Другая сторона

Питер не один раз благодарил судьбу, что его приставили охранять именно сенатора. Лафейсон постоянно сокращал его рабочий день хотя бы на тридцать минут, чтобы парень мог успеть к наставнику в больничное крыло. Конечно, Паркер вначале отнекивался, понимая, что не может ставить собственные заботы выше жизни сенатора, которому грозит потенциальная опасность. Но тот послушно уходил в свою комнату, у которой дежурила еще охрана, а уже через час Питер возвращался в свои покои, откуда мог услышать любой подозрительный шум. Старк постепенно шел на поправку. Его обгоревшая кожа на правой руке заживала, а переломы срастались. Вокруг него постоянно вертелись дроиды и медперсонал. Однако такой, казалось бы, прогресс совсем не успокаивал Паркера. Он знал, что учителя пошлют на очередное задание после восстановления, и все может повториться. Чем ближе этот возможный день наступал, тем больше волновался Питер. Он был все решительнее настроен добиться разрешения сопровождать наставника на следующей миссии, хоть пока и не знал, как же быть в таком случае с сенатором. — Как твоя работа с Лафейсоном? — спросил Старк, когда ученик в очередной раз навестил его поздним вечером. — Все хорошо, учитель. Сенатор очень добр ко мне. За все это время не было ни намека на новое покушение, — ответил Питер, проводя взглядом по телу Тони, которое было наполовину прикрыто одеялом. — Я рад это слышать. Ты очень повзрослел за последнее время, — Старк мягко улыбнулся. Он и правда гордился своим падаваном. — Что будете делать, когда вас выпишут, учитель? — Совет отправит меня на Икс. Это высокотехнологичная планета. Она находится на обочине Республики, ситхи пробрались уже и туда, — после этих слов сердце Питера пропустило удар. — Но вы ведь даже не выздоровели окончательно! Как они могут посылать вас куда-то? — воскликнул он, даже не поняв, насколько это было громко. — Не переживай, Питер. Со мной будут и другие джедаи, — ответил Тони, ободряюще улыбнувшись. — Они — не я! — Ты пока не можешь отправиться со мной. У тебя задание, — довольно твердо сказал Старк, из-за чего Питер в миг остыл и стыдливо опустил взгляд вниз. — Простите, учитель. — Питер, мы — джедаи, это наш долг и работа. Я понимаю, что ты волнуешься обо мне, ведь я твой наставник, но не дай чувствам поглотить здравый смысл. Мы снова отправимся на миссию вместе, когда сенатор будет в безопасности, — голос Тони смягчился. Это успокоило Питера, но не слишком. В его голове уже зрела ужасающая мысль пойти в Совет и потребовать сопровождать Старка на его следующем задании. — Да, учитель. Я вас понял. Сколько вам еще нужно времени на восстановление? — юноша решил перейти к нейтральной теме и не злить мужчину. — Меня выпишут через пару дней. Сегодня заходил магистр Беннер и сообщил, что через неделю я улетаю на задание. К тому времени я окончательно приду в себя. Питер снова хотел возмутиться, почему это Старка отправляют куда-то так рано, но понимал, что возмущаться бесполезно, ведь просто рискует разозлить этим наставника. — Спокойной ночи, учитель, — парень украдкой прикоснулся к руке своего наставника, встал, поклонился и ушел, не увидев, как Старк тепло улыбнулся ему в спину. Тони немного насторожился из-за такого настроя своего ученика. Ему была приятна забота, но он чувствовал нарастающее напряжение внутри Питера, его тревогу и гнев на Совет. Сам Старк пока не знал, как остановить нарастающие чувства Паркера, которые скоро, словно река, пробивающая дамбу, могли вырваться наружу. В таких случаях необходимо было посоветоваться с Беннером и Фьюри, но Тони пока решил этого не делать и немного подождать.

***

Ночью Питер спал неспокойно. Сон уже давно не посещал его, а волнение о своем учителе постепенно накатывало. Как ни странно, парень стал понимать, что главной его поддержкой в этой ситуации был не Орден и Совет, а сенатор. Паркер никогда особо не доверял политикам, считал, что те слишком большого о себе мнения и не особо заботятся о жизни простых людей. Но Лафейсон оказался приятным исключением. Он действительно много работал, составлял планы, следил за ходом восстания, общался с Орденом и всеми, кто участвовал в сражениях, чтобы положить конец этой бойне. В отличии от действующего канцлера. Питер постоянно наблюдал за Локи во время его работы и точно мог сказать, что за этим человеком будущее Республики. — Магистр Старк уже поправился? — а еще Лафейсон активно интересовался здоровьем Тони, что давало возможность юноше высказать все свои тревожные мысли и услышать такие необходимые советы. — Его должны выписать уже завтра. Вот только Совет хочет отправить учителя на задание уже на следующей неделе, — ответил Питер, стоя у рабочего стола сенатора и смотря с высоты своего роста, как тот заполняет какие-то бумаги, сидя к нему спиной. — Очень опрометчивое решение, — как-то разочаровано сказал Локи. — Иногда меня поражают решения Совета. Ты не пробовал поговорить с ними? — Кто же будет слушать падавана? Они и так проигнорировали мои предостережения о прошлой миссии магистра Старка, — Питер пожал плечами. — Вот и еще одно опрометчивое их решение. Ты талантливый падаван, Питер. Из тебя выйдет поразительный джедай. К мыслям таких людей нужно прислушиваться, — юноша признавал, что похвала сенатора была медом для его ушей, но все же он пытался сохранять разум незатуманенным. — Спасибо, сэр. — Это не просто слова, Питер, — сенатор развернулся к нему и заглянул прямо в глаза. — Если ты считаешь, что Совет не станет тебя слушать, то обратись лично к магистру Беннеру. Он безгранично мудр и должен тебя послушать. По моему мнению, магистр Беннер и магистр Старк — единственные достойные джедаи Совета. Питер не смог сдержаться и все же спросил: — Почему вы так считаете? — сплетни и слухи не красили и обычных людей, а уж джедаев — тем более, но юноша, не питающий теплых к некоторым членам Совета, захотел услышать подробности о них. — Джедаи никогда не были святыми, несмотря на все усилия, которые они прикладывают, чтобы создать такую видимость. Я безмерно уважаю Орден и всех, кто служит на благо Республики. Но некоторые бывшие и нынешние члены Совета считают свой авторитет непоколебимым. Из-за этого они часто не видят истины, не принимаю инакомыслия и с готовностью изгоняют тех, кто всего лишь думает иначе. Магистр Беннер и магистр Старк избежали такой участи. Питер ненадолго задумался, осмысливая услышанное. Он никогда не видел, чтобы кто-то сомневался в компетентности Совета и открыто высказывался об этом. Его поразило и то, что сенатор не побоялся сказать о своих сомнениях ему, падавану, который мог легко передать эти слова наставнику. Видимо, Лафейсон точно знал, что тот в каком-то смысле согласится к ним. — Спасибо, сэр. Я посоветуюсь с магистром Беннером. С этой минуты Питер начал думать, где же ему выловить Беннера для разговора. Оставлять сенатора одного он не мог, Совет его пока не вызывал, а официальных мероприятий, где мог бы быть и магистр, не предвиделось. Но, к счастью, столкнуться с Беннером удалось, когда Питер прибежал в больничное крыло на выписку своего наставника, который уже о чем-то беседовал с магистром Роджерсом и позволял дроидам стягивать с себя бинты. — Как чувствуешь ты себя, Питер? — с теплой улыбкой спросил Беннер, когда они оба неспешно подходили к койке Старка. — Все хорошо, магистр, — Питер вежливо поклонился и с волнением покосился на Роджерса, ведь тот особенно не любил, когда кто-то шел против решений Совета. — Могу я спросить вас кое о чем? — Конечно, юный падаван, — пусть Беннер и был двух с половиной метровым бугаем, его взгляд и сердце были теплыми и добрыми. — Вы все еще намерены отправить магистра Старка на Икс? — осторожно спросил он. — Да. К сожалению, у нас не хватает людей. Многие члены Совета отправятся на миссии уже в ближайшие дни. — Тогда могу я попросить отправиться вместе с магистром Старком? — Питер задал еще один вопрос, но не заметил, что магистр Рождерс уже слышал их беседу. — Ты и сам знаешь, что это невозможно, Питер, — сказал Стив своим властным голосом, отведя взгляд от Тони, который снисходительно посмотрел на своего подопечного, опять умудрившегося вляпаться в неприятности. — Твой главный приоритет сейчас — охрана сенатора. На носу выборы, у нас нехорошие предчувствия насчет его безопасности. Сила будто сгущается вокруг Лафейсона, предупреждая нас об угрозе. Питер никогда не питал теплых чувств к магистру Роджерсу. Тот был слишком правильным, даже для джедая, и иногда эта правильность перетекала в заносчивость и высокомерность. Роджерс почему-то считал свои решения единственно правильными и приемлемыми. Старк и Беннер молчали с минуту, но потом последний все-таки сказал, расслабленно выдохнув: — Магистр Старк, если вы уже в состоянии безболезненно передвигаться, то прошу проследовать за нами в зал Совета. И тебя, Питер. Сенатор попросил нас сделать объявление. Питера немного испугали эти слова, но он лишь кивнул и посмотрел на Тони, желая понять, не переборщил ли он с заботой и рвением во что бы то ни стало защитить своего наставника. Тот же с готовностью встал с койки, надел свою накидку и повесил световой меч на пояс. Он снова был прежним. Таким сильным и чарующим. Паркер дал себе мысленную пощечину и поспешил за магистрами в зал Совета, где их уже ожидали. Лафейсон статно стоял в центре зала, окруженный местами, предназначенными для членов Совета, и о чем-то увлеченно говорил с Фьюри. Когда к ним присоединились три джедайя и один падаван, беседа прервалась. Питер встал чуть подальше от сенатора и пробежался взглядом по всем, кто был здесь. Ему стало не по себе. Тревожно. Будто вот-вот что-то должно случиться. Будто среди них враг. Паркер почему-то сразу посмотрел на Рождерса, который тоже смотрел на парня. Юноша ощутил, как кончики волос пошевелились от сгустка Силы вокруг него. Ни на кого Сила не оказывала такого влияния. Никто не чувствовал ее настолько сильно. Питер это знал, поэтому напрягся еще больше. Что-то страшное грядет. — Что ж, Сенатор, о чем вы хотели сообщить нам? — громко и четко спросил Фьюри. — Уже через неделю пройдут выборы. Мне бы хотелось укрепить свои позиции и отправиться на соседнюю планету. На Салуса Секундус. Мне сообщили, что там есть некие проблемы с местным управлением. Мне и моей команде надо все осмотреть, разработать план помощи и поделиться им, чтобы люди приняли правильное решение и отдали свои голоса мне и своему светлому будущему. — И вы хотите взять с собой Питера? — спросил магистр Фьюри, покосившись на юношу своим единственным глазом. — Вы правильно поняли. Однако мне придется пробыть там некоторое время. Около недели. В Республике сейчас очень неспокойно, ситхи могут быть где-угодно. Поэтому прошу вас отпустить со мной еще и магистра Старка. Мне бы не хотелось возлагать ответственность за свою жизнь на плечи одного падавана. Пусть и такого талантливого, — Лафейсон с улыбкой взглянул на Питера. Эта теплая ухмылка не ускользнула от Старка и других членов Совета. — При всем уважении, Сенатор, магистр Старк не может просто так полететь с вами на Салуса Секундус. Идет война, — жестко сказал Роджерс. От этих слов Питер почувствовал, как внутри вспыхивает ярость, поэтому сделал пару глубоких вздохов. — Он и другие джедаи должны были отправиться на защиту границ через несколько дней. Другие пока молчали. Видимо, не знали, как вежливо осадить или Лафейсона, или Рождерса. Но для Совета и для Ордена была крайне важна поддержка возможного будущего канцлера, поэтому Фьюри кивнул Лафейсону, соглашаясь на его просьбу. — Когда вы планируете отбыть? — спросил он. — Через два дня. — Тогда я попрошу вас предоставить нам две дюжины ваших солдат. Джедаям понадобится помощь. Ситхи продолжают пробираться в центр Республики. — Конечно, магистр Фьюри. Благодарю за содействие, — сенатор вежливо и быстро поклонился и покинул зал. Питер, сделав то же самое, пошел вслед за ним, ведь формально все еще находился на службе. Члены Совета несколько секунд сидели в тишине, пока не заговорил самый молчаливый джедай, Вижн: — Вы тоже почувствовали это скопление Силы вокруг юного падавана? — спросил он без тени упрека или злобы, а лишь для того, чтобы подтвердить свои догадки. Все согласно кивнули. — Магистр Старк, вам снова необходимо заняться с Питером контролем эмоций. Они постепенно захватывают его, — с ухмылкой сказала магистр Романова. Тони серьезно нахмурился. Он волновался за Питера, причем очень сильно. Старк и не заметил, как его ученик сильно изменился за все то время, когда был предоставлен сам себе. Ответственность и страх провалиться так подействовали на него. — Права магистр Романова, — кивнул Беннер. — Сильно привязан Питер к вам, магистр Старк. Уважение к наставнику своему — лучшая награда для нас, но не когда уважение переходит в связь сильнейшую, затуманивающую разум. Ученик твой силен очень. Если решит Силу использовать для подпитки своих эмоций, обернуться катастрофой это может. — Да, магистр, — Тони кивнул и посмотрел на Рождерса. Тот явно поддерживал слова Беннера. Обстановка пугала и самого Старка. Он серьезно вознамерился поговорить с Питером.

***

— Почему вы решили так неожиданно лететь на Салуса Секундус? — спросил Питер у сенатора, провожая его до покоев. Тот лишь довольно и хитро ухмыльнулся, явно довольный своими действиями. — Я видел твое беспокойство из-за жизни магистра Старка, поэтому и попросил о вашей совместной миссии. Его и правда опасно отправлять сейчас на защиту границ. А так ты сможешь присмотреть за ним и поддержать. Питер ошарашено смотрел на Лафейсона. Казалось, будто тот вертел жизнями и судьбами, как ему хотелось. Паркеру неожиданно стало страшно. Несмотря на свои чувства к учителю, он все-таки был джедаем, которому не чужды Кодекс и моральный устав их Ордена. — Но сейчас решается судьба всей Республики! Если ситхи победят, то ничто не будет иметь значение. В том числе и ваши выборы, — на эмоциях выпалил Питер, но потом быстро приказал себе умерить пыл. — Ты прав, — спокойно ответил сенатор. — Однако я не думал, что лишь присутствие магистра Старка спасет ситуацию или же полностью разрушит ее. Как и его смерть, — на пару секунд Лафейсон замолчал, давая юноше возможность переварить его слова. — Но все же, если ты не хочешь рисковать будущим Республики, то можешь пойти в Совет и заявить, что справишься сам. Я верю в твои силы. Паркер не представлял, как ему поступить. Что для него важнее: честь или любовь? Жизнь Республики или жизнь Старка? Свое спокойствие или спокойствие всех остальных? Он заметил хитрый и изучающий прищур сенатора, который с интересом наблюдал за разгоревшейся борьбой внутри парня. Казалось, что он изучал Питера, ставил на нем некий эксперимент. Паркер позволил себе молчать еще несколько секунд и прислушался к Силе. Он не знал, может ли она помочь ему принять решение, но надеялся на это. Юноша настолько сосредоточился на напряжении, растущем внутри него, что в один момент окружающая его атмосфера будто взорвалась, а ближайшее окно резко распахнулось, пуская в коридор прохладный ночной воздух. — Нет, я не буду идти к Совету. Они сами приняли это решение, — ответил Питер, а сенатор одобрительно кивнул. — Хорошая позиция. До завтра, Питер.