From the loser to the freak

Стэн брёл по улице, глядя себе под ноги, и отчаянно пытался придумать, что ещё можно сделать, чтобы девушка, будто бы потерявшая память, уехав из Дерри, вспомнила прошлую жизнь. — Истории и рассказы о привычках Неудачников нам не помогли, — парень с силой пинает подвернувшийся под ноги мелкий камушек. — Ассоциативная цепочка тоже. Вариант с демонстрацией фотографий, думаю, заведомо провальный, ибо не помогло даже непосредственное лицезрение моей физиономии. Возможно, нам поможет физиономия Билла… Хотя это не точно. Но в любом случае, у меня больше нет идей. Стэн завернул к почте, намереваясь отправить Ричи телеграмму с просьбой выслать пару фотографий Билла и штуки 3-4 общих снимков Неудачников, на всякий случай, как вдруг проснулся, до селе мирно спящий, внутренний голос. «Парень, ты упускаешь возможность», — эта мысль, резко стукнувшая в кудрявую голову, заставила Уриса остановиться. — «Она ведь тебе нравится. И она тут, совсем недалеко. Одинокая, беспамятная… Бедняга Билли за тысячу миль, а ты рядом с ней. Так почему бы не устроить своё счастье?» На осознание происходящего ушла пара секунд, а затем Стэну захотелось влепить самому себе пощёчину за такие внутренние монологи. «Он там с ума сходит от одиночества и в тоске тонет, а я тут буду своё счастье устраивать? Хороший же я друг после этого», — мысленно обрубил парень и скрылся за дверью почтового отделения.

***

С момента отправки телеграммы прошло около трёх с половиной недель. Стэн каждый день проверял почтовый ящик дважды — утром и вечером. Письма от Ричи не было. Урис успокаивал себя тем, что скоро наступит пора экзаменов, и Тозиер наверняка готовится, хотя такой аргумент едва ли мог соперничать с мыслью, что вытащить из одного из своих альбомов полдюжины фотографий Неудачников, засунуть их в конверт и отнести на почту вряд ли заняло бы у Ричи больше часа. Стэн пытался звонить, но телефонная трубка молчала и даже не выдавала гудки, когда парень набирал номер друга. Видимо, Тозиер-старший всё-таки перерезал провод во время очередного пьяного припадка. Беспокоить остальных Урис не решился. У Эдди шизанутая на всю голову мать, Бог его знает, чем этот звонок может для него обернуться, а Бэн и Майк тут же начнут задавать вопросы и просить рассказать им, что случилось с Беверли, и почему сам он застрял в Пенсильвании так надолго. И хотя Стэн понимал, что они волнуются, он не чувствовал в себе сил что-то рассказывать и пытаться объяснить. Пусть пока довольствуются письмом, отправленным им на адрес Ричи с месяц назад, и кратким рассказом того же Ричи о том, что Бев нашлась, но почему-то абсолютно ничего и никого не помнит. Все эти три с половиной недели Стэн отчаянно пытался пробудить в подсознании девушки воспоминания о Дерри и парнях. Он копировал их повадки, как бы невзначай советовал почитать любимые книги Майка и посмотреть любимые фильмы Бэна, угощал её мороженным и неизменно говорил, что в городском парке Дерри летом продаётся точно такое же, и Ричи всегда покупает его себе и Эдди, а иногда и остальным Неудачникам. Не помогало ровно ничего. Более того, с каждым днём парень с ужасом понимал, что влюбляется сильнее и не может просто так выключить эти чувства. Однако он всё ещё держался, сохраняя перед глазами образ опустошённого, измученного Билла и каждый раз напоминая себе о том, что он не может так с ним поступить.

***

Спустя ещё две недели Стэн начал замечать за собой нечто странное. Он по привычке каждое утро и каждый вечер проверял почтовый ящик, но уже едва ли мог вспомнить, какое письмо ждёт и от кого. Он учился в школе вместе с Сидни и Диной, отзывался на «мистер Барбер» и каждый раз, беря в руки паспорт, недоумевал, почему в строку «фамилия» вписано «Урис», а в «место рождения» — «город Дерри, штат Мэн, США». Он совершенно не помнил своё детство и ранние подростковые годы. Его это беспокоило. Но не сильно. Он проводил много времени с Сид, которая говорила, что тоже совершенно не помнит детства, и абсолютно не парится по этому поводу. Ему она советовала делать то же самое. Он слушал её и не парился. В самый разгар выпускных экзаменов, Стену пришло письмо. Вскрыв его, парень с абсолютным непониманием происходящего вытащил из конверта небольшую пачку фотографий и короткую записку. «Дружище, извини, что так долго. Письмо затерялось на складе, его вернули по обратному адресу, мне пришлось отправлять заново. Тут как ты просил — две фотки Билла и несколько наших общих. Напиши, если это поможет. Ричи» Парень перечитал записку несколько раз. Всё, как он просил? А что он просил? Кто такой Билл? Чем это должно помочь? А главное, кто такой этот Ричи, и что за фотографии вообще? Стэн перебирал карточки одну за другой. На большей их части была изображена небольшая толпа улыбающихся детей, среди которых он нашёл парня, очень похожего на себя, и девчонку на одно лицо с Сид. «Ничего не понимаю…», — пробормотал, бросая взгляд на конверт, выцепляя имя отправителя. — «Ричард Тозиер. Тозиер… Какая-то смутно знакома фамилия. Хотя вроде достаточно редкая… Интересно, кто его родители?» Письмо он показал Сидни. Она внимательно рассмотрела фотографии и записку, а потом сказала: — Ты говорил что-то про Ричи Тозиера, когда мы только познакомились. Кажется, что он иногда совершенно невыносим, но у него доброе сердце… Или что-то такое. Может, это твой друг детства? А ещё ты утверждал, что я очень похожа на твою подругу. Я думаю, это она на фотках, не я. Стэн задумался, аккуратно убирая фотографии обратно в конверт. — Ничего не помню, — с тяжёлым вздохом произнёс он и засунул конверт в карман брюк. — Ну и ладно. Ты занята сегодня вечером?