Грабить и убивать не мешая окружающим

** — Гребаные идиоты, да вы уже второй раз за сегодняшний день чуть не сдохли! — пробурчал я себе под нос, но стрелять все-таки не стал. Для меня оказалось полной неожиданностью, когда из дома вывалила разномастная толпа каких-то ханыг и принялась долбить друг другу в мозг. И ладно бы они просто орали и скандалили и занимались, бог его знает чем, так ведь нет, они все это делали, окружив девочку. И словно этого было мало, один из них шмальнул из ружья, когда девочка попыталась достучаться до их мозга, а когда у нее это не получилось, попросила отпустить ее восвояси. Я был хоть и в зоне видимости, но все ж таки не так близко, и в первое мгновение подумал, что эти мрази убили девочку. Автомат как по волшебству оказался в моих руках, я перекинул флажок на автоматический огонь и навел точку коллиматора в центр группы. Учитывая активное поглощение отдачи, достаточно было зажать спусковой крючок и поводить стволом влево-вправо. Тридцати патронов было бы более чем достаточно, чтобы решить вопрос с этими безумцами. Но, видимо, кто-то из этих ребят веровал в какого-то очень могущественного бога. Уж простите меня за мои плоские шуточки, но без небесного заступничества тут явно не обошлось. Уже дважды за сегодняшний день члены этой группы нарываются на смерть, и каждый раз только чудо спасает их от этого. Выдохнув сквозь зубы, опустил ствол и навострил уши. К моему счастью, ветер утих, и посторонних звуков было не так много. С грехом пополам, но мне удалось разобрать все то, что стали говорить эти ханыги уже не столь громкими голосами. И знаете, послушав весь этот их бред, я пришел к выводу, что данную группу выживших можно отнести к тем самым исключениям, про которые я упоминал. Все факты указывали на то, что этим стадом кто-то раньше руководил. И, что немаловажно, жили они где-то оседло, на запасах. Ну не чувствую я в них привычки к кочевой жизни. Если бы не их побитые жизнью винтовки и излишне замурзанный вид, я бы сказал, что эта разномастно экипированная толпа, не что иное, как горожане, которые в первый раз в своей жизни вышли в туристический поход. Не люблю я такие группы. Ведь каждый человек в таком отряде это, мать ее, «личность». В этом отношении отряды бандитов куда приятнее в общении. Ты либо убиваешь их, либо торгуешь. Да-да, факты подобного общения имели место быть. Как многие из вас должно быть уже догадались, группы бандитов, и группы адекватных граждан нравились мне тем, что мыслили все люди в таких отрядах на одной волне. Либо это враги, либо это друзья, а тут, как я погляжу, часть выживших хочет девочку убить, причем просто так, без особого на то повода. Другая часть граждан готова ей помочь, но как-то вяло, без огонька, скажем так. Третьи впали в грех экономии на спичках, ну, а четвертым просто насрать. Давненько я не видел такой ахинеи. Так называемый врач, который таки соизволил осмотреть руку девчонки, не сподобился даже намочить окровавленный рукав. Он, сука, начал дергать рукав на сухую. Вы хоть себе представляете, до какой степени это больно, когда от раны начинают отрывать присохший бинт? А здесь не бинт, здесь целый рукав. Ствол автомата вновь поднялся, и точка коллиматора застыла на голове этого доктора менгеле*. Не знаю уж, возможно здравый смысл, а может тот самый небесный заступник, но что-то заставило этого так сказать врача остановить свои безумные действия. В итоге кто-то таки додумался открыть фляжку и облить рукав толстовки водой. Не бог весть что конечно, но хоть доступ к ране получили. — Ну, я даже не знаю, — протянул этот их якобы врач. — Может собака, а может зомби. От данного заявления я не сдержался и матюгнулся, уже не пытаясь скрываться. Поразмыслив, я убрал автомат в инвентарь и пошел к толпе этих отморозков. А как ещё мне было называть этих чудиков? Все, что можно было сделать через задницу, они сделали через задницу. Ума не приложу, как эта девочка ещё не орет благим матом на весь лес от боли. Выйдя на поляну я лишь злорадно улыбнулся, когда меня наконец-то заметили. А заметили меня только тогда, когда мне оставалось до них буквально десять шагов. — Стой, сука! Кто ты блядь такой? Да я же в тебя сейчас шмальну, — прокричал какой-то неуравновешенный сопляк. Судя по его виду, это был тот же самый мудила, который выстрелил в девочку, но на своё счастье не попал. — Я хотел бы сказать вам «добрый вечер», но учитывая ту херню, которую вы сейчас здесь творили, скажите спасибо, что все вы здесь сейчас живы, — негромким голосом произнес я и только после этого поднял голову так, чтобы всем казалось, что я смотрю именно на них. Небольшой психологический трюк и я полностью завладел их вниманием. Впрочем, кому я вру, я просто поднял левую руку вверх и продемонстрировал кругляш стандартной американской гранаты. — Слышь, любитель убивать детишек, не тыкай в меня стволом и тогда мы поговорим с вами как цивилизованные люди. А если нет… — Он блефует! — вскрикнула беременная чернушка. — Если он бросит гранату его ведь тоже убьет. — Так чего мы ждем? Давайте проверим, — жизнерадостно предложил я и сделал жест, словно собираясь эту самую гранату бросить нам под ноги. Толпа разразилась нервными криками, матами и проклятиями. Однако все они остались на местах, и дергаться не стали. — Парень, ты можешь убрать ее, мы не будем делать глупостей, — произнес тот самый мужчина, который стрелял по зомбям в лесу чуть ранее. Как я уже и упоминал, это был довольно пожилой мужчина, но не старик. Дядечка был достаточно крепкий и, судя по всему, прекрасно разбирался в том, с какой стороны надо держаться за ружье. — Тебе, старик, верю, а этой банде вивисекторов нет. Вы зачем девочку мучили? — Ее зомби укусило. Мы не будем тратить на нее медикаменты, — влез в нашу беседу тот самый хмырь, который якобы врач. — Если ты готов оставить человека в беде, оставь, мучить-то зачем? — сделав шаг в сторону собеседника, поинтересовался я. — Девочка же четко вам сказала, если вы не хотите ей помочь, просто отпустите ее. — Да что вы с ним разговариваете? Это явно ищейка Карвера, мочите его, — в очередной раз проявила себя беременная негритянка. Но к счастью, хотя почему к счастью? Мне лично фиолетово, если я кину гранату в толпу этих чудиков, а затем упаду на девчонку, то отделаемся мы только испугом, а вот насчет своих собеседников я не уверен. Осколки у этой гранаты довольно тяжелые и печально известны тем, что именно способны сотворить с человеческим телом. — Так! Успокоились все! — вскинув свободную руку над головой, рявкнул немолодой мужчина. — Пацан, не нагнетай, видишь же, что все испуганы. — Хорошо, старик, — кивнул я и опустил руку с гранатой. — Надеюсь, больше ты не собираешься отрубать девочке руку? — Нет, — покачал головой мужчина. — Это было просто предложение. Просто если это, в самом деле, укус это могло бы помочь. По крайней мере, с моим кузеном это сработало. — Необратимые процессы наступают уже через пять минут. Это у взрослого. У ребенка все это происходит гораздо быстрее. Спасибо, конечно, что хотели оказать помощь, но лучше не надо, — покачал я головой. — Ну, а теперь, когда мы разобрались в данной ситуации, я предлагаю нам разойтись. Вы к себе, а я забираю девочку, и укус превращается уже в мою проблему. — Вы что, не видите? Не видите?! Это явно люди Карвера, сейчас они побегут к нему, и уже утром он будет здесь, их надо убить, — порадовала нас своими выводами беременная истеричка. — Мужчины, для чего вам ружья, просто застрелите их. Предохранительное кольцо с хорошо слышимым звяком покинуло тело гранаты, и только рычаг защищал теперь данное устройство от детонации. — Правильно ли я понял, что мы не договорились? — улыбнувшись, уточнил я и сделал ещё один шаг к толпе выживших. В этот раз все инстинктивно шарахнулись от меня в стороны, но убегать не посмели. — Слышь, бешеная, вот родишь, тогда и убивай, а чужих детей не тронь. — Да кто ты, блядь, такой?! — всхлипнула она. — Я странствующий торговец, путешественник и естествоиспытатель, — переложив гранату из руки в руку, опустил взгляд на девочку, которая все так же и лежала на земле. — Детка, заползай ко мне за спину, если мы не договоримся с этими мерзавцами, мое тело защитит тебя от осколков. Судя по всему, мои слова поняли весьма превратно. Людишки как-то излишне напряглись, а девочка, девочка таки уперлась не пострадавшей рукой в землю и буквально на четвереньках выполнила мою просьбу. И, в принципе, теперь гранату, в самом деле, можно было кинуть. Но, если бы я хотел это сделать, я бы из кустов не выходил. Я бы воспользовался автоматом и перестрелял бы их как курей. — Черт с тобой, мы согласны, — начав всхлипывать, вскрикнула истеричка. — Согласны на что? — переспросил я. — Забирай свою сучку и уёбывай! — рявкнула эта чернушка. — Ребекка, заткнись! — рявкнул в свою очередь старик. Злобно зыркнув на остальных, он пояснил свою мысль: — Нам что, по-вашему, после этого срываться в ночь? Если это, в самом деле, человек Карвера, в чем лично я сомневаюсь, то прогонять его нельзя. — И что делать? — поинтересовался тот нервный псих с ружьем. — Пацан, ты не думай, все, что здесь произошло, это стечение обстоятельств и человеческого страха, — успокаивающим тоном обратился старик ко мне. — Мы не хотим ничего плохого ни тебе, ни девочке. Но и ты нас пойми, мы опасаемся одного не очень хорошего человека, я не могу тебе приказывать, но пожалуйста, убери гранату и прими наше гостеприимство. Кажется, подобного предложения не ожидал не только я, остальные тоже растерялись. Смех смехом, но старик в чем-то прав. Уж не знаю, что у них там с этим самым Карвером, но учитывая состояние девчонки, было бы неплохо заполучить помещение для того, чтобы обработать ее раны. — Что? Пит, ты сдурел? А вдруг она превратится в зомби? — напомнила о себе истеричка. — На ночь мы можем закрыть замок и даже подпереть дверь. Если уж это для тебя так важно. Да и как я понял, юноша готов присмотреть за ней. Собственно я был склонен принять это предложение, но разойтись бортами получилось далеко не сразу. И занемевшие пальцы, из-за которых я далеко не сразу смог вернуть кольцо на место, были наименьшей моей проблемой. Но все когда-нибудь кончается, закончилось и это. Конечно, срач и взаимные обвинения продолжались ещё очень и очень долго, но происходили они уже без нас. Нам выделили комнату на втором этаже, где я сразу завесил окно брезентом. Это когда я был на дереве, я мог позволить себе халтуру, здесь же стоило соблюдать светомаскировку. После этого я вынул из инвентаря нормальный светодиодный светильник и подвесил его вместо люстры. И в помещении сразу стало значительно комфортней. Местные использовали свечи для освещения, но я человек 21 века и особого очарования в этих хреновинах не видел. Не знаю, может где-нибудь в интимной обстановке, когда ты пытаешься понравиться даме, оно и имеет смысл, но в повседневной жизни это полная фигня. Причем фигня очень пожароопасная. Пока я подвешивал лампу и поил девочку сладким сиропом, чтобы купировать её обморочное состояние, к нам в комнату зашел один из взрослых — Люк. Он уставился на лампу с таким выражением, словно сказочную магию увидел. Ну, зашел и зашел. Мне, откровенно говоря, фиолетово. Меня сейчас больше интересовала моя пациентка. Рукав её толстовки я без затей срезал. Девочка, конечно, пыталась остановить меня, но я лишь уточнил у нее, знает ли она свой размер. Как оказалось, знает, и я выдал ей толстовку такого же размера, но чистую, ещё в магазинной упаковке. После этого события моя пациентка немного успокоилась, но именно что немного. — Кхм… Я думаю, что теперь Карлос не откажет… — неуверенно произнес мужчина. — У нас есть перекись водорода… бинты. — Карлос, это тот маньяк, который мучил девочку? — с сомнением в голосе уточнил я и демонстративно, якобы из сумки, достал пластиковый контейнер с аптечкой. Поставив эту коробку прямо на пол, я открыл крышку и любой желающий мог увидеть десятки коробочек с лекарствами, а так же упаковки с бинтами, жгутами и шприцами. — Ну… — Думаю, сейчас самое время познакомиться, — доброжелательно улыбнулся я своей пациентке, проигнорировав мужчину. — Как тебя зовут? — Клемм… — негромко произнесла девочка и смогла-таки отвернуться от открытой аптечки. Она подняла взгляд и посмотрела на меня с явным недоумением. — Родители назвали меня Клементиной. — Вот как? — не на шутку удивился я. — А меня родители звали Климом. Это сокращенная форма имени Климент. В свою очередь это мужская форма имени Клементина. Забавно, да? — Есть немного, — неуверенно улыбнувшись, ответила девочка и нервно сглотнула, увидев, как я начал доставать необходимое из аптечки. — Я постараюсь терпеть… но я не уверена в себе. — Терпеть? — переспросил я и принялся подготавливать шовный материал. — Ты что же думаешь, что я буду зашивать твою рану без обезболивания? Ты посмотри, сколько всяких коробочек у меня в аптечке. Промедол я тебе, конечно, не дам, но местная анестезия будет в обязательном порядке. Ты не думай, я не из этих. — Спасибо, — неуверенно ответила девочка и покосилась на представителя «этих», что неуверенно мялся около двери. — Скажи, а ты, в самом деле, кинул бы гранату? — напомнил о своем присутствии Люк. — Ну конечно, — максимально радостным тоном ответил я, обернувшись к пареньку, заставив его тем самым нервно сглотнуть. — Мы, дети, должны держаться друг друга. Как говорится, дети всех стран объединяйтесь. Долой тиранию взрослых.