Если ты в пекле - я за тобой

- Левчик, что с тобой случилось, ну хоть мне скажи?       Шура бинтовал руку солиста, который ввалился к нему домой в пять утра, истекая кровью. Шура не спал, конечно, но теперь изрядно нервничал, что было ему не свойственно и сильно выбивало из колеи. - Лева! - А? – тот почти встретился носом со столешницей, засыпая. - Ты не сможешь уйти от моих вопросов, просто уснув.       Солист тяжело вздохнул, откинул со лба кудрявые пряди и исподлобья посмотрел на друга. - Я дрался с киллером, которого наняли убить нашего общего знакомого доктора, - он опустил взгляд в пол и нервно сжал штанины. Шура молчал минут пять, показавшихся бесконечными. - Сваливай, - старший встал и ушел в другую комнату, оставляя Леву одного. «А кто сказал, что будет легко? Что он сразу поверит? Какого хрена ты вообще к нему приперся? Почему не соврал?» быстро прокрутилось в Левиной голове. Он грустно вздохнул, потому что знал ответ. Ничего не оставалось, кроме как встать и, опираясь на стену, пойти собираться. Невероятно хотелось попытаться еще раз поговорить…       Шурик, не слышавший тихих шагов, резко вылетел из-за угла коридора, сбивая Леву. - Ох, прости… Ты чего? – Лева попытался сразу вскочить, но согнулся от боли в ушибленных ребрах, - не знаю, что с тобой случилось, но тебе надо в больницу, а не ко мне. - Я спасал врача, помнишь? Он осмотрел ребра… - опираясь на стену, он встал и, покосившись на Шурика, поплелся в прихожую. - Стой, - из-за спины, - поспи у меня сегодня, не могу тебя в таком состоянии отпустить… Ты меня всегда пьяного домой таскал. - Ну хоть какие-то дружеские чувства… - Лева осекся, - прости.       Солист плохо помнил, как оказался на диване, но четко ощущал руки Шуры, которые поддерживали, укрыли и даже подушку дали, остальное было не важно.