Theater 12.

Был вечер накануне дня рождения Фрэнка, и я бегал по дому, чтобы убедиться, что все готово. Знаю, что это, наверное, выглядело клишированно, и я, вероятно, переборщил с подготовкой, но все должно было быть идеально. К счастью, Майки уже ушел, так что некому было поставить под сомнение мою постоянную суету и уборку. Наш дом не был очень грязным, так что это не заняло много времени. Я просто пропылесосил и вытер все вокруг. Не знаю, почему почувствовал потребность в уборке; не то, чтобы Фрэнк должен был прийти в первый раз. Но почему-то я ничего не мог с собой поделать. Моя комната была грязнее и, вероятно, важнее всего. Повсюду валялась грязная одежда, на полу были скомканные листы с набросками, в самых разных местах лежали комиксы. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем вся грязная одежда оказалась в стирке, все скомканные наброски — в мусорном баке, а комиксы аккуратно сложены на столе. Я вздохнул и присел на край кровати. Фотография бабушки привлекла мое внимание, и я взял рамку в руки. Посмотрел на фотографию и вспомнил обстоятельства ее съемки. Бабушка только что сводила меня в кафе-мороженое в мой день рождения. Мы стояли перед большим дубом, держа наши рожки с мороженым. Я улыбнулся про себя, когда прекрасное воспоминание пронеслось в моей голове, и провел пальцем по фотографии. — Ты бы полюбила Фрэнка, бабушка, –я сделал паузу и позволил этой мысли промелькнуть у меня в голове. Я мог представить себе их встречу: Фрэнк стал бы очень нервничать, и она бы увидела это. — Он такой идеальный, бабушка… он все, что я когда-либо хотел. Как будто ангел послал его сверху. Неужели ты это сделала? Мое сердце сжалось, а дыхание стало неровным. Мне так ее не хватало. Прежде чем я понял, что происходит, из моих глаз выкатилась слеза, и я прижал рамку с фотографией к груди. Я тихонько всхлипнул и вернул рамку обратно в поле зрения. — Я скучаю по тебе, бабушка, — поцеловал верхнюю часть рамки, прежде чем медленно положить ее в ящик стола. Она будет там только до тех пор, пока не закончится день рождения Фрэнка. Вернувшись к своей кровати, я лениво повалился на нее. Глядя в потолок, думал обо всем, что хотел бы рассказать бабушке. Или спросить ее, я хотел бы спросить ее о многом. Я мог поверить, что она послала Фрэнка в мою жизнь. Он был всем, чего она хотела для меня. Ей нужен был кто-то, кто ставил бы мои потребности на первое место, кто всегда был бы рядом со мной, — кто-то вроде Фрэнка. Слезы беззвучно катились по моим щекам, пока я продолжал думать о том, что было бы, если бы бабушка была здесь. Я был так погружен в свои мысли, что не слышал, как кто-то вошел в мою комнату. — Сюрприз! Джерард? Ты в порядке? — внезапно Фрэнк оказался у кровати и посмотрел на меня сверху-вниз. Я быстро вытер заплаканное лицо и сел; улыбнулся про себя, поскольку не мог не задаться вопросом, имеет ли бабушка какое-то отношение к его появлению из ниоткуда. Казалось, что она могла так поступить. Я мог себе представить, как она это говорит: — Иди проверь Джерарда, ему грустно, и нужен друг. Когда я улыбнулся, озабоченное выражение лица Фрэнка смягчилось, но он все еще выглядел обеспокоенным. — Почему такой спонтанный визит, Фрэнки? — Я не знаю, просто почувствовал, что хочу увидеть тебя. И это хорошо, что я так поступил, ты в порядке? Я тихо рассмеялся и посмотрел вниз, как раз когда упало еще несколько случайных слез. Я вытер их и посмотрел на Фрэнка. — Могу я тебе кое-что сказать? Но ты должен пообещать, что не подумаешь, что я сошел с ума. На лице парня появилась легкая улыбка, и он положил свою руку на мою. — Я уже думаю, что ты сумасшедший, — тогда мы оба рассмеялись, — Обещаю, — сказал он и сжал мою руку. Я помедлил с минуту, не совсем уверенный, как он отреагирует. — Думаю, моя бабушка послала тебя мне, — я избегал его взгляда, когда говорил, и довольствовался тем, что смотрел на свои колени. Когда Фрэнк ничего не сказал, я, наконец, поднял на него глаза. Он выглядел таким… растроганным. Будто я только что сделал ему самый приятный на свете комплимент. Он открыл рот, чтобы заговорить, но не смог произнести ни слова. — Я знаю, что это довольно глупо… — начал я, но парень быстро покачал головой и прервал меня. — Нет, нет. Боже, это самая милая вещь, которую мне когда-либо говорили. Я… как же так? Я имею в виду, почему ты так думаешь? Я застенчиво улыбнулся и снова посмотрел на свои колени. — Это просто… когда я был моложе, она всегда говорила, что «однажды ты повстречаешь кого-то, бла-бла-бла…. И ты будешь чувствовать себя бла-бла-бла», — и я просто... с тобой все так, как она говорила… И я чувствую все, что она сказала, когда я с тобой, — я сделал паузу и продолжал улыбаться, прежде чем закончил, — А теперь, вот я весь такой грустный… и ты внезапно приходишь, потому что у тебя было «чувство»… просто такое ощущение, что она сделала это… Вскоре рука Фрэнка была у меня под подбородком, и он поднял мою голову, чтобы наши взгляды встретились. Искорка ярко сверкнула в его глазах, и он наклонился, чтобы поцеловать меня. — Я люблю тебя, — прошептал парень мне в губы. Я улыбнулся и снова притянул его в поцелуй, переместив свое тело так, чтобы я мог обхватить его руками. Вскоре мы оба упали на кровать и просто лежали, глядя друг на друга. Я изучал черты его лица, как делал это уже миллион раз. Он может быть ангелом, и я не удивлюсь, если это так. — Ты уверен, что ты настоящий? — тихо спросил я, чем заслужил улыбку Фрэнка. — Я думал об этом в тот день, когда впервые заговорил с тобой. Я подумал: «А этот парень действительно настоящий? Неужели этот восхитительно неуклюжий, застенчивый, привлекательный мужчина реален? Или же его выдумало мое сумасшедшее воображение?» Я слегка улыбнулся и отвел взгляд от его глаз: его комплименты всегда заставляли меня краснеть, и я не хотел, чтобы Айеро это заметил. Хотя, конечно, он всегда замечал. Парень драматично глубоко вздохнул, прежде чем продолжить свои мысли. — А потом я увидел тебя голым. И подумал: «Черт возьми, я определенно выдумал этого красивого мужчину. Я определённо придумал этого человека, полного идеальных несовершенств, с его молочно-белой кожей, мягкой на ощупь. Это не только прекрасное тело, но и прекрасная душа, которая почему-то не видит, насколько он совершенен». — Фрэнки, стоп, — заскулил я, чувствуя, как мои щеки горят ярким румянцем. Он улыбнулся и не смог удержаться, чтобы не добавить еще одну фразу. — Самый наивный и скромный человек, которого я когда-либо встречал. Я быстро сократил расстояние между нами, и наши губы нашли друг друга. В конце концов мы отстранились и сели на кровати. — Пожалуй, мне пора идти. Майя терпеть не может, когда я опаздываю. Фрэнк рассказывал мне, что еще со школы Майя всегда оставалась у него на ночь накануне его дня рождения. У них был ритуал перед днем рождения, который включал конфеты, газировку и настольные игры. — Я зайду за тобой утром, хорошо? И мы пойдем за блинчиками, — он улыбнулся и заключил меня в объятия. — Спасибо, что пришел, Фрэнк. Он отстранился, улыбнулся мне, а потом встал на цыпочки и поцеловал меня на прощание. — Напиши мне, когда вернешься домой, ладно? — Я так и сделаю. Пока, Джи, люблю тебя. — Я тоже люблю тебя, Фрэнки. Вскоре я снова остался один и быстро снял с кровати простыни и одеяла. Они не были действительно грязными, но на самом деле все остальное, что я сделал за сегодня, было слишком, так что можно было бы сделать и это тоже. Когда я отнес белье в стиральную машину, то с облегчением увидел, что моя предыдущая одежда уже постиралась. Я быстро бросил мокрую одежду в сушилку и положил простыни в стиральную машину. Я нашел чистые простынь и одеяло и застелил постель. Было уже довольно поздно, и я не хотел ждать, пока высохнут мои собственные простыни. После этого я решил проверить, есть ли у меня все необходимое для завтрашнего дня. Заглянул в шкаф и убедился, что юбка, колготки в сетку и косметика на месте. Я решил просто надеть обычную рубашку поверх всего: у меня действительно не было других вариантов, плюс я хотел бы выглядеть немного мужественным. Я также проверил аптечный пакет, который принесла мне Линдси. Его содержимое было важным для завтрашней ночи. Мне было слишком неудобно идти в магазин, чтобы купить все это, как бы жалко это ни звучало, поэтому Линдси сделала это за меня. Я был так благодарен Линдси. Все подарки Фрэнка теперь были выстроены в ряд на столе, а мой костюм для Хэллоуина лежал на стуле. Наконец-то все для завтрашнего дня было готово. Я быстро переоделся в пижаму и прыгнул в постель. Завтрашний день будет идеальным.

***

Противный писк пронзил мою тревогу, вырывая меня из сна. Я тихо застонал и нажал кнопку повтора. Прошло несколько секунд, прежде чем я вспомнил, какой сегодня день. Это же день рождения Фрэнка! От осознания этого меня пронзила волна энергии, и я вскочил с кровати. Я практически побежал на кухню, но остановился, увидев Майки, сидящего за столом. Однако, он заметил мою спешку и тихо засмеялся. — Ну и что же? Я просто не видел тебя таким счастливым с тех пор, как мы были детьми, это здорово. На моем лице появилась легкая улыбка, и я направился к кофеварке. Прежде чем я успел ответить Майки, он снова заговорил: — О, и я также не видел, чтобы ты вставал так рано с момента дня выпуска этого проклятого комикса 11 лет назад. — Сегодня День Рождения Фрэнка… мы будем есть блины…. Он только рассмеялся и продолжил то, что делал, пока я готовил кофе. Энергетический кайф, который я испытал всего несколько минут назад, вскоре исчез, и теперь я с трудом держал глаза открытыми, пока кофе начал готовиться. Я устало вздохнул и сел рядом с Майки. — Итак… ты останешься сегодня у Майи, да? — я старался говорить как можно бесцветнее, но, конечно, это не сработало. Прежде чем ответить, на его лице появилась легкая ухмылка. — А что, ты хочешь, чтобы я убрался из дома? Ох, он точно знал, почему я хочу, чтобы он ушел, в этом я был уверен. Он просто хотел поиздеваться надо мной. — Н-нет, конечно, нет. Я просто подумал… — А Фрэнк останется ночевать? — Э-э, да… а что? — Тогда я, определенно, останусь у Майи, — он засмеялся, и я избегал его взгляда: было странно говорить об этом с младшим братом. К счастью, кофе был готов, так что я быстро вышел из кухни. Я выпил горячий напиток в рекордно короткие сроки и забрал простыни из сушилки. С новой порцией энергии, бурлящей в моих венах, я побежал в свою комнату. (Да! На этот раз я действительно бежал! Я же говорил, что смогу это сделать (;) Я чувствовал себя чертовски фантастически после того, как достиг вершины лестницы. Застелив свою постель — можно даже сказать, идеально — я направился в ванную, чтобы принять душ. Постарался помыться быстро, но тщательно. За несколько дней до этого я купил свой собственный «модный гель для душа», так что мне не придется использовать тот, который принадлежит Майки. Он пах очень хорошо; я знаю, что это, вероятно, не имеет большого смысла, но он просто пах мной. Знаю, это странно. После того, что казалось вечностью, я наконец закончил. Быстро обернул полотенце вокруг талии и поспешил обратно в свою комнату, взял костюм священника и положил его на кровать. В оригинальном костюме были свободные черные брюки, но Фрэнк настоял, чтобы я поменял их на пару по его выбору. Они были заменены чрезвычайно узкой парой черных джинс. Я не знаю, как он ожидал, что я надену их, и, честно говоря, мне, вероятно, следовало бы примерить их раньше, но, конечно же, я этого не сделал. Я запер дверь и снял с пояса полотенце. Быстро вытершись, бросил полотенце в корзину для белья. (Вероятно, это был первый раз, когда я ее использовал). Я достал пару свежевыстиранных боксеров и надел их. Очень надеюсь, что смогу надеть эти штаны. Я просунул туда одну ногу и начал тянуть ткань. В конце концов моя нога полностью оказалась внутри, и я принялся за другую. Вскоре я понял, что если мне удастся надеть их полностью, то боксеры будут скомканы и станут неудобными. У меня были только боксеры… а что еще я должен был надеть под это? Я вздохнул и начал стягивать штаны, когда понял, что не стану ничего надевать под них. Бьюсь об заклад, Фрэнк знал, что так произойдет, и даже планировал это. Что ж, это будет новый опыт. Я снял свои боксеры и отложил их в сторону, прежде чем снова попытаться натянуть штаны. Это была борьба, настоящая борьба. Как ни странно, в верхней части брюк было больше места. Не очень много, но достаточно, чтобы не перекрыть кровообращение в ногах. Они не были похожи ни на одни из узких джинсов, которые у меня были — они были намного теснее. Мне и так было довольно неуютно, но если Фрэнк хотел именно этого, я так и сделаю. Я немного пошевелился и разобрался с некоторыми вещами, прежде чем осторожно застегнуть молнию и пуговицу джинс. Прошелся по комнате и вытянул ноги, а потом подошел к зеркалу и посмотрел на себя. Святые угодники, моя задница выглядит фантастически! Несколько мгновений я стоял, как вкопанный, прежде чем обратить внимание на переднюю часть джинс. Я… похоже, что я даже не был одет в джинсы. Я застонал и попытался сохранить хотя бы немного достоинства. Когда я, наконец, немного успокоился, то быстро натянул черную рубашку. Белый воротничок было довольно трудно надеть; я не был уверен, было ли это потому, что это действительно было трудно сделать, или я просто чертовски нервничал. Мои руки слегка дрожали, но, в конце концов, я сумел зацепить эту чертову штуку. Следующее, и последнее, что нужно было поправить, было моими волосами. Обычно мне было все равно, как они выглядят, но сегодня я хотел, чтобы они выглядели красиво. Я вытащил фен и начал сушить волосы. Это не заняло слишком много времени, в основном потому, что я потратил так много времени на костюм, так что они уже начали высыхать. Как только закончил, я пропустил пряди сквозь пальцы — волосы были мягкими и пушистыми. Я встал перед зеркалом и глубоко вздохнул. После краткой ободряющей речи, которую я пробубнил сам себе, схватил свой бумажник и ключи. — Пока, Майки! — крикнул я, выходя из дома. Черт, эти штаны были действительно неудобными. Я сел в машину и направился в сторону «Сейфуэя». Я хотел начать день рождения Фрэнка правильно. Я получил несколько пристальных взглядов, когда вошел в магазин. Не сомневаюсь, что это из-за моих обтягивающих джинсов и воротничка священника. Интересно, думал ли кто-нибудь из них, что я настоящий священник? Я подошел к цветочному отделу и изучил множество вариантов цветов. Подойдут ли розы? Не будет ли это слишком? Я решил, что розы будут идеальными, и взял дюжину. А еще я нашел несколько праздничных шариков и взял все, что могли бы понравиться Фрэнку, что в сумме составило 8 воздушных шаров. Надеюсь, я не перегибаю палку, просто хочется, чтобы его день рождения был особенным. Потому что он очень особенный. Было еще довольно рано, так что в очереди к кассе стояло не так уж много людей. Кассир с любопытством разглядывал мой наряд. — Так ты настоящий священник или это костюм? — наконец заговорил он и протянул мне сдачу. — Ну, эти цветы и воздушные шары для моего парня. Он рассмеялся, прежде чем кивнуть головой. — Понял, ироничный костюм Хэллоуина, мне это нравится. Моя девушка собирается стать демонической монахиней. Я должен был стать священником, это был бы идеальный парный костюм. — Мой парень будет вампиром. Это действительно не имеет смысла, как костюм для пары, но это сделало его счастливым. Так что я тоже счастлив. — Это здорово. Эй, хорошего дня. Я поблагодарил его и вышел из магазина. Следующая остановка — дом Фрэнка. Я подъехал на место и занервничал еще больше. А что, если ему не понравятся цветы? А что, если он решит, что воздушные шары — это слишком? Не успел я опомниться, как уже припарковался у его дома. Сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться, а потом немного повозился с волосами, прежде чем взять цветы и воздушные шары. Какого хрена я так нервничаю? Медленно подойдя к двери, я громко постучал три раза. Дверь открылась почти мгновенно, и на пороге появился очень довольный Фрэнк. — С Днем рождения, Ф-Фрэнк… — мой голос дрожал, а руки дрожали, когда я протягивал ему цветы. Его счастливое выражение лица сменилось чем-то непонятным, и парень заговорил: — Ты… ты купил мне цветы? Я не смог разобрать эмоции в его голосе и решил, что все плохо. — Это слишком, да? Прости, что я… это глупо, я знаю- — Нет, Джерард! Никто никогда не покупал мне цветы раньше, я их очень люблю! Я вздохнул с облегчением, когда он заключил меня в объятия. — Это самая милая вещь, которую кто-либо когда-либо делал для меня… — пробормотал он, прижимаясь к моей груди и крепче сжимая. — Ты уверен, что это не слишком? Я просто хотел сделать твой день особенным… Все это было так ново для меня, что я понятия не имел, не слишком ли стараюсь. И я все еще нервничал, отчего мой голос дрожал каждый раз, когда я говорил. Фрэнк вырвался из объятий и улыбнулся мне. — Это прекрасно, ты прекрасный. Он быстро встал на цыпочки и поцеловал меня, прежде чем затащить внутрь. Тут он заметил воздушные шары и улыбнулся, глядя на них. Он счастливо вздохнул и посмотрел на меня. — Это уже самый лучший день рождения. Я улыбнулся ему. — Он еще даже не начался. Он обнял меня и снова счастливо вздохнул: — Я так сильно люблю тебя. Я крепко обнял его и поцеловал в макушку. — Я тоже люблю тебя. Фрэнк бросился на кухню за вазой для цветов и вскоре переключил свое внимание на мой костюм для Хэллоуина. Его взгляд задержался на джинсах. — Ты сделал это нарочно, не так ли? — О черт, ты меня раскусил, — ответил он с сарказмом. — Я не смог ничего надеть под них, Фрэнк! Это не совсем удобно. Он очаровательно хихикнул и положил руки мне на бедра. — В том-то и дело… нижнее белье как бы все разрушает… — кончики его пальцев медленно опустились вниз, и он посмотрел на меня своим дурацким взглядом. Мои штаны просто не могли стать теснее, но если бы они могли, то стали бы прямо сейчас. — Фрэнк, только десять утра… — Знаю… — ответил он и прикусил нижнюю губу. Черт возьми, если это то, чего он хочет, то он это получит. В одно мгновение я прижался губами к его губам и обнял его за талию. Парень повторил мои действия и потянул меня к дивану. Через несколько секунд я повалился на диван и рассмеялся, когда моя спина соприкоснулась с ним. — Фрэнк… нет, позволь мне…. Он начал стягивать с меня джинсы. За впечатляюще короткое время Фрэнк стянул мои джинсы достаточно низко, чтобы они оказались на моих бедрах. — Именно этого я и хочу. — Но ведь сегодня твой день рождения, я должен… О, Боже. — Я потерял дар речи, когда его рука схватила меня, и его рот начал сосать головку. — Фрэнк… ах… — я вцепился в диван и откинул голову назад, а Фрэнк все время проводил языком по уретре. Я обнаружил, что его имя каждую секунду слетает с моих губ. Он все еще не двигался, и в этот момент я отчаянно нуждался в большем. — Фрэнк… пожалуйста… еще… — через несколько секунд он подчинился, взяв еще больше в рот и резко сжав мои бедра. Я даже не мог больше произнести его имя, вместо этого из меня вывалилась куча перепутанных слов. Клянусь, в какой-то момент я почувствовал, как он улыбнулся, и одно это движение заставило мои бедра дернуться вперед. Тело Фрэнка покоилось на моих ногах, а его руки все еще крепко сжимали мои бедра, удерживая их неподвижными. Вскоре он убрал одну руку с моего бедра, затем она последовала за губами, не оставляя ни сантиметра нетронутой кожи. Парень громко застонал надо мной, посылая вибрации по всему моему телу. Знакомое чувство начало формироваться в нижней части моего живота, и я попытался предупредить Фрэнка, что был близко. Мне удалось выговорить половину его имени, когда он начал стонать вокруг меня. Через несколько секунд я с тихим стоном кончил ему в рот, а потом закрыл глаза и тяжело вздохнул, когда Фрэнк подошел и посмотрел на меня сверху-вниз. — Спасибо за цветы, Джи… — прошептал он и нежно поцеловал меня в щеку. — Я… да. Мой разум все еще был настолько затуманен, что я не мог сформулировать полное предложение. Я почувствовал его улыбку на своей щеке и медленно начал приходить в себя. — Ты не должен был этого делать. Я принес тебе цветы не для того, чтобы ты это сделал… я просто хотел сделать твой день особенным. Он снова улыбнулся и поднял голову, чтобы встретиться со мной взглядом. — Знаю, и именно поэтому я это сделал. Ты ничего не ждал взамен, и именно поэтому ты так этого заслуживал. К тому же… мне очень нравится это делать. Я улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать его. — Позволь мне отплатить тебе тем же, — пробормотал я ему в губы. Он покачал головой и слез с меня. — Я хочу блинчиков. Я тихонько рассмеялся и снова натянул штаны. — Ты уверен? — Да! — с этим он бросился в свою комнату, чтобы надеть костюм вампира. Несмотря на его просьбу просто сходить за блинами, мне очень хотелось отплатить ему тем же. Мне тоже это нравилось. Я быстро прошел в его комнату. Он как раз натягивал штаны для своего костюма. У него были свободные брюки, это не очень честно. Я подошел к парню и перекинул его через плечо, а затем направился к его кровати. Сначала он ахнул, но вскоре это сменилось хихиканьем. — Джи, нет, — заскулил он, когда я бросил его на кровать. — Мне это тоже нравится. Быстрым движением я стянул с него штаны. Он был довольно возбужденным, и я поднял бровь, глядя на него. — О-о, пф-ф-ф, а чего ты ожидал? Я только что отсосал тебе, это было чертовски горячо. Хихиканье сорвалось с моих губ, и я наклонился, чтобы поцеловать его. — Плюс те звуки, которые ты издавал, Джи. Еще один смешок вырвался наружу, и я обхватил его рукой. У него перехватило дыхание, и он крепко сжал мою руку. — Я хочу блинчиков…. — Ты хорошо повеселился, а теперь я тоже хочу. Он стал полностью твердым довольно быстро для того, кто просто хотел «блинчиков». Я встал и потянул его к краю кровати, прежде чем опуститься на колени на пол. Его ноги свисали с кровати, и я быстро вернул свою руку в прежнее положение. Я немного переместил свое тело, так что мог сидеть или стоять, или делать все, что мне было удобно, черт возьми. Фрэнк что-то пробормотал, но я ничего не разобрал. Поэтому вместо этого я просто быстро провел по нему языком, прежде чем полностью взять его в рот. — Ох… ах… Джерард, почему… — он продолжал скулить и ругаться, но через несколько секунд из его рта вырвалась целая фраза. — Джи, это… Ох, я сейчас весь вспотею, и это испортит мои волосы, и, ах… Это испортит мой вампирский вид, — его слова застали меня врасплох, и, прежде чем я успел остановить себя, смех попытался вырваться из моего рта, что, конечно же, привело только к тому, что я задохнулся и быстро отстранился. Я несколько раз кашлянул, но вскоре это перешло в смех, и я посмотрел на Фрэнка. — Серьезно? Серьезно, Фрэнк? — от непрерывного смеха у меня на глаза навернулись слезы, а может быть, это был приступ рвоты. В любом случае из моих глаз текли слезы. — Не смейся! — закричал он, хотя сам уже начал смеяться. Я быстро взял себя в руки и покачал ему головой. — Ты такой смешной, а теперь дай мне закончить. Прежде чем он успел снова заговорить, я уже вернулся к делу. Двигаясь быстрее, чем раньше, и все постанывая вокруг него. Он действительно наслаждался тем, что я издавал звуки, пока продолжал набирать обороты. Его бедра начали двигаться вперед, и я не сделал ничего, чтобы остановить их. Это все ускорит, и он наконец перестанет жаловаться на то, что испортил свой чертов костюм (я надеюсь). Его стоны стали пронзительными, и я понял, что он уже близко. Быстрым движением он протянул руку вниз и резко прижал мою голову к себе, в итоге, его член ударил меня по задней стенке горла. Как я не подавился, понятия не имею. Но я знал, что в ту же секунду, как он сделал это, то кончил в мой рот (точнее, горло). Я проглотил большую часть, но все-таки немного выплюнул. После этого глотать стало как-то больно. — О, черт, мне так жаль, Боже мой… я не хотел. О, Боже мой. Честно говоря, пока я был пьян, мне приходилось и похуже. Так что меня это нисколько не беспокоило. Хотя горло у меня болело довольно сильно. Он казался очень расстроенным тем, что сделал, и я знал, что это неправильно, но решил подыграть ему. Говоря это, я осторожно потер горло. — Ты жестокий ублюдок, ай. Мой голос прозвучал хрипло, но я специально преувеличил интонацию настолько, насколько мог. — Ты в порядке? Мне очень жаль, что я это сделал, клянусь, — он быстро сел и легонько положил руку мне на шею. Я не смог сдержать улыбку, и его взволнованное лицо смягчилось. — Все в порядке, правда. Я просто издеваюсь над тобой. Я заметил, что мой голос все еще был хриплым. Но все было не так уж и плохо. — Ты не злишься? — он, казалось, не верил своим ушам, но почувствовал облегчение. — С чего бы мне злиться? — Я просто… подумал, что, возможно, это перешло черту или что-то в этом роде…. Я тихо рассмеялся и помог ему натянуть штаны обратно. — Ты же знаешь о моем прошлом. Многих границ для меня теперь не существует, — он слегка нахмурился, прежде чем заговорить. — Но разве некоторые вещи, например, не расстраивают тебя? — Ну, да. Но только не это. Честно. Я поднял его на ноги и страстно поцеловал, чтобы доказать, что не злюсь и не расстраиваюсь. — Ну, что, пойдем теперь за блинами, именинник? Он улыбнулся и с энтузиазмом кивнул, прежде чем направиться к зеркалу. Фрэнк нахмурился, увидев, что волосы прилипли ко лбу. — Черт возьми, Джерард. — Не поминай имя Господа всуе, Фрэнки! — я поднял брови и указал на свой воротник священника. Он закатил глаза и поправил свой красный галстук. — Простите меня, отец. Я улыбнулся и подошел к парню, положив подбородок ему на плечо. — Хороший мальчик. Он пропустил насмешку мимо ушей и оттолкнул меня: — Даже не начинай. Я рассмеялся и сел на кровать. — И что ты собираешься делать? Ты собираешься быть плохим мальчиком? — я не мог удержаться от смеха, когда эти слова слетели с моих губ, и он тоже засмеялся. — Нет, я буду умеренно воспитанным мальчиком, который получит чертовы блинчики! Я тихо рассмеялся и подождал, пока он закончит поправлять свой костюм. — А почему это ты ходишь в удобных брюках, а я застрял в этих обтягивающих джинсах? На его лице появилась хитрая ухмылка, и он повернулся, чтобы посмотреть на меня. — Это был мой личный подарок мне на день рождения. — Да пошел ты, Фрэнки. — Пожалуйста? Я закатил глаза и встал, схватив его за руку и вытащив из комнаты. — Давай просто сходим за блинчиками, окей? Я хотел, чтобы он был действительно очень удивлен сегодня вечером, поэтому старался избегать этой темы, насколько это возможно. Потому что на его месте я бы заподозрил, что это случится в мой день рождения. Так что мне пришлось избавиться от его предположений. Вскоре я отпустил его руку, и он последовал за мной из дома. — О мой гребаный Бог, — неожиданно заговорил он, и я повернулся к нему лицом. — Ну и что? Что случилось? Фрэнк рассмеялся и использовал свои руки, чтобы отвернуть меня от себя. — Твоя задница выглядит чертовски горячей в этих джинсах. Я тихонько ахнул и прикрыл свой зад руками. — Не смотри на мою задницу! Теперь мои щеки были цвета пожарной машины. — Джи, но мне это тоже нравится, — проговорил Фрэнк, подскакивая ко мне. Он убрал мои руки и заменил их своими собственными. Сунув руку в мой задний карман, он нежно сжал ее. Я ахнул и слегка подпрыгнул. — Ты просто не можешь себя контролировать, да? — со смехом переспросил я. — Только не тогда, когда ты носишь эти джинсы. Я покачал головой и продолжил свой путь к машине. Добравшись, открыл Фрэнку дверь. — Для именинника, — заговорил я и жестом показал ему, чтобы он садился. У него была самая милая улыбка на лице, и я подумал, что такие вещи были для него в новинку. Разве его бывшие бойфренды не делали ничего подобного? Я думаю, что все парни должны делать так; это хорошо. Особенно для Фрэнка. Я позволил Фрэнку выбрать диск, чтобы послушать, и он, к своему ужасу, выбрал Mistfits. Он выглядел таким возбужденным всю дорогу до блинной, что это было заразительно, потому что я не мог перестать улыбаться. — Вас двое? — спросила официантка, беря несколько меню. — Да, — вежливо ответил я и схватил Фрэнка за руку, когда она повела нас к столику. Мы сели напротив друг друга, и Фрэнк просмотрел меню. — Что я могу предложить вам? — Кофе, пожалуйста, два. Фрэнк погрузился в меню, но я знал, что он хочет кофе. Ему всегда хотелось кофе. Официантка улыбнулась и пошла прочь, но я незаметно схватил ее за руку, чтобы что-то шепнуть ей. Она наклонилась, чтобы лучше слышать, и, к счастью, Фрэнк этого не заметил. — Сегодня у него день рождения, — тихо прошептал я. Она улыбнулась и кивнула, прежде чем уйти. Они всегда дают бесплатный молочный коктейль на день рождения и поют песню. Я подумал, что было бы здорово, если бы это случилось с Фрэнком. Он, наверное, будет очень смущен, но это только сделает его еще лучше. Через несколько мгновений я заметил, что она возвращается к нашему столику с молочным коктейлем в руке, а за ней следуют еще несколько сотрудников. — Заранее прошу прощения. Фрэнк в замешательстве поднял голову. Затем на его лице появилось выражение понимания, когда он заметил группу людей, идущих к нам. — С днем рождения тебя… — запели служащие, и щеки Фрэнка мгновенно стали ярко-красными. Он застенчиво улыбнулся им и с благодарностью принял молочный коктейль. Вскоре они закончили петь, и официантка налила нам кофе, прежде чем уйти. — Ну почему ты меня так смущаешь? — он рассмеялся, когда сделал глоток своего кофе. — Потому что твой день рождения не был бы полным без пения официантки! Айеро улыбнулся и покачал головой, прежде чем начать пить свой молочный коктейль. Через несколько мгновений он взял вторую соломинку и сунул ее в стакан. Он улыбнулся и подтолкнул стакан ко мне. Я тихо засмеялся и отпил коктейль. — Спасибо. — Мне просто нравится видеть, как ты сосешь. Я поперхнулся и закатил глаза, глядя на него. — А я-то думал, что ты ведешь себя галантно. — Ну и это тоже! Вскоре мы, наконец-то, заказали эти чертовы блины, после того как Фрэнк наконец-то решил купить медвежат, а не панд. Я остановился на обычных блинчиках и картофельных оладьях. В итоге я выпил около трех чашек кофе, о чем потом, наверное, пожалею. Но сейчас я слишком устал, чтобы обращать на это внимание. И мне хотелось иметь немного энергии, чтобы делать все то, что собирался. Фрэнк ел свои блины довольно быстро, и это должно было выглядеть немного неприятно, но это было не так. Все, что Фрэнк делал, казалось, было восхитительно. Он, наверное, мог бы ударить меня ножом в живот, и это все равно было бы восхитительно. Я решил, что после этого мы вернемся ко мне домой и будем смотреть фильмы ужасов. И если Фрэнк будет хорошо себя вести, то сможет открыть подарок. — Ну, и как твой день рождения? На его лице появилась легкая улыбка, и он принялся теребить соломинку своего молочного коктейля. — Давай посмотрим: я получил цветы впервые в своей жизни… а потом мой удивительный, красивый парень подарил мне невероятный… — он сделал паузу, когда заметил семью, проходящую мимо нашего столика, — Невероятный личный подарок. Самый лучший, что у меня когда-либо был…. На моем лице появилась легкая ухмылка, и Фрэнк начал хихикать. — Неужели? Самый лучший? Это смелое заявление. — Но это же правда! Я никогда не… — он поджал губы и разочарованно вздохнул, прежде чем покачать головой, — Может быть, нам не стоит говорить об этом в семейном ресторане? Вскоре после этого к нам подошла официантка и положила на стол счет. Фрэнк протянул руку, чтобы схватить его, и я быстро от него отмахнулся. — Не глупи. Он закатил глаза и расслабился в кресле. Я изо всех сил пытался вытащить бумажник из джинсов, но как только я это сделал, то положил свою кредитную карточку в маленькую папку. Когда я снова посмотрел на Фрэнка, на его лице была легкая расслабленная улыбка, и он пристально смотрел на меня. — Ну, и что же? У меня что-то на лице? Он рассмеялся, когда я поднес руку ко рту, пытаясь убрать то, над чем он смеялся. — Нет, нет. Я просто думал о том, что это уже самый лучший день рождения. И как мне повезло, что у меня есть ты. На моем лице появилась застенчивая улыбка, и официантка забрала маленькую папку. — Ты заслуживаешь самого лучшего дня рождения. Я протянул руку через стол, и он сделал то же самое. Я провел пальцем по линиям его татуировок на пальцах, моей любимой была надпись «Хэллоуин». — Это больно? — Э-э, вроде того. Это вроде как больше щекотно. — Ты сошел с ума. Фрэнк с легким смешком покачал головой и допил свой молочный коктейль. Как только все было оплачено и чаевые остались на столе, мы ушли. Я придержал дверь открытой для Фрэнка, и он радостно проскочил. Он попытался открыть мне вторую дверь, но я быстро опередил его. Он закатил глаза и прошел мимо меня. Я быстро огляделся, чтобы убедиться, что за мной никто не наблюдает, и протянул руку, чтобы шлепнуть его по заднице. Он удивленно вскочил и повернулся ко мне лицом. — Джерард! Он старался не улыбаться и скрыть легкий румянец, появившийся на его щеках. Я невинно улыбнулся ему, и он, наконец, не смог скрыть свою улыбку. — Я ничего не мог с собой поделать! Ты слишком неотразим. Розовый оттенок на его щеках стал ярко-красным, и он попытался скрыть это своими волосами. — Ты такой милый, когда краснеешь! — я дразнил его за все те разы, когда он говорил мне это. Он ничего не сказал, просто скрестил руки на груди и ждал, пока я открою машину. Конечно, я открыл ему дверь, но на этот раз держал руки при себе. Пока мы ехали домой, Фрэнк незаметно положил руку мне на внутреннюю сторону бедра. Я посмотрел вниз на его руку, а затем быстро взглянул на него, прежде чем вернуться к дороге. Прошло еще много времени с тех пор, как у меня был такой контакт, и я все еще не привык к нему, так что самая маленькая вещь могла бы вывести меня из себя. И я бы очень не хотел иметь стояк в этих джинсах. — Что ты делаешь? — спросил я, пытаясь сосредоточиться на дороге. — Что? Я ничего не могу с собой поделать. Ты слишком… неотразим. Я закатил глаза: как он смеет бросать мне мои собственные слова? Я попытался оттолкнуть его руку, но это только привело к тому, что он грубо схватил меня за бедро. Я с трудом сглотнул и постарался не обращать на это внимания. Сосредоточься на дороге, сосредоточься на дороге, сосредоточься на дороге! Когда он понял (или подумал), что это не вызывало нужного эффекта, то со вздохом отстранился. Вздох облегчения сорвался с моих губ, и я наконец смог сосредоточиться на дороге. Когда мы вернулись домой, Фрэнк не дал мне возможности открыть ему дверцу, а вместо этого выскочил из машины, как только она остановилась, и бросился внутрь. — Что ты там делаешь? — закричал я, как только оказался внутри. — Еда для фильма! Я вошел в кухню и увидел, как он роется в шкафах. Я взял его за руку и потащил в гостиную. Он запротестовал, но в конце концов сел на диван и посмотрел на меня снизу вверх. — Я выложил на стол все фильмы ужасов. Выбери один, а я пойду за закусками. Он улыбнулся и кивнул, прежде чем рассмотреть ряд фильмов ужасов. Все уже было готово. Я об этом позаботился. Все закуски были готовы, содовая была готова, буквально каждая мелочь была готова. Может быть, я слишком подготовился, как уже говорил, но мне было все равно. Сегодня все должно было быть идеально. Я вернулся в гостиную с пакетом попкорна, чипсами и конфетами. Не знаю, почему Фрэнк все еще был голоден, ведь он съел много блинов. Но, если это делало его счастливым, так тому и быть. Я также поставил две банки диетической колы на столик возле дивана. Он выбрал «Техасскую резню бензопилой». — Ты готов? — спросил я, вставляя DVD в проигрыватель. — Да! — радостно воскликнул он и похлопал по дивану рядом с собой. Оказавшись на диване, я обнял его и положил свою голову на его макушку.