Драгоценности Глорианы (The Gloriana Set)

♬ Muse - Supermassive Black Hole – Гермиона, пожалуйста! – умоляла Джинни за завтраком в Большом зале. Грейнджер озадаченно посмотрела на рыжеволосую подругу. – Во имя Годрика, зачем мне идти на отборочные слизеринцев? – Ты – моя единственная надежда, – вымученно ответила Джинни. – После ужина я должна разведать там обстановку, но мне не хотелось бы оказаться одной среди змей. Ты только взгляни на них. Она кивнула головой, указывая на стол Слизерина, где развернулась типичная картина: старшекурсники восседали на лавках с гордым и неприступным видом, словно мафиози, младшие – затравлено глядели по сторонам, и только безучастный ко всему Малфой трапезничал в одиночестве. – Возьми с собой Рона. – Гермиона нахмурилась, она не желала тратить свободное время на такое бесполезное занятие, как квиддич. – У меня много учебы. – Ты же знаешь, они с Лавандой задолжали Слизнорту Зелье Умиротворения, а оставшаяся часть моей команды просто струсила, – развела руками Джинни. – Нужен человек, который не побоится оказаться среди слизеринцев. – Полумна, – предложила Гермиона. – Ловит пухлых заглотов на Черном озере. – Невилл? – Помогает Стебель, она дала ему особое задание по травологии. Семена виолы, вроде как, отчаянно сопротивляются посадке в землю. Гермиона тяжело вздохнула и пристально посмотрела на Джинни. – Ладно, но ты моя должница. Большая должница. Серьезно. Вместо того, чтобы делать домашние задания, я пойду смотреть на эти ваши финты Вонки… – Финты Вронского! – одновременно воскликнули Рон и Джинни. – Какая разница, – отмахнулась она, стараясь не засмеяться. Фанаты квиддича вступили в оживленный спор, и Гермионе ничего не оставалось, кроме как провести остаток завтрака, сердито рисуя руны в учебнике по трансфигурации. Она вышла из зала и примкнула к небольшой группке когтевранцев. Гермиона понимала – ей нужно во что бы то ни стало избегать встречи с ним. Прошло меньше недели, а уже приходится сторониться человека, который сидит через проход от нее на Древних рунах, за партой напротив на зельях и в двух дюймах на Защите от Темных Искусств. Мерлин, делов то... Когда Гермиона вошла в кабинет, то отметила, что Малфой, похоже, решил придерживаться той же стратегии. Он выглядел совершенно отрешенным и наградил ее лишь случайным мрачным взглядом. На семинаре Блубелл Гермиона старалась держаться подальше от Малфоя, чей легкий аромат парфюма с каждым вдохом окутывал ее все сильнее и сильнее. В поисках защиты она придвинулась к Рону, но вот беда, к концу занятия он настолько осмелел, что стал нежно водить пальцами по ее руке, рисуя на ней воображаемые узоры. Возмущенная, она с силой толкнула Рона локтем и, несмотря на его обиженный вид, неохотно сместилась ближе к мешку Малфоя. Когда же этот урок закончится? После обеда Гермиона надела теплую шапку, по самые уши закуталась в красно-золотой шарф и вместе с Джинни покинула замок. Она знала – когда отправляешься на долгое и скучное квиддичное мероприятие, будь то тренировка или отборочные, ледяной ветер неизменно поднимется с вершин гор еще до того, как первый квакл попадет в кольцо. Желающие попасть в сборную Слизерина уже собрались на поле, а товарищи по факультету, заполонившие собой трибуны, громко приветствовали их. Капитаном и вратарем команды была эффектная блондинка. Грациозная и красивая, она порхала меж трех больших колец и легко отражала тренировочные удары. Если бы Малфой не раскрыл свою личность тем роковым утром, Гермиона решила бы, что именно эта девушка летала по утрам перед ее окном. Она была очень высокой. – Астория Гринграсс, – шепнула Джинни, проследив за ее взглядом. – Младшая сестра Дафны. Выглядит хрупкой, но она чуть было не снесла мне голову бладжером в прошлом году. – Кажется, я о ней наслышана, – задумчиво произнесла Гермиона. – Ну, она была помолвлена с Драко Малфоем… – Что? Джинни оторвалась от пергамента, на котором делала кое-какие пометки. – Неофициально, но когда мы были на пятом курсе, их семьи всерьез обсуждали это. Астория без остановки хвасталась бриллиантами, которые он ей подарил. Отвратительно. – У них снова все в силе? – будто бы между делом поинтересовалась Гермиона. Джинни пожала плечами. – Я не в курсе. Сама знаешь, Малфои изваляли собственную репутацию в грязи по самые… Ой, прости меня! Она взволнованно взглянула на Гермиону и прикрыла рот ладонью. – Все в порядке, – чуть слышно сказала Гермиона и ласково взяла ее за руку. Это было правдой. – Магглы тоже так говорят. Джинни тепло улыбнулась ей. – Ты лучшая ведьма из всех, кого я знаю. – Говоришь так только потому, что я согласилась шпионить с тобой за слизеринцами! Джинни усмехнулась и вернулась к записям, в которых она присваивала понятные одной ей очки перспективным игрокам команды соперников. Гермиона задумчиво ущипнула себя за подбородок. Длинные каштановые кудри поднялись в воздух и закружились вокруг нее, больно хлестнув по лицу. Пробирающий до костей ветер, как она и предсказывала, усилился. Примерно через час ее задница окончательно отмерзла, а решать задачки по нумерологии про себя стало скучно. Гермиона с завистью скосилась на Слизнорта, расположившегося у кромки поля в удобном кресле и завернувшегося в большой теплый плед. Почему она не догадалась взять с собой хотя бы книгу? Когда Гермиона пыталась сообразить, получится ли призвать одну через окно в их спальне, Джинни внезапно схватила ее за руку. – А вот и будущие ловцы! Их было трое – две шестикурсницы и вместе с ними... Малфой. Как же грациозно он двигался! У Гермионы перехватило дыхание, когда она увидела знакомые маневры, спуски, подъемы и пике. Она вдруг поймала себя на мысли, что на самом деле ждала его выступления. – Вау, – восхищенно выдохнула Джинни. – Мерзавец держится на метле, как бог! Она записала на листке какие-то цифры, в спешке разбрызгивая вокруг капельки чернил. Начались испытания. Астория запустила вдоль поля небольшие мячи, давая трем соперникам возможность проявить себя и поймать их. Малфой легко обгонял шестикурсниц и мастерски перехватывал каждый из них. Гермиона прищурилась – очевидно, капитан намеренно подсуживала одной или другой слизеринке, направляя мячи прямо им в руки, но Малфой снова и снова оказывался проворнее. На трибунах воцарилась гнетущая тишина, и только Слизнорт неистово болел за будущих ловцов, размахивая маленьким змеиным флажком. – Ха, – воскликнула Джинни, осмотревшись по сторонам. – Старого-доброго Драко и здесь не очень-то жалуют. В ту же секунду один из мячей стремительно полетел прямо в их сторону. Малфой сделал крутой вираж и вновь ловким движением перехватил его прежде, чем тот долетел до трибун. Затем он на мгновение завис в пяти футах от гриффиндорок и, задержавшись взглядом на Гермионе, молниеносно сорвался ввысь. Джинни в недоумении повернулась к подруге. – Что это было? Гермиона пожала плечами, сделав вид, что ничего необычного не произошло. – Теперь мы можем идти? Я жутко замерзла. – О, да. – Джинни встала и убрала перо с пергаментом в сумку. – Мы заслужили чашечку горячего шоколада в Общей гостиной! Она обернулась и проводила взглядом несущегося на метле Малфоя. – Слизеринцев сложно будет обыграть с таким ловцом. – Мисс Уизли? У выхода с поля их перехватила мадам Трюк – школьный тренер по квиддичу и новый декан факультета Гриффиндор. Ее короткие белые волосы трепал ветер, а полы черного плаща хлопали по ногам и закручивались вокруг тела. На Трюк всегда была квиддичная экипировка, даже когда она не собиралась летать на метле. – Уделите мне минуту, пожалуйста. Мисс Грейнджер, вы тоже можете пройти с нами. Они отошли от трибун и остановились на заросшей травой поляне. – Мисс Уизли, – Трюк строгим голосом обратилась к Джинни. – До меня дошли слухи, что в эту субботу гриффиндорцы с седьмого и восьмого курса хотят устроить вечеринку в Общей гостиной. – Эм, да, – ответила Джинни, потупив взгляд. Старшекурсникам не было запрещено проводить вечеринки после отбоя, если они, конечно, не выходили за рамки приличия, поэтому никто не ожидал, что Трюк выскажется против. – Отлично! Я хочу, чтобы на вашем вечере были не только гриффиндорцы. Мы все должны поддерживать идею Единства Факультетов, поэтому вы пригласите к себе восьмикурсников со Слизерина. – Слизеринцев! – у Джинни перехватило дыхание. – Но как... мы не можем! Трюк зыркнула на нее так, что стало ясно – она не потерпит возражений. – Конечно, сможете. Сегодня же передайте им приглашение, и пусть Полная Дама даст временный пароль на вечер. – Слизеринцам? – повторила Джинни, не веря своим ушам. Гермиона молча разделила недоумение с подругой. – Сегодня же, имейте в виду, – требовательно заявила декан. Закончив говорить, она перекинула древко метлы через плечо (Трюк никогда не появлялась на поле для квиддича без верной напарницы) и ушла. Джинни заметно приуныла, видимо, она отказывалась верить в происходящее. – Чур не я буду говорить с Асторией. – Гринграсс в любом случае не придет. Мы должны пригласить только седьмой и восьмой курс, верно? Пойдем. – Гермиона решительно подхватила ее под локоть и потянула обратно на поле. – Смотри, там Блейз Забини, с ним можно переговорить. – Он меня пугает, – прошептала Джинни. – Забини постоянно пытается дотронуться до моих волос. Гермиона взглянула на парня в стильном зеленом плаще, сидящего высоко на трибунах. – Я сама поговорю с ним. Будь уверена, к моим волосам он не притронется. За годы, проведенные в Школе, ее непослушной копне сполна досталось от слизеринцев, в основном от Малфоя, но не от Забини, ведь он считал магглорожденных недостойными его внимания. Тем не менее, в те редкие моменты, когда они были вынуждены пересекаться, он вел себя вполне сдержанно и вежливо. – Засранцы, – проворчала Джинни, пока девушки забирались на трибуны. – Они испортят нам вечер. Блейз Забини – стройный и статный с развевающимися от ветра черными волосами – расположился на самой верхней скамье. Он, как и всегда, был одет с иголочки в дорогой темный костюм с галстуком и накинутым сверху плащом. Слизеринец, словно король со своего трона, окинул взглядом гриффиндорок, ожидая, что они осмелятся заговорить первыми. – Забини, – поприветствовала Гермиона. Она могла поклясться – Блейз был уверен, что разговор начнется со слов «прошу прощения» или хотя бы банального «здравствуй». – Грейнджер, Уизли. Забини одарил их королевским поклоном. – Я… то есть мы, – промолвила Гермиона, посматривая на Джинни. О, Мерлин, она чувствует себя ужасно глупо. Гермиона снова решила перенять тон Макгонагалл. Лучше уж казаться чопорной и надменной, чем слабой и запуганной. – Мы, гриффиндорцы, устраиваем вечеринку в эту субботу в нашей гостиной… – Забини удивленно поднял брови вверх, а Гермиона упрямо продолжила, – и в интересах Единства Факультетов хотим пригласить на нее восьмикурсников со Слизерина. – Всех нас? – уточнил Забини. – Конечно. Сколько вас – шестеро? Легкая улыбка мелькнула на его красивом смуглом лице. – Я подумал, возможно, вы не захотите вносить в список некоторых… персоналий. Джинни нахмурилась, но Гермиона сразу поняла, о ком говорит Забини. – Каждого восьмикурсника, – заявила она решительно. – Забини, вы, может, и боитесь его, но знай, мы – нет. Уголки его губ поползли вниз. – Увы, дамы, в субботу нас ждут неотложные дела. – Всех вас? – уточнила Гермиона. – Ну ладно, мы были рады пообщаться, – весело крикнула Джинни из-за ее плеча. – Извини-мы-не-можем-задерживаться-давай-в-следующий-раз! Она схватила Гермиону за рукав и изо всех сил потянула к лестнице. – Момент, – внезапно воскликнул Забини. – Вероятно, мы можем пересмотреть… наши планы. – О, нет! Не причиняйте себе неудобств! Ваши планы так важны! Ага! – Я отправлю вам сову и оповещу о нашем решении, – подытожил он и медленно моргнул глубокими темными глазами. – Не стоит волноваться! – крикнула Гермиона. Джинни взяла ее под локоть, потащила вниз по ступенькам и на ходу прошептала: – Мне показалось, или ты требовала, чтобы Малфой был на нашем вечере? – Что? Нет! Хорошо, может и так. Забини вывел меня из себя. – Поверь, Малфой принесет нам гораздо больше головной боли. Рона разорвет от ярости! – Прекрасно, – усмехнулась Гермиона. – Немного хлеба и зрелищ нам не повредит! Джинни спустилась с трибун и остановилась, слегка вскинув голову. – Что с тобой, Гермиона? Кажется, ты ищешь неприятностей. – Не знаю, почему ты так сильно нервничаешь, – успокоила ее Гермиона. – Слизеринцы ни за что не заявятся к нам. Как ни странно, на этот раз предчувствие подвело Гермиону. Уже через час после разговора, когда они грелись в Общей гостиной, потягивая вкусный горячий шоколад, Джинни получила сову от Забини. Письмо было кратким: «Слизеринцы будут рады присутствовать на вечернем мероприятии в гостиной Гриффиндора в 20.00 в субботу. Предполагается ли торжественный дресс-код?». – Ответь «да», – буркнул Рон. – Пусть выглядят, как идиоты. – Нет, передай им, что на нашей вечеринке будет неформальный дресс-код, – сказала Гермиона. – Что это вообще такое? – Маггловский термин. – Мне нравится! – вскрикнула Джинни. – Осталось придумать временный пароль. – Великие гриффиндорцы, – предложил Невилл. – Тупые слизеринцы, – процедил сквозь зубы Рон. – Милосердие и любовь, – задумчиво промурлыкала Полумна. – А ты что здесь делаешь? – удивленно спросил Рон. – Разве у когтевранцев нет собственной гостиной? Полумна улыбнулась и отправила ему воздушный поцелуй, а Джинни коварно ухмыльнулась. – Нет, мне нравится. Представьте, как все эти напыщенные слизеринцы без конца повторяют «Милосердие и любовь». Полумна, да ты гений! Она набросала несколько строк и отпустила сову. Это может сработать, подумала Гермиона, присаживаясь на диван ближе к камину. Она мечтательно вгляделась в причудливые переливы в горячем шоколаде, растекающиеся от расплавленных зефирок по краям чашки. Такой пароль способен вызвать отвращение даже у завсегдатаев вечеринок с факультета Слизерин. – Гермиона. – Лаванда вдруг плюхнулась рядом с ней. – Можно нам кое-что обсудить? Гермиона кивнула. Лаванда выглядела смущенной, она нервно заерзала на диванных подушках. – Ты, наверное, считаешь меня глупой... – Нет, но было бы куда приятнее, если бы вместо тебя кто-то другой разболтал Трюк о нашей вечеринке. – Ты знаешь? – Лаванда уставилась на нее. – Конечно, ты знаешь. Я просто… хотела, чтобы он пришел. – Лаванда… – Гермиона задумалась. Что она может ей сказать? Чем больше оберегаешь ее от Малфоя, тем сильнее она его защищает. Но, положа руку на сердце, Гермионе было стыдно за те нескромные слова, сказанные на зельеварении, когда она пыталась удержать Малфоя от флирта с Браун. – Лаванда, я не считаю Малфоя злом во плоти и никогда не считала. Но он холодный и самодовольный тип. Подлый. Коварный. Действующий на нервы. Тебе правда это нужно? – Но он та-а-акой красавчик… – Да, особенно когда насмехается над кем-то. – Но он ведь уже не настолько презрителен ко всем. Гермиона замолчала. Стоило признать, он стал менее заносчивым и меньше переходил на личности. В его действиях было больше озорства, чем привычной злобы. Но все же, Малфой был далек от образа хорошего парня. – И ты запала, только потому что он красивый? Лаванда кивнула, у нее вырвался сдавленный смешок. – В таком случае я умываю руки, – выдохнула Гермиона. – Не приходи плакаться в жилетку, когда он разобьет тебе сердце. Браун нахмурилась. – Ты просто мне завидуешь. Он гораздо красивее Рона. – Разве Рон не казался тебе привлекательным на шестом курсе? – Да, точно! Ты ревнуешь. До сих пор злишься на меня из-за Рона, и поэтому хочешь все испортить. Гермиона медленно втянула носом воздух. – Мне и не нужно ничего портить, Малфой сам с этим справится. – Да как ты смеешь... – Лаванда вдруг замолчала, понимая, что их с Гермионой перебранка вышла за рамки дозволенного. Все слышали их ссору из-за Малфоя и Рона. Превосходно. Гермиона не стала продолжать бессмысленный разговор. – Делай, что хочешь. – Она повернулась к толпе, обступившей ее с круглыми от удивления глазами. – Я иду спать. Если в ее жизни ничего не поменяется, ей придется уходить в спальню сразу после ужина. – Гермиона… – прошептал Рон. Она улыбнулась. – Все в порядке. Правда. Гермиона мельком взглянула на Лаванду, в глазах которой блеснули слезы, и бросилась вверх по лестнице. В тот вечер она почувствовала себя полной и безоговорочной идиоткой.