Головой в омут

Подъехав к вокзалу, они поставили машину на стоянку, а сами направились к перрону. Поезда ещё не было, но уже объявили о его прибытии. Вдали послышался гудок, и показалась голова состава. — Мы как раз вовремя! — Татьяна внимательно смотрела на подъезжающий поезд. — Как думаешь, она приедет одна? — Наверняка, зачем ей тащить всю свою семью в такую даль, тем более, если предстоит встреча с одноклассниками? — Ирина недовольно прикрыла уши от грохота поезда. — Они очень редко приезжают всей семьёй, особенно Миша. Да и вообще, после того, как Ленка так неожиданно уехала в Питер, бросив и учёбу, и нас, она с мужем и с детьми приезжала раза два, когда дети были маленькими! На это есть какая-то особая причина? — Какая причина? Я была у неё года два назад, когда ездила на стажировку в Питер. Семья как семья, ничего особенного. Мишка всё время в разъездах. Он практически дома-то не бывает. Какие уж тут поездки к родственникам, а тем более к друзьям. — Ну, могла бы и почаще приезжать, или ей есть, что скрывать? У неё здесь не только подруги живут, здесь живут её родители и братья, — прищурившись от солнца, сказала Татьяна, глядя, как из одного вагона выходит очень элегантно одетая женщина. Иринка уставилась на Татьяну. — Да, она с детьми, каждое лето у матери в деревне бывает. Там же воздух. А в городе что? Духота, да и только. Что она этой духоты в Питере не видела? — Ирина недоумённо уставилась на Татьяну. — А почему ты спрашиваешь? Ты что-то знаешь и мне не говоришь, так ведь? — Знать не знаю, но предполагаю, что здесь не обошлось без Сашки Хазарова. Ты же знаешь, она была в него влюблена, а он в то время хотел жениться на «прекрасной Илоне», — с сарказмом проговорила Татьяна. — А-а, это! Да не бери в голову, они только друзья, — с чувством зависти Ирина смотрела на приближающую дамочку. — Ого! — присвистнула она. К ним подходила та самая женщина. На ней был голубой, под цвет глаз, брючный костюм, явно от какого-нибудь Кутюрье. На чёрных, немного вьющихся волосах была надета маленькая элегантная шляпка. Росту добавляли умопомрачительные шпильки. За ней шёл носильщик с каталкой, на которой было два большущих чемодана и шляпная картонка. Татьяна засмеялась. — Иринка, ты как всегда права! Ей точно нужен контейнер! — И бросилась в раскрытые объятия своей подруги. После первого шока, Ирина тоже признала в незнакомке свою подругу и начала обнимать и целовать. — Боже, неужели это ты? Так изменилась! Обалдеть! Разве можно быть такой красивой и элегантной? Мы рядом с тобой выглядим настоящими деревенщинами! — Иринка всё никак не могла прийти в себя. — Видно вашей семейке господь бог отдал все лучшие гены! — Брось, подруга! Ты выглядишь не хуже меня, только надо добавить несколько штрихов, подчёркивающих твою индивидуальность! — засмеялась Елена, обнимая своих самых замечательных и любимых людей. — Дай-ка, я на вас погляжу! — Она ещё раз посмотрела на подруг, и в уголках глаз появились слезинки. — Как я соскучилась! — Не будешь уезжать так далеко и так надолго! — Иринка, как всегда, вставила своё слово. — Глупые! Давайте в машину! Дома наговоритесь ещё! — Рассудительная Татьяна потянула их к автостоянке, кивнув носильщику, чтобы тот следовал за ними. Они погрузили багаж, уселись в машину и поехали домой. Дорога была ужасная, рытвины да колдобины попадались на каждом шагу, вернее, на каждом обороте колеса. Дорожники ещё не успели после зимы залатать дыры. Ирина старалась объезжать ямы, но у неё это плохо получалось, и она ругалась как сапожник. В одном месте она быстро объехала большущую яму и подрезала идущую по этой полосе восьмёрку, водитель, резко затормозив, выскочил из машины, начал ругаться. Ирина невозмутимо высунула из окна руку и показала ему средний палец, водитель восьмёрки просто остолбенел. Татьяна, сидя на переднем сиденье, еле сдерживала смех. Ленка с заднего сиденья спросила: — Ты что, участвуешь в ралли? Или так ты демонстрируешь своё отношение к сильному полу? На что Ирина только хмыкнула, а Татьяна с видом знатока пояснила: — Разве ты не знаешь, она у нас Шумахер! И никакие мужчины здесь не при чём! Они засмеялись, глядя на неудачливого шофёра. — Нет, ты не права! Мужчины должны знать своё место и уступать женщинам дорогу! — надменно сказала Ирина и завернула вправо к Ленкиному дому. Настроение у Татьяны резко улучшилось: «Как же хорошо, что они у меня есть!» Лена жила в Петербурге, но, когда приезжала в Ижевск, останавливалась на квартире отца. Отец Лены давно перебрался к старшему сыну нянчить внуков, а квартира осталась пустовать. Сдавать квартиру чужим людям он не хотел, и Лена пользовалась этим. Двухкомнатная квартира располагалась на восьмом этаже и, погрузив в лифт чемоданы, Ирка, как всегда, заметила, что если бы не лифт, то Ленке бы самой пришлось переть их на восьмой этаж. На что Ленка ей ответила, что один чемодан она привезла именно для них, и не стала бы его поднимать, а оставила бы у подъезда на растерзание собакам. Лифт домчал их до восьмого этажа, и они дружно ввалились в квартиру, рассказывая друг другу новости. Квартиру приготовили к Лениному приезду. Золовка даже сделала несколько закусок, чтобы было чем перекусить по приезде. Но им было не до закусок. Как всегда, они были охвачены нетерпением, Иринке и Тане хотелось посмотреть, что привезла им подруга, а Лене хотелось увидеть их реакцию на подарки. Раскрыв один из чемоданов, Лена вытащила изумительный брючный костюм из коричневой замши. — Это для тебя! — сказала Лена, лукаво глядя на Ирину. — Примерь! Ирину долго упрашивать не пришлось, и через минуту она показалась в обновке. Брюки были свободного покроя без стрелок, а блуза была удлинённой до середины бедра, полуоблегающей тело, с боков небольшие разрезы. На груди вышиты рисунки, подозрительно напоминающие индейские иероглифы, но от этого блуза выглядела ещё более необычно. Иринка вертелась у зеркала и не могла оторвать глаз от своего отражения: — Знаешь, я в этом наряде выгляжу очень даже ничего! Лена улыбнулась и достала длинную цепь из жёлтого металла, на её концах висели такие же металлические шарики. Когда Лена застегнула цепь на талии Ирины, та надула губы и сказала, что цепь несколько длинновата. Ленка рассмеялась и опустила цепь на бёдра. — Это так задумано! Ирина повернулась, и шарики, задев друг друга, издали звон. — Боже, теперь все будут знать о моём приближении! — Ирина порывисто обняла подругу. — Ты это сама придумала? — Конечно! — Улыбнулась Ленка и тоже обняла её. — Вы же у меня подопытные кролики, и на вас я испытываю свои самые смелые идеи! — Класс! Такой костюм будет только у меня! — радовалась Иринка. — Это ещё не всё! — И Лена достала из чемодана коричневые полусапожки на высоком каблуке из натуральной кожи. Ирина даже завизжала от восторга и бросилась обниматься. Татьяна сидела на диване, с восхищением смотрела на подруг и думала, что Ленка ухватила самую суть Иринки, и в этом костюме отражается вся её неугомонная натура. — А тебе, дорогая, придется подождать с обновкой! — бросила Ленка, доставая из чемодана вишнёвый костюм из тонкого сукна. — Ты немного похудела, и надо будет костюм ушить. Она посмотрела на фигуру Тани, поцокала языком, открыла швейную машинку и стала подбирать нитки нужного оттенка. — Может, завтра? — смущённо спросила Татьяна. — Нет! Ты же знаешь, что у меня руки будут чесаться, если я этот костюм не подгоню, — что-то напевая себе под нос, пробормотала Ленка. Ирина всё ещё вертелась у зеркала, рассказывая о проказах её четырёхлетней дочери Юльки, а Ленка быстро распорола несколько швов и прошила их без примерки, чем очень удивила Татьяну, затем укоротила длину юбки. — Это ещё зачем? — спросила Таня. — Ты теперь у нас незамужняя, надо заботиться об имидже! — хмыкнула Ленка, заканчивая переделывать костюм. — Вот и всё! Давай примеряй! — Татьяна нерешительно одела костюм. Он был облегающий, и ей показалось, что она совсем голая, а её грудь слишком выпирает. Заметив это, Лена подошла и обняла подругу за плечи. — Не смущайся, лучше посмотри в зеркало. Татьяна подняла глаза на своё отражение и даже залюбовалась. На неё из зеркала смотрела совсем другая женщина. Длина юбки была чуть выше колена, что зрительно удлиняло ноги, длинный жакет подчёркивал стройность её фигуры. Она всегда стеснялась своей большой груди, и поэтому, одежда у неё была просторной, но в этом костюме она себе нравилась. — У тебя настоящий талант! — Татьяна обняла Лену, и на глаза навернулись слёзы счастья. — Не могу передать словами, как я вас обоих люблю! — Таня заключила в объятия своих подруг. — Без вас я, наверное, не выжила бы. Лена потёрла ладони друг о друга: — А не выпить ли нам коньячку? — и пошла на кухню накрывать на стол.