Головой в омут

«Дрова рубят — щепки летят…» Раздался сигнал домофона. — Ну, что тебе ещё надо? Я всё сказала! Проваливай и больше не попадайся мне на глаза, а то я тебя сама с лестницы спущу, не посмотрю, что ты такой чистенький, — с раздражением бросила Татьяна. — А квартиру я тебе освобожу, как только найду жильё! — И тебе тоже здравствуй! — раздался мужской голос. — Может, всё так и, ты меня впустишь? — Хо-ро-шо, — с дрожью в голосе произнесла Татьяна. От одного этого голоса её бросило в жар. Она привалилась к стене, пытаясь прийти в себя. В двери позвонили. Она открыла дверь и замерла на пороге. Алексей, навалившись на косяк двери, стоял и улыбался: — Кого это ты так отбрила? Она, молча, смотрела на него. Он был в той же одежде, что и в больнице. Теперь Алексей стоял почти вплотную к ней, и она вдруг заметила, что он возмужал, стал гораздо шире в плечах, чем казалось на расстоянии. Сила и уверенность просто сочились из него. Он и впрямь стал настоящим мужчиной, ещё привлекательнее, чем раньше. А глаза его жадно обшаривали всю её фигуру. — Зачем ты пришёл? — А вот за этим! — Он обхватил её лицо руками и поцеловал в губы. Татьяна никак не отреагировала, тогда Алексей усилил напор. Его поцелуй был горячим и страстным, и Татьяна забыла обо всём на свете, едва лишь губы Алексея прикоснулись к её губам. Закрыв глаза, она запустила пальцы в его волосы и попыталась прижаться к нему — ей хотелось, чтобы поцелуй длился как можно дольше. «О, Боже, что я делаю? — промелькнуло у неё в голове. — Может, я всё еще сплю?» Она задрожала. Почувствовав её желание, он начал целовать ей шею, плечи. Захлопнув дверь ногой, он прижал Татьяну к двери, развёл полы халата, сдёрнул бельё. Руки его прошлись по груди, легли на бёдра. Он сильнее прижал её к себе. Она ощутила его возбуждение. Помогла расстегнуть молнию брюк. Он приподнял ей бедро и вошёл в неё. — Господи! Ты тоже хочешь этого?! — Он изумлённо посмотрел на неё. — Хочешь, как и я!.. — Я сошла с ума! — Татьяна металась по комнате, заламывая руки. — Я просто одурела! — Что случилось? — Ирина сидела на диване и с тревогой разглядывала свою подругу. — Говори вразумительно, от чего ты одурела? Татьяна остановилась и с недоумением посмотрела на Ирину. — Как от чего? От Григорьева, конечно! — Говори вразумительно, причём тут Григорьев? — Как при чём? Я с ним… Я с ним… — Татьяна набрала побольше воздуха и выпалила, — Я с ним переспала! — Когда, чёрт возьми, ты успела? Я оставила тебя здесь два часа назад, — недоумевала Ирина. — Возьми себя в руки, и рассказывай по порядку. — Не успела я зайти в квартиру, — сбивчиво начала Татьяна, — сразу пришёл Вадим. Мы с ним поспорили, и я его выгнала, и он выбежал, как угорелый. Не успела я отойти от двери, как снова звонок. Я открыла, думала, Вадим вернулся, а там Алексей. — Ну, и дальше что? — Как что? Я даже опомниться не успела, мы начали срывать друг с друга одежду. И, в общем… — Ну и ну! — Я на него набросилась, как маньячка. Опомнилась только, когда всё закончилось. Вообще, не понимаю, как я до этого докатилась? — Как, как? Ты просто уже десять лет этим не занималась, — самодовольно изрекла Иринка. — Как десять лет? Мы с Вадимом не ограничивали себя в этом. — Конечно-конечно! Но с мужем — это было супружескими обязанностями, а с Григорьевым — это было любовью. — Боже мой! Боже мой! Мы порвали друг другу одежду! — Таня всплеснула руками. — Как жаль, что я этого не видела, — засмеялась Ирина. — Тебе смешно, а я перестала себя контролировать! — Это же хорошо! В кои-то веки, ты расслабилась. Тебе с Вадимом это не удавалось. Я вот никогда контроль не теряла. Мне даже обидно. — А представляешь, что будет, если мы встретимся с Алексеем в обществе? — Даа! Хотела бы я это видеть! Даже представляю, как твои грымзы рты пооткрывют! — весело пошутила Иринка. — Да уж! Ну и картина будет! — Татьяна представила эту картину и тоже засмеялась. — Ну, вот у тебя и настроение поднялось. Рада за тебя. Я, пожалуй, пойду. Юлька заждалась уже. — Ой, прости меня, что я тебя так сорвала. Я, просто, растерялась. — Да, ничего. Кто же придёт тебе на выручку в трудный момент! — Ирина похлопала Татьяну по плечу и пошла восвояси. — Не могу поверить! Ты опять сделал это! — Лена металась уже по своей комнате, заломив руки. Она бросала сердитые взгляды на своего младшего брата. — Как ты мог? Как ты мог опять сотворить с ней такое? — Да, я и сам толком не понял, как всё это вышло, — виновато, понурив голову, пробормотал Алексей. Он сидел в кресле, обхватив голову руками. — Сам не понял! Да, что ты такое говоришь? — негодовала сестра. — Сам не понял?! Она после первого-то раза всё ещё не пришла в себя, а ты? У меня просто нет слов! У тебя, вообще, есть голова на плечах? Да на тебя бабы сами вешались, с тех пор, как ты научился отличать девочек от мальчиков, а ты такое вытворяешь? Да ещё с кем? С моей подругой! Что совсем разучился держать ширинку застёгнутой? — Виноват! Что я сам не понимаю! — со злостью в голосе крикнул он. — На неё посмотрю, так в груди, будто всё переворачивается! Ничего не могу с собой поделать! — С отчаянием Алёша ударил себя по коленям. — Какого чёрта, ты туда попёрся? — Я, просто, хотел поговорить, — угрюмо сказал молодой человек. — Да, ничего себе, поговорил, — успокаиваясь, сказала Лена и села в кресло напротив брата. — Ну, в общем, как увидел её в больнице, прямо весь загорелся. Захотелось поговорить с ней, защитить. Она такая подавленная была, прямо на себя не похожа. Я сел в машину, и сам не понял, как к её дому прикатил. Звоню в домофон, а она мне: «Убирайся!» Я даже опешил. Потом понял, что она это не мне, когда из подъезда, прямо на меня, вылетел её бывший. Зашёл, а она вся дрожит. Ну, и не удержался! Лена вздохнула, посмотрела в глаза брату, теперь уже с сочувствием, потрепала его по колену. — Да, братец, влип ты в историю! Но я не пойму, почему ты с ней поговорить не можешь, по-человечески? — Да, не знаю я! — И он прислонился к плечу сестры, а она обняла его и стала укачивать, как младенца. — Вижу её, а руки сами уже обнимают, губы целуют. Не могу себя контролировать! Ни с кем такого не было, только с ней. — И угораздило тебя в неё влюбиться. Сколько лет это может продолжаться? Он поднял голову и сказал: — Ты права, я, действительно, влюбился в неё давно. Ты же сама мне говорила, чтобы я остепенился и нашёл себе девушку. Я и нашёл. Только, думаю, всё это безнадёжно. — А я думаю, что нет! — Алёша с надеждой посмотрел на сестру, а она так загадочно как-то улыбнулась, но ничего не добавила. — Но, что же мне делать? — спросил он после долгого молчания. Лена не отвечала, будто взвешивая что-то, а потом, пожав плечами, добавила: — Надо подумать! Они ещё немного поговорили о матери, о семье старшего брата Саши, о её жизни в Питере, и он ушёл. Проводив брата, Лена села обратно в кресло и задумалась.