Корона и Пламя / The Crown & The Flame

Кенна Райс

Медленно Кенна открывает глаза… ... и обнаруживает, что лежит на походной постели в своем шатре. Она предпринимает попытку приподняться, но… — Ау-у! ... взвывает от боли. — Осторожнее! — звучит обеспокоенный голосок Аннелиз. — Ох, Кенна… ты сильно обгорела. — Тебе нужен отдых, — добавляет Витлок, тоже сидящий у ее постели. — Я не могу вспомнить… — слабым голосом произносит Кенна. — Василиос… Дом… Что произошло? — Огонь Доминика случайно задел тебя. Это… это было плохо. — Насколько плохо? Аннелиз поджимает губы. На вопрос отвечает Витлок: — Мы… мы думали, что ты не переживешь этого. Настолько плохо. — Но ты сильная. И сейчас ты с нами, — ободряюще добавляет Аннелиз. — Я думаю, это что-то… Каждое слово дается Кенне с большим трудом, не столько от ожогов, сколько от щемящего чувства в груди. — Я позову Дома, — говорит Витлок и поднимается на ноги. — Он хотел видеть тебя. Аннелиз тоже поднимается. Вместе с Витлоком они покидают шатер Кенны. А несколькими минутами позже входит Доминик. Стоит ему увидеть Кенну, как его лицо мрачнеет, а сам он падает на колени перед девушкой. — Кенна… мне так жаль. Я никогда не смогу простить себя за это. — Ты не должен извиняться. Ты спас мне жизнь. Если бы не ты, Василиос перерезал бы мне горло. Не могу поверить, что допустила, чтобы этот болван напал на меня [1]… Ты бы предпочел, чтобы я умерла от его руки? [1: В английском выражение: “getthedroponsomeone” — означает навести оружие на кого-то, кто не успел навести оружие в ответ. То есть Кенна переживает не столько из-за факта нападения, сколько из-за того, что не успела отреагировать и защитить себя.] — Нет, — Дом качает головой, — конечно нет… Ты выглядела такой… сломленной, лежа здесь в тот день. Я не мог этого вынести. Ты была моей подругой с самого детства. Ты была добра ко мне, когда никто даже не смотрел в мою сторону. И внезапно тебя не стало. Мне пришлось столкнуться с мыслью о мире без тебя. О будущем, которое возникло бы по моей вине… — Дом… Он хмурит брови и сжимает кулаки, злясь на самого себя. — Если бы я лучше мог контролировать себя, этого бы не случилось. — Ты делаешь все, что в твоих силах, — Кенна приподнимается и кладет ладонь ему на плечо, не обращая внимание на боль. — Ты учишься. Сэй… Но Доминик, кажется, не слышит ее слов. Злоба продолжает охватывать его. — Сэй пыталась предупредить меня, что мне нужно больше тренировок, но я ее не слушал. Я вел себя безрассудно, а расплатилась за это ты. Я удостоверюсь, чтобы это больше не повторилось. — О чем ты говоришь? — Кенна, я ухожу, — с решимостью в голосе говорит Доминик. — Я иду с Сэй, чтобы тренироваться в горах Черного Хребта. Ее люди живут там. — Ты уходишь? — дрожащим голосом переспрашивает Кенна. — Ее люди могут научить меня… по крайней мере, я надеюсь, что они смогут научить меня… контролировать мою силу. Доминик тянется к ее руке, и Кенна не может скрыть дрожь, когда он касается ее беззащитной обожженной кожи. Он отстраняется, отводит взгляд и снова стискивает кулаки. Кенна замечает дым, поднимающийся от его пальцев. — Я должен сделать это, — твердо говорит он, все еще избегая взгляда девушки. — Ради Пяти Королевств… Ради тебя. — Дом… — тихо зовет Кенна. — Я люблю тебя. — Кенна, я тоже тебя люблю. Именно поэтому я должен идти. Кенна подается вперед, чтобы поцеловать Доминика. Он очень нежно прикасается к ее губам. — Это ранит тебя? — спрашивает он, немного отстранившись. — Чуть-чуть… но это того стоит. — Я вернусь. Так скоро, как смогу. Обещаю. До встречи, Кенна. — До встречи, — отзывается девушка, не в силах скрыть свою печаль. Как только Доминик отгибает полог шатра, Кенна замечает стоящую снаружи Сэй. — Сэй, можно тебя на пару слов? Сэй кивает и входит в шатер, в то время как Доминик скрывается из поля зрения Кенны. — Получается, тебе известно о планах Дома? — говорит Сэй, не утруждая себя бесполезными любезностями. — Да. И я хочу сказать тебе только одно… Присмотри за ним. — Постараюсь вернуть его в целости и сохранности, но ничего не обещаю. Дорога полна опасностей. С этими словами она разворачивается и уходит, оставляя Кенну одну. От только что услышанных слов девушке становится не по себе… На следующий день, все еще превозмогая боль, Кенна встречается с Леоном, Аннелиз, Райданом, Рован и Витлоком. — Кому-то столь устрашающему, как вам, не нужно спешить с процессом выздоровления, миледи, — замечает Райдан, когда его взгляд падает на Кенну, вышедшую к ним во всеоружии. — Мы знаем, что вы крепкий орешек. Аннелиз же недовольно хмурит свои черные брови. Ее всегда мелодичный голосок звучит резко: — Тебе следует отдыхать. Кроме того, зачем упускать возможность отдохнуть, пока о тебе весь день заботятся?! — Потому что мы не можем позволить себе такую роскошь, — спокойной отвечает Кенна. — Особенно когда Лютер собирается вернуться намного раньше, чем мы ожидали. — До сих пор не верится, что он готов рискнуть своим флотом в штормовой сезон, — Леон качает головой, мысленно прикидывая возможные риски и потери. — Должно быть, он узнал о наших действиях, направленных против него, — предполагает Кенна. — Что ж, Кенна Райс, каков тогда твой план? — интересуется Рован. — Предполагаю, что он у тебя есть. — План остается прежним: освободить Пять Королевств, а затем отправиться сражаться с Лютером за морем, прежде чем он успеет вернуться. Единственное, что теперь нам нужно выполнить его за шесть недель. По крайней мере, хоть в чем-то Василиос оказался полезен… — Нам известно, что флот Лютера в основном состоит из транспортных кораблей, — сообщает Леон. — Что означает, он не пригоден для битвы, — говорит Кенна. — Если мы столкнемся с ним на воде, ему негде будет развернуться… И мы получим преимущество. — И нам нужен каждый козырь, который мы сможем получить, учитывая, насколько огромна его армия, — добавляет мужчина. — Мы не можем допустить, чтобы он достиг берегов Ликоса и развернул свои войска… — Тогда мы должны со всем разобраться до его возвращения. Сначала мы соберем военно-морские силы, а потом возьмем под контроль Ликос, — твердо произносит Кенна. Немного подумав, она добавляет: — И в то же время мы разработаем противокорабельное вооружение для грядущей битвы. Услышав ее слова, в диалог вступает Витлок: — У меня есть несколько идей, как вывести из строя корабли Лютера. Я не буду создавать оружие, но придумаю что-нибудь, что сможет их обезвредить. — Понимаю, — Кенна согласно кивает. — Витлок, мы ценим твои гениальные идеи. — В Алриэле, приморском городке рядом с Панрионом, есть верфь, — говорит Леон. — Именно оттуда большинство кораблей Лютера. — Получается, — размышляет Кенна, — если нам удастся взять Алриэль, то, быть может, кораблестроители помогут нам. Рован хмурится. Слова Кенны ей совсем не нравятся. — И ты ожидаешь, что жители Алриэля просто будут выполнять ваши приказы после того, как вы ворветесь в их город с оружием наперевес? Кенна Райс, прямое наступление не лучший способ поиска союзников. — Я согласен с этим, — произносит Райдан. — У меня есть шпионы в Алриэле. Ходят слухи, что многие уважаемые члены общины замышляют восстание. Если нам удастся попасть на одну из их встреч, мы могли бы попытаться убедить их присоединиться к нам. Леон довольно хмыкает. — Мы поможем им сражаться, они дадут нам корабли? — говорит он. — Как по мне, это честный обмен. Райдан поворачивается к Кенне: — Вы могли бы послать маленькую группу, путешествующую тайно и без опознавательных знаков, чтобы проникнуть и… — Нет, — прерывает его девушка, мотнув головой. — Я буду говорить с ними лично. — Кенна… — голос Райдана звучит тише, а его взгляд направлен только на девушку, — не хочу вас обидеть, но это не ваше поприще. Нам придется тайком ввозить вас в город. Одно неосторожное слово, одна оплошность, и вам запросто перережут горло. На лице Кенны не дрожит ни один мускул. Она ясным твердым взглядом смотрит на Райдана. — Я готова к трудностям. Скажи мне, что нужно делать. Мужчина тяжело вздыхает. — Чувствую, что вы не собираетесь уступать мне в этом вопросе. — Твои чувства точны как никогда, — отзывается Кенна и одаривает мужчину лучезарной улыбкой. — Что ж, прекрасно. Маскировка должна помочь. Знаю, что времени мало, но если вы можете переодеться во что-нибудь менее… — он окидывает ее одежду оценивающим взглядом, — королевское… Это упростит нам задачу и поможет втереться в доверие к жителям Алриэля. Кенна задумывается о словах Райдана и наконец согласно кивает, прикинув в уме, какой наряд можно надеть. Спустя некоторое время… — Что насчет этого? Кенна появляется перед своими союзниками в простом голубом платье, похожем на те, что носят крестьянские девушки. На ее плечи накинут неприметный светло-серый плащ с капюшоном, а длинные волосы заплетены в две косы и перетянуты лентами в цвет платья. Кенна медленно поворачивается, позволяя союзникам рассмотреть ее наряд. Райдан одобрительно кивает: — Прекрасно. Знаете, из вас получилась прелестнейшая крестьянка. На лице Кенны появляется обаятельная улыбка, а сама девушка приседает в книксене. — Благодарю. Будем надеяться, что из меня также выйдет и убедительная крестьянка. — Тогда начнем наше путешествие в Алриэль? — интересуется Райдан, полностью довольный убедительной маскировкой королевы. — Подождите… — говорит Рован, и все присутствующие поворачиваются в ее сторону. — Я иду с вами. — Ты уверена? — в голосе Кенны слышится неподдельное удивление. — Опасности… — Ничего не стоят в сравнении с тем, с чем мне пришлось столкнуться, пока Василиос правил моим королевством, — решительно произносит Рован, не давая Кенне окончить предложение. — Уверяю вас в этом. Кроме того, если я буду там, я смогу говорить от лица всего Торнгейта. — Тогда вопрос закрыт, — Кенна пожимает плечами. Аргумент Рован кажется ей весомым, поэтому она не видит нужды спорить. Все же Рован такая же королева, как и Кенна, а значит, они равны. — Мы отправляемся сразу же, как наши вещи и провизия будут собраны. Кенна уже собирается распустить совет, как вдруг Леон выступает вперед. Выражение его лица заставляет девушку напрячься. — Есть еще кое-что… — невесело сообщает мужчина, — дело касается Вэл. — А что с ней? — спрашивает Кенна и оглядывается по сторонам в поисках знакомого лица, но не находит женщину среди собравшихся. — Погодите… Где она? — Она отсиживается в лесу с тех пор… — Леон запинается, но быстро находит, что сказать: — ... с тех пор, как ты чуть не сгорела. — Что? Почему мне никто не сказал? Аннелиз тяжело вздыхает. — Тебе следовало отдохнуть после произошедшего, — объясняет она. — Мы знали, что как только тебе об этом сообщат, ты захочешь с ней увидеться и ринешься в лес. — И… это несколько сложно, — добавляет Райдан. — Она точно не была в теплых отношениях с Домиником. — Мы послали за ней солдат. Она не стала ни с кем разговаривать, — сообщает Леон. — Иногда с ней такое бывает. Аннелиз качает головой. — Если интересно мое мнение, — тихо произносит она, — то ей просто нужен правильный человек, с которым можно поговорить. — Вэл одна в Торнгейтском лесу? — переспрашивает Кенна. — Я пойду за ней. С этими словами Кенна покидает замок Торнгейт и отправляется в окружающий его лес на поиски Вэл. Через некоторое время девушка оглядывается по сторонам. «Примерно здесь, как сказал Леон, ее видели в последний раз…» — Вэл! Ты здесь? Ты слышишь меня? — что есть сил кричит Кенна в надежде, что женщина ее услышит и отзовется. — Думаю, любой во всех Пяти Королевствах услышит тебя, — раздается знакомое ворчание откуда-то сверху, затем следует шорох веток… А через мгновение Вэл спрыгивает с дерева и приземляется на ноги прямо перед Кенной! — А вот и ты, — даже не шелохнувшись говорит Кенна, приветливо улыбаясь. — Ага, — буркает под нос Вэл, — вот и я. Почему ты так бестолково одета? — Это долгая история. — Тогда я не хочу знать. В любом случае, что ты тут забыла? — Вэл… — тихо произносит Кенна и заглядывает ей в глаза, — я беспокоилась о тебе. Вэл удивленно моргает. Она ожидала чего угодно, но только не этого заявления. — Ты серьезно? — Конечно. Леон сказал, что ты скрылась здесь сразу же после битвы. Я просто сильно удивилась, когда услышала, что ты настолько расстроилась… Ты не вела себя так после битвы за Стормхолт. — Это другое. — Другое… и в чем? — Скажем так… — Вэл тяжело вздыхает. — Когда ты наемник, проводящий время с мерзавцами вроде Северина, то довольно легко не заботиться о тех, кто тебя окружает. Выживают ли они, умирают ли… все это лишь рутина. — За которую платят монетой, верно? — Верно. Когда ты посреди битвы, тебе некогда думать о чужой шее. Ты просто должен заботиться о своей собственной. Ты не можешь привязываться. Не можешь заботиться о ком-либо, — после этих слов Вэл замолкает и поджимает губы. В ее взгляде легко читается боль. От этого взгляда по коже Кенны ползут мурашки. Вэл делает вздох, заставляя себя продолжить: — Но когда я увидела тебя лежащей там, на холодных камнях… всю в ожогах и без признаков жизни… Ее голос дрожит. Видно, что слова даются ей с трудом. Но вдруг выражение ее лица меняется. Вэл сжимает кулаки и с яростью пинает попавшийся под ногу камушек. — Что ж, сначала я была чертовски близка к тому, чтобы убить красавчика, что поджарил тебя. — Ты напала на Доминкиа? — Кенна вопросительно выгибает бровь и пристально смотрит на женщину своими большими карими глазами. — Я бы заплатила за такое зрелище. Вэл хмыкает, довольная реакцией девушки. — Эй, я готова сразиться с ним в любое время, — заявляет она, но затем откашливается и возвращается к своему объяснению: — Вот тогда-то я и ушла. И пока я отсиживалась тут, осознала кое-что… Сколько бы раз я не говорила себе, что нахожусь здесь только ради своего законного вознаграждения, которое должна получить после всего этого… Она замолкает и смотрит куда-то себе под ноги. Кенна не решает нарушить воцарившуюся тишину, а Вэл не решается продолжать. — … Это не правда, — тихо произносит женщина спустя некоторое время. — Больше не правда. Ты не какая-то там глупая королевская особа, на которой я замышляю заработать деньжат. Кенна расплывается в теплой улыбке. — О-оу, Вэл. — Замолчи, — огрызается Вэл. — Я пытаюсь тут кое-что сказать. Она прочищает горло и продолжает: — Я начала, ну ты знаешь, заботиться о всех этих людях… о тебе больше всех. — Вэл, ты стала мне другом. Вдруг Вэл мотает головой, словно отгоняя льющиеся наружу чувства. — Хорошо, хорошо, — отмахивается она. — Хватит с меня этой сентиментальной ерунды. С этими словами женщина ловко вынимает нож и подносит его к своей ладони. — Эй! Что ты делаешь?! Но Вэл не реагирует на ее слова. Она произносит совершенно невозмутимо: — Королева Кенна… Я, Вэл Гривз, клянусь перед вами. — Ты ведь не собираешься порезать себя, правда? — встревоженно спрашивает Кенна. — Кенна, это клятва на крови. Кровь необходима. Кенна легко кивает. Вэл рассекает ладонь и держит ее перед собой, в то время как алая кровь капает на землю. — Теперь, Кенна, я присягнула тебе на верность. Девушка внимательно смотрит на окровавленную ладонь, а затем заглядывает Вэл в лицо. — Ты готова выиграть это войну? — спрашивает Кенна со всей серьезностью. — Готова? Кенна, да я последую за тобой через три ада и вернусь обратно, если это потребуется. — Хорошо, потому что, судя по тому, как идут дела, это может стать нашей следующей остановкой…