Кодекс чести

Рассветы на Сицилии всё ещё прекрасны. Тёплое оранжевое солнышко лениво ползло вверх, озаряя своим светом песочно-красные черепицы домишек. Враги клана Чон давно повержены, конкуренты покоятся на дне океана с грузом на шее, дети растут с завидной скоростью, семьи давно примирились и стараются ужиться, но запах пороха всё так же витает в воздухе, наполняя лёгкие. — Расплодились как тараканы, — Чонгук выпустил уже две обоймы, отстреливая мелкую группировку, которая на деле оказалась не такой уж и малочисленной. Молодняк нынче пытался поднять голову и показать силу, но клан Чон остался непоколебимым. — Господин Чонгук, нам бы подкрепление, а то малой кровью не отделаемся, — молодой альфа пригнулся за резервуаром на одном из складов, который клан Чон сегодня решил взять штурмом, чтобы вывезти скопившийся сор. — Нормально, как в старые добрые времена, — Чонгук уже давно не ездил самолично на вылазки и не марал руки в крови. Статус не позволял ему опускаться так низко, да и он дал обещание Чимину после рождения второго ребёнка. Обычно такой работой занимался Хосок. Один его вид устрашал людей из других кланов, но в этот день у них с Тэхёном была годовщина. — Они отстреливаются из-за укрытия, боюсь, что без ударной силы внутрь нам не прорваться, — над головой свистели пули, которые выпускали по обе стороны от укреплений Чонов. — А тут ты прав, — Чонгук сделал выпад, выстрелив в голову одному из людей Чхве, который тут же упал замертво. — Кто-то слил инфу о том, что мы идём, иначе как объяснить, что они подтянули сюда почти весь клан. Блядство! — Что будем делать? — Чонгук посмотрел на своих людей, которых было не больше десятка. Они всё поняли по взгляду. Назад пути нет, впереди клан Чхве, превышающий их численностью в два раза. — На счёт три идём на прорыв, — альфа переглянулся со своими людьми, которые кивнули в ответ. — Один… — любой из клана Чон готов был идти на смерть ради своего главы и клана. — Два… — Чонгук проверил, сколько патронов в автоматной ленте, и уже приготовился встать с колен для атаки. — Три… — внезапно распахнувшаяся позади них дверь сорвала план атаки. Яркие лучи восходящего солнце слепили всех, кто находился в тёмном помещении. Пулемётная очередь оглушила людей Чон, заставив перегруппироваться. — Чимин?! — Чонгук был готов увидеть кого угодно, только не собственного супруга. Прошло столько лет, но он был всё так же прекрасен, а его эффектные появления заставляли сердце бешено стучать. Суровое выражение лица ни чуть не портило красоту любимого омеги, а автомат в руках невероятно возбуждал. — Какого чёрта ты тут делаешь?! — Надо поговорить, — омега привёл за собой добрый десяток человек с тяжёлым вооружением. — Здесь?! — альфа возмутился такому неразумному поведению супруга, но в глубине души восхищался им ещё больше, если такое вообще было возможно. — Потом поговорим, — прорычал Чонгук, заводя омегу за спину. Прибывшие люди оперативно подключились к штурму по приказу главы клана и приготовились к решающей атаке. — Ты остаёшься здесь. — Да щас! — возмутился Чимин, которому приказали сидеть за резервуаром. — Вообще-то, это я пришёл спасать ваши задницы. — Моя задница тебе благодарна, а теперь ты остаешься здесь, — в голосе альфы слышалась прямая угроза, и Чимин не рискнул перечить. — Нахал! — надулся омега, садясь на пол. — Ты, — Чонгук указал на альфу, — остаёшься с ним. Если порыв ветра принесет хоть один волос с его головы в ту сторону, я прострелю тебе башку. Омеге пришлось смириться и тихонько, в безопасности, ждать конца зачистки. С подкреплением Чонгук довольно быстро выбил противника из укрепления и оставил своих людей разбираться с оставшимися бунтовщиками. — Принцесса, нам нужно серьёзно поговорить, — Чонгук отдал автомат одному из своих людей и повернулся к Чимину. — Мы же с тобой уже это обсуждали! — Альфа приобнял омегу, поднимая на руки. Чимин охотно обхватил руками и ногами торс Чонгука, но недовольно надломленные бровки остались на месте. — Я не могу мыслить здраво, если знаю, что тебе может грозить опасность. — Да, Чонгук, говорили! — возмущённо парировал Чимин. — Мы говорили, что ты больше не будешь сам участвовать в разборках, — омега смотрел в любимые глаза, вокруг которых образовались морщинки, пригладил рукой выбившиеся волосы, где уже виднелась пара седых волос — подарок от драгоценных деток. — Прости, любимый. Хосок сегодня занят, а дело требовало моего вмешательства, ты же видел, — Чонгук вынес драгоценную ношу из помещения склада, где заканчивали свою работу его люди. — Я помню про своё обещание. — Чонгууук, — омега жалобно простонал в поцелуй, когда его прижали к металлической двери снаружи. Несмотря на прошедшие годы и рождение детей, страсть не угасла, только, наоборот, разыгралась всё сильнее. — И ты помни о своём обещании! — альфа грубо вжал омегу в стену, продолжая осыпать его лицо поцелуями под сладкие, еле слышные стоны и звуки выстрелов, доносящихйся со склада. Руки нагло сжимали бёдра и ягодицы, которые по-прежнему сводили с ума и будили в нём зверя. — Как дети? — Чонгук наконец опустил омегу на землю, понимая, что сейчас не место и не время. — Наш младшенький сегодня устроил драку во время хоккейного матча. — Кто? Моя маленькая принцесса? — произнёс Чонгук с восторгом. Чимин был против, чтобы омега играл в хоккей папе на радость, но, в итоге, после долгих уговоров Чонгука он всё же согласился. — Да, из-за твоей маленькой несносной принцессы завязалась драка на льду. А твой сын альфа, которого твой брат воспитывает, как наёмного убийцу, не смог остаться в стороне. Он вылетел на поле вместе со своими друзьями, еще и сына Намджуна и Джина прихватил, чтобы защитить честь брата. В итоге к арене приехало несколько машин скорой помощи, — Чонгук бережно держал в своей ладони руку возмущенного Чимина и внимательно слушал его рассказ. — Сразу видно — мои гены! — горделиво заметил Чон, тут же получив тычок в плечо. — Ты должен с ними поговорить! — недовольно сказал Чимин. — Конечно, любимый, — альфа оставил нежный поцелуй на щеке и открыл дверь автомобиля, подумав, что купит младшему хоккейный клуб, чтобы замять ситуацию. — Так что за срочное дело? — Хэин созвал семейный совет, — Чонгук приподнял бровь от удивления. Его старший сын созвал семейный совет?! . . . — Блять, Тэхен, какого чёрта ты такой узкий! — прорычал Хосок, остервенело толкаясь в любимое тело. Они сходили с ума друг по другу, по дикому животному сексу, наполненному страстью. Не было ни дня, чтобы они не придавались любви и разврату. — Ах, Хосок, я сейчас кончу, — Тэхен едва ли успевал уловить ритм супруга, который, кажется, за ночь совсем не устал. Вчера омега устроил ему разнос, закатив жуткую истерику. Вот уже неделю муж не ночевал дома, разбираясь с мелкими бунтующими группировками. Вернувшись домой с огромным букетом цветов, Хосок застал Тэхена кидающим ножницы в своих подчинённых в жуткой истерии. До выхода его коллекции оставались считанные дни. Омега и так был на грани нервного срыва, ведь пуговицы, которые он заказал, пришли не того перламутрового цвета, а ведущая модель для показа залетела от рок-звезды по пьяни — и теперь его зад никуда не влезает. Там было что-то ещё, но Хосок не разобрал сквозь крики. Альфе пришлось скрутить любимого и на плече вынести из мастерской ради безопасности окружающих. — Малыш, ты же хотел трахаться всю ночь! — Хосок специально притормозил, вставляя медленно и тягуче, чтобы подразнить нерадивого омегу. — Нет! Не смей, Хосок, мать твою! — запротестовал Тэхен. Альфа перехватил его руки, покусывая пальчики, и завёл их ему за голову. — Я клянусь, если ты сейчас не ускоришься, я тебе член оторву! — угрозы, срывающиеся с подрагивающих от удовольствия губ, звучали весьма комично. — И кто же тогда тебя будет трахать до умопомрачения? — Хосок вышел полностью, наслаждаясь жалобными извинениями своего благоверного. Красивое тело содрогалось от жажды удовольствия, губы обещали страдания, а глаза умоляли о большем. — Сукин сын, хаа, — не успело очередное ругательство вылететь изо рта омеги, как Хосок резко вогнал в него член по самые яйца. Сперма залила живот Тэхена, попадая на вздымающуюся от тяжёлого дыхания грудь. Омега сладко кончил — Хосок точно знал, как довести свою детку до экстаза. — Поэтому ты за меня и вышел, — альфа вытянул длинную стройную ногу мужа, покрывая её поцелуями. — Ты даже не вытащишь? — пробормотал Тэхен, чуть ближе подвинув бёдра. — Зачем? Мы ещё не закончили, во мне осталось ещё много спермы, — на мгновение в глазах Тэхена проскользнула грусть. Последние три года они посетили всех возможных врачей, но все как один говорили, что омега не может иметь детей. Тэхён был безутешен, а Хосок не отходил от него ни на шаг, даря любовь и поддержку. Из раза в раз альфа говорил, что ему нужен только его любимый муж, но омега-то видел, что дядя Хосок души не чает в своих племянниках. — Эй, малыш, — альфа уловил уже знакомый взгляд и протянул омегу к себе, усаживая на колени. — Посмотри на меня. Ты же знаешь, как сильно я тебя люблю? — Я тоже люблю тебя, хоть ты и редкостная сволочь! — Тэхен мягко улыбнулся и поцеловал мужа, чувствуя, что его член вновь толкается в его нутро. Но прекрасная идиллия была нарушена внезапно выбитой дверью! — Ааа! — закричал Тэхен, прикрывая грудь руками! — Какого хуя? — Хосок молниеносно наставил на непрошенного гостя дуло пистолета. — Доброе утро, кролики! Принёс вам морковку на завтрак, — на пороге спальни стоял Чонгук с пучком моркови. Чувство юмора у него всегда было паршивое. — Братишка, какого чёрта? — Хосок опустил пистолет, не обращая внимания на сгорающего от стыда омегу у себя на плече. — Я стучал, но вы не слышали, — альфа окинул взглядом интимную позу, в которой находился брат. — Неудобненько вышло, — по молодости он не раз видел, как его брат занимается сексом, но ведь теперь это был Тэхен. — Вопрос всё ещё актуален. Какого хуя?! — Семейный совет, кончай и поехали, — Чонгук лениво оттолкнулся от косяка и скрылся за дверью, крича в след: — Тэхен, классный цвет волос! — Спасибо, — куда-то в плечо пропищал Тэхен, готовый провалится сквозь землю от смущения. . . — Двадцать очков! — провозгласил голос мужчины, который бережно записывал счёт в блокнотик. — П-пожалуйста, Господин Мин, пощадите! — изо рта мужчины вылетали слюни, смешанные с кровью. — В смысле двадцать? — Возмутился Мин Юнги, — Я ему в печенку попал, это, как минимум, тридцать. — Прошу прощения, — извинился альфа и быстро исправил очки. — Понаберут по объявлениям! — Юнги играл с метательным ножом, думая, куда же попасть в очередной раз. — Так, кто, говоришь, наркоту тебе продал? — Я-я клянусь, никто! Пощадите, прошу! — мужчина висел, прикованный цепями к балке, из ран по всему телу, куда уже попал Юнги, сочилась кровь. — Неправильный ответ! — прицелившись, Юнги метнул нож и попал в руку. — Аааа, — мужчина пытался увернуться, содрогаясь от рыданий. Его торс был похож на кровавую игольницу. — Десять очков, — провозгласил мужчина и ответственно записал счёт в блокнотик. — Чёрт, я целился в сердце, но попадать в движущуюся мишень, конечно, сложнее, — Юнги сделал глоток рома из стакана и подкинул в руке очередной нож. — Ещё раз, — альфа подошёл ближе к трепыхающемуся на цепях телу, — откуда наркота на моей территории? — Я, правда, не знаю! — всхлипывал мужчина, уже даже не пытаясь дёргаться при приближении главы клана Мин. — Знаешь, я сегодня спешу, — Мин резанул лезвием ножа по предплечью, из которого тут же хлынула кровь. Красная жидкость стекала по рукам, капала на уши и плечи. — Аааа, я всё скажу! Всё скажу, — висящий до этого мешком альфа снова начал трепыхаться, звеня цепями. — Так бы — и сразу, — усмехнулся Мин. Вытерев полотенцем руки от крови, альфа скомандовал своим людям закончить допрос. — Потом приберите тут. И принеси мне чистую рубашку, — Юнги глянул на брызги крови, которые попали на белоснежную ткань. — Надо переодеться, а то Тэмин меня прикончит, — внимание Юнги привлекла вибрация телефона в кармане штанов. От кого: Свет очей моих Я придумал! Это точно окончательный вариант — Ликс! Мы назовём его Ликс. Правда красивое имя? Юнги оставалось только вздохнуть. Каждый день, а то и два раза на дню милый, ласковый и сильно беременный Тэмин выносил своему супругу мозг с выбором имени для их первенца. Прошло уже три года с момента их свадьбы. Сначала Тэмин был слишком мал, и Юнги не смел к нему и прикоснуться. Он забирал его из университета, постоянно крутился рядом и лишь оставлял скромные поцелуи на руке после того, как подвозил домой. Еще пару лет потребовалось Чонгуку и Хосоку, чтобы смириться, что их младший брат омега вырос и теперь у него есть личная жизнь. Когда Юнги решил сделать предложение, люди на Сицилии пару дней боялись выйти на улицы города, потому что велись ожесточённые войны между кланами Чон и Мин. Чонгук не мог выдать своего брата замуж за слабака. Благо он не знал, что в какой-то момент Тэхен отвлёк Хосока страстным запланированно-незапланированным сексом в машине, и он сдал свои позиции. Юнги тогда выиграл главный приз всей своей жизни. Грозный, суровый альфа любил своего омегу невероятно трогательной любовью, оберегая и заботясь о нём, как о самом хрупком создании на свете. — Чимини? — Юнги ответил на звонок брата. — Семейный совет, ладно, скоро будем. . . За столом большого особняка дома Чон собралась почти вся многочисленная семья. Чимин и Тэхен мило ворковали друг с другом в ожидании появления Тэмина и Юнги. Чонгук с братом распивали виски, обсуждая последние новинки оружия с чёрного рынка. Джин и Намджун прислали весточку с Атлантики, что не смогут присутствовать на собрании, но на обратном пути они заедут к папе Чонгука и Хосока, который теперь живет с Тэяном на юге Италии и держит виноградники. — Чимини! — звонкий голос Тэмина наполнил гостиную. Омега радостно побежал обнимать своего друга, а за прошедшие годы они действительно стали очень близки. — Ну да, конечно, пошли мы нахер, всего-то родные братья! — Чонгук с Хосоком недовольно закачали головами. — Всего лишь всю жизнь с нами прожил, ну уж куда там. Зачем с нами здороваться, — подхватил Хосок. Сколько бы лет ни прошло, братья всегда будут подтрунивать над младшим. Такая судьба у всех младшеньких. — Тише будь, братец! — Тэмин чмокнул обоих братьев в макушки и присел рядом с Тэхеном. — Ты же знаешь, что вы почти самые главные альфы в моей жизни. — Почти?! — в один голос вскрикнули братья. — Самый главный альфа — тут, — Тэмин указал на свой округлый живот. Чонгук с Хосоком моментально расслабились и заулыбались. — А ты какого хрена припёрся? — Чонгук дружелюбно поприветствовал Юнги, который всё это время стоял за омегой. — Не мог упустить возможность поглядеть на твою унылую рожу, — Юнги показал Чонгуку средний палец и пошёл обнимать Чимина. — Где ваши террористы? — Они в своей комнате, — хихикнул Чимин. Юнги присел рядом с Тэмином, положив руку на спинку его стула. — Итак, мы все в сборе, — во главе стола сидел Чонгук, справа от него — Хосок и Тэхен, слева — Чимин, Хэин и Тэмин. Детям вход на семейный совет был разрешён только с четырнадцати лет. — Минутку, — Чонгук остановил Хэина и поднялся с места. Он бесшумно подошёл к закрытой, но таинственно двигающейся двери, подавая рукой знак сохранять тишину. Рывком открыв двери, он закричал: — Аааххааа! — Аааа, — заверещали дети Чимина и племянник Тэхена Мио, которые тайно (как им казалось) подслушивали разговоры взрослых. Они побежали вверх по лестнице, унося ноги. — Говорю же, террористы, — все дружно рассмеялись. — Спасибо, что вы все собрались, — Хэин поднялся со стула. — Поскольку мне уже исполнилось четырнадцать, я имею право голоса на семейном совете. — Ты прав. Что же у тебя за важный вопрос, требующий присутствия нас всех? — Чонгук был невероятно горд своим старшим сыном. Хэин стал примерным омегой, отличником, гордостью Чимина и отдушиной Чонгука. Из всех троих детей, которыми их наградила щедрая судьба, Хэин доставлял им меньше всего хлопот. — Итак, поскольку я уже взрослый и у меня есть голос, я решил вынести важный вопрос на голосование, так как он коснётся всех членов семьи. Я понимаю, что хоть я и старший сын, самостоятельный омега, но всё же не могу решать такие вопросы сам. Да я бы и не стал никогда в жизни идти наперекор отцовскому слову или делать что-то за его спиной. Я всегда пользовался вашим доверием и старался его оправдать, — это была блестяще отрепетированная речь, которая задевала струны душ каждого из членов семьи. Хэин сказал про отцовские слова — и Чонгук с Хосоком тут же закивали, он упомянул доверие — и сердце Чимина и Тэмина растаяло. Упомянув, что он самостоятельный омега, он тут же перетянул Юнги и Тэхена на свою сторону. — Поэтому я хочу, чтобы вся семья проголосовала. Я прошу вас серьёзно отнестись к этому вопросу, который очень важен для меня, для формирования моей личности, — все участливо закивали. — Завтра мы с классом едем на пляж. И я тоже хочу поехать на пляж и поплавать в море, как и все омеги моего класса! — в гостиной повисло напряжённое молчание. — Нет!!! — хором произнесли Чонгук, Хосок и Юнги. — Ну почемууу?! — заголосил Хэин! — Это нечестно! Все будут нормально загорать и плавать, а я один, как придурок, буду дома! — Чонгук, — Чимин мягко коснулся колена супруга. — Я сказал нет! Мы уважили твою просьбу, собрали совет, выслушали и приняли единогласное решение. Нет! — Папа! Ну скажи ему! — взмолился Хэин, ища поддержку в глазах Чимина. — Чонгук, ну правда, сейчас все ездят на пляж, — поспешил поддержать сына Чимин. — Сегодня он вместе с альфами едет на пляж. А завтра все будут обсуждать цвет сосков твоего сына! — Чонгук грозно посмотрел на омегу. Прикинув что-то в голове, Чимин согласился. — Ну, послушайте, он оденет шорты и футболку, она будет прикрывать всё, что нужно… — Тэхен тоже решил поучаствовать в дискуссии, но тут же был остановлен Хосоком. — А когда она намокнет, будет виден каждый изгиб тела моего племянника, — этот аргумент окончательно растоптал последнюю надежду. — Ну папа! Это нечестно! — Разговор окончен! — омеги удалились на кухню пить чай и сплетничать, оставляя альф решать свои альфьи вопросы. — Любимый, — тёплые руки опустились на плечи Чонгука, нежно обвивая шею. — Отпусти его, пожалуйста. — Чимин, нет! Это же наш сын. — Вот именно, наш сын. Вспомни, какой Хэин человек. Разве он сможет сделать что-то предосудительное? — омега крепче обнял супруга. — Ну пожалуйста, — не в силах отказать своему любимому, Чонгук согласился. — Хорошо, пусть едет. Но! Будет одет в костюм, закрывающий от шеи до ног! — Чимин радостно захлопал в ладоши и удалился порадовать сына. — Ты реально отпустил его на пляж? — удивился Юнги. — Итак, задействуем операцию «Кобра», — серьёзно сказал Чонгук. — Выкупаем пляж, чтобы никого, кроме класса Хэина, там не было. — Люди по периметру в штатском, чтобы ни одна душа не смогла прошмыгнуть, — тут же добавил Хосок. — У меня есть группа водолазов! — предложил Юнги. — Хорошая мысль, — согласился Чонгук, чокаясь с другом стаканом с виски. — Быть отцом непросто, — Юнги нахмурил брови. — И не говори! — добавил Чонгук, уже набирая сообщение в телефоне своим людям с распоряжениями. — А если Хэин или Чимин узнают? — Нам конец! — в один голос воскликнули все трое.