Глава 45: Ты — мне, я — тебе
20 октября 2021 г., 15:00
— Вот так, вот так, — мадам Помфри похлопала Гарри по спине, пока тот силился проглотить таблетку, прописанную доктором.
— Кхе-кхе… — закашлялся тот. Большая таблетка, царапая пищевод, словно камень провалилась в желудок. — Всё… Прошла.
— Замечательно. Жду тебя снова через два дня, — мадам Помфри резво выставила Гарри из больничного крыла и закрыла за ним дверь.
— Ну, так куда идем теперь? — спросила Милли, подпирая стену и улыбаясь, словно чеширский кот.
— Почему ты за мной ходишь? — Гарри тоскливо вздохнул. — Тебе заняться нечем?
— Конечно есть чем. Тобой.
Гарри устало поплелся по коридору.
Как только его вчера выписали из больничного крыла, так сразу Милли решила не отставать от него ни на шаг.
— На занятия сейчас идешь? — поинтересовалась она.
Гарри кивнул. Ему бы следовало встретиться с Гермионой и подробно обсудить, из чего же она варила зелье Кандиды, но он точно не собирался этого делать, пока Милли была рядом.
***
Занятия прошли тяжеловато. Удивительно, но урок по заклинаниям основательно вымотал Гарри, да и на защите от темных искусств с Грюмом тоже было несладко. Уставал он очень быстро. Сидя за партой на последнем занятии, Гарри прикрыл глаза и попытался отмежеваться от звуков вокруг и немного расслабиться, когда до него донесся разговор с соседней парты: — Он так внезапно уволился… Как думаешь, что случилось? — Кто знает. Но наш факультет же теперь не распустят? — Не говори глупостей. МакГонагалл так с нами не поступит. Новость, что Снейп уволился, произвела эффект разорвавшейся бомбы. Все только это и обсуждали. Шутка ли сказать: факультет Слизерина посреди учебного года лишился своего декана и это произошло впервые с дня основания Хогвартса. Все и каждый соревновались в искусстве придумывания причин, почему так произошло. Самое экзотичное, что на данный момент слышал Гарри — некое проклятие должности преподавателя по защите от темных искусств перекинулось на должность преподавателя зельеварения. — Гарри, останься после занятий, — сказал Грюм в конце урока. — Нужно поговорить. Как только прозвенел звонок, всех как ветром сдуло. Остался лишь Гарри, который с трудом запихивал книги в сумку, и Грюм. В аудиторию зашла Тонкс. Поздоровавшись с Гарри, она подошла к учительскому столу. — Думаю, вас не нужно знакомить, — Грюм жестом подозвал Гарри к себе. — Тонкс будет тебя везде сопровождать и при необходимости защищать. Гарри, посмотрев на волнующееся облако разума Грюма, недовольно нахмурился: — Серьёзно? В гостях у лже-Йоанны ей как-то не удалось защитить меня. Она подверглась влиянию Империуса, да еще и жизнь своего напарника проворонила, — Гарри понимал, что говорит жестокие слова, но остановить себя не мог. Раздражение взяло над ним верх: только второго наблюдателя рядом ему и не хватало. Тонкс неловко покачнулась и, громко сглотнув слюну, бросила взгляд на Грюма. — Тебе нужна защита. Я слышал от мадам Помфри, что ты еще очень слаб, — сказал Грюм. — Не хотелось бы, чтоб с тобой что-то случилось. — А-а-а! Понятно, — кивнул Гарри. — Поскольку в защите меня Тонкс точно не преуспеет, то вы просто хотите, чтоб она за мной следила и обо всём докладывала вам? Другой причины, чтоб она находилась рядом со мной, я не вижу. — Я объяснил причину, — сурово сказал Грюм. — Ты и так потерял сознание более чем на месяц, а сейчас еще и профессор Снейп неожиданно уволился. Пока факультет обезглавлен и ты не придешь в себя, Тонкс будет за тобой наблюдать и помогать при необходимости. «Ложь, ложь, ложь… Прямо в лицо», — Гарри поморщился. — Этот разговор бессмысленно вести, — сказал он Грюму. — Делайте, что считаете нужным. Закинув сумку на плечо, Гарри, насколько ему позволяли ноги, быстро вышел из аудитории. Не отставая, за ним последовала и Тонкс. — Эм… Я понимаю, что это всё раздражительность из-за подросткового возраста и всё такое… — неловко сказала она. — Но я неплохой аврор… — Вас ведь Грюм не для моей защиты попросил таскаться за мной? — Гарри резко остановился и повернулся к ней. — Не так ли? — Нет. Для защиты, — соврала Тонкс. Гарри тихо хмыкнул и отвел взгляд. — Когда ты немного остынешь, то поймешь, что защита тебе не помешает, — сказала Тонкс. «Занозы в заднице», — подумал Гарри, наблюдая, как из-за поворота в его сторону вырулила Милли. Игнорируя её и Тонкс, он молча пошел в Большой зал обедать. Там он таки встретил Гермиону, но ни о чем толком расспросить не смог. Она лишь посочувствовала, что Гарри так много занятий пропустил, но на этом и всё. Обедая, Гарри пришел к мысли, что пока Тонкс и Милли будут висеть у него над душой, лучше сосредоточиться на поиске важной для него информации, которая не будет вызывать у них лишних подозрений. Трансгрессия и как ей обучиться — вот чем он собирался заняться в ближайшее время.***
Гарри потратил неделю на попытки разобраться с трансгрессией. Пока что он узнал только одно: на территории Хогвартса практиковаться не получится. Тут были сильные антитрансгрессионные чары, которые иногда снимала МакГонагалл в Большом зале для обучения учеников. Из Министерства магии приглашали специального инструктора для шестикурсников и нет, младшие курсы к занятиям не допускались. Гарри уже пытался аккуратно уломать МакГонагалл разрешить ему присутствовать в Большом зале, но та ответила отказом. Выбраться же за периметр Хогвартса для практики было слишком уж авантюрно. Гарри даже специально сходил к границам дороги на Хогсмит, но там его встретила защитная стена-купол, похожая на ту, которая была вокруг Дурмстранга. Тогда потребовались объединенные силы Грюма и Дамблдора, чтоб открыть проход. Гарри же не был уверен, что он был способен повторить подобный трюк. С самого момента пробуждения его тело хоть и приходило в порядок, но вот магически он наоборот слабел. Всё это настолько бесило его, что он всё чаще начинал огрызаться на остальных и вымещать злость на Тонкс, которая везде таскалась за ним хвостом. Хорошо, хоть Милли уже не так часто возле него отиралась, иначе бы и ей перепадало. Поиски в библиотеке информации по крестражам тоже были тухлыми. Поисковое заклинание ничего не нашло. Просить же Гермиону провести его в гостиную Когтеврана Гарри даже и не думал пытаться. Единственно, где теоретически могла бы находиться нужная информация, так это в библиотеке Мерлина. Хотя, даже в этом Гарри сомневался. Зато поисковое заклинание нашло несколько книг по поводу Лысой горы. Но их Гарри не рисковал открывать, пока рядом была Тонкс. Вот с такими невеселыми результатами, он в субботний вечер плёлся в ванную старост, чтоб принять душ. За ним, как всегда, шла Тонкс. Именно по ее вине Гарри почти ни с кем не общался целую неделю, а единственное время, когда он был без её назойливого общества — в ванной, туалете и в собственной спальне. Одно его радовало — ближайший час он будет лежать в бассейне старост и плескаться в водичке. Забавно, но Тонкс настолько боялась оставлять его в обычных душевых, что стала водить его, словно маленького ребенка, в отдельные ванны. — Подожди. Сейчас проверю, — Тонкс остановила Гарри и рывком открыла дверь в огромную ванну старост. — Гоменум ревелио. Хм… Закрыв дверь она отошла дальше по коридору и, взмахнув волшебной палочкой, открыла дверь в другую комнату. — А-а-а! — заверещал оттуда приглушенный девчачий голос. — Закрой, дебилка! Я тут голая! — Упс, — смущенно ретировалась Тонкс, закрывая дверь. — В женской ванной кто-то моется. Всё чисто, Гарри. Можешь заходить. Закатив глаза, Гарри вошел в ванную и закрыл за собой дверь на засов. Защита не ахти какая, но хоть психологически можно было отгородиться от надзора Грюма. Подойдя к умывальнику, Гарри открыл оба крана на полную мощность и посмотрел на себя в зеркало. Из отражения на него смотрел усталый парнишка, обладающий зеленоватым цветом лица. Под глазами проглядывали мешки. Лицо хоть и не выглядело также безобразно, как неделю тому назад, но всё равно было очень печальным. «Мда… Стоит сбросить обороты в чтении и обучении, — подумал он, вцепившись руками в раковину. — Одновременно обычную учебу и поиски возможностей тренироваться в трансгрессии я не потяну». Гарри пытался наверстать пропущенный школьный материал, но чем больше он старался, тем быстрее уставал. — Пришло время выбирать, — тихо пробормотал он. — Трансгрессия мне в разы нужнее, чем бесполезная трансфигурация или зельеварение… В отдалении что-то скрипнуло. Гарри покосился в сторону индивидуальных шкафчиков, в которых старосты хранили свои вещи. Не выключая воду, он осторожно подошел к ним. — Только не говори громко, — раздался приглушенный голос из одного шкафчика. — Это я. Цокнув языком, Гарри открыл дверцу на себя: — Ну и что ты тут забыла? — тихо прошипел он, уставившись на Милли, которая замотавшись в большое белое полотенце, стояла внутри шкафчика. — Принимаю ванную, — та кокетливо повела обнаженным плечом и вышла из своего убежища. — В мужском отделении? — Неа, в женском, — Милли указала на заднюю стенку шкафчика. — Она снимается. — И почему я не удивлен? — пробормотал Гарри. — Ну… Понимаешь, иногда парням и девушкам одиноко и они… — Я не об этом, — Гарри грозно уставился на Милли. — А о том, что ты продолжаешь за мной следить. Займись чем-то или кем-то другим. — Я подумаю над этим предложением, — под аккомпанемент хлестающей воды в раковине, Милли прошлепала босыми ногами в сторону бассейна, который располагался в комнате с витражными стеклами. — Кстати, тебе еще не надоело, что эта министерская коза приставлена к тебе как надзирательница? — Возможно, — дипломатично ответил Гарри, быстро защищая дверной проем комнаты от подслушивания. Как обычно, он наколдовал тонкую «стену», в которой отсутствовал воздух. Милли села на край бассейна и свесила в воду ноги: — Падай рядом. Поговорим. Гарри похлопал себя по карманам и выкинул весь хлам оттуда на лавку рядом. Ему не хотелось, чтоб что-то упало в бассейн. — Как же эта мелюзга надоела со своими приколами, — Гарри посмотрел на охапку листьев и несколько бобов, которые валялись у него в кармане. Он подозревал, что это кто-то из однокурсников на уроках по травологии над ним подшучивает. Швырнув бобы с листьями в угол под лавку, он снял носки, закатал брюки и сел рядом с Милли, опустив ноги в воду. — Ты такой раздражительный с момента как проснулся… — сказала Милли. — Есть от чего раздражаться. — Не спорю. — Так что ты от меня хотела? — Гарри повернулся к ней. — Да ничего. Что, я уже не могу поговорить с другим слизеренцем ни о чем? Может, я хочу тебя просто поддержать? Гарри видел, что та ему врала. — Ох, ну ладно. Мне просто стало интересно, как у тебя дела. Эта, которая за дверью, везде за тобой таскается и почти оторвала тебя от факультета. И я подумала: эй, а может Гарри нужна помощь в избавлении от неё? — Ты что-то темнишь, — заметил Гарри. — С чего взяла, что я хочу от нее избавиться? Может я рад, что у меня теперь есть защитница? — Так ты не хочешь избавиться от неё? Может, тогда, тебя интересует что-то другое? Например, трансгрессия? Или о чем ты там болтал у умывальника… Гарри подозрительно на нее посмотрел: — Как ты услышала сквозь шум воды из крана о чем я там говорил? Милли неопределенно пожала плечами. — Ладно, сдаюсь, — сказал Гарри. — Что ты от меня хочешь? — Нет, сейчас важнее, что ты хочешь. Ты ведь хочешь обучиться трансгрессии? До меня дошли слухи, что ты просил МакГонагалл и препода по чарам допустить тебя в Большой зал, когда приходит министерский инструктор… — И ты хочешь сказать, что ты могла бы устроить мне пропуск на занятие? — заинтересовался Гарри. — Я бы могла посодействовать в твоем обучении. Красное облако разума Милли было необычайно спокойным. — И что ты хочешь взамен? — спросил Гарри. Милли приосанилась и засияла: — О-о-о! Всего лишь маленькую услугу. Чтоб ты узнал всё, что только получится о Поборниках Чистоты. Гарри устало потер глаза правой рукой. — Скажи, это они тебя погрузили в сон? — Милли потрепала его за предплечье. — Ты узнал, что с тобой произошло на верхних этажах?.. — Это были не они, успокойся, — Гарри оборвал толстушку, пока она не уплыла на своих теориях в небо. — Хорошо, я поищу сведения о них в библиотеке. Я знаю хорошее поисковое заклинание… — О, нет-нет. Меня не интересует такого рода информация. Она мне нужна из первых рук. Гарри не успел толком обдумать, что от него хочет Милли, как та продолжила: — Я хочу, чтоб ты проник в их маленький кружок по интересам. — И как я это должен сделать? — смирившись, Гарри решил позволить Милли выплеснуть на себя всё то, что у нее в голове. — Просто. Ты начнешь сначала между делом, а потом всё чаще в разговорах с другими студентами высказывать тезисы, которые поддерживают Поборники. Они в тебе и так заинтересованы, так что в один прекрасный момент они все-таки выйдут с тобой на связь. — Ты хоть понимаешь, что просишь? — у Гарри даже челюсть слегка отвисла от наглости и напора Милли. — Понимаю. Но еще я знаю, что обучиться трансгрессии ты сможешь только в месте, где нет антиаппарационных чар. И знаю, что тебе нужен учитель. Так что обмен будет равноценным. Гарри хмуро посмотрел на Милли, которая светилась от счастья. «Как жаль, что у меня нет эльфа типа Рассольки, — подумал он. — Раз и всё! Мог бы спокойно трансгрессировать за пределы Хогвартса и заняться обучением. Вот только где такого эльфа взять?» — Я не верю, что ты сможешь организовать обучение трансгрессии. Неужели думаешь, что получится уговорить МакГонагалл? — Для этого необязательно говорить с директрисой или инструктором из Министерства, — сказала Милли. — Тебе всего-то нужно покинуть защитные чары Хогвартса, чтоб можно было обучаться. — И? — Я слышала, что гриффиндорцы как-то научились попадать в Хогсмит. Сплетня такая себе, но я могу проверить её подробнее. — Думаешь, что гриффиндорцы мне помогут? Они нас не особо любят. Легче в таком уж случае эльфа из-под земли достать. — Домашние эльфы? А они тут при чем? — Ну… Они же могут спокойно трансгрессировать куда угодно. Один из них мог бы меня вывести за границы защитных чар. — Правда? — удивилась Милли. — Эльфы так могут? — Не важно. В общем, Милли, если я захочу совершить социальное самоубийство, то я обязательно к тебе обращусь. — Буду ждать, — та, нисколько не расстроившись, поднялась на ноги. Одарив Гарри хитрой улыбкой, она поправила полотенце и вышла из комнаты. — Совсем умом тронулась. Нужно быть сумасшедшим, чтоб согласиться на такое, — фыркнул Гарри.***
Спустя несколько дней Гарри стал склоняться к идее, что предложение Милли таки стоит рассмотреть серьезно. Ведь ничего иного, кроме как наложить Империус на инструктора из Министерства или саму МакГонагалл ему в голову не приходило. Да, так можно было бы заставить одного из них допустить его к занятиям, но эта схема проработала бы не дольше одного дня, прежде чем о ней стало бы известно тому же Грюму. Слишком много глаз вокруг, слишком много вопросов будут задавать. А это значит, что пришлось бы накладывать Обливиэйт и Империус чуть ли не на всех подряд. К границам защитных чар школы Гарри решил больше не ходить. С каждым днем он всё больше сомневался, что сможет открыть себе проход и всё больше поддавался какому-то странному отчаянию. Он слабел. Гарри не мог понять, что с ним происходит. Словно один из дементоров постоянно летал у него над головой и забирал все силы. Нет, после своего пробуждение тело почти пришло в норму, но вот магически… Он слабел и это начинало пугать. — Я долго думал и решил, что согласен с тобой. Селестина Уорлок — самый ужасный исполнитель во всем магическом мире, — Гарри занял место в Большом зале на скамейке рядом с Милли. Тонкс, которая везде ходила за ним по пятам, села с другой стороны. — Довольна? Милли, жуя кусок торта, удивленно покосилась на него. — М-м-м-а-а-а… — в ее глазах отразилось понимание, что Гарри имеет в виду. — Рада, что ты изменил свое мнение. Хе-хе. Я уверена, что Памела вечером лопнет от злости, когда я скажу, что в нашем полку ненавистников Уорлок прибыло. Кивнув, Гарри и сам приступил к обеду. Уже вечером, он снова был в мужской ванной старост. Защитив дверь от прослушивания, он открыл шкафчик, в котором пряталась Милли. — Что же заставило тебя передумать? — довольно оскалилась она. — Неужели понял, что так легко заняться трансгрессией не получится? — Угу. Скажи, когда ты сможешь организовать все? — Как только ты начнешь высказываться в поддержку идей Поборников. Я должна быть уверена, что ты не отступишь назад. Можешь начать кататься по ушам кому-то из старост. Уне, например. Ей многие ученики в рот заглядывают. Я тоже постараюсь разнести твои слова как можно большему числу людей. — А ты действительно сможешь всё организовать? — уточнил Гарри. Он видел, что Милли не лжет ему, но всё равно не мог поверить, что та сможет помочь. — Да, — кивнула та. — Если ты после душа вернешься в гостиную Слизерина и толкнешь парочку фраз, то можешь завтра вечером приходить сюда и я начну выполнять свою часть уговора. А теперь захлопни дверцу и я уйду. Гарри закрыл шкафчик и с усилием потер себе лоб. После того, что он собирался сделать, Гермиона точно не захочет добровольно рассказать ему о зелье Кандиды, да и о пропуске в библиотеку Когтеврана можно будет забыть. Взвесив все за и против, Гарри решил рискнуть. Уже через час он сидел на диванчике в гостиной Слизерина и говорил, что по его мнению маглорожденные владеют магией хуже, чем волшебники по крови. — Уна, сложно это признавать, но за полгода обучения тут, нельзя отрицать очевидное, — сказал Гарри старосте факультета, сидящей рядом. — Хм. Хорошо, что ты сам это заметил, — кивнула та в ответ. — Вот! Истинный слизеринец, — поддакнул ей другой старшеклассник. Милли, показательно открыла рот, удивляясь словам Гарри. Тонкс, которая всё это время стояла у камина, недоуменно смотрела на компанию на диване.***
Уже на следующее утро к нему за завтраком в Большом зале подошла Гермиона и сказала, что была лучшего о нем мнения. Гарри не мог поверить, что слухи так быстро разносятся. Правда, еще больше он не мог поверить, что такой примерной ученице, как Гермиона, было до них дело.***
— Как твое самочувствие? — спросила мадам Помфри. Гарри сидел на кушетке в больничном крыле. В комнате также находилась и Тонкс. — Не очень, честно говоря, — сказал Гарри. — Какая-то странная слабость. Любая магия дается с трудом. Ничего делать не хочется. — Это странно, — удивилась мадам Помфри. Открыв стеклянную банку с большими темно-зелеными таблетками, она достала оттуда одну и протянула её Гарри. — Я свяжусь с доктором из Святого Мунго. Это ненормально. Силясь, Гарри проглотил лекарство и запил его водой из стакана. — Не волнуйся. Ты выздоровеешь, — улыбнулась мадам Помфри. — У меня все выздоравливают. Неопределенно махнув головой, Гарри встал с кушетки и, попрощавшись, вышел из больничного крыла. — Что теперь? — спросила Тонкс. — Опять библиотека? — Ага. С каждым шагом Гарри чувствовал, что ему становится всё хуже и хуже. Внутренности будто просились на волю. Завидев мужской туалет, Гарри завернул туда. — А можно хоть минуту уединения? — раздраженно спросил он, как только увидел, что и Тонкс пытается пройти за ним. — Эм… Конечно, только ты там недолго. Скривившись, Гарри захлопнул дверь перед самым носом Тонкс. Пройдя к раковинам, он включил холодную воду, чтоб промочить лицо, когда его внезапно начало тошнить. Черная рвота выходила из него, заляпывая кафель и зеркало на стене. Гарри схватился руками за раковину чтоб не упасть от слабости. Поток воды из крана стремительно смывал черную рвоту, которая имела зеленоватый отлив. — Что за?.. — Гарри поднял лицо к зеркалу. На него из отражения смотрел осунувшийся паренек, у которого весь подбородок был в черных подтеках. Привкус во рту был неприятным, но очень знакомым Гарри. — Что за… Собственное лицо напоминало лицо Реддла во время допроса Дамблдора. Тот же безумный взгляд. Тот же черный рот. «Меня травят… Мадам Помфри скармливает мне не лекарство! Тогда, когда Дамблдор допрашивал меня и Реддла, мы были слабы не только из-за того, что Камень чуть не съел нас. Нас тогда опоили какой-то дрянью… Мне знаком этот привкус, — Гарри провел пальцем по губе и снял черную пленку. — Я не просто так магически слабею. Но зачем какому-то врачу из Святого Мунго травить меня?» — А-а-а… Грюм, — Гарри злобно посмотрел на зеркало на котором резко появилась паутина из трещин. — Кто же еще… Капли воды из раковины начали медленно подниматься вверх. Лицо Гарри исказила злобная гримаса. Непреодолимое желание голыми руками задушить Грюма затмило ему взор. Грудь Гарри что-то очень легонько сдавило. «Тонкс запустила Гоменум Ревелио… — раздраженно подумал он. — Как же меня это всё достало». Сзади открылась одна из секционных дверей туалета и оттуда вышел высокий парень. Завидев Гарри, он ненадолго застыл, но быстро пришел в себя и пошел в его сторону: — У тебя всё в порядке? — У меня? — Гарри, не поворачиваясь, криво улыбнулся зеркалу. — Всё просто замечательно. Завидев у парня волшебную палочку на поясе, он заставил её прилететь себе в руку. — Э-э-э?.. — удивился тот. — Обливиэйт, — Гарри тихо кинул в него заклинание его же волшебной палочкой. — Империо. Парень зашагал к выходу. Открыв дверь, он наткнулся на Тонкс: — Уф… Подглядываете? Это не хорошо. Та в ответ промямлила что-то невнятное, пытаясь заглянуть ему за плечо в закрывающуюся дверь. Гарри зашвырнул чужую волшебную палочку под раковину и быстро вымыл лицо. Парень под Империусом в это время шел прочь от туалета. — Гарри, у тебя там всё в порядке? — послышался голос Тонкс из-за двери. — Да! — кинув последний взгляд на себя в зеркало, Гарри отказался от контроля над парнем. — Всё хорошо! Тщательно смыв черную жижу, которой он заляпал всё вокруг, Гарри тихо прошептал: — Теперь… Теперь у меня всё хорошо. Гарри твердо решил, что пора приступать к активным действиям. Грюм от него в любом случае не отстанет.
