Корона и Пламя / The Crown & The Flame

Доминик Хантер

Доминик пропускает Роуз вперед и закрывает за собой дверь своей комнаты. — Не могу в это поверить, — парень прислоняется спиной к двери и пристально смотрит на свои ладони. — Есть кто-то такой же, как и я. Кто-то, кто тоже может управлять огнем. И не только это… У нас обоих одинаковые метки. Если мы оба обладаем этой огненной меткой и можем управлять пламенем, то мы должны быть как-то связаны. Она что-то знает о том месте, откуда я родом. Она может научить меня контролировать мою силу. Я уверен в этом. Это мой шанс узнать, кто я на самом деле такой и где моя родина. Мы должны освободить ее. Все это время Роуз молча стоит рядом, слушая его рассуждения. В глубине души она боялась, что он снова решит рисковать своей жизнью ради кого-то. Но ведь в этом весь Доминик, правда? Девушка протягивает руку и сжимает его ладонь в своей. — Дом, я понимаю, и я на твоей стороне. Даже если бы Сэй не обладала такой же силой, как твоя, я бы не вынесла, чтобы с кем-то так жестоко обращались. Кроме того, ее освобождение станет ключом к захвату замка. С этими словами Роуз поднимает на Доминика решительный взгляд, а на ее губах появляется едва заметная улыбка. Девушка решила быть смелой. Такой же смелой, какой была ее мать. — Согласен. Эта пушка может уничтожить целую армию. Если у Кенны и есть шанс вернуть Стормхолт… — Мы должны убедиться, что Марко не сможет использовать это оружие, — заканчивает за него Роуз. Именно в этот момент дверь в комнату распахивается и внутрь влетает Тристан. — Я видел вас во внутреннем дворе! Я слышал, что вы только что обсуждали! — Тристан, мы просто… Но Тристан не дает Доминику вставить даже слова: — Я слышал, что вы обсуждали! Какой бы план вы ни придумали, он не сработает. Вы видели, на что способно это оружие, — голос Тристана предательски дрожит. — У армии Кенны нет ни единого шанса противостоять ему, а тем более у нас троих. Все, что мы можем сделать, — это отступить и выжить. — Тристан, именно это и сказал бы трус! — говорит Роуз, сурово взглянув на брата. — Это то, что всегда говорила мама, а мы никогда ее не слушали. И посмотри, куда это нас завело! — Я не собираюсь просто стоять в стороне, когда вокруг происходят ужасные вещи! — Роуз, не будь дурой. Ты не будешь участвовать в этой затее, я не позволю тебе. Мне все равно, что вы там затеяли. Вы оба ведете себя как глупцы! — Я знаю, что ты просто пытаешься защитить свою семью, — Доминик встает между Роуз и Тристаном, — но ты должен позволить Роуз самостоятельно распоряжаться ее собственной жизнью. — О, так я просто должен позволить вам двоим напрасно пожертвовать своими жизнями? — нахмурив брови, спрашивает Тристан. — Я должен уважать ваше решение умереть ни за что? — Я лучше умру, пытаясь изменить ситуацию, чем съежившись буду ходить на цыпочках перед тираном, пока он не решит убить меня из прихоти! — Роуз выходит из-за спины Доминика и напирает на брата. — Вот это умереть ни за что! — Роуз… — Тристан смотрит на сестру широко раскрытыми глазами и неосознанно делает шаг назад. — Убирайся! — резко обрывает она и указывает рукой на дверь. Лицо Тристана краснеет. — Клянусь, вы пожалеете об этом! С этими словами он выбегает из комнаты, рассерженно хлопнув дверью. — Не могу поверить, что сделала это, — тяжело дыша, произносит Роуз, когда с уходом Тристана в комнате вновь становится спокойно. Она выставляет перед собой дрожащие руки: — Посмотри на меня, меня всю трясет! — Ты была изумительна, — Дом мягко улыбается и берет дрожащие руки девушки в свои. — Ты правда хотела это сказать? — Каждое слово, Дом, — она смотрит в его глаза, светясь от счастья. — Не могу поверить, что Тристан сказал мне все те вещи. — Роуз, я уверен, что он не хотел этого. Он просто напуган. Она опускает голову и говорит с дрожью в голосе: — Я никогда раньше не видела Тристана таким. Обычно он так импульсивен и безрассуден… всегда готов последовать за тобой, куда угодно. — Не думаю, что он когда-нибудь действительно осознавал, насколько опасно действовать против принца Марко. — Должно быть, Тристану очень тяжело. Наша мама умерла, теперь он боится потерять и меня тоже. Но даже так, я не собираюсь больше позволять ему удерживать меня. И ты не должен, — голос Роуз снова звучит решительно, а ее руки крепко сжимают ладони Доминика. — Впредь мы будем делать то, что хотим. И не важно, что думает Тристан. Она с улыбкой смотрит на Дома, и на ее щеках появляется румянец, когда их взгляды встречаются… — Может, ты хочешь остаться на ночь? — Я надеялась, что ты скажешь это, — с игривой улыбкой отвечает она и обнимает Доминика, закинув руки ему на шею. — Итак… теперь, когда мы одни, чем мы займемся? Вместо ответа парень наклоняется и припадает к ее губам своими. Роуз прижимается к нему ближе, углубляя поцелуй. Некоторые время спустя Доминик отстраняется. Девушка смотрит на него с улыбкой: — В такие моменты я почти забываю, что мы находимся в разгаре войны. — Я знаю, о чем ты, — Дом улыбается ей в ответ и крепко обнимает за талию. — Кажется, словно мир за пределами этой комнаты не существует. — Дом… думаешь… если бы король Лютер никогда не завоевал Пять Королевств и тебе никогда бы не пришлось притворяться слугой… — слова даются ей с трудом. Она смотрит в сторону, избегая смотреть Доминику в глаза, — ты бы когда-нибудь заметил меня? Доминик удивленно смотрит на Роуз. Сам он никогда не задавал себе таких вопросов. Заметил бы он ее, будь все по-прежнему? — Роуз, это не имеет значения. Мы здесь и сейчас. Он нежно приподнимает ее подбородок и заглядывает во влажные от подступивших слез глаза. — Я не знаю, что бы могло произойти, если бы все сложилось иначе. Я знаю лишь, что сейчас мы оба здесь, и только это имеет значение. — Ты серьезно? — Последние два года принесли мне больше страданий и смертей, чем я когда-либо ожидал увидеть в своей жизни… но они также привели меня к тебе. За это я признателен своей судьбе. — Как и я. Роуз садится на его кровать, ее рука разглаживает тканые одеяла, словно приглашая Доминика сюда, но он не сдвигается с места. — Так много всего произошло за эти пару лет… — произносит Роуз, — многое изменилось. Никогда не думала, что я окажусь в числе тех людей, что бросят вызов королевской семье и устроят смелое спасение невинных людей, застрявших посреди этого ночного кошмара. — Забавно, я помню, как однажды ночью ты ускользнула, чтобы «спасти» полупустую бутылку вина из кладовой, — вдруг вспоминает Доминик, улыбаясь. — Замолчи! — Роуз смеется. — Ты тот, кто посмел втянуть меня в это! Я просто становлюсь смелее, когда ты рядом. Не знаю, благодарила ли я тебя когда-нибудь за это. Роуз протягивает руку к стоящему подле нее Доминику, мгновение спустя их пальцы переплетаются. — Роуз, знаешь… если хочешь отблагодарить меня, я могу подсказать парочку вариантов… — Как и я, — она загадочно улыбается, притягивает парня к себе и нежно целует в губы. — Доминик… я люблю тебя. Она снова целует его и тянет на кровать, в свои нежные объятия…

Кенна Райс

Кенна и ее спутники продолжают свой путь по извилистым коридорам Лабиринта. — На этих стенах так много ржавчины, — подмечает Кенна. — Как давно Лабиринт стоит здесь? — Хм, — Витлок задумчиво чешет подбородок, — судя по степени окисления с учетом маловлажной среды… Я бы сказал, что около века. Может, даже двух. Это зависит от сплава, из которого сделаны эти стены. — Невероятно, — удивляется Райдан. — Две сотни лет назад никто даже не слышал о Технократах. Как им удавалось скрываться так долго? Кто-то же должен был найти их. — Не так уж и сложно исчезнуть, если знаешь толк в этом деле, — вмешивается в разговор Леон. — К тому же у них была целая пустыня, в которой можно буквально раствориться. — Столько механизмов, что я даже не могу догадаться, для чего большинство из них, — говорит Кенна, не переставая удивляться размерам Лабиринта. — Например, вот это, там… на стене, — девушка указывает на большую шестеренку с четырьмя выгравированными на ней знаками, что привлекли ее внимание. — Как думаете, что означают эти символы? — Они не принадлежат ни к одному известному мне языку, — отвечает Райдан. — Но кто-то оставил их здесь по какой-то причине. Вэл, не привыкшая напрягать голову и уже порядком уставшая от этих заумных разговоров, подходит к механизму и молча тянет шестеренку, пытаясь снять ее со стены. — Только не говори мне, что пытаешься стащить это, — подшучивает Леон. — Просто гляньте, насколько надежно она прикреплена. На самом деле, даже слишком надежно. Вдруг под напором Вэл механизм приходит в движение, и шестеренка поворачивается против часовой стрелки. — Говорю вам, нам нужно двигаться, — сердито сдвинув брови, бормочет Леон. Происходящее ему совсем не нравится. — Все здесь так или иначе пытается нас убить. Нет смысла ждать, когда это случится. Перед тем как отправиться дальше, Кенна бросает взгляд на шестеренку. Ей кажется, что она наверняка является ключом к одной из загадок Лабиринта. Впереди их встречает развилка из трех прилегающих друг к другу коридоров. Войти в них можно через арки, каждая из которых отмечена определенным знаком. Похожие символы выгравированы на шестеренке, которую Кенна и остальные видели раньше. — Нам нужно выбрать, куда идти… — произносит девушка, крепко задумавшись. Вскоре она принимает решение. — Идем этим путем. — Твой голос звучит ужасно уверено, — отзывается Вэл. — Думаю, я нашла решение этой загадки. — Тогда веди нас, — Леон кивает в сторону выбранного Кенной пути. Они продвигаются вперед по выбранному коридору без каких-либо преград. Через некоторое время перед ними вновь возникает развилка, но уже с другими символами. — Кажется, нам нужно идти туда, — немного подумав, говорит Кенна. — Согласен, — Райдан кивает. — А вы уверены, что мы не ходим кругами? Вэл с недоверием смотрит вперед. Все эти коридоры для нее совершенно одинаковы, и она не удивится, если они уже давно заблудились. — Будь оптимистичной, — с улыбкой отвечает Кенна и первой ступает под арку с выбранным символом. Через некоторое время они достигают третьей развилки и вновь выбирают, куда пойти. — Считаю, что ты верно решила загадку, — не скрывая восхищения, говорит Райдан, идя с Кенной рука об руку. — Мы еще не выбрались из Лабиринта… — холодно отзывается она. Впереди их ждет еще одна развилка… На этот раз Кенна не тратит времени на раздумья и сразу же выбирает нужный символ: — Следуйте за мной! Если я права, этот коридор должен быть последним. — А если ты ошибаешься, мы все умрем здесь. Медленно. От голода, — невесело произносит Вэл. — Тогда мне лучше не ошибаться. Спустя какое-то время они заворачивают за угол… — Похоже, мы наконец выбрались! — радуется Кенна и вдруг чуть не влетает в высокую металлическую дверь. На уровне груди располагаются рычаги, а над ними можно разобрать небольшую надпись: «Ваше последнее испытание ждет». — Довольно зловеще, — Райдан выглядывает из-за плеча девушки. — Все что угодно может быть за этой дверью. — Надеюсь, я смогу это хорошенько ударить. С этими словами Леон демонстративно кладет ладонь на рукоять своего меча. Он уже порядком устал от хождения по лабиринту и решения всяческих загадок. Мужчине не хватает старой доброй драки, желательно на мечах. Кенна же внимательно смотрит на рычаги. — У каждого из них на конце есть буква, — подмечает она. — Должен быть какой-то пароль, чтобы открыть эту дверь. — Пароль? Откуда, черт возьми, мы должны его взять?! — восклицает Вэл и стукается лбом о запертую дверь. — У меня есть идея, — говорит Кенна, не обращая никакого внимание на отчаяние Вэл. — Бьюсь об заклад, он связан с загадкой, что мы видели раньше. Скорее всего, ответ на нее и есть наш пропуск за двери! — Это бы объяснило, зачем кто-то потрудился и нацарапал эту надпись на стене. Как она звучала? — спрашивает Леон. — «Я легок, как перо, не важно, как силен ты, долго удержать меня не сможет никто», — тут же отвечает ему Райдан. У него всегда была хорошая память. Кенна задумчиво чешет подбородок и несколько раз повторяет загадку про себя. «Что-то, что тяжело удержать», — твердит она и перебирает самые разные ответы. Наконец, спустя некоторое время, ей кажется, что она смогла ухватить верную мысль: — Хм… тогда пароль, должно быть, — дыхание. Девушка начинает передвигать рычаги с подходящими буквами. Стоит Кенне нажать на последний правильный рычаг, как все они втягиваются, а дверь начинает медленно опускаться. — Получилось! — на лице Кенны появляется довольная улыбка, но вдруг радость сменяется тревогой. — Что это был за звук?! — Ничего хорошего, Ваше Величество, — отзывается Райдан и встает перед девушкой, готовый сражаться, если понадобится. — Определенно ничего хорошего, — выдавливает из себя Витлок, внимательно смотря на почти опустившуюся дверь. — Встаньте за меня. Все вы. Сейчас же! — командует Леон и отточенным движением вынимает из ножен меч. Дверь полностью опускается, исчезая в песке, и перед путниками возникает высокая фигура. Мгновение она стоит неподвижно, но вдруг глаза странного механического творения загораются красным, а металлическая пасть издает душераздирающий рев. —Бежим! — кричит Кенна, с ужасом отворачиваясь от механического быка, стоящего на задних лапах и напоминающего человека.