил желания увидеться с гостями: встреча не сильно афишировалась, да и с Германией они недавно только виделись. Поэтому, пожелав удачи и насилу еле выпихнул город из его же дома, страна вернулся в столицу от греха подальше, иначе такое безделье затянется ещё на дольше…       Надо бы уже составлять планы на ближайшее время. Москва как раз отправил список тех, кого лучше всё же посетить за две недели «отгула». Хотя не то чтобы федерация сам не догадывался, о ком там пойдёт речь.       Чайник привычно засипел, медленно нагреваясь от электрической конфорки (в квартире газ перекрыт на всякий случай). Рассчитывать приходилось только на чай: в холодильнике мышь повесилась (но это куда лучше, чем если бы там завелась новая жизнь). Да и аппетита совсем нет.       Опустившись на табуретку перед столом и достав телефон, РФ открыл один из чатов и нервно стал обновлять переписку, безрезультатно пытаясь добиться от неё чего-то нового. Ещё прошлым вечером он отправил Беларуси сообщение, но оно оказалось непрочитанным. В сети того тоже не было со вчерашнего. Возможно, до сих пор отсыпается, вымотался бедняга… Нужно дать тому хорошенько отдохнуть и пока не беспокоить. Просто сам факт неизвестности напрягал. Сильно напрягал. Вдруг всё же?..       Но прежде чем Россия успел что-то сделать, смартфон благополучно завис. М-да. Перемещающаяся вместе с воплощениями техника долго не жила.       Понуро вздохнув страна сложился на столе. — Почему у меня всё всегда идёт через задницу… Ну действительно, почему же…       Напускное спокойствие, в которое он пытался себя насилу окунуть, едва справлялось. Ещё даже суток не прошло, а федерация чуть ли не в тысячный раз отговаривал себя от того, чтобы просто примчаться в Минск. И чем больше проходило времени, тем меньше он считал верным решение отпустить брата одного. Оно тяжелым камнем лежало на душе и давило. Всё давило, и давило на нервы. Но что могло бы произойти? Ничего. Наверное. Да даже если и произошло, Беларусь не беспомощный, к тому же у себя дома, а значит рядом точно будут те, кто сможет чем-либо помочь.       Короче, фу. Фу-фу-фу. Хватит! Хватит страдать ерундой. Россия отвлекающе побил себя по щекам и вместо совершенно дурацкого накручивания решил продолжить планирование.       В итоге, борясь с многострадальным телефоном, с горем пополам удалось написать Канаде. Только вот одно «но»… Того тоже не было в сети довольно давно. Ладно. Вдох. Выдох. Никто не умер, всё в порядке, всё хорошо. Наверное. Но вдруг что-то успело уже случиться? Или… это забастовка? В том смысле, что все наконец-то решили игнорировать его? Чёрт. Иногда РФ преследовали невозможно глупые мысли. Лишняя тревожность ничему не помогала, а он умел слишком быстро накручивать себя.       Напряжённо вперившись в отложенный на столе смартфон, страна сдерживался, чтобы не обзвонить всех подряд и разузнать, почему те двое молчат. Особенно брат. Но знал, что создавая панику из ничего, даст другую причину для неё. Повода для реальной тревоги нет. Пока что. Этим всем стоит озаботиться слегка позже.       Заварив литровую кружку травяного чая, у которой по тёмным кругам внутри можно как по древесным кольцам года считать, федерация направился в кабинет. Сейчас были и более насущные заботы — несколько увесистых толстых скоросшивателей с грохотом рухнули посреди комнаты. — М-м-м, любимая работа… — сказал только с долей сарказма, глядя на свои прошлогодние записи (заблаговременно и надолго составленные расписания: праздников, подарков, отпусков, намеченных поездок, примерных периодов обострений и восстановления, и тому подобное).       Россия расположился на полу для удобства возни с такими количеством информации и начал расшифровку (ведь кому-то очень влом писать сразу в электронном виде или просто не почерком сатаны). И если по свежей памяти он прекрасно понимал, что скрывалось под каракулями, то не теперь.       В общем-то, задача предельно проста: подгадать все две недели так, чтобы всех всё устраивало. В теории, вроде, не так и трудно, на практике — чуть заковыристее. Прежде чем терроризировать всех кого надо проверить, проще сначала из нынешних заметок составить общую картину, а затем играть уже от неё и в случае чего вносить правки. А то так можно потратить пол месяца только на попытки достучаться до каждого. С кем удастся связаться — договорится, с кем нет — придется посетить, как ни крути, просто в свободное от остальных время.       Планирование всегда ему нравилось, но сейчас вызывало лишь вязкий дискомфорт, сковывающий тело. Неудивительно, что такое занятие вгоняло в лишь большую печаль: обещания не выполнил, там не пришёл, тут не сопроводил и так далее по списку… Кратко и мягко выражаясь, очень много чего пропустил. Только представляя расстроенные и разочарованные лица подопечных, уже становилось дурно, а какой-никакой настрой уплывал в трубу.       Но ничего, скоро вольется в привычный ритм жизни и наверстает упущенное. По крайней мере, так себя РФ успокаивал, ведь впадать в уныние в любом случае некогда. Если требовалось, страна умел взять себя в руки и надолго сосредоточиться.       Таким образом к ряду прошло несколько продуктивных часов. Работа хоть и кипела, но чем дольше, тем больше дергался глаз и тряслись руки, про ноги вообще лучше промолчать, они, наверное, от онемения отказали. Мысли же стали разбегаться кто-куда: начиная с воспоминаний о разных пандемиях, заканчивая возвращением к сетованию о накрывшихся задумках, в которые Россия излишне углубился. Ему не нужно было сейчас пересматривать планы абсолютно на всех, иначе выйдет каша, однако взгляд то и дело выхватывал лишние строчки. Федерация, прекрасно зная себя, всегда имел запасные варианты, чтобы всё работало и без него, что хоть сколько-нибудь сглаживало ситуацию. Но всё равно так обидно за подопечных.       И в очередной раз зачитавшись, страна весь в расстроенных чувствах добрых полчаса не мог собраться и продолжить. — Господи! Да когда ж ты меня уже покараешь! — в сердцах бросил он и тут же подскочил на месте: перезвон колоколов испугал чуть ли не до полусмерти. Даже не сразу дошло, что звук исходил из вибрирующего бумажного беспорядка, а когда дошло, сердце опять замерло, — Етить колотить!       Минус иметь странную мелодию на звонке (и плохую память) — инфаркт жопы. Россия едва нашарил телефон, ведь умудрился потерять в макулатуре ещё и кружку с чаем, а не хотелось по неосторожности испортить записи. Когда же показался экран, эмоции одним мигом пролетели друг за другом. Испуг. Радость. Разочарование. И снова испуг.       Даже не поздоровавшись, РФ выдал: — Что случилось?! — Блять! Зачем орать-то так!.. — громкий первый выкрик перешёл в приглушённый, словно телефон отдалили от говорящего, и плавно перетёк в недовольный бубнёж на казахском и тихий смех вдалеке. Затем Казахстан зазвучал вновь чётко, — Вот блин, Рос, расслабься! Ты же меня напугал. — А, о, я, мне жаль, — жаль-то оно, конечно, жаль, но было куда больше любопытства, — Так… почему звонишь? — Россия, — надсадно проскрипело в его голосе, — Не надо реагировать так на обыкновенный звонок. Мне просто захотелось поговорить с тобой, а ты опять на нервах. Это что у тебя стряслось?       Федерация отложил смартфон и еле слышимо выругался, но поток брани быстро прервало громкое: — Алло! Россия! Ты тут вообще? — Да, да, я здесь. Мне жаль. Всё нормально. — Очень похоже на то… — Нет, серьёзно, я просто немного отвлёкся. В общем, не бери в голову. Что ты хотел?       Не думал РФ, что пожалеет об этом вопросе, пусть, скорее всего, РК всего лишь пытался его заговорить и успокоить, но болтал так много и подробно, что никакой мысли не было прохода. Буквально. Они не виделись примерно полтора дня, а вывалил брат словно пару недель насыщенных событий. Всегда так: то молчал как скала, то устраивал галдёж, не остановишь. Не только у него, конечно, такая черта имелась. — … и хватаю я его значит за… — федерация, погребенный в бумаге, просто смирился со всем, слушая краем уха, — А нет, стой, потом расскажу, когда встретимся. — А? О! Что, кстати, с этим? — Сегодня точно тут ещё задержусь. Как насчёт завтра? — Так срочно? — Да. — Ну… Я пока составляю списки, поэтому не знаю выйдет ли настолько быстро. — Какие списки? Ты там ебнулся, что ли? — Казахстан неразборчиво что-то пробухтел, — Так, ладно, понял. Нарвёшься ведь, что будешь всю неделю у меня сидеть. Рядом с Кыром на цепь посажу. — Спокойно-спокойно, я так совсем не приеду, ха-ха-ха. — Тогда мы едем к вам. — Боже упаси. — В общем, давай, составляй свои списульки, не отвлекаю больше. — Да, да, — и Россия не был бы Россией, если бы не спросил, — А ещё погоди. Беларусь не звонил, не писал тебе случайно?..       И Пауза. Долгая. Подозрительная. Почему? — …Нет…       Не к добру это. — Точно? — Почему ты, вообще, спросил? — Вопросом на вопрос? — Ах да, простите, этим обычно вы занимаетесь. — Я серьёзно. — А я будто нет? — Ты скользкий уж, — РФ сощурился. — Гадюка, не иначе, — внезапно вклинился голос Кыргызстана. — Брысь отс-с-сюда, пока не покусал. Подслушивать он тут будет. — Да ты шутишь? На громкой орешь же! Я полчаса только и делаю, что пытаюсь не слушать. У него, наверно, уже уши завяли от твоей брехни. Россия! — КР вдруг громко затрещал по ту сторону, — Ты меня слышишь?! Ты ещё не умер от передоза брехни?! — Ах ты мелкий кусок.! — возмутился Казахстан, а потом были только какая-то возня и обрывки фраз. — …оторвешь! Не тяни, скотина… — Вот так ты со старшими!.. — Да в рот я тебя…какой ты… — …уймись, собака. — …горло тебе перегрызу. — Ага-ага попробуй, — пара секунд странной тишины и, — Ах ты…ах…к-куда-       Дальше слышались только тяжелые вздохи, ну и разные прочие звуки… Федерация поспешил окончить звонок.       Своеобразно. Кхм. Разве что появились сомнения: не разыграли ли они эту сценку специально, чтобы избежать ответа на вопрос? Или это уже совсем паранойя и клиника? Ладно, неважно.       Тем более от размышлений отвлек телефон, который вновь ожил — оповещение! Теперь ответил Канада. Невероятно! — «Привет, я по поводу твоего предложения. Так когда мне лучше приехать?» — то, что сам РФ отправил несколькими часами ранее. — «Хай, немного сложный вопрос…» — то самое новое сообщение. — «Что-то случилось?» — так и знал! Что-то произошло! Хоть где-то. — «Нет, совсем нет! Прости, пожалуйста! Всё моя безалаберность… Сам пригласил и сам не знаю на когда. Но кажется не раньше, чем через неделю…» — «Пустяки, условимся пока что так. Держи в курсе, если что-то изменится» — «Да, без проблем! Ещё раз извиняюсь…»       Россия ещё бы что-то написал, но выронил телефон от неожиданности из-за нового звона. Вот то никого, то нарасхват! На сей раз звонил Петербург. — Ого, уже справились? — Только-только. Устал чертовски: с Берлином ужасно сложно общаться. Надеюсь, завтра он пристанет так к Москве. — Хах, ты слишком жесток к нему. — К Берлину? Да, общение с Москвой никому не пожелаешь, — федерация лишь глаза закатил, — Чем занят? — А балду гоняю, — и быстро отмахнулся, — Послушай, ты ещё в области? Я хотел спросить про ЛенО- — Да-да, он здесь, со мной. А что такое? Ты ведь уже спрашивал меня о нём, — но тот с ответом не спешил, — Не хочешь тут вживую поговорить? — Время позднее, к тому же вы устали… — Тогда переключу на громкую связь. — А, ну, да, ага, — Россия слегка растерялся, ведь рассчитывал переговорить один на один. — Вечер добрый, государь, — поприветствовал область. — Аха-ха, ты-то чего, Лен? — Особо добрый после того, как откланялись немцы треклятые, — тихо прозвучало уже от СПб, — Не вели казнить, это я ему сболтнул лишнего. — Не представляю, как ты заставил его такое сказать, — прыснул РФ. — Ничего подобного, он сам. Как бы я мог? — Пардон-пардон, — посмеивался область, — Хотел просто поддержать вашу атмосферу. — Так-так, ближе к делу. Я, в общем, о Сосновом боре хотел спроведать. — Ах, Вы уже не верите одному моему честному слову? Какой удар для меня…– шутливо оскорбился Санкт-Петербург. — Не принимай на свой счёт, душенька. — И что конкретно хочешь знать о моём мальчике? — решил уточнить ЛенО. — О вашем с ним самочувствии. — М, по той просьбе Москвы, да?       Потому что у них был собственный график передачи информации о здоровье. — Питер и это рассказал.? — Не вижу ничего предосудительного, — заступился область, — Тем более что СБ чувствует себя оптимально для работы, даже немного занят. Со мной тоже всё в полном порядке. Не волнуйся попусту. — Ясно… — Кажется, это тебя не удовлетворило, — он принялся увещевать, — Россия, не нужно срываться с места в карьер. Расставляй приоритеты, есть и более важные задачи. В конце концов надо и время для отдыха. — Я ему тоже самое говорил! — воскликнул город. — Ладно, я понял, — сдался федерация, меняя тему, — Вы уже ужинали? — Нет. Петербург яростно отказывается как всегда. — Извольте! Мне после такого стресса не до еды. — Питер, не капризничай. Лен, прошу, проследи за негодником. — Так точно. — А сам-то? Сам-то ел? — нашёлся СПб. — И я как раз пойду. Приятного аппетита и до связи.       Никуда он конечно же не пошёл. И какой пример подавал? М-да.       В его случае два литра чая и пачка сигарет помогли немного разгрести записи и даже начать договариваться. Продуктивность так и пёрла, нужно ведь было перекрыть часы бесполезной возни. А уже поздней ночью страна переполз за компьютер и принялся гипнотизировать отчёт. Когда же мозг поплыл, что, впрочем, произошло довольно скоро, его отвлёк звук оповещения. Россия с надеждой заёбанного утопающего схватил телефон — на удивление это написал Германия. — «Утрецом будет время позавтракать со мной в кафе?»       Ого, неожиданно. — «Только завтрак?» — «Не совсем»       О-о-о, неспроста это «не совсем».       ФРГ отправил адрес, чтобы точно удалось найти его. Хоть страна очень крупный и заметный объект, РФ часто путался: не очень хорошо чувствовал окружение. Как и любая другая страна, он с лёгкостью скажет, кто на территории, но вот до точного местоположения, увы, не точнее улицы. — «Ровно в 8:30» — предупредил напоследок федеративная республика.       Теперь и его впихивать в расписание планов, уф. По крайней мере, это значило, что Казахстан точно откладывался на другой раз (потому что хотел заграбастать целый день). Супер!       Россия расслабленно потянулся, бросив взгляд на монитор. Тут его и посетила ещё одна идейка…