Theater 12.

Фрэнк улыбнулся:  — Ты тоже нужен мне…. И вряд ли это возможно изменить. Хотя, нет. Если ты убьешь мою собаку, то я больше никогда не захочу тебя видеть, — он рассмеялся, очевидно, пытаясь разбавить разговор шуткой. Я и понятия не имел, что у него есть собака. Конечно, мне было известно, что он любит собак, но вот о своей он мне никогда не говорил. — Договорились, — ответил я со смешком. Он все еще улыбался, но на его лице лежала тень неловкости и даже, быть может, стыда. С того момента, как я признался ему, он еще ни разу не смотрел в мои глаза. — Фрэнк…. Ты в порядке? — тихо спросил я. Тогда он все же взглянул на меня. Искра в его глазах исчезла, она заменилась на стыд. Мне сложно было осознавать это. Я не смог сдержаться и заключил его в объятия. Я еще раз повторил его имя, крепко обвивая руками. Я сказал: — Ничего, абсолютно ничего не заставит меня думать о тебе плохо. Мне не важно, натурал ты или гей, белый или темнокожий, высокий или низкий, я всегда буду здесь для тебя. И сейчас я обещаю тебе это. Фрэнк Айеро, я, Джерард Уэй, обещаю тебе никогда не осуждать тебя или оставлять тебя. Я не такой человек. Я редко сближаюсь с людьми настолько, но сблизился с тобой и Майей. И очень этим дорожу. Это, наверное, было слишком? Я никогда до этого не имел разговоров вроде этого. Фрэнк, который неподвижно сидел все то время, пока я говорил, обхватил меня руками, делая наши объятия взаимными. Он снова взглянул на меня и улыбнулся, и теперь в его глазах снова промелькнула эта знакомая мне искорка. — Не знаю, чем я заслужил такого друга как ты, Джерард. — Каждый день я задаюсь тем же вопросом насчет тебя, — ответил я. Мы разорвали объятия и теперь сидели, бросая друг на друга короткие взгляды. — Извини, что сбежал от тебя, — тихо проговорил Фрэнк. Я понял, что до этого, возможно, у него был плохой опыт в похожей ситуации. Именно поэтому я настойчиво пытался убедить его, что для меня все это не важно. — Не извиняйся, я уверен, что на то у тебя были причины. — Да, но я должен был догадаться, что ты не станешь вести себя так, как я ожидал. — Все хорошо, Фрэнк. Честно. Я понимаю, — сказал я, опуская взгляд на свои наручные часы, — Смена закончилась. Пойдем в тот магазин комиксов. Ты же не передумал, правда? — я поднялся на ноги, говоря это. Он кивнул мне в ответ и протянул мне руку, чтобы я помог ему подняться с пола. Я сжал его ладонь и потянул его на себя, помогая встать. — Конечно, — сказал он, пока я возился с замком, — Джерард? — позвал он меня, когда моя рука уже коснулась ручки, чтобы открыть дверь. Я оглянулся на него, уже было открыв рот, чтобы спросить «что?», как он снова обнял меня. — Спасибо тебе, — сказал он тихо, выпуская меня из своих рук и выходя из подсобки. Я ничего не ответил, просто последовал его примеру. Вскоре мы оказались в магазине комиксов, который был абсолютно безлюден. — Как думаешь, еще не слишком поздно для того, чтобы достать где-нибудь еду? — спросил я, когда Фрэнк подходил к кассе. — У меня есть секретное оружие, — ответил он с улыбкой на лице. — Привет, Фрэнки, — поприветствовала его с улыбкой девушка, стоявшая за стойкой. Тут же она откуда-то достала целую стопку комиксов. — Только никому не говори, что я сделала это для тебя. Иначе у меня будут неприятности, — сказала она, подмигивая ему. Фрэнк улыбнулся ей, и они обняли друг друга через кассу. — Ты лучшая, Лили, — она улыбнулась в ответ на его слова. — Так кто же твой друг? Вот этот, милый и загадочный, — спросила она, смотря на меня. Фрэнк рассмеялся, пока оплачивал покупку. — Его зовут Джерард, и даже не думай об этом. Он не за ту команду играет. Она вздохнула. — Почему все милашки обязательно должны быть геями? Я все это время смотрел по сторонам, стараясь не сталкиваться с ней взглядами. — Не беспокойся, Лили. Однажды ты встретишь своего милашку-натурала, — улыбнулся он и отошел от стойки. Мы прошли в конец магазина и уселись за стол. — Вот, — Фрэнк протянул мне два комикса. Мои глаза расширились, когда я увидел обложку первого. Это было ограниченное издание Людей-Икс. Всего в стране издали около трехсот таких копий. — Фрэнк, как ты это сделал? Они издали всего триста копий! Он улыбнулся: — Я же сказал тебе, у меня есть секретное оружие. И я знал, как сильно ты любишь Людей-Икс, так что просто не мог не достать их для тебя. Я был поражен настолько, что прижал подарок Фрэнка к груди и поблагодарил его, наверное, тысячу раз. На это он просто улыбнулся и сказал, что рад, если они мне понравились. Так оно, конечно, и было. Он продолжал улыбаться, листая один из комиксов, который купил для себя. Я, конечно, просто не мог открыть комикс о Людях-Икс здесь, поэтому взялся за второй, подаренный Фрэнком. Это тоже одна из моих любимых серий. Кажется, он обращает внимание на то, что мне нравится. Это заставляет меня ликовать внутри. Стоп. Это, наверное, тоже слишком. — Так…. — сказал он, все еще перелистывая страницы. Я поднял на него взгляд, ожидая, что он скажет дальше. — Да? — Когда ты понял? Когда ты осознал, что ты гей? — с абсолютно невозмутимым видом спросил он. — Оу. Я…. Это заняло много времени, — я остановился, прежде чем продолжить, — В старшей школе мы с друзьями всегда обсуждали девушек и разглядывали всякие журналы. Это никогда не имело на меня влияния. Я думал, что те девушки, которых мы рассматривали, возможно, просто были не в моем вкусе. Ну, знаешь, отфотошопленные с идеальной кожей и телом. Так что я не придавал этому особого значения. Я не хотел, чтобы меня считали странным, так что просто подыгрывал им. Притворялся, что мне нравится и все такое. Так было до последнего года. Мне пришлось ходить в зал на занятия, иначе я бы просто не выпустился. Все сначала было хорошо, но потом я стал все чаще ловить себя на том, что пялился на других парней в раздевалке. И это было то чувство, которое я должен был испытывать при просмотре обнаженных дам в журналах с друзьями до этого. Я не мог поверить, что мне нравятся парни…. Я не хотел давать окружающим еще один повод для издевок. Я не хотел быть другим, не таким, как они. Так что я вновь убедил себя, что все не так, как оно есть. Это не было полностью ложью. Я правда не хотел постоянно пялится на парней, больше меня охватывала зависть насчет того, какие они все красивые и подтянутые. После школы я не был так уж занят, так что стал думать об этом в тысячу раз больше. Я решил, что буду честен и попытаюсь разобраться в себе. Так что как-то решил просмотреть кучу фото и видео, сам знаешь, какого характера. Я пересмотрел все, что можно было, если честно. И это «чувство» вызывали только парни. Женщины меня вообще не интересовали. Так я пришел к этому. Фрэнк смотрел на меня, избегая зрительного контакта. Я боялся, что опять поставил себя в неловкое положение перед ним. Или заставил его чувствовать себя неловко. Не знаю, целый рой мыслей проносился в моей голове в этот момент. Почему же он не смотрит мне в глаза? — Фрэнк? — прошептал я. Вот. Наконец-то посмотрел. — Вау, Джерард. Я впечатлен тем, что ты доверяешь мне достаточно, чтобы делиться этим. Я знаю, что это не просто. Спасибо тебе. — Ты не…. Чувствуешь себя неловко, правда? — нервно спросил я. — Нет, конечно, нет. Вообще-то, я еще не чувствовал себя таким близким тебе, — сказал он, накрывая мою ладонь своей. Мне пришлось опустить взгляд вниз, чтобы волосы прикрыли лицо, потому что ярко-красный цвет только что точно начал появляться на моих щеках. Я думаю, он понял, что я не чувствую себя комфортно, поэтому быстро убрал руку. Слабая улыбка появилась на его лице, когда я снова взглянул на него. Очевидно, он заметил, что я покраснел. — Здесь жарко, — пробормотал я в надежде, что этого оправдания будет достаточно. Его улыбка вдруг стала шире, и я мысленно дал себе пощечину. Конечно, причина была неубедительна. — Так…. Что насчет тебя? Когда ты понял? — спросил я, переводя тему. Его улыбка исчезла, и он прокашлялся. — Ну…. Я понял в средней школе. Я был на вечеринке, мы играли в бутылочку. Была моя очередь, и бутылка остановилась на парне, которого звали Брэндон. Мы взглянули друг на друга и поняли, что оба нервничали. Я, вообще-то, не хотел целовать его. Но до этого целовались две девочки, поэтому мы не могли отвертеться. Кроме того, это прекрасное зрелище для толпы. Все подначивали нас, так что я подсел ближе к нему. Я не хотел, чтобы он чувствовал себя обязанным, но, к моему удивлению, он поцеловал меня первым. По правилам поцелуй должен был быть не меньше трех секунд, пока все считают вслух. Но он продлился дольше. Невинный поцелуй превратился во что-то большее. Я не мог остановиться и действительно наслаждался моментом. Позже мы поговорили с ним об этом, и он признался, что ему тоже понравилось, но он не знал, нравятся ли ему парни. Я не думал, что я гей после этого. Так я ему и сказал, добавив, что мне, конечно, понравилось. Мы решили поэкспериментировать, чтобы точно понять. И…. Вот он я. Он закусил губу в ожидании моей реакции. — Так что произошло? С тобой и Брэндоном? — я не знал, могу ли задать такой вопрос, но все равно сделал это. — О, между нами не было чувств. Только страсть. Мы были в отношениях какое-то время, но это был просто секс. Это было частью нашего изучения самих себя, понимаешь? Все изменилось, когда мы перешли в старшую школу. Я ничего на это не ответил, так что какое-то время мы просидели в тишине. Я осмотрелся вокруг и заметил, что и за пределами магазина все пусто. Хорошо, что мы избежали толпы. В моей голове зрела тысяча вопросов, но я не хотел доставать ими Фрэнка, поэтому продолжил осматривать все вокруг. Тут я заметил девочку, которая зашла в магазин со своим отцом. Она тут же ринулась к полке с комиксами про Бэтмена. Ее глаза светились, пока она прыгала от счастья. — О, пожалуйста, пап? Пожалуйста? — я слышал, как она уговаривала отца. Я заметил в его глазах грусть, когда он присел рядом с ней. — Извини, принцесса. Нам хватит только на подарок для дня рождения твоего брата. Обещаю, что куплю его тебе, как только смогу. Ее глаза наполнились слезами, и она медленно кивнула. Это было очень грустное зрелище. Я знаю, каково это, не иметь достаточно средств для покупки чего-то важного для тебя. Фрэнк заметил, что я погрузился в себя и спросил, о чем я думал. Я поднялся с кресла, а он пошел за мной следом. Пока отец и дочь ушли в другую часть магазина, я взял тот комикс и направился к Лили за кассой. — Бэтмен? Ты же уже читал этот? — спросил он, когда я положил комикс на стойку. Лили улыбалась, пока пробивала его. После того, как я заплатил за него, то убедился, что девочка все еще неподалеку. — Эм…. Не могла бы ты отдать его той маленькой девочке с отцом? Я видел, что она хотела его, но они не могут купить его. И шоколадку тоже, пожалуйста, — сказал я, протягивая ей батончик. Они оба смотрели на меня со странным удивлением. — Что? — непонимающе спросил я. — Это так мило, — одновременно протянули они. — Просто я понимаю, каково это и, пока могу помочь, делаю это. — Милый и заботливый. Почему тебе обязательно нужно быть геем? — с разочарованным вздохом проговорила Лили. Я немного покраснел и заметил, что отец с дочерью направляются в сторону кассы. — Было приятно познакомиться с тобой, Лили, — быстро проговорил я, а потом вытащил Фрэнка из магазина. — Почему ты сам не отдал ей все? — спросил Фрэнк, когда мы шли по пустой парковке торгового центра. — Не знаю. Не хочу, чтобы это было напоказ, наверное, — тихо ответил я. Фрэнк разразился умилением и звуком «у-у-у», а потом толкнул меня локтем в плечо. Я рассмеялся и оглянулся назад, когда услышал счастливые визги девочки где-то позади. Это была та самая девочка. В одной руке она держала пакет с логотипом магазина комиксов, а другой держала руку отца. Я случайно встретился взглядом с мужчиной и развернулся, чтобы продолжить идти. Тут же они оказались позади нас. — Извините? — сказал он, касаясь моего плеча. Мы с Фрэнком обернулись, когда он спросил, были ли мы в магазине комиксов. Я был слишком смущенным, чтобы ответить что-то, поэтому Фрэнк сделал это за меня. — Вы не должны были, но спасибо. Вы сделали день моей дочери в сто раз счастливей, — он протянул мне ладонь для рукопожатия, и я неуверенно пожал ее. Девочка обвила мои ноги руками, крепко сжимая их в объятьях. — Спасибо! Спасибо! Спасибо! — счастливо повторяла она, улыбаясь. Он расцепила руки и я присел рядом с ней. — Не за что. Но ты должна мне кое-что пообещать, ладно? Обещай, что будешь хорошо с ним обращаться, — сказал я, улыбаясь ей. — Обещаю! — торжественно ответила она, снова обнимая меня. Я слегка обнял ее в ответ. После этого ее отец еще раз поблагодарил меня, а потом они ушли. Это был хороший день.