Сага о Тени

      Сквозь густые заросли многовекового дикого леса, тяжело дыша, пробирался Хал. Пять дней назад Отшельник решил утроить ему очередную тренировку — отправил за припасами в Ванген. Сначала Хала захлестнула волна радости от такого легко задания за последние два года, но с самодовольной ухмылкой Отшельник быстро вернул его из мира грез. «Ты должен справиться с этим за восемь дней и не используй способности тени» — вспоминая эти слова, Хал обрушивал на Отшельника все известные ему проклятья. Видимо на Хала обратила свой взор Бешаба и, закупаясь припасами ему пришлось задержаться на целый день, поэтому он, навьюченный словно мул, без какого-либо отдыха возвращался обратно. Благодаря еде тени могли продлевать свое нахождение на материальном плане, но у Хала просто не было времени на еду, а его сил хватало только на три дня — дорога в одну сторону у него заняла четыре дня. Также, не смотря на отсутствие потребности во сне, такой форсированный марш серьезно истощил Хала, но у него всегда были силы для проклятий Отшельнику.       Тяжело дыша, Хал взобрался на очередной подъем и перед ним раскинулся приносящий радость, вдалеке уже виднелся бурлящий Гоблин. «Осталось совсем чуть-чуть»  уже в который раз подбодрил себя Хал. Переведя дух, он начал спускаться в седловину, по его прикидкам ему осталось еще полдня пути. Близость финиша предала Халу свежих сил, и его кожаные сапоги вгрызлись в горную породу, неся его на следующею гряду.       Преодолев Лысый пик, Хал почувствовал посторонних, но пока еще не мог определить их количество, перед ним лежал последний сложный участок маршрута, который очень подходил для засад. Проверив ремни, удерживающие его тяжелую ношу, и выровняв дыхание, он двинулся дальше, максимально обострив чувства своего измотанного тела. До конца участка было уже рукой подать, как вдруг в лежащий неподалеку от Хала валун попала стрела, рефлексы сработали моментально, не смотря на сильное истощение. Из-за зарослей кустарника на него смотрели уродские зеленые рожи гоблинов, расплывающиеся в торжествующей улыбке и обнажая ряд маленьких кривых зубов. «Почему же я не удивлен?» — спросил сам себя Хал, прячась за покрытым мхом камнем. Ещё пять стрел повыбивали осколки из камня, после чего раздался хрипящий боевой клич, не меньше десятка гоблинов ринулись на Хала. Обнажив свой меч и кинжал, он приготовился принять каждого зеленокожего уродца.       Большинство гоблинов были вооружены простенькими копьями, и Хал был более чем уверен в своей победе. Первый наглец быстро распрощался со своими тоненькими ручками, горло второго встретилось с острием кинжала, издав булькающий крик. Копье третьего гоблина немного полоснуло по правой ноге Хала, заставив его зашипеть от боли, в отместку за это менее удачливый товарищ зеленокожиго наглеца распрощался с головой. Такие стремительные потери пошатнули боевой дух налетчиков, но крики наиболее крупного из них быстро вернули все назад.       Первоначальный задор битвы уже сошёл, и Халу пришлось уйти в оборону, ловко уворачиваясь от множественных выпадов. Хал был не в том состоянии, чтобы вести продолжительный бой, усталость и старая рана начали заявлять о себе, схватив очередное копье рукой, он ринулся вперед и пронзил насквозь тощее тело гоблина. Не теряя ни секунды Хал направился на следующею цель, которая перед смертью успела оставить разрез на его щеке, чем еще сильнее раздула огонь ярости внутри Хала. Продолжая свою стремительную атаку, он по инерции набросился на рядом стоящего вожака, заблокировав его кривой клинок кинжалом, одним ударом ему почти удалось вспороть брюхо гоблина, но тварь успела отскочить, получив только глубокий порез груди. Истекающий кровью вожак отдал какие-то команды, и залп стрел накрыл Хала, но только одна стрела попала в его левое плечо, заставив выронить кинжал. Рев, подобный реву разъяренного горного медведя, разнесся среди окружающих склонов, в этот рывок Хал вложил все свои последние силы и одним ударом снес половину никчемной головы вожака, чем обратил в бегство всех оставшихся уродцев. Тяжело дыша, Хал без сил упал на твердые камни, его левое плечо ныло от боли, и ей аккомпанировала правая нога. «Скоро уже закат». — отдышавшись, подумал про себя Хал. Он на какое-то время потерял сознание, что придало ему немного сил. Перевязав порез на ноге, и аккуратно обломав древко стрелы, оставив лишь половину, он похромал к Отшельнику.

***

      Солнечный диск скрылся за горами, погрузив мир в сумрак, на последнем издыхании Хал пытался взобраться на очередной склон, по пути он уже несколько раз терял сознание. «Будь я обычным человеком — помер бы» — подумал про себя Хал. » Хотя я уже давно, как помер». — через секунду вспомнил он. От левого плеча по телу пробегали волны боли, Отшельник рассказывал Халу способы позволяющие не замечать боли, но они уже многократно использовались по кругу. Оставляя за собой след из небольших пятен крови, ему удалось взобраться на склон, до дома Отшельника оставалось совсем немного, как вдруг, по телу пробежала очередная волна боли, из легких Хала вырвался приглушенный стон, ноги подкосились и он упал без возможности встать. Пытаясь собраться с силами, Хал заметил еле слышный хруст веточки неподалеку. «Не вовремя кто-то решил со мной поздороваться». — пронеслось в его голове. — Так-так, кто это тут у нас? — спросил знакомый голос. — И кто же это с тобой сделал? — продолжил спрашивать Отшельник. — Одни зеленокожие ублюдки очень не вовремя решили поздороваться. — стараясь говорить нормально, ответил Хал. — Ты жалок, раз не смог нормально дойти досюда с такими легкими ранами. — с усмешкой произнес Отшельник. — Но надо привести тебя в порядок. Поспи, пока что. — добавил он и шепча заклинание легко притронулся к голове Хала, отправив того в царство сна.

***

      Очнулся Хал уже в хижине, в левом плече отсутствовала стрела, а оно само было туго перевязано. Все тело ныло от усталости и у него не было сил даже на то, что бы приподняться на кровати, когда в комнату вошел Отшельник. — Немного потрепали тебя гоблины. Почему ты не воспользовался своими способностями? — спросил Отшельник. — Так ты же запретил, и я очень сильно устал. — медленно ответил Хал. — Оба оправдания не принимаются. В критической ситуации ты можешь их использовать. — И мне за это ничего не будет? — с подозрением спросил Хал. — Конечно будет, ты же нарушил мой запрет. — с усмешкой ответил Отшельник. — Не понимаю я тебя. — Тебя гоблины по голове не были? — насмешливо спросил Отшельник; Хал отрицательно покачал головой. — Тень всегда действует на свое усмотрение и может нарушать все, преследуя свои цели. Ты мог попытаться сделать так, что бы, я не узнал о твоем нарушении, но ты уже свой шанс потерял. — продолжил он. — Приму к сведению. — Пока отдыхай и залечивай раны. Думаю к середине лета мы устроим твоим маленьким друзьям небольшой сюрприз. — с загадочной улыбкой сказал Отшельник и покинул Хала.       Через три дня Хал полностью отдохнул и уже приготовился к нескольким месяцам без обучения, но у Отшельника были совершенно другие планы. Он начал активно тренировать Хала в псионике, особенно в психометаболизме, к которому, со слов Отшельника, был предрасположен Хал. Благодаря этому он смог немного ускорить заживление своей раны, что конечно было не очень радостно для него, так как начались очень активные физические тренировки.

***

      Тяжелое дыхание вырывалось из груди Хала, его тело неподвижно лежало на острых камнях, которые отчетливо ощущались через кожаный жилет, с самого утра Отшельник загонял его тренировками, и последним гвоздем в крышку гроба его выносливости, стал тренировочный бой на топорах. Топоры были самым не любимым оружием Хала, и Отшельник знал это, поэтому на протяжении боя он, иногда открыто, иногда нет, насмехался над ним, что являлось его обычным поведением. Очередная попытка встать оказалась безуспешной и Хал так, и продолжил лежать под палящим полуденным солнцем. Не имея сил встать, он прикрыл глаза и сосредоточился на окружающем его пространстве. Благодаря тренировкам Отшельника у Хала получалось практически мгновенно входить в состояние повышенного восприятия, даже тихий лес издает множество звуков: шорох листьев, треск ветки под копытом оленя, копошение какого-то мелкого зверька. Вдруг среди естественных лесных звуков появился еще один — звук шага, и совсем близко. Хал моментально среагировал, но сил хватило, только на то, чтобы прикрыть щитом грудь, за мгновение до попадания кинжала. — Очень хорошо. — раздался одобрительный возглас Отшельника. — Все тренировки были не зря. — Какая это уже по счету попытка убить меня? — саркастически спросил Хал. — Я не считаю, так как если я захочу тебя убить, то убью. — с напускной строгостью ответил Отшельник. — Через день мы нанесем обещанный визит нашим зеленокожим соседям. — От этой новости я чувствую небывалый прилив сил. — медленно поднимаясь, сказал Хал. — Я уже завтра буду готов наведаться к ним в гости. — Ага, конечно. — насмешливо произнес Отшельник. — Ты вынослив, но этот бой будет первым, где ты применишь свои способности, поэтому я великодушно выделяю тебе целый день отдыха и безделья, не считая готовки конечно. — произнося последние слова он ехидно улыбнулся. — Пойду, что ли Бешабе помолюсь за такую удачу! — воскликнул Хал. — Пойди-пойди. — сказал Отшельник и, зайдя под тень леса, исчез.       Переместив щит на спину, предварительно вынув кинжал, и подобрав топор, Хал медленно заковылял в направлении дома. «Надо будет не облажаться в первом бою, пусть маленький зеленые ублюдки расплатятся за мое плечо». — подумал про себя Хал.

***

      Среди зарослей кустов скальника скрывался неприметный вход в вонючее гоблинское логово. Одинокая человеческая фигура наблюдала за двумя полусонными гоблинами-стражниками, они вразвалочку, закинув примитивное копье на плечо, ходили туда сюда недалеко от входа, изредка один из них пытался всматриваться в окружающий лес, ничего не находя он возвращался в полусонное состояние. «Гоблины ведут преимущественно ночной образ жизни, поэтому наш полдень для них полночь, и мы навестим их как раз в это время». — сказал Отшельник Халу, перед тем как они разделились. Периодически Хал смотрел на положение солнца и, взглянув в очередной раз увидел, что палящий диск уже почти достиг зенита. Проверив крепление щита на спине, и вынув кинжал из ножен, он уже был готов молниеносно расправиться с мелкими зелеными уродцами, но вдруг перед ним появилась давняя знакомая — странная белка. Зверек появился совершенно бесшумно и Хал чуть не вздрогнул от испуга, он привстал на задние лапы и его глаза упорно выпрашивали что-нибудь. Вздохнув, Хал полез в небольшой мешочек на поясе и достал оттуда орешек и кинул белке, мелкая попрошайка мигом схватила подачку и довольно процвиркав скрылась в густой кроне ближайшего дерева. Ради разгона скуки Хал попытался высмотреть зверька среди листвы, но быстро забросил это занятие. Вскоре тишину леса нарушила стая ворон, взлетевшая не понятно откуда и громко каркая, пронеслась над входом в гоблинское логово — знак к началу атаки.       Воспользовавшись моментом, Хал за два прыжка добрался до поросшей мхом груды камней, недалеко от которой стоял один из гоблинов. Подобно ирбису он затаился, ожидая, когда его цель подойдет немного ближе. Ожидание было не долгим, второй гоблин скрылся за другой стороной холма, поэтому момент был лучше некуда, стремительным рывком Хал вонзил в сердце гоблина кинжал, его предсмертный крик был остановлен рукой, зажавшей его, полный гнилых зубов, рот. Пока глаза Хала искали место, куда можно спрятать труп, его уши уловили недовольные крики двух гоблинов и что-то напоминающие писк белки. Времени спрятать труп или вернуться обратно в укрытие у него не было, поэтому стараясь издавать как можно меньше звуков, Хал резко упал в небольшую яму. Он успел это сделать за секунду, до того как уже знакомая ему белка пронеслась мимо него, унося лапы от двух разъяренных гоблинов, быстро взобравшись на дерево, зверек как будто насмехнулся над гоблинами, и скрылся в густой кроне, какое-то время гоблины еще стояли под деревом, и что-то кричали, но вскоре один из них вернулся в логово.       Видимо оставшийся гоблин имел очень скверную удачу, так как он остался один на один с Халом, гоблины очень плохо видят на солнечном свете, но разделяющие Хала и гоблина расстояние велико, чтобы преодолеть его быстро и незаметно. Но противника можно поражать на расстоянии и множество небольших камней рядом с Халом способствовали этому. Взяв наиболее круглый камень, Хал немного привстал на локтях и быстро взмахнув, кинул камень в строну гоблина. «Не растерял я еще своей сноровки». — подумал про себя Хал в тот момент, когда камень попал четко в гоблинский затылок. Несколькими легкими прыжками он оказался над телом оглушенного гоблина и быстро проткнул кинжалом его жалкое сердце.       Взяв щит с топором, Хал прикрыл глаза и вступил в тень, тренировки Отшельника не прошли даром и он без усилий перешел на приграничный план, окружающий мир потерял свои краски, но на любование новой картиной мира времени не было. Спокойной походкой Хал прошел внутрь логово, проходя сквозь тела спящих гоблинов. Выбрав свободное от тел место, Хал размял плечи и резко вернулся на материальный план. — Пришло время расплатиться за мое плечо! — крикнул Хал, вгоняя топор в голову первого гоблина.       Крик Хала посеял хаос среди просыпающихся гоблинов, а сам виновник уже начинал свой танец смерти. Чувство наслаждения объяло все его тело и он, как и в старые времена двигался подобно эльфу, нанося быстрые удары, насколько это возможно для топора. На другом конце пещеры раздался хлопок, и в тусклом свете факела появилась фигура Отшельника, его стиль отличался от безумного танца Хала, он был подобен текущей реке — спокойный и смертельный одновременно.       Гоблины уже начинали приходить в себя, но они уже заведомо проиграли, из четырех десятков гоблинов, десять уже были мертвы или корчились в предсмертной агонии, среди оставшихся начали всходить семена страха. Повинуясь инстинктам, они сбивались в кучи, и у двух теней были две собственные контрмеры: Хал подобно урагану врывался в собирающеюся толпу, за что уже получил несколько пропущенных ударов; спокойный Отшельник кидал в группки гоблинов небольшие глиняные горшочки с маслом. Когда уже оставшиеся гоблины думали бежать из глубины пещеры раздался страшный рев. «Такое чувство, что нечто похожее у меня уже было». — подумал про себя Хал, смотря на выбегающего хоба. Ярость затмила глаза хобгоблина и он не видя больше ничего накинулся на Хала. Халу удалось увернуться от первых взмахов огромной дубины и даже ранить своего соперника в ногу, но подошедшие сзади гоблины не дали увернуться ему, и следующий удар дубины обрушился на его щит, заставив полностью онеметь левую руку. С боевым кличем Ксагоса Хал ринулся в строну хоба, вонзив свой топор прямо в пах гоблину-переростку. Крик боли пронесся по пещере, хоб схватился за пораженное место, но тут же получил удар щитом, который опрокинул его на лопатки, одним взмахом топора Хал оборвал жизнь, наверное, первого гоблина-евнуха.       Опьяненный быстрой победой он забыл про окружение и оно напомнило о себе копьем в правом бедре. Это могло стать последним напоминанием в жизни Хала, если бы не подоспевший Отшельник.

***

— Ты потерял контроль! — повышенным тоном отчитывал Отшельник Хала, после окончания их небольшой резни. — Виноват, это первое сильное чувство с момента моей смерти, которое я ощутил, вот и потерял контроль. — виновато ответил хромающий Хал. — Пусть это будет тебе уроком, а теперь можно праздновать нашу победу. Кто последний, тот наливает! — крикнул Отшельник и резко исчез. — Эй! — возмутился в след Хал и вместо перехода в пограничье, прыгнул в промежуток. Держа в голове образ их с Отшельником поляны, Хал пролетел сквозь промежуток и через мгновение уже был на представленном месте. — Ах ты, подлец! — воскликнул появившийся Отшельник. — Ученик превзошел учителя? — с самодовольной улыбкой спросил Хал. — А вот и нет. — ответил Отшельник, нанося удар в не до конца залеченную рану Хала. Скорчившись от боли Хал припал на правую ногу, но через секунду по лесу разнесся дружный смех, который не утихал до самого рассвета.

***

      Тусклый лунный свет освещал бурную реку Гоблин с ее каменистыми берегами. По правому берегу, лавируя среди нагромождений валунов, бежал Хал, с момента нападения на гоблинское логово уже прошел год, но в тот день не все уродцы освободили от своего присутствия этот мир, поэтому на протяжение всего этого времени Хал следил за ними. Их с Отшельником налет достиг своей цели, и остатки племени ушли выше по течению и теперь они долго не приблизятся к территориям Отшельника ближе, чем пять миль.       Но не только слежкой занимался Хал все это время, Отшельник давал ему разнообразные испытания, в которых он закрепил все полученное во время обучения. «Твои умения впечатляют, мне уже приходиться думать перед тем, как дать тебе задание» — две недели назад сказал Отшельник. Сначала Хал принял это за обычную похвалу, но сейчас, в очередной разведке, его разум переосмыслил сказанное Отшельником, а появившиеся недавно нехорошее предчувствие подтверждало это.       Из-за волнения Хал забыл про свои способности и поэтому просто побежал обратно. Перескакивая с валуна на валун, он бежал без единой остановки, его грудь была готова разорваться, но Хал все бежал. Перепрыгивая на очередной валун, уставшие ноги подкосились, и он кубарем улетел в реку, прохладная вода и бурное течение, которое легко могло оборвать его жизнь, вернули разуму Хала самообладание.       Судьба пока что была на его стороне, и вскоре бурное течение швырнуло его прямо в нагромождение коряг, удар был сильным, но трухлявая древесина не могла принести существенного вреда его кожаным доспехам. Выбравшись на берег Хал вспомнил про свои способности и после небольшого отдыха попытался попасть в промежуток. Он встретил Хала своим смертельным для любого существа, кроме некоторых видов драконов и теней, холодом. «Как я мог забыть про такой удобный способ перемещения» — корил себя Хал. Через несколько мгновений он оказался на знакомой поляне и сразу же заметил, как изменилось здесь обстановка. На первый взгляд здесь все было как всегда, но ощущение пустоты сразу же разрушало это, также в летнем жилище Отшельника догорали остатки костра.       «Куда этот старик мог подеваться?» — подумал про себя Хал. Первым делом он решил осмотреться поблизости, но даже постепенное увеличение зоны поиска ничего не дало. Просто сидеть и ждать тоже было бессмысленно, так как некое предчувствие сулило этому полный провал. Оставалось только проверить несколько мест в горах. Потратив на это почти всю ночь, Хал уже был готов вернуться обратно на поляну, но в последний момент он заметил цепочку еле видных следов, которые шли еще выше мест, в которых искал Хал, не теряя ни секунды, он пошел по следу. Следы вывели его к небольшому утесу и пещере, на краю этого утеса лежала кучка из одежды и меч, который раньше принадлежали Отшельнику. — Наконец-то ты обрел желаемый покой, старик. — проговорил Хал подойдя к этой кучке. — Решил уйти на рассвете? — продолжил он, наблюдая за поднимающимся солнечным диском. — Ты был прекрасным учителем, но мог найти место по приятней для ухода на покой. — язвительно говорил Хал, подбирая вещи Отшельника.       Хал перенес вещи в пещеру, которая оказалась совсем небольшой. Тени не имеют тела и сделать для них могилу проблематично, поэтому Хал просто положил вещи Отшельника в небольшую нишу и хорошо заложил его камнями. Отряхнув руки, он начал спуск обратно к поляне.       Здесь его уже больше ничего не держало, поэтому он начал собираться в дорогу и убирать следы их с Отшельником присутствия. Это заняло у него два дня и на рассвете третьего дня он, захватив с собой несколько кинжалов, щит, топор, меч и немного сушеного мяса, направился к ближайшему тракту, отклоняясь немного на юг от Вангена-на-Ааре. Хал неторопливо двигался без привалов на сон и через шесть дней вышел на одинокий холм с таким же одиноким дубом, до ближайшего крупного поселения была неделя пути, но это для обычного человека. После привала Хал вошел на пограничный план и уже был готов бежать, но среди серости вдруг появилось ярко-желтое свечение. Недолго думая Хал быстро побежал в его сторону. Начался его самостоятельный путь тени.