Глава 35: Маленький мальчик и Говорящий камень
15 декабря 2020 г., 10:05
Глиб-глоб, яростно хлещя дракона вожжами, летел к себе домой. Кибитка, как обычно, тряслась под ним так, будто он был не в воздухе, а пытался проехать по старой сельской дороге.
Дракон, пофыркивая, недовольно выплюнул впереди себя огненный шар.
— А ну, немедленно прекрати! — рассердился гоблин. — Не хватало ещё, чтоб ты опять что-то спалил!
Кибитка прилетела на невзрачную припорошенную снегом улицу. Опустившись у дома на окраине, гоблин спрыгнул с повозки.
— Завтра отпущу тебя в лес поесть, — сказал он дракону, заводя его и кибитку в сарай. — И можешь не смотреть на меня так! Жрешь как не в себя…
Дракон, печально фыркнув, разлегся на полу и прикрыл глаза.
Гоблин, потирая руки, вышел из сарая. Пройдя к дому, он внимательно посмотрел на собачий череп в листьях.
— Незваные гости не пытались зайти в дом? — спросил гоблин.
Собачий череп никак не отреагировал на вопрос. Удовлетворившись ответом, Глиб-глоб открыл дверь и зашел внутрь. Ему в нос сразу же ударил запах жженой листвы, что немедленно его насторожило.
— А я тебя уже заждался, — раздался тяжелый хриплый мужской голос. — Не стой на пороге. Проходи.
Гоблина словно кто-то схватил за шкирку и, протащив из коридора, с силой закинул в кресло. Входная дверь за ним закрылось с громким хлопком.
Возле камина стояло странное человекоподобное создание. Всё тело существа было покрыто прелыми листьями и пожухлой травой, а лицо словно состояло из еловых веток и длинных обрывков ткани.
— Ты еще что за на хрен?! — возмущенно выкрикнул гоблин, пытаясь не показывать, что он боится своего нежданного гостя.
Занавески на окнах плотно закрылись, и комната погрузилась в полумрак. В камине вспыхнуло пламя, а под потолком заплясали мелкие шарики, состоящие словно из языков пламени.
Появившиеся красные блики на предметах в комнате только подчеркнули зловещий вид листьевого создания.
— А ты разве не знаешь? Странно… — лоскуты ткани на лице гостя ожили и стали извиваться в разные стороны. — А мне вот всё о тебе известно, Глиб-глоб…
— Возвращайся кобыле в трещину или туда, откуда ты там вылез! Ты, прелая куча лесного навоза, — злобно процедил гоблин. — Я тебя знать не знаю и не приглашал сюда!
Хотя в доме не было сквозняка, листья, покрывавшие существо, стали развеваться так, словно в комнате поднялся сильный ветер.
— Проваливай! — гоблин попытался было встать из кресла, но неведомая сила быстро вернула его на место.
— Нет-нет-нет, — погрозил пальцем листьевый. — Никто отсюда не уйдет, пока мы не поговорим. Знаешь, Глиб-глоб, нужно решить одну маленькую проблемку. Мой наниматель хочет, чтобы ты перестал ему надоедать.
— О-о-о. Так бы сразу и сказал, — гоблин довольно заерзал в кресле. — Кто он?
— Это не имеет значения… для нашего разговора, — листьевый провел рукой над своим лицом и что-то быстро прошептал. — Я хочу, чтобы ты перестал надоедать. Иначе последствия тебе не понравятся.
— Ты угрожаешь мне смертью? — ухмыльнулся гоблин.
Листьевый подошел к креслу и наклонился к Глиб-глобу:
— Да-а-а. Мой наниматель желает, чтоб я вырвал тебе сердце… — прохрипел он. — Но я не люблю марать руки. Поэтому я даю тебе шанс… Покинь Румынию навсегда, перестань надоедать важным людям, и я не причиню тебе вреда…
— Слушай сюда, охапка листьев… Твой «наниматель» должен знать, что смертью меня не запугать! Убьешь меня, и все узнают его гнилую натуру, — захихикал Глиб-глоб.
— Похоже, ты не понял… Мое предложение не обсуждается, — ткань и ветви на лице листьевого изогнулись в сторону гоблина и угрожающе затрепетали как змея перед укусом.
— Срать я хотел на тебя и на твоих «нанимателей», — Глиб-глоб плюнул в лицо листьевого и, замахнувшись маленьким кинжалом, попытался ударить того в шею.
Листьевый даже не сдвинулся с места.
Кинжал вылетел из руки гоблина и отлетел в угол комнаты.
— Нет-нет-нет… Так не пойдет, гоблин, — завибрировал листьевый.
— Проваливай! — заверещал Глиб-глоб. — Ни о чем я договариваться не буду с тобой!
— Будешь, — проскрежетал листьевый. — Но поскольку ты такой несговорчивый, то теперь я так просто не отпущу тебя из Румынии. Тебе придется отдать мне своего дракона, — листья по всему его телу ощетинились.
— А тридцать фунтов свиного навоза в нагрузку не желаешь? — холодно поинтересовался гоблин.
— Что ж… Если ты не хочешь принимать мое щедрое предложение… — листьевый медленно отступил обратно к камину и прислонился к кирпичной кладке. — То теперь я потребую еще что-то от тебя… Что же такого ценного у тебя осталось? Может, мне стоит затребовать все вещи, которые находятся в этом доме? От полотенец и посуды мне проку будет мало, но почему бы их не забрать?
Гоблин на это лишь хмыкнул.
— Нет, это не представляет для тебя ценности? — поинтересовался листьевый. — Тогда, может, забрать твою повозку?.. Или, может быть, монокль, что ты носишь при себе?.. А может, мне стоит забрать карту, которая лежит у тебя в кармане?
— Да требуй хоть Философский камень! Никаких обменов не будет.
Листьевый на некоторое время замолчал. Покрутив немного головой в разные стороны, он вновь поводил рукой возле своего лица.
— Тогда я забираю твоего дракона, повозку и волшебную карту, и ты можешь улетать отсюда…
— Перегной, сколько еще раз я должен повторить, что я отсюда никуда не уйду и что никаких обменов не будет? Твой наниматель сделал ошибку! Я теперь потребую за свое молчание больше денег!
— Ты не оставляешь мне выбора, Глиб-глоб. Если не согласишься на мои условия, то я отберу еще и все твои богатства, которые ты прячешь, — тихо, но отчетливо прошептал листьевый.
— Цветочек! — выкрикнул что было мочи гоблин.
Разбивая стекло, в окно просунулась голова дракона.
— Убирайся, иначе Цветочек спалит тебя! — пригрозил Глиб-глоб. — Цветочек! Полная боевая готовность!
Дракон угрожающе уставился на незваного гостя и открыл пасть, в которой уже зарождался огонь.
Листьевый зловеще рассмеялся. Отойдя от камина, он подошел к окну.
— Мне твои иллюзии не страшны, — листьевый провел рукой сквозь голову дракона. — И можешь так сильно не кричать, — ветки, составлявшие его лицо, противно заскрипели. — За пределами твоего дома никто не услышит твоих криков. Я позаботился.
— Скотина… — прошипел гоблин. — У меня нет ни шиша. Думаешь, я бы стал у кого-то просить деньги за молчание, если бы я был богат? Посмотри на мой дом, тут нечего брать…
— Прежде чем ты закончишь это предложение, я тебя прерву, — листьевый снова оперся спиной на камин. — Мне не нравится твоя… недоговороспособность, поэтому я скажу вот что: собирай свои пожитки и убирайся из Румынии; про всех, с кого ты выдаиваешь деньги, забудь и больше никогда им не надоедай. А если ты решишь меня ослушаться, то я оторву тебе руку или ногу и буду сцеживать твою кровь вот сюда… — листьевый достал откуда-то сзади красивый золотой кубок. — И буду попивать её, пока ты не сдохнешь. Медленно и мучительно. Ну, а после… После я вырву сердце из твоего хладного трупа и принесу его своему нанимателю…
Сказав это, листьевый швырнул кубок на колени гоблину. Глиб-глоб пискнул, словно маленькая мышь.
— Гадина. Тварь. Урод, — гоблин, прижав к животу кубок, тихо бубнил себе под нос.
— Тебе стоило лучше защищать свой маленький тайничок. Кстати, чтобы ты знал, я побывал у тебя в погребе еще вчера.
Гоблин злобно посмотрел на листьевого.
— Не заметил? Как обидно, наверное, сейчас, — ехидничал листьевый.
— Ладно! Я понял, что я тебе не ровня. Если ты хочешь, чтоб я не отвлекал твоего нанимателя и улетел отсюда, то так тому и быть, — сдался гоблин. — Я прямо сейчас начну собираться. А теперь убирайся отсюда.
— Конечно. Только сначала… — листьевый протянул в его сторону руку. — Отдай мне карту, и я улечу на твоем драконе.
Гоблин проскрежетал зубами.
— Слушай, зачем тебе дракон и карта? Твой наниматель хочет, чтоб я отцепился от его задницы? Ну так это легко. Ты убедил. Я сейчас же собираюсь и улетаю.
— Нет-нет-нет… — прохрипел листьевый и вновь погрозил пальцем. — Так не пойдет. Следовало сразу же согласиться на мое предложение. А теперь я не уверен, что ты сюда не вернешься. Карта и дракон станут гарантией… А если ты меня ослушаешься, то я снова найду твои тайники, обчищу их и скину всё твое золото в пучину морскую... А затем я медленно и мучительно убью тебя…
— Хорошо-хорошо. Забирай Цветочка, да подавись им. Да только карта тебе зачем? — перешел на спокойный и деловой тон гоблин. — Нет в ней ничего необычного.
— Не ври мне, гоблин, — вздохнул листьевый. — Мне про всё давно известно. И про инфернальную семейку, и про ведьму с болота. Не испытывай моего терпения.
— Хорошо, ты всё отлично знаешь! Но зачем тебе карта? Оставь её мне.
— Нет.
— Хорошо. Давай найдем компромисс. Сколько тебе заплатил твой наниматель? Я могу дать гораздо больше.
— Твоих денежных запасов не хватит, чтоб оплатить мои услуги.
— Пока — да. А что если я скажу, что могу дать тебе больше? Гораздо больше. Нет, ты подожди отказываться! — остановил его гоблин и поставил кубок на стол. — Мне известны все тайники в округе, которые остались после войны инферналов и обычных магов! Там столько золота, что тебе до конца жизни хватит. Послушай, ты ведь сильный маг, не так ли? Мы вдвоем сможем обчистить все схроны, которые тут есть. Короли мертвецов пару веков тому назад сюда повозками свозили гоблинское и обычное золото! Мне самому заниматься разведкой сложно и тяжело, но вдвоем дело пойдет быстрее. Особенно, когда распогодится. На карте все отмечено, так что оставь ее мне и…
— Оставить карту тебе? Хм… Зачем бы я стал это делать, если я могу забрать ее и сам потом все сделать? Мне это не составит труда…
— Э-э-эм… Да, конечно, ты можешь так сделать, — растерялся ненадолго гоблин. — Но послушай, эта карта не одна в своем роде. Я знаю где и как достать другие, на которых есть еще больше отметок тайников королей мертвецов…
— И про это я тоже могу разузнать сам, — скучающе заметил листьевый.
— Не-е-е-ет. Нет! — восторженно заявил гоблин. — Подобную карту так просто не заполучить. Только я знаю, как, и только мне её могут отдать.
— Нет.
— Послушай, во всем должен быть деловой подход. Сколько бы тебе не пообещали, я дам больше.
— Неужели ты так и не понял?! — голос листьевого громом прокатился по комнате. По стенам словно маленькие змейки пробежали языки пламени. — Меня не интересуют деньги. Я согласился потолковать с тобой только потому, что за мою работу мне обещали кое-что важное. Кое-что, что твое инфернальное золото мне не заменит!
У гоблина от ужаса расширились глаза, а сам он словно съежился в кресле.
— Я должен доказать своему нанимателю, что я выполнил работу. А для этого мне нужно подтверждение, что ты больше не вернешься сюда, — листьевый протянул руку в сторону Глиб-глоба. — А теперь… Отдай мне карту и уезжай из Румынии. И пообещай, что больше не покажешься тут и не будешь никому надоедать своими угрозами.
Гоблин покопавшись в карманах, вытащил сложенную карту и дрожащей рукой швырнул её в сторону листьевого:
— Обещаю. Вот, забирай. А теперь прошу, уходи.
— Замечательно. Я завтра днем проверю чтоб тебя больше тут не было, — приманил к себе карту листьевый и, повернувшись, быстро пошел в сторону выхода из дома. — И кстати, все свои «страховки» на случай своей смерти я рекомендую тебе уничтожить.
— Хорошо! — выкрикнул гоблин и тихо пробурчал себе под нос: — Ненавижу волшебников и тварей, которых они призывают ради решения своих проблем…
* * *
Подхватив карту в руку, Гарри повернулся к выходу из дома гоблина: — Замечательно. Я завтра днем проверю чтобы тебя больше тут не было. И кстати, все свои «страховки» на случай своей смерти я рекомендую тебе уничтожить. — Хорошо! — крикнул гоблин. «Не врет», — облегченно выдохнул Гарри. Подойдя к входной двери, он раскрыл ее стихийной магией и что было мочи махнул рукой, «отодвигая» в сторону волокна защитной пленки. Гоблин что-то недовольно пробурчал Гарри вслед. Дело было сделано, и пора было хоть немного отдохнуть. Выйдя из дома, Гарри махнул своей правой рукой, к которой была привязана волшебная палочка: — Акцио сумка. Не сбавляя хода, он подошел к сараю с драконом. Из-за листьев, которые покрывали всё его тело, и маски, которая закрывала лицо, Гарри задыхался и мечтал поскорее скинуть маскировку и выпить побольше Бодрящего зелья. К нему подлетела его сумка, а двери сарая раскрылись сами по себе. — Цветочек, мы улетаем, — сказал Гарри, запрыгивая на лавку спереди кибитки. Вожжи натянулись, а дракон, который, видно, только что дремал, недовольно встал и расправил крылья. Взяв небольшой разгон, он взлетел вверх вместе с кибиткой. Вечерний ветер с силой прошелся по телу Гарри, сдувая листву, которую более не держала стихийная магия. «Да-а-а-а… Наконец-то, — сорвав с лица самодельную маску из палок и ткани, Гарри вдохнул полной грудью. — Вредный гоблин… Чуть концы там не отдал. Если бы не опирался спиной на камин, то так бы и рухнул замертво». Из сумки рядом вылетела бутылочка с Бодрящим зельем. Открутив крышку, Гарри жадно отпил из нее. Помотав немного головой, он выровнял полет дракона и достал из кармана карту гоблина. Бутылочка с зельем залетела обратно в сумку. Гарри уже видел несколько дней тому назад, как Глиб-глоб «обращался» к карте, когда подвозил его и Бобби. Поэтому решив, что ничего не потеряет, он сказал вслух: — Эм… Карта, можешь показать мне дом Феодоры, что находится недалеко от болота, где живет баба Яга? — на раскрывшейся перед ним карте показалось два крестика: красный — там, где располагался особняк Феодоры, и зеленый — который двигался и, как догадался Гарри, был указателем самой карты. Как он и предполагал, карта была навигационной. Довольно улыбнувшись, Гарри стал подробно ее рассматривать, периодически кидая взгляд на дорогу впереди. К его удивлению, дракон летел ровно и не заставлял его цепляться руками за кибитку, чтобы не слететь с нее. — Интересно, где же он тебя достал? — Гарри спросил карту, будто ожидая, что та ответит. Замусоленные, неопрятные и рваные края карты указывали, что ей довольно-таки часто пользовались. Рисунок в нескольких местах был блеклым. В одном месте карта вообще прохудилась. — М-м-м… Тайник инферналов?.. Хранилище золота королей мертвецов? Э-м-м… Пещера, набитая деньгами? Гарри стал перебирать один за другим возможное название тайников, про которые говорил Гоблин. Но карта ничего нового ему не показала. Только красный крестик пропал и остался один зеленый. Видно, Гарри не смог подобрать правильное название местоположения, вот ничего и не отобразилось. — Ну, не сильно-то и хотелось, — сложив карту, он запихнул ее себе в карман. Конечно, деньги бы ему не помешали, что уж кривить душой, но даже если бы он сунулся в тайники инфернального золота, то там бы его точно ждали ловушки. А уж с этим разбираться, решил Гарри, у него нет времени. «Никогда бы не подумал, что гоблин будет так трястись за собственное золото. Да, хоть и умереть он не боялся, мучительной смерти он себе явно не желал, — Гарри вспоминал напряженный разговор с гоблином. В доме он пытался как-то выведать у Глиб-глоба, на что же можно было выменять его молчание. Правильная комбинация была необычной, но она точно сработает. — Как хорошо, что я могу видеть по красному облаку, когда мне врут или когда меняется настроение». Ставка на маскарад тоже стала выигрышной. Хоть гоблин сначала и посчитал его магом в листьях, он все-таки понял, что перед ним «чудище», которому не интересно золото. Пока Гарри думал о Глиб-глобе, дракон довез его к дому ведьм. — Цветочек, садимся, — кое-как управляясь вожжами и словами, Гарри удалось заставить дракона опуститься с кибиткой на землю. — О боги! А это что значит? — на крыльцо дома выбежала Феодора и уставилась в ужасе на дракона. — Зовите бабу Ягу, — Гарри спрыгнул с кибитки. — Скажите ей, что проблема решена. — О-о-о! Замечательно, — опешила Феодора. — Но-но… А что с драконом? — Это мой трофей и подтверждение выполненного задания, — подхватив сумку, Гарри подошел к ней. — Я не знаю… Привяжите его, что ли, пока. Потом решите, что с ним делать. — О, так этот дракон останется у нас? Из дома высунулась испуганная Рассолька. Подбежав к Феодоре, она спряталась за ее ногами, с опаской поглядывая на дракона. — Можно и так сказать, — Гарри достал бутылку с зельем и отпил. — А, ясно, — облегченно выдохнула Феодора. — Все понятно! Пустим его тогда на котлеты и супы. — Кошмар, — содрогнулся Гарри. — Не надо этого делать. После того, как Гарри уговорил Феодору не делать из дракона фарш, он поднялся в комнату, которую ему выделили, и бросил сумку на кровать. С усилием потерев глаза, он скинул с себя одежду и пошел в ванную комнату, чтобы принять душ. Чуть было не заснув под теплыми струями воды, Гарри нехотя закончил свое омовение. Вернувшись в комнату, он упал на кровать. Сумка, подчиняясь Гарри, раскрылась, и оттуда вылетели комиксы и оберточная бумага. — М… Мне же нужен еще какой-то хлам, чтобы я мог сделать… — рассеянно пробормотал Гарри и понял, что для того, чтобы создать третий подарок, ему нужна свежая голова. — Ладно. Тогда распишу по заклинанию. Открыв прикроватную тумбочку, он достал оттуда кусок пергамента и перо с чернильницей. Не приходя толком в сознание, он расписал все, что помнил по поводу заклинания Отложенного действия. Вытянув полупустую бутылку из сумки, Гарри выпил до дна остатки Бодрящего зелья и стал упаковывать подарок. Вниз он положил сложенный пергамент, а сверху расположил комиксы. Укрыв их упаковочной бумагой, он перевязал всё вместе оранжевой лентой. Пошатываясь от усталости, Гарри вышел из комнаты и спустился вниз. Там его уже ожидала Яга, которая беспокойно притопывала ногой: — Ну наконец-то! Долго же тебя ждать пришлось. Объясниться не желаешь? Со стороны столовой, под веселую музыку, раздался взрыв смеха. — Как раз собирался. Я решил вашу проблему, — Гарри подошел к Яге и оперся спиной на перила. — В подтверждение, что он вас больше не потревожит, я заставил его отдать свою волшебную карту и дракона. — Карта? Дракон? На черта оно мне это всё сдалось… Я тебя просила избавить меня от его любопытства, а не обчищать его карманы. — Мне нужно было его запугать и доказать, что мои намерения серьезны. Он согласился покинуть Румынию, — терпеливо объяснял Гарри. — Сюда он больше не вернется и вас больше не потревожит. — Правда? — Яга перестала нервно дергать ногой. — И как у тебя это получилось? — Я кое-что узнал про него. — А подробнее? — Только в обмен на сведения о том, почему вы ополчились на гоблина, — сказал Гарри, тщательно подбирая слова, чтоб ненароком не нарушить Обет и не умереть. Хоть ему и не нужны были эти сведения, но все-таки любопытство брало верх. — Хм… Пожалуй, его секретики того не стоят, — немного подумав, Яга покачала головой. — Так, а что за карта-то? — Волшебная. Вот, — Гарри достал карту из кармана и, раскрыв, протянул ей. — Нужно просто сказать местоположение. Например: дом Яги у болота… На карте вновь появилось несколько крестиков. — Ой-ёй, — испугавшись, Яга быстро ее захлопнула. — Она вот так всем и каждому может показать любое место в округе? — Да, но… Не дослушав его, баба Яга швырнула карту прочь от себя и быстро достала волшебную палочку: — Инсендио! — выкрикнула она. Карта в мгновение ока сгорела, и лишь пепел упал на пол. — …Но вам не стоит беспокоиться, — нахмурился Гарри. — Знаете, было бы лучше, если бы вы меня таки дослушали. Карта показывает, если четко называешь нужное местоположение. Гоблин не занимался целенаправленно поиском вашего «особого» места. Его интересовало кое-что другое. Думаю, он чисто случайно влез куда не следовало. — Я уж думаю! — воскликнула Яга. — Но мне начхать, по каким причинам он делал то, что делал. Мне важно, чтобы… — Да-да, я помню, — перебил ее Гарри. — Скажите, а гоблин не приходил к вам и не требовал от вас денег? — Нет, — хитро прищурилась Яга. — Так и думала, что этот мелкий паскудник будет пытаться с меня денег содрать. Так говоришь, что он случайно залез? — Думаю, да. Я не стал по этому поводу интересоваться. Обет все-таки. — Тогда что он забыл у черта на рогах? — задумчиво спросила Яга. — Без понятия. Может, искал золото, которое спрятали тут во время инфернальных войн? — держа лицо кирпичом, Гарри пожал плечами. Яга рассмеялась, придерживая живот рукой. — Ха-ха! Вот уж рассмешил старуху! — похрюкивала меж смешками она. — Ты еще скажи, что гоблин тут искал золото Гриндевальда, которое он и его банда решили припрятать у нас тут, в Румынии… Хи-хи-хи… Ой, до слёз прям! — А что, Гриндевальд тут спрятал что-то? — Пф. Конечно. Держи карман шире! После того, как Гриндевальда словили, многие болгарские банки как один стали жаловаться, что он их обворовал. Красивая песня, да верится с трудом. Он, конечно, буянил знатно, не гнушался убийствами ради «революционных» целей, но вот у волшебников красть бы не стал. Я бы скорее поверила, что он обворовал всех простолюдинов. Хех… Подожди! — напряглась Яга и, резво повернувшись к пеплу на полу, ткнула туда пальцем. — Ты? Так ты не шутил про золотишко королей мертвецов?! Она обернулась к Гарри и внимательно на него посмотрела: — Эх… Черт. Ну что ж теперь… Спалила карту, так что ж теперь делать? — покачала она головой. — Ладно, все равно некому было бы лазить и искать их схроны. Я — стара, Феодора — слаба, а уж Асечке и подавно глупо было бы доверить заниматься поисками. Так значит, вот что разнюхивал этот гоблин… — Да. Я так предполагаю. — Ну и ладно, — Яга махнула рукой. — Но ты точно уверен, что он никому не расскажет? Помни, что ты связан Обетом, и если он вздумает... — Он не посмеет навредить. И не вернется. Я уверен. Я его хорошо запугал. — Замечательно. В таком случае, твои слова, карта и дракон действительно хорошее доказательство, что он провалит и не будет надоедать мне и моей семье, — улыбнувшись, Яга потрепала Гарри за щеку. — Ну что ж, тогда поздравляю! Твои простолюдины могут тут оставаться так долго, как только потребуется. В честь этого я даже приготовлю свои знаменитые грибочки в карамели. У твоего простолюдина там вроде какой-то праздник?.. Тогда моё угощеньице будет как раз кстати! Подмигнув ему, она резво пошла к выходу из дома. — Ах, да, совсем забыла! — повернулась Яга к Гарри. — А что делать теперь с драконом? Или ты его с собой забираешь? — Нет-нет, он мне не нужен. Делайте что хотите с ним, только не пускайте его на котлеты и фарш. — Ха! Хорошо, — хлопнув дверью, Яга ушла. Гарри медленно прошел в столовую. В комнате вовсю над чем-то смеялся Бобби, поедая пирожные. Рядом с ним сидели за столом Йоанна и Рассолька. Эльфийка что-то рассказывала, хлопая своими большими глазами, но что именно, Гарри не мог уловить. — О! Гарри, ты пришел! — Бобби, улыбаясь всем лицом, встал со стула. — Конечно. Я же обещал, — Гарри подошел к нему и, немного смущаясь, протянул вперед сверток. — Вот, это тебе. Бобби, чуть не подпрыгивая от счастья, вмиг разорвал оберточную бумагу и достал оттуда комиксы. — Да! Наконец-то хоть что-то можно будет почитать! Ты не представляешь, как я соскучился по комиксам! О, а это еще что? — спросил он, разворачивая пергамент. — Это подробное описание чар Отложенного действия и все улучшения, которые я придумал. Пока меня не будет, тебе Феодора или Яга смогут обновлять заклинания на дробинках. И вот еще, — Гарри достал из кармана пластиковую коробочку. — У меня было много свободного времени, и я обновил на них заклинания. Там в основном Протего. — Супер! Спасибо! — Это еще не все. Завтра будет еще и третий подарок, сегодня просто сил не осталось, чтобы его доделать, — пробормотал Гарри. — Извини… — Да ничего! Присаживайся, ты как раз вовремя. Йоанна приготовила какое-то секретное развлечение после ужина. Послушавшись Бобби, Гарри сел на стул и незаметно для себя сразу же задремал. — Эй! Ха-ха! Гарри, очнись! — растормошил его Бобби. — Ты должен это попробовать. — М-м-м… А? Что? — Гарри с трудом открыл глаза. В комнате стоял невероятный гвалт. Мистер Мортимер танцевал вместе с Феодорой под музыку, раздающуюся из допотопного вида патефона. Йоанна в это время кружила по комнате, плотно прижимая к себе Рассольку. — Милок, грибочков не желаешь? — обратилась к нему сидящая рядом баба Яга. — Да, Гарри, ты должен немедленно их съесть! — с ошалевшими глазами Бобби стал пихать ему в рот какие-то бесформенного вида сладкие дольки. Гарри, слабо сопротивляясь, прожевал и проглотил еду. — Больше надо, — встряла Яга. — Вот, возьми еще! Ты молодой, кушать нужно больше и чаще. Теперь уже две руки с двух сторон методично впихивали в Гарри сладкие грибы. — Ну что, как оно? — спросил Бобби. — Нормально. Сладкие. А что? Гарри повернулся к Бобби и с удивлением обнаружил, что у того неконтролируемо стали расти зубы. Но, похоже, это совсем того не смущало — Танцуют все! — внезапно выкрикнул Бобби и сиганул со стула прямо на стол. — Не хочет ли такая красавица потанцевать? Бобби протянул свою руку к бабе Яге. Старуха кокетливо улыбнулась и, тяжело кряхтя, залезла за ним на стол. Гарри ошалело на них уставился. Бобби стал отбивать чечетку, эпично разбивая тарелки и чашки своим слоновьим топотом. Яга же, приподняв подол платья, покачивалась не в такт музыке. — Да, Николя, ты всегда знал, как надо приглашать на танцы. Ни одна дама не могла устоять… — Яга томно провела руками по лицу и стала с удивительной гибкостью извиваться. — Хтонический ужас… — Гарри ненадолго прикрыл глаза. — Время пить чай! — гаркнул мистер Мортимер, заходя в комнату из кухни. Поморщившись, Гарри открыл глаза. Вокруг царил хаос, и, казалось, мир сошел с ума. В глазах плясали разноцветные вспышки. — Подождите, а когда вы… — Гарри обратился к мистеру Мортимеру. — Вы же были вон там? Я… Гарри указал в сторону камина, который, к его ужасу, вдруг стал увеличиваться в размерах. «О, нет! Никто не должен догадаться, что это моя вина! — паникуя, он сполз со стула и на четвереньках пополз под столом в сторону камина. — Нужно срочно все исправить». На полпути он уткнулся головой в ноги мистера Мортимера. «А, ну да! Вот как я могу всё вернуть взад!» — Гарри уставился на бутылку вина в руках мистера Мортимера. — Энморгио! Эм. Энгоргимо! Энгоргио! — Гарри стал махать рукой в сторону мистера Мортимера. Одно из верно произнесенных заклинаний попало в бутылку с вином. — Ой… Не-не, так не надо. Стой, зараза, — мистер Мортимер, не в силах удержать стремительно увеличивающуюся бутылку в руках, стал громко материться. — Вот ж!.. Бутылка упала на пол и с громким звоном разбилась. — Да! — непонятно почему стал радоваться Гарри. «Заклинание помогло, камин перестал увеличиваться в размерах! Проклятье перекинулось на бутылку, а с бутылки на пол. Это победа», — Гарри поднялся на ноги, и в ту же секунду его схватил за руку Бобби и потащил на улицу. — Эй… А куда мы идем? Там холодно, — залепетал Гарри. — Я собираюсь тебе кое-что рассказать по секрету, от чего у тебя голова взорвется! — Бобби проверещал ему на ухо. — Ну за что так громко?… — Гарри отодвинул от него подальше голову. — Что ты собираешься рассказать? — О том, что ты просил меня узнать. Но не прямо сейчас. Сейчас — развлечения. Отпустив Гарри, Бобби побежал в сторону дракона, который всё еще был запряжен в кибитке. — Сейчас я тебя отпущу, и ты будешь свободен! — Бобби прокричал на всю поляну. Гарри моргнул только на мгновение, и вот он уже сидел на ступеньках входа в дом. Всё небо было усыпано фиолетовыми и оранжевыми звездами. Феодора и Яга, веселясь, бегали вокруг пустой кибитки и, с помощью волшебных палочек, запускали вверх снопы искр. На метлах вверху летали две странные фигуры, задорно хохоча. «Это же Бобби… Но как он может летать на метле, он же не маг, — подумал Гарри. И в тот же момент понял как: он сидел на одной метле вместе с Рассолькой. На другой метле рассекала Йоанна в длинном плаще. Между ними летал какой-то мяч. — Квиддич? Они в него играют?» — Грибочков? — откуда-то сбоку вынырнул мистер Мортимер с красивым серебряным подносом, на котором лежали красивые дольки грибов в карамели. — Конечно. Что-то я проголодался, — кивнул Гарри и моргнул. Когда он открыл глаза, он уже лежал на теплом покрывале посреди заснеженной поляны. Перевернувшись на живот, он с трудом приподнялся. В нескольких ярдах от него Бобби поглаживал молодого дракона и громко с ним сюсюкался: — Я тебя назову Громобой! Это крутое имя. Мы вместе будем летать по округе и освобождать несчастных жителей от гнёта супер-злодеев. — Не пора ли подзарядиться? — Феодора медленно подплыла к Гарри, держа впереди себя серебряный поднос. — Да, пожалуй пора, — согласился Гарри с интересом рассматривая радужный шлейф, который тянулся за Феодорой. — Что-то я проголодался. Феодора молча протянула ему поднос с грибами. Гарри накинулся на сладости так, будто несколько дней ничего не ел. Следующее, что помнил Гарри, так это то, что они опять все вместе находились в столовой. Бобби спал на полу и пускал слюни на серебряный поднос. Феодора сидела на коленях у мистера Мортимера в кресле. Громко хихикая, она водила руками по его волосам. «Точно. Мне надо с ним поговорить, — подумал Гарри. Резко встав, он услышал, как сзади него упал стул и, кажется, Йоанна что-то недовольно прикрикнула. — Он меня немного пугает, но сейчас не страшно». — Мистер Мортимер, мне нужна помощь в важном деле, — Гарри подошел к креслу и упал на колени. — М-а-а? — тот уставился в ответ расфокусированным взглядом. Феодора громко чмокнула мистера Мортимера в щеку и, встав, ушла прочь. — Вы обещали, что поможете мне, если что. Это серьезно. — Конечно. Что случилось? — Вы боитесь крови? Потому что, если боитесь, то вы мне не поможете. Нужен кто-то бесстрашный, — потрясая кулаком в небеса со странной долей пафоса, выдал Гарри. — Да не вопрос. Ничего не боюсь, — мистер Мортимер смешно выпятил вперед грудь. — Что надо-то? — Мне надо, чтобы вы разрезали кое-что. — Что? — Мою кожу и мясо. Где-то дюймов на девять или на одиннадцать. Сможете? — Гарри с надеждой уставился на мистера Мортимера. — Да не вопрос! Гарри облегченно выдохнул и откинул голову назад. Еще ему следовало поговорить с Ягой, а потом снова с мистером Мортимером. «Но начало положено», — подумал он, и всё вокруг почернело. Когда Гарри в очередной раз открыл глаза, он почему-то сидел прямо на столе и швырял консервированные персики Йоанне в рот. Гарри не знал, почему этим занимался, но он был уверен: это было невероятно важно.* * *
Гарри проснулся в кровати. Удовлетворенно потянувшись, он не сразу открыл глаза и еще некоторое время наслаждался темнотой. К его удивлению, чувствовал себя он отдохнувшим. И голодным. Вынырнув из-под одеяла, он натянул на себя одежду и спустился вниз. В доме было неуютно тихо. Заглянув ненадолго в библиотеку, Гарри прошел через пустую столовую на кухню, но и там никого не было. Взяв громадное яблоко с корзинки на буфете, он выглянул на улицу в окно. — Ну и куда все делись? — хрипло спросил он сам себя. Уничтожив одно яблоко, Гарри взял еще и второе. Задумчиво постояв немного в пустой кухне, он подошел к столу и подхватил лежавший там нож. Кинув еще один взгляд за окно, Гарри поднялся к себе. Накинув на себя пальто, он вышел из дома на заснеженную поляну. Втянув морозный воздух легкими, Гарри покрутил головой по сторонам ища удобное место. «Там, где на меня и Виктора напала Тонкс… Думаю, подойдет», — Гарри не спеша добрался до края поляны и, оглядев заснеженную землю, расправил плечи и прикрыл глаза. Для того, чтобы творить нужную магию, ему придется опять настроиться на потоки энергии, что его немного раздражало, ведь от долгого созерцания фиолетового света болела голова. Вокруг Гарри поднялся сильный ветер, сметая снег с земли. Открыв глаза, он посмотрел на небольшой клочок земли у дерева, откуда стал подниматься вверх квадратного вида грязевой столб. Несколько минут, и эта масса стала приобретать очертания криво сделанного кресла. На грязи проявился рисунок клетчатой ткани. Подойдя к «креслу», Гарри надавил рукой на сидение. Ножки со скрипом немного разъехались в сторону. Недовольно поворчав, он слегка укрепил конструкцию. Ножки стали заметно толще и теперь плотно стояли на земле. — Вот так-то лучше! — развернувшись, Гарри плюхнулся на свежесделанное кресло. Недалеко от его ног, в паре дюймах над землей появился стремительно увеличивающийся в размерах огненный шар. Немного отпустив контроль, Гарри дал возможность пламени гореть чуть более свободно. Удовлетворенно выдохнув, он принялся за работу: требовалось создать третий подарок. Посмотрев по сторонам, Гарри притянул к себе камень размером примерно с ладонь.* * *
На коленях у Гарри лежал стеклянный снежный шар, а в руках два маленьких конусообразных колечка, которых он выстрогал из дерева ножом. Устало посмотрев по сторонам, он поднял голову: похоже, он потратил кучу времени на работу, ведь солнце уже решило, что пора прятаться за деревьями. Никто из жителей дома до сих пор не показался, что уже начинало беспокоить Гарри. «Еще полчаса, и пойду тогда к Яге. Что-то мне это не нравится, — подумал он и вернулся к своей работе. Аккуратно придерживая маленькое деревянное колечко, он старательно счищал заусенцы ножом. — Ну… Косые и кривые получились, зато без использовании магии, что важно». С момента своего пробуждения он старался подавлять невеселые размышления в своей голове, но чем больше он работал ножом, тем чаще мысли возвращались к неизбежному. «Придется просить помощи у мистера Мортимера или Яги. Сам я точно такое не сделаю. Бр-р-р… Просто отвратительно, на что приходится идти. Нужно купить две волшебные палочки и… Что еще может точно понадобиться? М-да. Придется еще в какой-то немагический город заехать. Интересно, а какие деньги ходят в Румынии? Хм… Какая разница? Всё равно их у меня нет… Может, у Яги получится что-то выцыганить? — Гарри старательно дорабатывал деревянные предметы и раздумывал, не пора ли ему податься в фальшивомонетчики. Нет, магическое золото ему точно не подделать, но вот обычные деньги можно было бы попытаться. — Хех… А Бобби еще спрашивал, можем ли мы с ним пасть еще ниже. На его счет не уверен, но в моем случае тут уж точно нет предела». — Гарри? — послышался окрик откуда-то сверху. Гарри поднял голову: к нему на метле подлетели Йоанна и Бобби, а у дома уже приземлялась Феодора вместе с мистером Мортимером. — Что делаешь? — спросил Бобби и спрыгнул с метлы, которая зависла в шести футах над землей. — Ух… Мои ноги. Спасибо, Йоанна! Девочка выдавила из себя что-то нечленораздельное и, поспешно развернув метлу, полетела в сторону дома. — Гарри? — Бобби щелкнул пальцами у того перед лицом. — А? Да, так, рукоделием занимаюсь, — Гарри показал ему деревянные колечки на ладони. — Это еще что такое? — Бобби протянул руки к огню, чтоб согреться. — Еще одно подтверждение, что ты был прав. Я действительно авантюрист, — Гарри улыбнулся недоумевающему Бобби. — Делаю маскировку для моего похода в Лондон. Помнишь, как в начале первой книги Ди Гриз использовал подобные штучки для… — Что ты имеешь… — недоумевал Бобби. — А стой, я понял! Ты чокнулся! Ты действительно собираешься пойти за диадемой и думаешь, что у тебя хорошо получится скрывать себя? — Конечно, — удивился Гарри. — А какие еще есть у меня варианты? Заявиться к Трелони и попросить отдать браслетик? Так я не знаю, где она обитает. К тому же ее наверняка хорошо охраняют, слишком уж большая она шишка. Прийти в Министерство и, раскидав всех, вырвать у неё диадему? Да, конечно. Уже вижу, как это печально заканчивается. Или ты думаешь, что я смогу заниматься круглосуточной слежкой и выведать, когда лучше всего напасть на Трелони? Откуда тогда начинать? Со слежки за Министерством? О котором я ничего толком не знаю, кроме как примерного адреса? — У тебя есть замечательный вариант: не рисковать. Слушай, Феодора необычайно хорошо относится к папе, — сказав это, Бобби закатил глаза. — Ударение на слове «необычайно». Так вот, может, ты останешься тут с нами? Сдалась бы тебе эта диадема! Соваться за ней опасно. — Я знаю, что это сложно и опасно, но, Бобби, мне тут не место. Мне нужно возвращаться домой. — Да, я помню, — сухо заметил Бобби и спрятал руки в карманы. — Как и нам с папой. Возвращаться в скучный серый Лондон вместо волшебной Румынии. Прямо дождаться не могу, когда ты нам это устроишь. Гарри растерялся и не знал, что на это ответить. — А ты это кресло из дома притащил или тут где-то за деревьями спрятана мебельная фабрика? — раздраженно спросил Бобби. — Наколдовал. Сделать и тебе? Бобби в ответ кивнул и отвел взгляд в сторону. Рядом с Гарри из земли стало образовываться еще одно кресло. — Вот, садись, — тихо пригласил он. — Давай лучше пока сменим тему? М… А куда вы все летали? — Ну ты же вчера папу попросил в каком-то важном деле тебе помочь, вот мы и отправились за покупками в столицу, — Бобби закинул ногу на ногу и, опершись боком на быльце кресла, уставился на огонь. — Хотя, вспоминая, что именно мы покупали, я теперь понимаю, что ты попросил папу подготовить тебя к поездке в Лондон… — Подожди. Когда и о чем я просил твоего папу? — опешил Гарри. — Ну вчера же. Пока мы все были под грибами. Не помнишь? — Эм-м-м… Я помню, что вчера вернулся, принял душ, спустился вниз, подарил подарок, а потом… Задремал? — Ты меня спрашиваешь? А сам разве не помнишь? — немного развеселился Бобби. — Яга нас вчера какими-то карамелизированными мухоморами покормила, от которых мы ловили жесткие глюки. Она сказала, что на тебя её сласти как-то странно повлияли. Видно из-за того, что ты пил Бодрое зелье. — Бодрящее, — автоматически поправил Гарри. — Подожди! Я что-то такое припоминаю. Какие-то сладости на серебряном подносе, украшенном драгоценными камнями. Ты и Яга мне прямо в глотку запихивали эти грибы. — Ого! — рассмеялся Бобби. — Видно, тебя нехило так срубило. Теперь понятно, почему ты пытался спасти камин от увеличения, если даже обычную белую тарелку ты принял за серебряный поднос. — Я помню, как кормил Йоанну персиками. Это вообще… Что такое было? Зачем я это делал? Бобби, наблюдая за Гарри, тихо похихикивал. — М-м-м… Вот уж м-да, — Гарри помотал головой. — Я еще кое-что вспомнил. Ты мне сказал, что что-то узнал. И что у меня голова взорвется от этого. Что ты там важного раскопал? — А-а-а… Ну, это самое, я вчера немного преувеличил. Башню тебе эти сведения не сорвут, но кое-что любопытное я разузнал, — Бобби поудобнее устроился в кресле. — Скажи, ты когда-нибудь слышал историю про Маленького мальчика и Говорящий камень? — Да нет вроде бы. — А про первых атлантов и Фонтан Всесилия? — Да. Были какие-то атланты, которые выпили из Фонтана и познали магию. Потом они куда-то исчезли или что-то в этом роде. Была в библиотеке одна книга, которая больше всего меня заинтересовала: в ней автор говорил, что эти «фонтаны» или «фонтан» должны были находиться в особых местах. Но больше никаких подробностей я не знаю. Магическое сообщество не нашло никаких подтверждений реального существования атлантов, поэтому в этой области, как мне кажется, больше преобладают выдумки и мифы, чем хоть какие-то реальные факты. — Хм… Ладно, тогда расскажу, что мне удалось узнать у Феодоры и Йоанны. Я удачно поднял эту тему вчера утром, и в разговор также включился и папа. Ну, если вкратце, то по миру ходит очень много вариаций легенды про атлантов, да и сказка про мальчика и камень тоже не едина. Сам понимаешь, такие вещи переходили из уст в уста, и искажений там хватает. В общем, для себя я выделил три основных версии этой истории, поэтому я сначала расскажу про мальчика и камень, ведь только в ней упоминаются нужные тебе символы. Ну, а потом расскажу, в чем схожесть и отличия с легендами про атлантов и Фонтан. Итак, давным-давно, когда кентавры правили этими землями, а кошки умели говорить… — Чего-о-о-о? — Не перебивай меня, — Бобби покачал головой. — Это такой сказочный зачин вроде «жили-были». Типа это происходило очень давно, когда еще кошки умели говорить. В общем, давным-давно…* * *
Давным-давно, когда кентавры правили этими землями, а кошки умели говорить, жил на краю мира маленький мальчик. И была у него семья, и бед он не знал. Но однажды задумали его родители убить мальчика да и себя заодно. Но не смогли они руку поднять на своего ребенка и решили спасти его от самих себя, поэтому опоили они его зельем беспамятства и отправили в темный-темный лес, что раскинулся по всем землям от Великого океана и до Большого моря. И дали родители мальчику с собой только маленький ножик в дорогу. — Беги, мальчик, и не оглядывайся, — напутствовали его родители. — Только так ты сможешь спастись и выжить. — Но куда же мне бежать? — спросил мальчик. — Вперед. И бежал мальчик и не день, и не два, а много-много недель. Но силы стали его подводить. Не выдержал он, да и сел отдохнуть под деревом. — Что же ты остановился? — спросила его маленькая птичка, которая села на ветку рядом. — Опасно тут. Беги отсюда. — Не могу, — молвил мальчик. — Устал я и пить хочу. — Так почему же ты не наколдуешь себе воду? — Но я не умею этого делать, — удивился мальчик. — Неужели? Тебя заставили забыть, что ты волшебник? Ну что ж, тогда ты тут и помрешь, ведь в этом лесу ты не найдешь водоема… Тебе негде будет напиться. — Тогда что же мне делать? — отчаявшись, спросил мальчик. — Идти вперед. — Но я устал, и мне страшно. — Другого пути нет… Но если ты достаточно силен духом, то сможешь добраться до границы леса, а там будет Говорящий камень. Попроси у него водицы, и тогда ты сможешь не только утолить свою жажду, но и вспомнить, кто ты такой. Сказав это, птичка расправила крылья и улетела. Мальчик же, поплакав под деревом, поднялся и пошел дальше. Боязно и одиноко ему было, да и лесные звери пытались на него нападать, но не сдавался он. Прошел мальчик еще три дня и три ночи, да и вышел на край леса. И вот на поляне, средь цветов стоял большой-большой камень. Не веря собственному счастью, мальчик подбежал к нему и заплакал: — О, Говорящий камень, прошу, дай мне напиться! Птичка сказала, что ты мне поможешь. — Я могу дать то, что ты хочешь, но и тебе придется дать кое-что мне взамен, — сказал камень. — Но у меня нет ничего, что я бы мог тебе отдать. С собой у меня только маленький ножик, что дали мне люди, которые просили меня бежать вперед. — Нет. Не нужен мне твой ножик. — Тогда, что же мне дать тебе за воду? — Отдай часть себя. Возьми и отрежь себе палец, да начерти им на мне символы волшебные. И я дам тебе то, что ты хочешь, и то, что тебе нужно. Заплакал мальчик, но делать было нечего: отрезал он себе палец и начертил своей кровью на камне каплю, овал и несколько запятых. И произошло чудо. Прямо из камня вырвался поток воды. И напился мальчик, и утолил свою жажду, да и вспомнил, что он не просто ребенок, а самый настоящий волшебник. — Я вспомнил! Я всё вспомнил. Я — волшебник. — Верно, мальчик. А что еще ты вспомнил? — Мои родители… Они тоже волшебники! И они… — вспомнил мальчик. — Они хотели убить меня. И себя. Они хотели погубить всю нашу семью. — Верно. Но поняв, что им не хватит духу тебя убить, они заставили тебя забыть, кто ты есть, и отправили тебя в темный лес. И рассердился Маленький мальчик, и решил он вернуться домой и наказать своих родителей. Да только, когда вернулся он, уже не было их в живых давно. Много лет прошло с тех пор, как он впервые зашел в темный лес. Понял мальчик, что нужно защитить всех детей, чтобы больше никто не смог причинить им вреда. И наслал он проклятье страшное на землю всю и превратил всех взрослых в свиней. Да не рассчитал немного. За годы, что мальчик провел в лесу, он и сам повзрослел. И вот так и пришлось ему коротать свой век, как и остальные взрослые — безмолвной свиньей.* * *
— М-да… — Гарри остекленевшим взглядом смотрел на горящий огонь. — Ага. Но ты подожди комментировать, пока не услышишь, почему я считаю эту сказку и легенду одной историей, — Бобби остановил его жестом. — Так вот, вторая версия «сказки» отличается от первой тем, что Феодора и Йоанна именуют ее никак иначе как «легендой». В ней мальчик изначально не является волшебником, а в лес его отправляет старшая сестра, которая таким образом решила защитить его от маньяков-родителей. Ну, а дальше опять: лес, камень, оттяпанные пальцы, водичка. Мальчик становится волшебником и возвращается домой. И тут снова начинаются различия. По второй версии мальчик отводит сестру к камню, и она тоже пьет оттуда и тоже становится волшебницей. Вот только дальше… Ух, держись за кресло. Они не наказывают ни родителей, ни взрослых. Они нарекают себя первыми атлантами. Иначе говоря, «первыми магами». И потом их дети — как я понял по контексту — совместные, расселяются по всей земле, а тому самому камню с водой они дают имя «Фонтан Всесилия». И, кстати, по этой легенде никуда атланты не пропадали. Современные маги просто их потомки. Вот так-то. Третья версия практически точно такая же, как и вторая, но только по ней атланты все же покинули этот мир. Феодора использовала странную фразу «вычеркнули себя из этого мира», и я без понятия, что это должно значить. Как сказала Йоанна, в Дурмстранге она слышала еще парочку вариаций истории. По некоторым из них атланты даже достигли могущества. Правда, в конце они все равно покинули этот мир, не оставив после себя ничего. Представляешь, по еще одной из версии у мальчика вообще было две головы! Время эту историю определенно не пощадило. — Ух… Даже не знаю, что и сказать… — Гарри покачал головой. — Кровосмешение, отрезанные пальцы, тронувшиеся умом родители и говорящие камни и птички. Очень в духе братьев Гримм и других сказочников. В общем, как я понял, в магическом мире популярна именно третья версия истории. Вторая больше распространена тут, в Румынии, а вот первая известна только среди некоторых родов ведьм, типа Яги, — Бобби наклонился чуть вперед и подставил руки к огню. — Ну, в общем, среди тех, кто придерживается родового имени и не забывает про своих предков и корни. — Что, прости? Что значит родового имени? — Ну, ты же знаешь, что «Яга» это не фамилия, а скорее родовое имя? Такие имена могут передаваться от матери к дочери или от отца к сыну. К примеру, бабу Ягу по-настоящему зовут… — Симза. Да, точно. Она произносила это имя, когда приносила Обет, — припомнил Гарри. — Так вот, когда баба Яга помрет, то этот «титул» перейдет Йоанне, — разъяснял Бобби. — А ты знал, что сказки, которые ходят про бабу Ягу — это на самом деле сказки про разных старух-волшебниц одного рода? Разве это не круто? — Да… Очень круто, — Гарри раздосадованно провел рукой по волосам. — Я так понимаю, что символ, который начертил мальчик, это тот символ, который был на платье Йоанны и который используют Поборники? — Угу. Он самый. Магическое начало, — Бобби беспокойно заерзал в кресле. — Ну так что? Что думаешь обо всем этом? — Трактовать мифы — гиблое дело. Я уже обжегся на диадеме Кандиды. Кто же знал, что «добавление ума» включает в себя возможность прыгать в другие миры и воровать оттуда секреты? — А ты думаешь, что она?.. — Я просто уверен. Кандида Когтевран изобрела много заклинаний и зелий. Так что, скорее всего, какое-то количество из них она разработала, пока спала, а какое-то — просто украла у других волшебников. — Ну да, — поддакнул Бобби. — Удержаться было бы сложно. Ладно, пёс с этой Кандидой, но разве тебя не заинтересовала история про Маленького мальчика и Говорящий камень? Вариантов у этой байки много, но прослеживаются центральные вещи, которые не меняются. — Мальчик, лес, камень, отрезанный палец, символ и вода, — Гарри безынициативно перечислил основные образы. — Посыл сказки, в общем-то, понятен: не руби сгоряча, не рассчитав, а то превратишься в свинью. Ну и детей обижать нельзя, а то они когда повзрослеют — отомстят. Но что, если мы рассмотрим эту историю как описание чего-то, что действительно имело место в реальности? — Ну, ситуация с отрезанным пальцем в обмен на воду и воспоминания сразу бросается в глаза. И, как ни странно, в этом чего-то подозрительного я как раз не вижу: в древности маги проводили специальные ритуалы, чтобы лучше управлять стихийной магией. Вроде «пожертвуй своей кровью и управляй воздухом, словно своей третьей рукой». Меня больше смущает Говорящий камень. — Чем именно? — Смотри, легенда пытается объяснить, как в нашем мире появилась магия. И обоснование почти идеально: есть первый человек, который чем-то пожертвовал и взамен получил доступ к волшебству. Кстати, а какой именно он себе палец отрезал? — А это важно? — удивился Бобби. — Без понятия. Феодора не уточняла, значит, для истории это не имеет значения. Гарри приподнял руку и стал сжимать и разжимать пальцы. — Мне кажется, что если бы мальчик отрезал себе палец на ноге, то он бы еще легко отделался, — сказал он. — С другой стороны, потерять большой палец на руке было бы очень обидно, да и хват перестал бы быть устойчивым. — А-а-а… Вот ты о чем. Ну не знаю. Мне кажется, посыл отрезанного пальца в том, что мальчик должен был пожертвовать чем-то важным, но не сильно значительным. То есть не важно, какой именно палец. Камень ведь мог затребовать, чтобы он вообще себе всю руку по плечо оторвал… — Может, и так, но это все равно не отменяет того, что история «появления» магии сама себе немного противоречит. Камень уже волшебный. Он говорящий. Так откуда же изначально этот камень взялся? Кроме того, эта история совершенно игнорирует тех же кентавров или гоблинов. Они тоже умеют пользоваться магией. — Хм… Ну, а если посмотреть со стороны символизма? Что может значить большой камень? Что-то старое, что давно существует. Неживое, хоть в этой истории и говорящее, — сказал Бобби. Гарри в ответ лишь недоверчиво нахмурился. — Мне кажется, ты опять заболел болезнью «это невозможно, потому что невозможно», — предположил Бобби. — Тебе нужно посмотреть на всю историю свежим взглядом. — Что ты имеешь в виду? — Ты думаешь, что у магии не может быть источника. Но что, если ты ошибаешься? Быть может, такой камень действительно существует. Что, если ты рассмотришь это все не как выдумки? Дамблдор ведь искал что-то под Хогвартсом. Значит, он рассматривал всю историю с пророчеством очень серьезно. — Я знаю, что он рассматривал ее серьезно. Я с этим даже не спорю. Просто если я приму на веру мифы и сказки народов мира и стану относиться к пророчествам с полной серьезностью, то к каким выводам я должен прийти? — желчно спросил Гарри. — Если Источник и Фонтан это одно и то же, то, как сказала Трелони, я «зачерпну из Источника-О-Котором-Мы-Не-Говорим для того, чтобы избавиться от Того-Кого-Нельзя-Называть», а для этого придется чем-то пожертвовать. Вот, знаешь, я не горю желанием отрезать себе конечности. Да и вообще, по словам Трелони, мои действия приведут к плачевному результату... Больше всего меня во всем этом интересует только одно: не сошел ли с ума Дамблдор и зачем он втянул меня в это безумие? — На этот вопрос я уж точно не отвечу. Я просто предлагаю посмотреть на все под другим углом, — немного обиженно сказал Бобби. — Не более. — Извини, если наезжаю… И спасибо, что расспросил их. — Не за что. Знаешь, чем больше я погружаюсь в ваш мир, тем больше мне кажется, что ваши легенды, рассказы и реальные события дают фору нашим обычным книгам и комиксам. Вот уж где кладезь самых отбитых историй, — Бобби удовлетворенно крякнул. — Скажи, а почему Феодора и Йоанна разделяют сказку и легенду? По сути говорится-то об одном и том же в них. — Феодора сказала, что сказка — она больше для детей. Что-то вроде наставления. А вот легенда — она больше для взрослых. И, хочу заметить, что в легенде не делается акцент на том, что именно за символ начертил мальчик. Просто абстрактное «отрезал палец и нарисовал на камне». Но Феодора уверена, что это тот же символ, что и в сказке. — Че-е-е-рт… У меня скоро голова взорвется от всей этой информации, — взвыл Гарри. — Эй, не паникуй. Во всяком случае, ты теперь знаешь, почему символ Поборников Чистоты и магического начала один и тот же. — Ага… Такое я бы точно не узнал в библиотеках. Кто же знал, что эти Поборники такие поклонники сказок? — Гарри нервно поморщился. — Эх, надо было сразу же Виктора расспросить про историю с атлантами… Все, что мне до этого удалось узнать про Фонтан Всесилия, так это общие фразы из книг и куцее описание легенды. — Перебью немного, пока не забыл. Знаешь, что мне показалось самым странным в этой сказке? — М? — Понятно, что в истории есть какая-то доля иносказательности, но... Зачем родители решили убить себя и ребенка? Да и зачем потом решили спасать его от самих себя, к тому же еще и таким странным образом? — Мне кажется, что, если мы начнем подробно анализировать пророчества и всякие сказки, то однажды сойдем с ума, — Гарри покачал головой. — Возможно, — Бобби поежился от холода. — Слушай, пошли уже в дом? Холодно становится. Гарри потушил огонь и встал. Со складок его пальто выпал на землю снежный шар. — Ох, черт. Я совсем забыл про еще один твой подарок, — сказал Гарри. — Вот, это тебе. — Снежный шар? — удивился тот, поднимаясь с кресла. — Хм… Внутри три каких-то дома. А где ты его достал? Бобби стал крутить в руках снежный шар. — Я его создал из земли и камня. Видишь, первый дом — это дом моей тети и дяди, а третий — твой, — Гарри показал пальцем. — Второй принадлежит мисс Фигг. — А это еще кто? — Ну, чокнутая кошатница. — А-а-а. Это, наверное, только в твоем мире она там проживает. У нас этот дом пустует. — Оу. Дай тогда шар, чтобы я подправил и убрал второй дом. — Нет, не стоит, — Бобби остановил руку, которую протягивал Гарри. — Так, возле первого дома это ты там стоишь? Хах! А в третьем на втором этаже из окна это я высунулся? — Ага. — Классно! А этот шар волшебный? — улыбнулся Бобби. — Неа. Я думал наложить на него какое-то заклинание Отложенного действия, но эти чары я могу применять только к палочковому волшебству. Со стихийной магией у меня ничего не получилось. — Ха! Хотел скрестить бульдога с носорогом, но не вышло? — Ага. Думал, что смогу заставить человечков по команде махать руками, но не срослось, — признался Гарри. — В общем, я решил тебе подарить этот снежный шар, как напоминание обо мне… — Как напоминание? — улыбка медленно сползла с лица Бобби. — Так ты не вернешься? — Нет. В моем мире к диадеме привязан Реддл. Я не рискну ей больше воспользоваться. — Я имел в виду другое. Ты не вернешься? Ты отправишься в Лондон за диадемой и не вернешься? Ведь так? — Бобби плотно сжал в руках снежный шар. — Ты отдал мне описание чар Отложенного действия, чтобы мне могли делать волшебные палочки… Создал этот шар, чтобы я тебя вспоминал, каждый раз, как буду смотреть на него… Ты не вернешься. Ты не уверен, что у тебя получится… Гарри потупил взгляд. Перед ним стоял важный выбор: сказать другу правду или соврать. Собравшись с духом, он прошептал: — Нет, я не думаю, что вернусь. Я даже сомневаюсь, что я смогу достать диадему и меня не прикончат. Бобби молча подошел к Гарри и обнял его. — Вот поэтому я и ненавижу свои дни рождения. Ты, как и мама, уходишь, чтоб больше не вернуться, — сказал Бобби. Гарри обнял его в ответ и почувствовал, как тот подрагивает и тихо плачет. — Мне кажется… — сказал Бобби, проглатывая слова. — Мне кажется, что этот месяц пролетел как несколько лет… «О боже, теперь я знаю, что есть что-то тяжелее, чем прощание с кем-то, — подумал Гарри, закрывая глаза и чувствуя, как по его щекам бегут слезы. — Это когда с одним человеком, тебе приходится прощаться дважды…» — Так ты… Ты же еще пробудешь тут хотя бы завтра? — спросил Бобби, неловко отлипая от Гарри и утирая слезы. — Да. Мне еще нужно подготовиться. Думаю, это может занять день-другой. Бобби понимающе закивал. — О! Вот ты где! — воскликнула Яга, подходя к парням. — Ты-то мне и нужен. Ну что, я весь день убила на то, чтобы наварить зелья, которые ты попросил. Идем творить магию? — О-а-а… Что? — растерялся Гарри, потирая глаза. — Ох, только не говори, что тебе память отшибло. Все-таки мои грибочки ни с чем нельзя смешивать! — Яга недовольно топнула ногой. — Ты же вчера у меня интересовался моим Оборотным зельем и не смывает ли его Водопад воров? Не помнишь? — Э-э-э, не сильно. Я вообще смутно помню вчерашний вечер. — Эх, ничего, сейчас вспомнишь. Пойдемте в дом, тут холод собачий, — скомандовала Яга. — Я всё сделала, как для себя самой, но некоторые зелья можно использовать только под моим непосредственным надзором. А то мало ли… Я, как ты и просил, захватила два вида Оборотных зелий. От сердца отрываю для тебя, сам понимаешь. Вся компания пошла к дому. Гарри, обернувшись, посмотрел на два кресла у деревьев. Почему-то желания разрушать собственноручно созданные предметы у него не возникло. «Пусть остаются», — подумал он. Когда они зашли в дом, их в парадной встретили Феодора и мистер Мортимер. — Гарри, отоспался? А я тут купил в аптеке то, что ты просил, — мистер Мортимер потряс пакетом, на котором был нарисован красный крест. — Но волшебные палочки мы не купили, — сказала Феодора. — Нам отказались продавать. Нужно, чтобы ты сам выбрал, так что завтра мы с тобой полетим в столицу. — Ну и как ты понимаешь, сегодня я тогда тебя резать не буду, — сказал мистер Мортимер. Гарри часто заморгал, пытаясь понять, что они имеют в виду. — У нас и сегодня дел полно, — проскрипела Яга. — После приема моих зелий ему придется поваляться в кровати по несколько часов. Так что давайте начинать. — Хорошо, я тогда пойду поищу ножницы, — сказала Феодора. — Я не покупал ни специальных иголок, ни ниток. Ты уверен, что все заживет хорошо и шрамов не останется? — спросил мистер Мортимер. — Да, шрамов не останется, — сказал Гарри. Он наконец вспомнил, как вчера просил мистера Мортимера и бабу Ягу о помощи. «Похоже, — подумал Гарри, — я задержусь тут не более чем на сутки».
