Сага о Тени

      Проверив свое снаряжение еще раз, Хал решил наведаться в местный арсенал, и надеясь, возможно, чего-нибудь ухватить полезного. Оставалось каких-то десять шагов до, окованной железом, двери арсенала, как его остановил Валек и жестом приказал следовать за ним. Пожав плечами, Хал отправился за ним, Валек отвел его в дальний угол плаца, подальше от остальных. — Есть у меня к тебе одно предложение Тилл. — серьезным тоном сказал Валек. — И что же требуется от меня нашему капитану? — немного съехидничал Хал. — Очень важное. — с улыбкой ответил Валек. — Мне в отряде нужен лейтенант и судя по словам Вольфгара, ты неплохо можешь подойти для этого. — продолжил он. — Почему ты считаешь, будто слова варвара являются серьезным аргументом? — настороженно спросил Хал. — Мы с тобой оба северяне и оба неплохо знаем культуру варваров, как и все на севере. Я родом из Винланда, а там варвары достаточно дружелюбны, мне просто отлично известно, как они ценят доблесть и силу в бою. — ответил Валек. — Доблесть и сила в бою не самые важные качества для лейтенанта. — парировал Хал. — Я все больше и больше начинаю уверяться в правильности своего выбора. — сказал Валек. — Просто прими предложение, слова варвара меня еще никогда не подводили. — Ладно, буду я лейтенантом. — подумав некоторое время, ответил Хал. — Полагаюсь на тебя, лейтенант. — похлопав Хала по плечу, сказал Валек.       После чего он быстро удалился, оставив Хала одного. Должность лейтенанта была для Хала не в новинку, несколько раз он занимал схожую должность в Ордене. Быстро отыскав на плацу огромную фигуру Вольфгара, Хал бодрым шагом направился к нему. Ему требовалась собрать наскоро склоченный отряд в одном месте, а колоссальное телосложение и громогласный голос варвара очень удобный инструмент для этого. — Эй Вольфгар, не можешь ли ты собрать всех в центре плаца со всем снаряжением? — подойдя, спросил Хал. — Раз плюнуть. — бодро ответил варвар. — Только вот зачем? — Затем. Приказы лейтенанта не обсуждаются. — с легкой улыбкой ответил Хал.       Вольфгар хмыкнул и направился собирать новоиспеченный отряд. Наблюдая за этим, Хал удостоверился в правильности своего выбора, с закаленными наемниками проблем, как и ожидалось, не возникло, а зеленых быстро согнали угрозы и пинки варвара. Вскоре все бойцы собрались в две шеренги, и Халу пришлось покинуть уже пригретое место у стены казармы. Направляясь к ним, он наконец-то узнал их точную численность, не считая его самого и Валека, было двадцать три человека. Юнцы были закономерно вооружены хуже некуда, но большинству из них хватило мозгов купить щит и копье, один даже обзавелся ржавенькой кольчугой. — Для начала сообщу вам, что наш капитан назначил меня на должность лейтенанта. Проще говоря, сильнее моего слова, только слова капитана. — встав перед шеренгами, произнес Хал; последнею реплику он добавил для пущего эффекта на юнцов. — А с чего это ты лей… — возглас одного из юнцов исчез в сдавленном стоне от легкого удара Вольфгара. — Что я только сейчас говорил про слово капитана? — раздражённо спросил Хал. — Если капитан назначил меня лейтенантом, то так оно и есть. Не согласные выйти из строя! — немного обнажив свой меч, добавил Хал.       На несколько минут воцарилась могильная тишина, желающих выйти из строя не оказалось, и Хал умерил свою вспышку гнева, отпустив рукоятку меча. Небольшое представление возымело должный эффект — юнцы увидели его гнев, а опытные прониклись к нему уважением. — Раз все согласны, продолжу. Отряд будет разделен на группы по пять человек, во главе станут Вольфгар и остальные опытные наемники. — продолжил Хал. — Вы, юнцы, должны без единого упрека слушаться лидеров своих отрядов, если хотите жить, конечно. Как закончите делиться, всем быть готовым к немедленному выходу. — договорил Хал и, развернувшись, направился в сторону склада.       За его спиной послышался гам голосов, и чертыханий — ветераны пытались качественно поделить между собой юнцов. Но пока что это не волновало Хала, всегда удобно скинуть сложную работенку на чужие плечи. Дойдя до склада, он стремительно открыл дверь и немного напугал тощего и сутулого старикашку сидевшего за небольшим столом. — Чего надо наемник? — презрительно спросил он. — Оружие и броня вам все равно не положена. — не дожидаясь ответа, продолжил старикашка. — А оно на и не требуется. — язвительно ответил ему Хал. — Где я могу получить запас еды и телеги? — А зачем тебе это? — таким же недовольным голосом спросил старик. — Голодный наемник воевать не может, а если мне не изменяет память, то нас наняли именно для этого. — ответил ему Хал. — Так что почтенный барон, думаю, сможет нас снабдить небольшим количеством провианта. — А телеги для чего? — вновь задал вопрос старик, понимая к чему все идет. — А на чем прикажешь нам еду и снаряжение везти? — ответил вопросом на вопрос Хал. — На чем, на чем, на себе дурень наемничий. — со всем своим презрением ответил старикашка. — А может, ты сам попробуешь нести трехдневный запас провианта для тридцати человек? — продолжал настаивать на своем Хал. — Для каких тридцати?! — криком недовольства ответил старик. — Вас там еле-еле двадцать наберется. — Мне кажется, твои старые глаза уже плохо людей различают. Может тебе помочь посмотреть получше? — с постепенно возрастающей угрозой в голосе, спросил Хал. — Ладно, ладно. Будет вам провиант и телега. — после короткой паузы, слегка дрожащим голосом ответил старик. — Трехдневный запас провианта для тридцати пяти человек и две телеги. — уточнил Хал и после нервного кивка старика, покинул склад.       Уговорить старика помогли Халу не его угрозы и суровый вид, который не такой уж и суровый, а его резвившиеся псионические способности. Практический каждый псионик способен создавать вокруг себя ауру страха и ненависти, некоторые даже могут придавать себе более грозный вид, но способности Хала были слабы в иллюзиях, их хватило только на скромную ауру страха и этого оказалось вполне достаточно. — Как обстоят дела? — остановив Хала прямо у двери, спросил Валек. — Думаю, очень даже не плохо. — довольный собой ответил Хал. — Имеем две телеги и провиант для тридцати пяти человек на три дня. — Не зря тебя я лейтенантом выбрал. — похлопав по плечу, сказал Валек. — Наниматель не обеднеет. — продолжил он, вместе с Халом залившись в громком смехе.

***

      Сборы прошли на удивление быстро, и недавно сформированный отряд уже отмерял шаги до деревни Рощи, которая служила сборным пунктом для войск барона Хорнрейвена. Валек считал, что двигаясь форсированным маршем, им удастся прибыть на сборный пункт к закату. Хал выразил сомнение в возможностях юнцов и предложил идти обычным маршем с одной ночевкой, но твердое словно гранит слово капитана и молчаливое согласие остальных ветеранов, заставили его согласиться с изначальным планом. Халу оставалось только выполнять свои обязанности лейтенанта, под предводительством опытных наемников удалось сформировать четыре отряда, которые Хал распределил по позициям в их, так называемом обозе — два отряда в авангарде, один стал арьергардом и последний занял позицию в центре, между двумя телегами. Еще оставалось три бойца, которых, Хал включил в капитанский отряд, вместе с ним они будут формировать охрану и подобие свиты для Валека.       Многие поселения на землях Хорнрейвенов находятся в состоянии медленного затухания и вымирания — грабительские налоги и жестокость феодального дома приносят свои плоды. Но несмотря на это природа этих земель воистину прекрасна, да и основные дороги содержаться в хорошем состоянии, дорога ведущая в Рощи была как раз одной из таких. По обе стороны дороги на добрый выстрел стрелы были вырублены все деревья, а мосты через ручьи и небольшую речушку, попавшуюся на пути, были сколочены из прочных бревен. Поэтому их отряд двигался очень бодро и Хал даже не замечал сильной усталости на лицах юнцов. «Если бы я очнулся на этой дороге, то, скорее всего, подумал что нахожусь в родных землях Ксагоса», — маршируя вместе со всеми, подумал Хал.       Благодаря прекрасной дороги они смогли добраться до Рощ, как и планировали. На встретившейся им по пути заставе, было приказано капитану немедленно показаться Игану Немецку, рыцарю барона и командиру всех войск в Рощах. Валек вместе с Халом и «свитой», оставив командование на одного из ветеранов, быстро направились туда куда им было велено. Но Хал и «свита» оказались лишними и Иган принял только одного Валека, после долгой аудиенции он вышел из шатра вместе с каким-то знаменем. — Это что? — коротко поинтересовался Хал. — Глаз что ли нет? Знамя это, — резко ответил Валек. — Теперь мы третий батальон самого барона, — уже более веселым голосом сказал он. — И что же нам это дает? — продолжил задавать вопросы Хал. — Мы теперь не просто наемничий сброд, а бравые солдаты, с вытекающими из этого правами реквизировать провиант и скот у крестьян, — тем же весёлым голосом ответил Валек. — Очень неплохо, — с легкой улыбкой сказал Хал. — А то, но еще лучше, то, что вон тот пустырь великодушно предоставлен для нашего размещения, — произнес Валек, указывая пальцем на пустырь рядом с какой-то полуразвалившийся избой. — Пойду, направлю парней,+ — сказал Хал, удаляясь от шатра.

***

      Отведенное им место оказалось очень удачным, это был достаточно ровный и высокий холм, а руины избушки было разрешено разобрать на дрова. Подходя вместе с отрядом, Хал увидел, что примерно в центре холма воткнуто знамя и вокруг него стоят Валек и три бойца. Такой вид прокатился волной удивления среди юнцов и скорее всего, посеял в их головах семена бравады, высокий моральный дух это хорошо, но неконтролируемые юнцы с таким духом не радовали Хала, он молился всем богам, чтобы они дали ему хотя бы неделю для тренировок.       Под руководством Хала и Григора, один из опытных наемников, который имел опыт в организации лагеря, в максимально короткий промежуток времени был поставлен лагерь. Так как холм находился на удалении от остальных собранных войск и с одной стороны к нему подступал лес, то Григор разместил в ту сторону две имеющиеся телеги, так чтобы они одновременно давали защиту и со стороны леса, и от фланговых обходов из этого же леса. Из избы натащили несколько бревен и навалили из них некое подобие баррикады между повозками. Напоследок Хал организовал, ночные дозоры и с чувством выполненного долга уснул.       Первая увиденная им, с момента пробуждения, картина вызвала гнев — оба ночных дозорных мирно похрапывали у баррикады. Осторожно обойдя телегу, Хал подошел к баррикаде и, не издавая ни малейшего звука залез на неё, как только вторая нога оказалась на ней, он закрыл ладонью рот одного из дозорных, а второй рукой поднес к его горлу кинжал. От такой неожиданности с юнца мигом слетел сон, и он попытался завопить. — Тише, тише, — ласковым голосом тихо произнес Хал. — Вот что может случиться, если спишь на посту! — резко перейдя на крик продолжил он, толкнув незадачливого бойца вперёд.       От крика Хала мигом подскочил второй дозорный и неудачно, из-за трясущихся рук, попытался проткнуть Хала копьём. — Ты чего на лейтенанта оружие направляешь? — гневно спросил Хал. — Извините, господин лейтенант, — заикаясь от страха, ответил боец. — Мы оба простолюдины, так что давай без господина. А за сон на посту вас надобно наказать, но на этот раз прощаю, — с немного садисткой улыбкой сказал Хал.

***

      Их небольшое представление начало пробуждать остальных членов отряда. Вот уже послышался громкий голос Григора, раздающего команды, со стороны остального военного лагеря доносились звуки утренней суеты. Солнце медленно выходило из-за лесного массива, уже отчетливо выглядывала верхушка желтого диска. Хал стоял некоторое время, наблюдая за восходом солнца, он заметил, что после своей так называемой смерти, он стал чаще просто стоять и наблюдать за восходом солнца. Возможно, у него просто появилось больше свободного времени, чем при службе в Ордене, или же неупокоенные души, подобные Халу, сильнее живых тянутся к солнцу? «Кто знает, кто знает?» — ответил на собственный вопрос Хал.       Всё же Халу пришлось оторваться от созерцания восхода и вернуться к насущным делам. Развернувшись на месте, он бодрым шагом направился в сторону самого качественного навеса из всех имеющихся, в котором расположился Валек. Хал встретил его, как раз в тот момент, когда он собирался куда-то идти: — Капитан, — официально поприветствовал Валека Хал. — А это ты Тилл, как раз ты мне был нужен, — повернувшись к Халу, сказал Валек. — И для чего же? — подняв брови, спросил Хал. — Только что прибегал гонец с посланием, в нем говориться, что после второго колокола, который уже не так далеко, всем командирам рот надо явиться к шатру Игана Немецка, — ответил Валек. — Скорее всего, это воинский совет. — Скорее всего, так и будет, но как-то рановато для дворянина, — проговорил Хал. — Мне так тоже кажется, но раз сказали после второго, так значит после второго, — слегка разведя руками, сказал Валек. — А теперь давай ближе к делу, — резко сменив тему, он стал прямо перед Халом. — Самое важное и очевидное, я назначаю тебя моим заместителем на время отсутствия. Второе, не мог бы ты пособирать информации об обстановке во всем лагере? — Командование нашим лагерем можно поручить Григору, а вот сбором информации, думаю, займусь лично, — после небольшого раздумья, ответил Хал. — Хорошо, — похлопав по плечу, сказал Валек. — Ты не знаешь, кто из ветеранов хорош в строевой подготовке? — поинтересовался Хал у собирающегося уходить Валека. — Хорошо я знаю только Михарила и могу поручиться за его строевые умения. Большего не могу назвать, — ответил Валек. — Ну и на этом спасибо, — благодарность Хала была немного заглушена звуком колокола и Валек ничего не ответив, побежал в сторону лагеря.       Хал, еще некоторое время, смотрел вслед убегающему Валеку, после чего сделав глубокий вздох, он сконцентрировался на поставленных задачах. В первую очередь нужно было выдать поручения Григору, он конечно и сам знает, что надо делать, но четко поставленные задачи еще никому не вредили. Поиски Григора даже в большом лагере не составили бы труда, а в лагере их маленького отряда уж тем более, его голос громко и четко разносился по всей стоянке и даже за её пределы. «Однако хороший человек мне попался» — оценивая Григора, подумал Хал. — Эй, Григор! — подойдя поближе, окрикнул его Хал. — Слушаю, господин лейтенант! — наигранно, с легким поклоном, произнес Григор. — Только не надо мне здесь цирк разводить, обращайся по имени, — такой же наигранной строгостью ответил ему Хал. — Хах, хорошо Тилл. Так что тебе от меня надо? — с небольшим смешком спросил Григор. — Да ничего особенного. Я вижу, ты и сам знаешь, что делать, но внесу несколько уточнений. Для начала организуй на склоне со стороны леса заграждения из кольев, с повстанцами ни где нельзя быть спокойным. Второе, передай Михарилу, чтобы он перетер всех бездельничающих новичков через строевую подготовку, и пусть возьмет себе помощника, — проговорил указания Хал; Григор молчаливо кивал в ответ. — Вас понял. Кстати неплохо ты шуганул этих двоих, — со злорадной улыбкой сказал Григор. — Кого? — на несколько секунд смутился Хал. — А, этих двух баранов! — шлепнув себя по лбу, воскликнул он. — Спасибо, что напомнил о них, поставь их вновь на последнею очередь в дозоре. Если они ничему не научатся, то у тебя помощников прибавится, — продолжил Хал. — Ах ты ж хитрый гоблин! — вскричал Григор. — Будет исполнено, не зря, точно не зря Валек тебя сделал лейтенантом, — добавил он под вопросительные взгляды окружающих, которые он как будто не замечал.       Попрощавшись с ним, Хал обошёл весь лагерь, наблюдая за повседневными лагерными хлопотами, некоторое время он наблюдал, как Михарил вместе в Вольфгаром пытались слепить новичков в единое целое у подножия южного склона. Посчитав, что быт практически налажен, и никто не сидит без дела, Хал, по вытоптанной ими вчера тропе, направился в сторону основного военного лагеря.

***

      Его истоптанные сапоги сбивали с травы последние остатки утренней росы, его нос ненадолго заполнили запахи луговых трав и цветов, но они очень быстро сменились приевшимися запахами человеческого поселения. Запахи скотного двора и скотобойни смешивались с запахами свежеприготовленных харчей. Нарушали гармонию мирной жизни только звуки походной кузни и крики сержантов, проводящих строевые и боевые тренировки.       Хал не спеша прогуливался, стараясь не привлекать к себе внимания, по его наблюдениям в лагере находились «копья» Игана и двух его рыцарей, небольшой наемный отряд пехоты, также подчинённый Игану, и второй наемный отряд, который, как и отряд, Хала, был нанят Хорнрейвеном. По прикидкам Хала всего в лагеря было минимум три полноценных рыцаря, скорее всего с двумя оруженосцами на каждого, и примерно семь десятков пехоты, с учетом их отряда. «Конницы очень мало, но пехоты, думаю, хватит для небольших стычек» — рассуждал про себя Хал. — Эй, это ты Тилл?! — вдруг кто-то слева окрикнул Хала, оторвав того от раздумий. — Я здесь, эй! — махая руками, кричал Халу смутно знакомый человек. — Это я Рор Стараг, помнишь меня?! Имя пробудило в голове Хала смутные воспоминания, они быстро обрели ясность и он вспомнил этого человека — один из первых, хоть и не долгих, спутников. Вспомнив его, Хал помахал ему в ответ и пошел на встречу к Рору. — Сколько лет, сколько зим! — опять воскликнул Рор, когда они сблизились. — Многовато, я даже тебя не сразу вспомнил, — с легкой улыбкой ответил ему Хал. — Оно не мудрено, вместе, то были всего несколько дней, — радостно продолжал говорить Рор. — Какими здесь судьбами? — А что может делать в военном лагеря наёмник? Зарабатывать звонкую монету, — Хал задал риторический вопрос и сразу на него ответил. — И то верно, — согласился с ним Рор. — А ты стал более веселым и общительным с нашей последней встречи, — Хал подчеркнул замеченные в Роре изменения. — Малкон мне об этом тыщу раз говорил. Сам не знаю, что со мной произошло, — Рор постарался отмахнуться от внятного ответа, прямо говоря о не желании это обсуждать. — Задам встречный вопрос, — сменил тему Хал. — А что здесь делаешь ты и скорее всего и Малкон? — То же самое, что и ты. Мы с ним смогли сколотить уже приличный отряд бравых наёмников, — в ответе Рора чувствовалась ни чем не прикрытая гордость. — Малкон стал командиром, а я лейтенантом. — Какое совпадение, в моем сборном отряде я тоже занимаю должность лейтенанта, — с легкой улыбкой проговорил Хал. — Хах, так значит мы еще большие коллеги, чем раньше! — Рор раздался громким возгласом, и по-братски похлопал Хала по плечу. — Давай, как два лейтенанта сыграем в кости? — немного успокоившись, спросил он. — А давай! — с большой радостью согласился Хал; кости были одной из его любимых азартных игр. — Приготовься расстаться со своими звонкими монетами, Рор.       В ответ он только самодовольно ухмыльнулся, махнув рукой, он позвал Хала за собой. Помимо удовлетворения своих азартных прихотей, Хал планировал попытаться выудить из Рора много полезной информации. «Он должен много чего знать, но сначала его кошелек», — думал про себя Хал, посматривая то на самодовольную рожу Рора, то на его не тощий кошель.       Рор провел его к своей палатке, почти через весь их лагерь, часто якобы случайно он проходил в самых лучших местах, стараясь показать лучшую сторону собственного отряда. Но Хала такими простыми фокусами уже бесполезно восхищать и обманывать, его глазам уже давно стало безразлична подобная пыль. Хотя Рора можно было похвалить за старания.       Подойдя к своей палатке, Рор попросил Хала подождать некоторое время на улице. Очень скоро он показался из своей палатки вместе с небольшой бочкой, поставив ее на ровном месте, Рор указал на два стоящих рядом ящика и ловко подвинул один из них. Халу ничего не оставалось делать, кроме как повторить то же самое, но с большим изяществом и плавностью, которое в него вбили еще в Ксагосе. — В свинью? — доставая кости, спросил Рор. — Ага, — коротко ответил Хал, наблюдая как его соперник уже бросает кость.       Рор резким движением вынул из мешочка одну кость и сразу же её кинул на бочку, выполняющею роль импровизированного стола, в его движениях Хал приметил не малый опыт игры. Кость глухими стуками прокатилась по бочке, и остановилось на значении четыре. Слегка ухмыльнувшись, Хал подобрал кость, набитая многочисленными играми рука сразу оценила баланс маленького кубика, еще немного покрутив кость в ладони, он кинул её. Два раза попрыгав, кость упала трехзначной стороной вверх. — Видно Тимора сегодня мне благоволит, — ехидно произнес Хал. — Не зазнавайся от мимолетной удачи, — тем же тоном ответил Рор и, сложив руки принял самонадеянную позу.       Хал лишь тихо усмехнулся и легким движением руки кинул кость, она сразу же упала шестизначной стороной, второй бросок оказался идентичным. По лицу Хала начала расползаться самодовольная ухмылка, третий бросок уже был по скромней, принеся ему лишь четыре очка. — Решил с ходу всю удачу растратить? — с долей ехидства спросил Рор, перед четвертым броском Хала. — Да нет, но могу поделиться, — спокойно ответил Хал, бросая кость. — Твой ход, — продолжил он.       Последний бросок принес Халу еще пять очков. Тимора сегодня не обделила вниманием и Рора — три из четырех бросков принесли ему по шестерке. Два опытных игрока шли почти вровень. Следующая, для Хала, серия из пяти бросков, провела его по краю бездны, особенно отличился последний бросок, который лишь за малым не принес ему одно очко, а значит и полную аннуляцию набранных за ход очков. — Рискуешь-рискуешь, — коротко проговорил Рор. — Род занятий требует оного, — тем же, что и раньше, спокойным тоном ответил Хал. — Можешь мне рассказать о том, кто и в каком количестве здесь собрался? — Силы скромные я бы сказал, десяток всадников и пятнадцать бойцов и Игана, наш отряд в сорок человек и ваш, не знаю еще, сколько вас там, — бросая кость, говорил Рор. — Ну, примерно сошлось с моими прикидками, — наблюдая за игрой Рора, произнёс Хал. — А о других силах барона не знаешь? — Знаю только, что на севере у барона есть еще отряды, вроде вместе их примерно человек сто, — несколько призадумавшись, ответил Рор, продолжая кидать кость. — А вот еще вспомнилось, на днях сюда должен еще прийти отряд в человек двадцать — двадцать пять, — после небольшой паузы добавил он.       Заканчивая свой ответ, Рор намеревался сделать свой последний бросок, но удача в этот раз показала ему свой зад — на кости выпала единица. Подобно огромной громовой тучи он изверг из себя громоподобный поток всевозможных ругательств и проклятий. Этот поток злобы и разочарования разнесся по всему лагерю и даже спугнул воробьев со смородинового куста, растущего на границе этого самого лагеря, Хал лишь слегка позволил себе ухмыльнуться. Следующие два хода для него оказались очень удачными и вывели его в бесспорное лидерство с шестьюдесятью очками, Рор лишь тихо бухтел себе под нос, собирая урожай двоек и троек. Пятый ход оказался для Хала менее удачным, а вот у отстающего и раздосадованного Рора очки мигом почти сравнялись с Халом. — Неплохо, очень даже неплохо, — с легким удивлением проговорил Хал. — Лучше и не скажешь! — крикнул вмиг развеселившийся Рор. — Кстати, мы не договорились о ставках, — вдруг вспомнил Хал. — Да точно, — хлопнув себя по лбу сказал Рор, — два серебряных пфеннига пойдёт? — Для дружественной игры, думаю пойдет, — кивнув, сказал Хал и начал свой ход.       После немного запоздалого объявления ставок, своим лицом к Халу повернулась удача, совершив пять бросков, каждый из которых выпадал шестёркой, он закончил игру. — Ах ты ж удачливый пройдоха! — с небольшим негодованием вскрикнул Рор. — Кались, душу продал демону? — Моя душа принадлежит мне, а вот меч, пока что, барону Хорнрейвену, — спокойно и самодовольно ответил Хал. — Где мои монетки? Бурча и нехотя Рор потянулся за кошелем и вынул от туда обговоренную сумму. — Тебя проводить обратно? — спросил Рор. — Нет, я запомнил, где выход. — отказался от предложения Хал.

***

      По мере приближения к холму, до ушей Хала начали доноситься звуки массовой драки, скорее всего это Михарил и Вольфгар развлекаются с новичками, но толика сомнения проклюнулась в разуме Хала — кроме звуков драки ничего не было слышно. Быстро пройдя, по почти полностью опустевшему лагерю, Хал вышел на южный склон холма у подножия которого бушевало некое подобие битвы. Весь отряд разделился на две части, которые схлестнулись стенка на стенку, ветераны вели подчиненных им новичков, пародируя настоящее сражение. Вид такой слаженной работы просто поразил Хала: «Михарил настоящий волшебник! За такое короткое время, добиться таких хороших результатов!». Но в этом прекрасном зрелище был один очень существенный минус, который перечеркивал все успехи Михарила. — Всем немедленно прекратить драку! — пытаясь перекричать шум, скомандовал Хал.       Конечно же, его голос утонул в гомоне драки, но Михарил, так же наблюдавший со стороны, это заметил и подключился к попыткам успокоить толпу. Через некоторое время им это удалось. — Ветераны ко мне! — немного гневно скомандовал Хал. — Что стряслось лейтенант? — спросил первым подбежавший Михарил. — Это я должен у вас спрашивать, — с нотками недовольства и гнева ответил ему Хал. — Тренировка, — виновато, словно провинившийся ученик, произнес Михарил. — Вижу, что тренировка, пока еще не ослеп, — съехидничал Хал. — И как мне удалось увидеть, успех огромен. — Тут не прям моя заслуга. Некоторые из них успели послужить в местном ополчении, а также во многих деревнях этих земель проводят некое подобие военных состязаний, — скоромно сказал Михарил. — Понятно, но это тоже неплохо, — слегка улыбнувшись, проговорил Хал. — Но есть одна проблема, — легкая улыбка моментально сменилась на тихую злобу. — Чем мы провинились? — спросил Григор. — Вы, бараны такие, оставили лагерь без дозорных и еще и покинули свои посты! — поток гнева вырвался из него вместе с этими словами. — Я встретил только двух, двух вашу мать бойцов, и то готовящих обед! — Хал продолжал рвать и метать. — Особенно я не ожидал этого от вас, — Хал обвёл пальцем стоящих перед ним ветеранов, — мы сейчас на войне, хоть и с повстанцами, поэтому всегда должны быть в меру настороженными, — его грудь просто разрывал гнев. — Всем, кто участвовал в тренировке изначально выйти из строя и отдохнуть, остальным, особенно ветеранам, остаться. Группа уставших, но радостных бойцов вышла из толпы и разрозненно, и медленно направилась в сторону лагеря. — Для оставшихся, у меня есть прекрасное наказание, — коварная улыбка возникла на лице Хала, — бегайте дружно вокруг холма, пока я не скажу остановиться. Вперёд! — максимально грубым голосом крикнул он.       Толпа оставшихся медленно начала приходить в движение, Хал быстрым шагом следовал за ними по верхушке холма, подгоняя особо ленивых хитрецов, которые пытались замедлить темп, полагая, что их не видно, небольшими камушками. Магическое восприятие не только позволяло видеть магическую энергию, но и немного повышало остроту зрения, что сейчас пришлось очень кстати. За этим процессом Хал не заметил, как к нему тихо подошел Валек. — Чем мы это тут занимаемся? Решил наших бойцов в ездовых лошадей превратить? — с легкой улыбкой поинтересовался Валек. — У них видно энергии слишком много, раз бросили все дела и занялись тренировкой, — ответил Хал, продолжая наблюдать за бегающей толпой. — Не думал, что у нас такая низкая дисциплина, — с нотками грусти сказал Валек. — Что правда, то правда, — вздохнув произнес Хал. — Придется это исправлять. — Такова жизнь, — разводя руки, проговорил Валек, — но давай теперь о хорошем, — уже бодрым голосом он сменил тему. — И о чём же? — приподняв брови, спросил Хал. — На совете, на мой взгляд, кроме этого не было ничего интересного, поэтому расскажу только про это, — торопливо ответил Валек. — Пока что нам приказано сидеть здесь и ждать следующего совета, который через три дня. — Неплохо, очень неплохо. Я не против просто сидеть в лагеря, особенно когда за это еще и платят, — с легкой улыбкой, сказал Хал. — Кроме этого еще и провизией обеспечат, — добавил Валек. — Вообще превосходно. Вот бы войны все такими были, — с улыбкой до ушей, произнес Хал. — Хах, — Валек усмехнулся и толкнул Хала в плечо, — полностью с тобой согласен. Ну я пойду, отдохну, — договорил Валек, и медленным шагом отправился к своему шатру, оставив Хала наедине с запыхавшейся толпой.

***

      К тому моменту, как Хал посчитал, что с провинившихся хватит, солнце уже прошло три четверти своего пути. Провинившиеся, мешками попадали на землю. Множество вздохов слились в какофонию хрипа и кашля, ни у одного из них не было сил даже для того, чтобы немного приподнять руку и попросить воды. Презрительный взор Хала окинул всю эту кучу уставших тел, уважение очень важная вещь для командира, а самый простой и эффективный способ его заполучить — страх. За время службы в Ордене он усвоил, что есть человеческий страх, и что он способен на многое, но с ним нельзя перебарщивать. Тяжело вздохнув, он приказал выдать каждому полкувшина воды.       С наказанием было покончено, и Хал надеялся, что они усвоили урок и ему не потребуется повторять его вновь. Решив не зацикливаться на этом, Хал переключился на насущные проблемы отряда. В первую очередь он изменил состав дозорных, провинившихся и уставших от наказания бойцов, он постарался максимально исключить в составе дозорных пар, а тех с кем этого было сделать нельзя, поставил в начале ночи. Следующей насущной проблемой для Хала стало продовольствие, оно постепенно подходило к концу, поэтому отловив двух бездельников, он отправил их провести учет оставшихся запасов. Дождавшись отчета и набросав небольшой список, Хал решил отойти в царство грёз и покоя.       Новый день заставил его изрядно потрудиться, частично ставя на место вчерашних провинившихся. «Как, однако, изменчива судьба. Вчера я заставлял кого-то бегать и обливаться потом, а сегодня то же самое делаю я», — думал про себя Хал. И причиной этому служили не проблемы в жизни лагеря, хотя они были предпосылкой к ней, а тугодумство и баранья упёртость казначея, который отвечал за рассмотрение просьб отрядов. Он олицетворял собой того самого казначея, выступающего главным объектом насмешек во множестве шуток и саркастических историй. «Не удивлюсь, если среди твоих предков затесался баран, а то и целое стадо», — злобно скрежетал про себя Хал, пытаясь получить от него пять топоров. Хал еле сдерживал себя, чтобы не отделить голову казначея от его распухшего тела, хотя это бы принесло многим только облегчение. Но видно боги вдоволь поиздевались над Халом, и чаща весов склонилась в его пользу. Со вздохом облегчения он стрелой вылетел из шатра казначея-барана.       Получив продовольствие, а главное топоры, Хал оторвал Вольфгара от увлекательного издевательства над зелеными бойцами, которое они вместе с Михарилом называли подготовкой, и вместе с еще четырьмя сильными и выносливыми бойцами отправил на рубку бревен. Из них он планировал связать деревянные щиты, напоминающие мантелеты, но во много раз меньшие, чтобы их можно было перевозить на телегах. Хал предполагал, что они помогут в обороне на марше, но их реальную эффективность ещё надо проверить. До самого вечера он при содействии Вольфгара пытался воплотить свою идею в жизнь, что, по мнению его собственному мнению, у них получилось. Вечером, у костра, он использовал весь свой запас ругательств и проклятий, рассказываю о своих попытках уговорить казначея, опустив разве что применение своих способностей, которые, правда, еле-еле пробили твердый лоб жирного барана в человечьей шкуре.       Последующие два дня выделились только поимкой двух отрядных сонь, которые, как и обещал Хал, отправились в безоговорочное подчинение к Григору. Также на отряд свалилась невиданная удача в лице все того же Григора и пяти выигранных им в карты, у отряда Рора, бочонков эля.

***

      Хал не имел большого опыта в должности лейтенанта, поэтому все три дня он пытался это компенсировать упорным трудом и, не заметив за этим, как быстро пролетело время. Вновь был созван военный совет, в этот раз уже после полудня. Пока Валек был на совете, Хал и Григор коротали время за игрой в кости: — Как думаешь, какие вести придут с совета? — бросая кости, спросил Григор. — Не терпится набить кому-нибудь морду? — Хал задал встречный вопрос. — Просто интересно, хотя и морду начистить тоже хочется, — Григор слегка зевнул, — засиделся как-то. — Понимаю, среди новичков тоже растет недовольство от просиживания штанов, даже выдача жалования не помогла, — сказал Хал и кинул кости. — Ах жиж чертяка везучий! — в который раз вскрикнул Григор, когда Хал выбил шесть очков. — Готовься к новому должку, — ехидно произнес Хал.       Хал выигрывал уже четвертую партию подряд, Григор оказался на редкость невезучим в азартных играх, хотя сам себя он нахваливал, как лучшего игрока в карты и мельницу. — Но здесь есть только кости, так что умерь пыл, — каждый раз отвечал на его бахвальство Хал.       Азартные игры не только хорошо пожирают деньги, но и время. Играя партию за партией два наемника, ставших хорошими товарищами, не заметили, как к ним тихо подошел их капитан Валек. — И кто выигрывает? — задал вопрос, неожиданно подошедший Валек, от чего Григор немного подскочил на бочке. — У нашего Григора сегодня неудачный день, — со злорадной улыбкой отвечал Хал, — или он неправильно понял суть игры, набирая долги вместо очков. — Ты кого там дебилом назвал?! — вскрикнул Григор. — Никого, — строя из себя невинность, ответил Хал. — Вижу, ты тут бездельничаешь Тилл, — с долькой злорадства проговорил Валек, — на совете нам приказали завтра на рассвете выдвигаться к одной деревушке на западе, — с тем же злорадством продолжил он. — По твоему лицу вижу, что как минимум до конца этого дня и еще следующего работа мне обеспечена? — уже с меньшей радостью в голосе спросил Хал. — Какой догадливый, — улыбнулся Валек, — до той деревушки двадцать миль, и я хочу, чтобы ты подготовил отряд к маршу. Все понял? — произнес он и, получив утвердительный кивок, ушел к своему шатру. Хал и Григор некоторое время сидели в тишине. — Предлагаю эту партию в ничью? — протянув руку, поинтересовался Хал. — В ничью. — пожав протянутую руку, согласился Григор, и вместе с Халом принялись за подготовку.

***

      На рассвете следующего дня их небольшой отряд медленно выдвинулся на новое место. Хала сильно печалило отсутствие в их отряде не то что всадников, а просто наездников, которые могли бы выступать в качестве авангарда, но приходится довольствоваться малым и полагаться на собственную бдительность и слабую подготовку противника.       В начале дня дорогу окружал все тот же лес, что и четыре дня назад, также старательно вырубленный вдоль дороги, правда эта старательность уменьшалась по мере отдаления от лагеря. Ближе к полудню лес становился все реже и реже, пока плавно не перешел в небольшую холмистую равнину, по которой вдоволь были разбросаны небольшие рощицы берез и ясеней. Сама дорога из более или менее прямой заструилась вдаль извилистым ручейком утоптанной земли. Возможно, просто путешествуя по этим земля, Хал подольше насладился этим видом, но обязанности не ждут.       Он начал замечать, что все больше бойцов понуро опускали головы и начинали шаркать ногами по пыльной дороге. Даже сам Хал начинал чувствовать усталость от практически безостановочной ходьбы, что уж говорить о зеленых юнцах, для которых это фактически впервые. Он уже пытался уговорить Валека дать добро на привал, но тот упорно, раз за разом, отвергал его предложение, но Хал не менее упорно вновь и вновь пытался заставить его изменить мнение. — Нам уже срочно нужен привал! — старался говорить Хал, так чтобы крик возмущения слышал только Валек, а для других он казался тихим разговором двух старых приятелей. — Ты думаешь, я не понимаю этого? — недовольно спросил Валек. — Сам уже устал как конь, но скоро уже должна быть развилка… — не успел договорить он, как вдруг телега перед ним остановилась, и он уткнулся в неё. — Что происходит? — спросил подбежавший, к Михарилу Хал. — Да вот развилка, — отвечал Михарил, указывая на стоящий прямо перед ним дорожный знак.       Знак разделил изначально единственную дорогу на два рукава, один из которых представлял собой сильно убитую дорогу. — А вот и она, — радостно произнес подошедший Валек, — это та самая развилка, которую я ожидал. Нам вон туда, — показывая в направлении убитой дороги сказал Валек.       Хал коротко кивнули звучным голосом объявил о привале, место для него был выбран небольшой холм, рядом с ясенево-ореховой рощей. Несмотря на сильную усталость от перехода, все работали достаточно быстро — близость отдыха заставляла их быстрее и качественнее выполнять свои обязанности. Один из отрядов натачивал колья, пока другой втыкал эти колья по периметру холма.       Обустройство даже временного лагеря занимает до жути много времени, и он был закончен к самому началу заката. Бойцы, включая и Хала, без лишних разговоров уселись вокруг костров, в практически полной тишине, слышен был только стук деревянных ложек об миски. Покончив со своей порцией Хал напомнил Григору о выставлении дозоров, а сам медленно доковылял до своего спального места и уволился на плотный тюфяк камнем. Вот и подошел к концу очередной день.