Инстинкты

Ричард медленно приходил в сознание. Сначала он почувствовал свое тело – человеческое. Он не был обращен и лежал на спине в каком-то помещении. Взгляд медленно и неохотно фокусировался на белом потолке с включенной прямоугольной лампой холодного света. Резко в поле зрения показалась голова. Оборотень вздрогнул бы, если бы не замедленная реакция. Через несколько секунд напряженного осмысления Ричард понял – голова принадлежит Элайдже Камски. – Ричи, дружок, пока ты еще не отошел и плохо соображаешь, я хочу сделать тебе великолепное предложение, – сказал он с улыбкой, одновременно с этим растягивая веки Ричарда пальцами и светя ему в глаза фонариком. – Один советский ученый проводил любопытнейшие эксперименты. Он пришивал собаке голову щенка. Голова прижилась и несколько суток они существовали в относительно дружном тандеме. А теперь представь, чего можно добиться с регенерацией и здоровьем оборотней? Представил? Прямо в этой лаборатории я могу сделать из тебя, Коннора и Хлои – Цербера! Круто, а? Я даже денег с вас за это не возьму. По глазам вижу, ты согласен. Осталось уговорить еще двоих… Ричард поморщился, свет от маленького фонарика сильно раздражал глаза. Голова из-за этого только сильнее пульсировала от боли. А тело ныло так, будто поломанной была каждая косточка. Это странное ощущение беспокоило оборотня, обычные раны заживали на нем быстро и почти безболезненно. Сейчас же Ричард чувствовал себя недостаточно сильным даже для того, чтобы подняться с постели. Если он еле жив после этой стычки, то что пришлось пережить Гэвину?.. Гэвин! Ричард обеспокоенно приподнялся, его голову тут же будто сдавило тисками. Но в стерильной операционной не было никого, кроме Камски в белом халате с неаккуратной шишкой волос на голове, заплетенной почему-то в большую поросячье-розовую резинку со стразами. – Как Гэвин? – хрипло спросил Ричард. – Мертв, – вздохнул Элайджа и отвернулся от койки с оборотнем к железному столику с инструментами. Сердце Ричарда сжалось, он забыл, как дышать. Это просто невозможно. Невозможно! Он успел. Он видел Гэвина живым. От ужаса волку захотелось скулить. – Или жив, – продолжил Камски, набирая какую-то жидкость в шприц. – Я бы дал более точную информацию, если бы знал, кто такой Гэвин. Ричард зарычал, его глаза сверкнули гневом: – По-твоему, это смешно?! – от злости и прилива адреналина оборотень даже позабыл о боли, он в секунду подскочил с койки и схватил Камски за лацканы больничного халата. Элайджа отреагировал на это неуместной радостью: сдул прядь выбившихся из дурацкой резинки волос и широко улыбнулся. – О, смотрю, ты чувствуешь себя лучше, – сказал он и неожиданно вколол что-то в шею обозленного Ричарда, тот даже дернуться не успел. – Про Гэвина мы не шутим, я понял. Но мне тебя доставил Коннор, никого больше с ним не было. Это загадочный Гэвин тебя так отделал? Ричард сильно и зло встряхнул манерного Камски, сдерживая зудящее желание хорошенько тому врезать. К тому же шея, подвергнувшаяся атаке шприцом, вдруг онемела, что не добавляло радости. Злость пересиливало только беспокойство за его человека. Почему Гэвина не было с Коннором? Что произошло? Дверь в белоснежную комнату открылась. В операционную вошла Хлоя, как всегда с идеальной прической, в милом платье, подчеркивающем ее талию, на невысоких каблуках. Привычно безупречная. В аккуратной ладошке она сжимала смартфон. Девушка оглядела развернувшуюся картину: оборотня, угрожающе нависающего над начальником, – почти равнодушно. Элайджа тоже не предпринимал попыток вырваться и беззаботно повис на собственном халате в руках Ричарда. Он повернул голову к двери и радостно выкрикнул: – Хлоя, дорогая! Ричи согласен быть Цербером! – А я еще раз напоминаю, что успех Демихова связан, в том числе, и со схожестью генов животных. Если у тебя и получится кого-то скрестить, так это только Коннора и Ричарда, что уже исключает твою амбициозную концепцию трехголового оборотня и отсылку к древнегреческим мифам, – сказала она так серьезно, будто они с Элайджей реально планировали эту операцию. Впрочем, зная Камски, Ричард бы не удивился. Хлоя же с мягкой улыбкой посмотрела на оборотня. – Ричард, тебе звонит брат. Я бы не стала тебя беспокоить в таком состоянии, но он уверяет, что это срочно. В трубке на фоне голоса Коннора шумели машины, кто-то сигналил. В какой-то момент сам Коннор крепко сматерился. Он легко удовлетворился неубедительным «я в порядке» Ричарда и затараторил: – Альфа кое-что разузнал насчет истинных пар. И ты мог бы мне сказать и об истинных парах, и о том, что общался об этом с Маркусом! Впрочем, не важно. Вероятно, мы имеем дело не с простым оборотнем... – Что с Гэвином? – резко перебил брата Ричард. – С Гэвином? – растерянно переспросил Коннор. – С Ридом все в порядке. Он недолго был без сознания, но, в целом, все нормально. Даже крови почти не было, зашивать не пришлось. Тебе досталось куда сильнее, хотя регенерация сработала хорошо. Так вот, нам удалось выяснить… В то, что крови не было, Ричарду трудно поверить. Он видел, как оборотень разодрал предплечья человека. – Где он сейчас? – уточнил оборотень. – Кто? Рид? Уже дома, наверное. Я обещал позвонить ему, как ты очнешься. Но пока не до этого, – рассердился Коннор. – Ты слышишь вообще, о чем я говорю? Мы имеем дело не с простыми убийствами. Кто-то при помощи ритуала вычисляет свои истинные пары, а затем убивает их! – Зачем? – недоуменно спросил Ричард. – Маркус сказал, существует легенда: оборотень, убивший предназначенную ему пару, становится почти непобедим. Ты видел, с кем тебе пришлось драться? Хэнк запустил в чудище обойму, несколько раз даже попал, но тот все равно удрал. Так вот, на фолиантах Маркуса, которые мы просмотрели, изображено нечто похожее на то, с чем мы столкнулись в лесу, – объяснил Коннор. – Один из существенных минусов этого ритуала – превратиться назад либо в человека, либо в волка ты уже не сможешь. А! И самое главное. Свою пару можно узнать по рунам на теле. Сомнений нет, мы напали на верный след. Ричард устало опустился на кровать. Хотя боль и слабость отступали, он чувствовал себя разбитым, ему хотелось убедиться, что с его человеком все в порядке. И не хотелось думать о странной легенде и тех, кто решился убивать идеальных для себя партнеров, ради превращения в монстра. – В чем смысл, Коннор? Зачем нужны эти силы, если ты становишься навеки каким-то чудовищем? К чему такая жертва? – спросил Ричард. – Маркус опасается, что некая стая или отдельные оборотни хотят получить силовое преимущество. И, возможно, развязать новый виток войны с людьми, а это их оружие, – вздыхает Коннор. – Если ты в порядке, я бы заехал за тобой. На самом деле я уже еду. Стае нужна помощь. Мы должны вычислить хотя бы след того чудовища и как можно быстрее. А в охоте и слежке тебе нет равных. Но если ты еще не восстановился… – Я в порядке, – уверенно сказал Ричард. – Жду тебя. Он отложил смартфон, поднял голову и наткнулся взглядом на обеспокоенную Хлою. Она осуждающе покачала головой: – Тебе стоило бы остаться. Силы не восстановились полностью. – Хлоя права, – серьезно сказал Камски, почесывая волосы на затылке неострой стороной скальпеля. – Что бы там тебя не нашинковало, выжил ты чудом и сейчас не в форме. Твоя регенерация сработала необычно. Самые тяжелые раны затянулись быстро, еще до того, как тебя сюда доставили. Остальные же раны ушли с трудом и с моей посильной поддержкой. Будто на когтях того, кто тебя ранил, было серебро или какой-то яд, мешающий восстановиться. Если бы не чудесное исцеление, твой труп бы уже начал подванивать. Конечно, я вколол тебе одну вещь, но это только эксперимент, так что … Ричард не вслушивался в слова лекаря. Весь мыслительный процесс оборотня будто ускорился. Ему захотелось побежать куда-нибудь, сделать что-нибудь. Его взгляд упал на смартфон Хлои. Он схватил его и набрал номер. В этот раз он легко восстановил его в памяти. – Алло? – прозвучал в трубке голос Гэвина. – Привет, – ответил оборотень и почувствовал, как по телу проходят волны облечения. – Ты в порядке? Камски, возмущенный тем, что его бесцеремонно перебили, что-то фыркнул на фоне и взмахнул руками. Хлоя тихо рассмеялась. – О, боже мой, Ричард! Да. Да, со мной все хорошо. Ты как? В последний раз я видел тебя волосатым и по уши в крови. Зрелище пиздец какое не радужное, – нервно затараторил Гэвин. – Ну, извини, не хотел тебя напугать, – сказал Ричард, чувствуя, как губы сами собой складываются в улыбку. – Со мной все хорошо. – Где ты? Тебя повезли в какую-то ветеринарку для волчар, Коннор настойчиво намекнул, что мне там рады не будут. Послал, проще говоря. Но, может, я все-таки могу тебя навестить? – Нет, не нужно. Я скоро сам уеду отсюда. Ричард услышал, как Гэвин тяжело вздохнул. Помялся, будто на что-то решаясь, а потом сказал, почти на грани слышимости: – Спасибо тебе. Ты спас мне жизнь. – Запомни эту мысль, я еще потребую свою награду, – с ухмылкой сказал Ричард. Гэвин фыркнул, потом и вовсе облегченно засмеялся. От этого в груди Ричарда потеплело. Волк тоже отреагировал щенячьей радостью. – Какой же ты дурак. Но, как знать, может быть, ты и получишь свою награду, – неожиданно игриво сказал Гэвин. Ричард расслабился, удобнее устроился на кровати и не переставал улыбаться, прижимая к уху трубку. Они еще немного пощебетали с Гэвином. Оборотень даже не обратил внимания, когда Хлоя и Элайджа вышли из операционной. Если быть честным, Ричард готов был прыгнуть под когти того монстра еще раз десять, если это значило такое резкое потепление в их с Гэвином отношениях. Оборотень уже на это и не рассчитывал. По крайней мере, после того, как Гэвин назвал его…дефектным. Когда они с человеком, наконец, попрощались, Ричард подскочил с кровати и энергично прошелся по периметру операционной. Энергии было хоть отбавляй. Чтобы как-то выплеснуть ее, он решил отжаться. Опускаясь и поднимаясь на руках над полом, он думал о том, куда стоит позвать человека, как только все это кончится. Лес можно было отмести сразу, всякий раз, когда они оказывались там с Гэвином, происходила какая-то пакость. Ричард не был суеверным, но не хотелось будить в Гэвине ненужные ассоциации. А вот на набережную можно было выбраться... Из приятных фантазий Ричарда выдернула вновь открывшаяся дверь. На пороге стоял Коннор. – О, вижу ты в норме. Прости, я не захватил одежду, не сообразил. Придется тебе покататься по городу в том, что дал Элайджа, – виновато сказал он и развернул в своих руках футболку с довольной мордой волка и надписью под ней: «Когда сдул домики трех поросят». *** Они сумели загнать чудовище в заранее подготовленный серебряный круг у дома стаи. Эта охота продолжалась много часов, и задействовать пришлось почти всех сильных волков стаи. Без жертв не обошлось. Здоровяк Лютер попал под когти монстра. Кара уже повезла его в клинику – кровь все не останавливалась, залила тут все. А вот Ричард чувствовал себя прекрасно. Он ощущал невероятный приток силы, его кровь буквально кипела от энергии. В основном благодаря ему стае удалось обнаружить монстра. Ну и еще, потому что тот, кажется, не знал, куда идти. Как животное, он просто спрятался в тихом месте в лесу. И скорее защищался, чем пытался убить преследовавших его волков. Когда Маркус замкнул серебряный круг, монстр все продолжал и продолжал биться о его невидимые «стены», словно не зная, что кровь оборотня не даст ему пересечь магическое препятствие. Сейчас он не выглядел разумным существом. Его уродливое, изломанное, полуживотное тело покрылось рубцами от ударов о «стену», из них текла черная, густая кровь. – Успокойся, – вновь попытался заговорить с ним Маркус и применил энергетическое давление альфы, от чего волки у круга чуть склонили головы. – Мы выпустим тебя отсюда, если ты поговоришь с нами. – Это бесполезно, – поморщился Ричард и отвернулся, не желая наблюдать, как это существо себя убивает. – Нет, я думаю…Может быть можно попробовать его допросить, – нервно сказал Коннор. – Я сейчас, подождите немного. Коннор отошел к машине, вытащил из багажника свой рюкзак и зарылся в него рукой. Оттуда он достал папку, а из нее вынул пару снимков. Ричард взглянул на них, это были фотографии жертв. На первой: улыбающийся подросток с бейсбольной битой в руках, он чуть прищурился на солнце и в целом выглядел забавно. На второй фотографии девушка в академической одежде гордо позировала с дипломом. Коннор подумал над снимками и отложил фотографию подростка. С изображением девушки он подошел к кругу. – Посмотри на нее. Ты убил ее, – жестко сказал он. Монстр снова ударился о «стену» и заскулил. Коннор воспользовался моментом и подставил снимок прямо к морде чудовища. – Посмотри. На. Нее. Ее тело нашли изувеченным. Изуродованным. Ты действовал наверняка, да? Тебе мало было просто убить, ты хотел ее истязать, верно?! Ричард только закатил глаза. Такое резкое и профессиональное перевоплощение Коннора, конечно, впечатляло. Но существо было безумным, бесполезно взывать к его совести. От этих мыслей его отвлек скулеж, в котором едва заметно пробивались хриплые слова: – Ральф не хотел! Нет…Нет…Ральф просто злился…Ральф не хотел…Убивать. О, оно еще и разговаривало! Это заставило оборотней устремить взгляд в сторону монстра. Коннор же продолжил допрос: – Зачем ты напал на нее, Ральф? Что она тебе сделала? – Ральф хотел как лучше! Ральф не хотел убивать! Ральф не хотел убивать! Не хотел! Монстр снова начал кидаться на «стену», скулил и все повторял эту фразу. Коннор прикрикнул на него, потребовал объяснить, что же тогда хотел «Ральф». Но тот уже не реагировал. В итоге сдался и Коннор. Он повернулся к Маркусу и виновато сказал: – Простите. У меня не получилось. – Тебе не за что извиняться, Коннор. Мы, как минимум, узнали его имя, – ответил Маркус. Ричард снова взглянул на круг. Чудовище обессилило и затихло у «стены», повалившись в лужу собственной крови. Оно уже не скулило, только хрипло дышало. – Мы оставим его здесь? – холодно спросил Ричард у альфы. – В таком состоянии оставлять его нельзя, – ответил Маркус. – Элайджа сегодня будет очень зол на нас, давно мы не подкидывали ему столько работы. Но придется вызвать его сюда и попытаться помочь этому волку. – Это не волк, – поморщился Ричард и зло добавил. – К тому же, он нападал на невинных людей. – Прежде чем выносить кому-то смертельный приговор, должен быть суд, – спокойно ответил Маркус. – Хотя я рад тому, что тебя волнует судьба людей. Слышал, ты пострадал, защищая своего напарника-человека? Это благородно. Ричард никак это не прокомментировал, сложил руки на груди и посмотрел на альфу исподлобья. Оборотень был зол на то, что монстру, напавшему на Гэвина, давали второй шанс. Маркус только тихо вздохнул. – Я думаю, тебе стоит навестить своего напарника. Наверняка, он напуган этой ситуацией. Будет хорошо, если ты обеспечишь ему безопасность и объяснишь, что мы поймали волка, – сказал альфа. Ричард оживился от этой мысли. Энергия, бьющая в нем ключом, вновь забурлила от желания действовать. Несмотря на то, что была глубокая ночь, плавно перетекающая в утро, Ричарду показалось разумной перспектива прямо сейчас нагрянуть к Гэвину на квартиру. – Хорошо, – сразу согласился он. – Тогда я поеду. Коннор удивленно похлопал глазами, глядя на то, как его брат, быстро и равнодушно обходит круг с умирающим в нем неведомым чудовищем, будто это самая обыденная картина, и голышом направляется к машине. – Прямо так? – неуверенно уточнил он. – Может, хотя бы оденешься? И…помоешься? Ты весь в крови. Ричард остановился на половине шага. И вправду, что это с ним? Он немного растерянно развернулся, сказал «да, точно!» и быстро направился к дому. Коннор проводил его недоуменным взглядом. – С ним все в порядке? – задал он вопрос в воздух. – Думаю, да, – с улыбкой заметил Маркус. – В любом случае, в этой ситуации он предвзят. Пусть лучше побудет с человеком, пока мы попытаемся разобраться с этим волком. *** Ричард оказался у подъезда Гэвина еще через полтора часа. Время неумолимо приближалось к утру. Хорошо, что сегодня выходной и не смена Гэвина, так что им не нужно было никуда бежать. Возможно, по уму, стоило дать человеку выспаться после пережитого стресса, но Ричарду было невмоготу тянуть, хотелось лично проверить состояние человека. Поэтому он, немного помявшись на пороге, все-таки позвонил в домофон. Прошло десять гудков, но никто не ответил. Тогда Ричард еще раз набрал нужный номер квартиры. – Я сейчас спущусь, говнюк, и ты отправишься в участок по хулиганке, – зло проорал искаженный помехами голос Гэвина из домофона. Ричарду хотелось поострить на тему сексуальных игр с арестом, но он решил, что это заезженно и пошло. К тому же Гэвин проснулся, а вот проснулось ли его чувство юмора – большой вопрос. – Это я, Ричард, – наклонившись к домофону, сообщил оборотень. Вместо ответа домофон издал противный писк, обозначающий, что дверь открыта. Ричард дернул за ручку и оказался в подъезде не самого обеспеченного дома. Обшарпанные стены не пестрели матерными надписями, но однозначно нуждались в ремонте. Лифт тоже выглядел не лучшим образом. Зато железная дверь в квартиру Гэвина оказалась открытой. Сам он выглянул из ближайшей по коридору комнаты своей квартиры с зубной щеткой во рту и пробормотал что-то вроде «заходи». Ричард оглядел коридор небольшой квартирки, который упирался прямо в гостиную. С порога можно было разглядеть диван и столик, заваленный упаковками от пиццы и чипсов. За гостиной виднелась открытая дверь в небольшую кухоньку и закрытая, возможно, в спальню. В квартире не было идеально чисто, но пахло приятно: в основном самим человеком и освежителем воздуха с запахом хвои. Ричард снял обувь и прошел в кухню. Он как раз заканчивал приготовление кофе, когда из ванной комнаты вышел Гэвин. – О, да, без кофе я сейчас сдохну, – простонал Гэвин и упал на стул. – Уже второй день просыпаюсь ни свет, ни заря. Какое-то проклятие. На нем была простая серая футболка и мягкие серые штаны на резинке. Футболка была с короткими рукавами, оголяющими предплечья. Шрамы от когтей монстра почти затянулись. Ричард выключил плиту, снял турку и налил из нее кофе в чашку. Поставив ее на стол перед Гэвином, он не отстранился, а бережно дотронулся до следов когтей. – Они необычно быстро затянулись, – сказал он, поглаживая руку Гэвина костяшками пальцев. – Угу, – буркнул Гэвин, его кожа покрылась мурашками в ответ на ласку. – Иногда такое бывает. Врачи говорят – хорошая регенерация. – Интересно, – протянул Ричард, продолжая нежно трогать Гэвина. Костяшками пальцев он поднялся к плечу, затем погладил изгиб шеи, от чего Гэвин еле уловимо вздрогнул, но не отстранился. Впрочем, и не намекнул продолжить, а просто отхлебнул еще кофе. Ричард вздохнул и отошел к кухонному гарнитуру, чтобы налить себе обычной воды. Ричард не любил подкрашенную воду, но умел готовить как чай, так и кофе, точно определяя вкус по запаху. – Мы поймали монстра, – сказал оборотень, усаживаясь за стол. – Правда?! И что это за херня была? – Пока не знаем. Альфа разбирается. Есть улики для того, чтобы предполагать, что оно убило человека. Гэвин нахмурился и переспросил: – Человека? Только одного? – Да, – кивнул Ричард. – Значит, второй убийца гуляет на свободе… – Покажи мне квартиру, – неожиданно перебил оборотень. Квартирка была, прямо скажем, небольшая, и показывать в ней решительно нечего. Поэтому Гэвин осекся, приподнял бровь и чуть ухмыльнулся уголком губ. Ричард смотрел на него прямо и жадно. Не скрывая своего интереса. Как всегда прямолинейно. Ладно хоть его хватило на «покажи мне квартиру», а не сразу на «пойдем потрахаемся». – Ладно, – пожал плечами Гэвин. – Дай только допью кофе. К слову, делаешь ты его офигенно. – Я многое делаю офигенно, – заметил Ричард и улыбнулся. *** Стоило им только зайти в спальню, как Ричард буквально накинулся на Гэвина. Он прижал его к стене, предварительно положив свои руки между стеной и спиной человека. Одной он полез ему под майку, оглаживая тело, другой бесцеремонно залез в штаны, сжав упругую ягодицу. Его губы накрыли губы Гэвина, язык жадно вылизывал рот человека. Одурманивающий запах усилился, и волк порыкивал, наконец, почти захватив власть над телом Ричарда. Сейчас им руководили инстинкты. – На кровать, – требовательно выдохнул Гэвин. Ричард легко подхватил его под ягодицы, будто крепко сложенный Гэвин почти ничего не весил, и дотащил до кровати. Уронив Гэвина на спину, оборотень забрался сверху и начал вылизывать и покусывать его шею, параллельно ощупывая твердый член человека через штаны. Гэвин застонал от удовольствия и укусил Ричарда за плечо. Совсем по-звериному. Это заставило оборотня захмелеть от накатывающего удовольствия. Он жадно потянулся к лицу Гэвина. Но тот вдруг как-то окаменел под ним. Ричард отвлекся от губ и посмотрел в глаза Гэвина, пытаясь угадать его эмоции. Человек потянулся рукой к лицу оборотня, нежно дотронулся до его щеки, как-то странно разглядывая. Ричард поймал его пальцы ртом, втянул и пососал. Зрачки Гэвина расширились от возбуждения. Но он аккуратно вытащил пальцы. – Скажи…Почему они такие? – спросил Гэвин, мягко дотрагиваясь до правого века оборотня. – Глаза? – переспорил он, прекрасно зная ответ, просто оттягивая время. Гэвин кивнул. Он погладил оборотня по скуле, обвел подбородок, опустился рукой на шею, затем на грудь. Но продолжал внимательно разглядывать глаза Ричарда. – Не нравятся? – усмехнулся оборотень. Гэвин замялся, не зная, что сказать. Этот взгляд почему-то пугал его. На каком-то подсознательном уровне. – Впрочем, неудивительно. Такие глаза – это метка. Она появляется у тех оборотней, которые убивали равных себе, – неохотно объяснил Ричард. – В тебе сильны инстинкты. Или, может быть, ты когда-то сталкивался с кем-то подобным. – Равных себе? – переспросил человек. – Да. Оборотней или людей. – И кого убивал ты? – спросил Гэвин, а потом перебил сам себя. – Неважно. Я не хочу знать. Не сейчас. Человек приподнялся и поцеловал Ричарда, укусил за губу, зарылся руками в волосы. Оборотень воспользовался этой неожиданной щедрой передышкой и ответил на поцелуй со всей страстью. Он потянулся рукой и спустил штаны человека, чтобы освободить его член и огладить по всей длине. От грубоватой ласки Гэвин зашипел и выгнулся на кровати, тесно прижимаясь телом к оборотню. Их прервала настырная трель смартфона Ричадра. Тот с удивлением обнаружил, что не вытащил его из заднего кармана брюк. На экране отобразился звонок от Коннора, Ричард сбросил его и уронил смартфон на пол. Оборотень вновь потянулся к человеку. Он задрал его футболку и лизнул сосок, который тут же затвердел. Гэвин застонал, не скрывая удовольствия. Смартфон снова начал надрываться на полу, раздражая слух. – Выруби ты его, – зло прорычал Гэвин. Ричард наклонился, чтобы так и сделать. Но на этот раз звонок был от Маркуса. Тот почти никогда не связывался с Ричардом через сотовую связь. И для этого звонка должны быть веские причины. Волк требовал, рвался к развязно-расслабленному человеку на кровати и в то же время, не мог проигнорировать своего альфу. А вот Ричард мог. Он отключил телефон, снова бросил его на пол и вернулся к своему человеку. Наконец, он полностью избавился от футболки Гэвина, помогая ему стянуть ее через голову. Он нежно поцеловал второй сосок, намереваясь вылизать человека полностью. Приподнялся, чтобы оценить раскрывшуюся перед ним картину. Растрепанный, чуть покрасневший, с закусанными, зацелованными губами, спортивным прессом, стоящим членом, – Гэвин был идеальным. Но что-то бросилось в глаза Ричарда, что заставило его сердце пропустить удар. Родинки на торсе человека складывались в руну кано – обозначавшую «факел» и «язву» одновременно.