Драгоценности Глорианы (The Gloriana Set)

♬ Green Day – Wake Me Up When September Ends – И это ты называешь лабораторией зелий? Субботним утром ничуть не впечатленный Малфой застыл в дверях крошечной узкой комнатки. Помещение и впрямь было в плачевном состоянии – редкие солнечные лучи едва пробивались сквозь запачканное оконце, с потолка свисали ржавые цепи, повсюду виднелись «кровавые» восковые подтеки от наполовину растопленных алых свечей. У дальней стены возвышался ветхий шкаф из красного дерева, перекошенные дверцы которого чудом держались на сломанных петлях. На столе справа тоскливо стояли три затянутые паутиной котла, а слева висела хлипкая полка. В отличие от Малфоя, Гермиона светилась от счастья. – Лучше места не найти, – заключила она, когда он прикрыл за ними дверь. – Слизнорт за стеной, но при этом лаборатория находится на достаточном удалении от кабинета зельеварения, и если здесь все взлетит в воздух, профессора ни в чем не заподозрят. – Звучит заманчиво, – пробурчал Малфой. – Может попросим твой Писклявый Мышиный Клуб навести порядок? – В этом нет необходимости, – Гермиона взяла пыльную банку с полки и покрутила в руках. – Парочка очищающих заклинаний… – она замолчала и пристально посмотрела на него. – Ты ведь слышал о чистящих чарах, правда? Малфой пожал плечами. – Ну, конечно, – она бросила на него хищный взгляд. – За тебя все делали несчастные угнетенные домашние эльфы. – Хватит поносить меня своим ГАВНЭ… – «Гражданская Ассоциация Восстановления Независимости Эльфов», вообще-то. – Успокойся, в Малфой-Мэноре никто не третирует домовиков. Если помнишь, кроме всего прочего мой отец осужден и за обращение с Добби, так что нам с матерью обижать их было бы невероятной глупостью. К ним хорошо относятся. – Но они все еще несвободны! Малфой закатил глаза. – Сразу после войны Департамент магических существ предложил им свободу и попытался выдать свитера Министерства магии. Эльфы проплакали целую неделю. – Но если бы им объяснили… – Прекрати, Грейнджер. – Как скажешь, – фыркнула она. – Доставай волшебную палочку. Я не буду убираться в одиночку. Гермиона слегка взмахнула рукой. – Скорджифай, – произнесла она, и пыль исчезла с половины стола. – Скорджифай, – нехотя повторил за ней Малфой, очищая вторую половину. Гермиона шагнула к самому большому котлу, нечаянно задев его ладонью. Раздался звон бьющегося стекла. Она осторожно оглянулась: Малфой врезался в полку, на его слизеринской квиддичной кофте остались осколки и пятна зеленой слизи. – Мерлин, Малфой, ты будто искупался в желе из маринованных жаб. – Гермиона скомандовала: – Тергео! – Заклинание, словно пылесос, собрало жабьи кишки с его спины. – Не забудь очистить кран, это очень важно. Она заглянула в котел, освещая его волшебной палочкой. Внутри копошилась куча пауков. – Фу, – скривилась Гермиона и попятилась назад, неловким движением коснувшись Малфоя. Слизеринец отшатнулся и влетел в шкаф, от чего его несчастные дверцы протяжно скрипнули и наконец с грохотом слетели с петель. – Да что с тобой такое? – требовательно спросила она. – Все в порядке, – отмахнулся он, убирая заклинанием пыль с кофты и волос. Малфой внимательно осмотрел шкаф, очистив его от грязи. Затем провел ладонью по боковинам, полкам и стал вырисовывать палочкой замысловатые узоры в воздухе. Стоя у него за спиной, Гермиона завороженно наблюдала, как старинный шкаф начал преображаться под действием его заклинаний. Малфой что-то бормотал себе под нос, не прерывая серию причудливых взмахов палочкой. В мгновение ока слизеринец умело вернул на место дверцы, обновил обшивку из красного дерева и когтистые ножки. Казалось, он подарил шкафу новую жизнь – в ответ тот благодарно заблестел. Вероятно, шкаф никогда не был так хорош, как сейчас. Малфой опустил палочку и потянулся, разминая четко прорисованные мышцы спины. От увиденного у Гермионы защемило в груди, она не смогла вымолвить ни слова и, пряча глаза, отвернулась к столу. Котлы удалось начистить до блеска, продравшись через вековые слои грязи и остатки неудавшихся зелий. К тому времени, как Гермиона разделалась с ними, ее напарник уже вымыл и отремонтировал окошко, сквозь которое в маленькую комнатку проникал теплый осенний ветерок. – Малфой, могу я… – Гермиона приблизилась к нему, а он дернулся в сторону, снова врезавшись в шкаф. Она прикусила губу, пытаясь скрыть улыбку. – Расслабься, – гриффиндорка легонько дотронулась до его рукава. – Все хорошо. – Я само спокойствие, – отрезал он, но все же прекратил дальнейшие попытки разрушить и без того весьма хлипкое школьное имущество. Объединив усилия, они очень быстро привели лабораторию в порядок: вытерли пыль, аккуратно расставили ингредиенты на полках и выпроводили назойливых пауков восвояси. Однако это не сделало комнату просторнее, и волшебники были вынуждены тесно прижиматься друг к другу за маленьким столом. Дуновение ветра окутало Гермиону почти неуловимым ароматом теплых солнечных лучей с легким шлейфом дорогого парфюма. – Пора взглянуть на ингредиенты, – произнесла она более строгим тоном, чем намеревалась. – Подай мою сумку, но, пожалуйста, не лезь в нее. Гермиона заметила, что он оскорбился: – Думал, ты вновь доверяешь мне. – Я верю, что ты не причастен к кровавым угрозам. Не такая уж высокая планка. – Ты с самого начала знала, я не при чем, – он протянул ей сумку. – Ты просто проверяла меня. Это было весьма по-слизерински. Весьма коварно. – Кто бы мог подумать, что ты такой поклонник Сыворотки правды, – парировала Гермиона, разворачивая свои записи. – Отчаянные времена требуют отчаянных мер, – хмыкнул Малфой. – Отчаянные? У тебя-то? – она старалась держать ровный тон. Там было ужасно тесно. – Ты даже не представляешь насколько, – выдохнул он ей в волосы. – Малфой! Он отступил назад, прислонился к шкафу и, скрестив руки на груди, вперился в нее взглядом. – Зря тратишь время на Тео, Грейнджер. Думаешь, с ним будет легче? Согласишься на вечно улыбающуюся, прилизанную, заурядную версию того, что ты на самом деле хочешь? – Не смей говорить, что знаешь, чего я хочу, – Гермиона заставила голос звучать холоднее. – Я все еще не забыла, как ты повел себя в кабинете заклинаний. Запомни, я не твоя игрушка. – Конечно нет, ты гораздо лучше, – Малфой задорно ухмыльнулся. – Теперь у меня есть свой маленький герой. Мерлин, ты бы видела себя! Ворвалась в кабинет Макгонагалл и, словно разъяренная львица, защищала меня зубами и когтями. Никогда не забуду перекошенную физиономию кретина Поттера! – Не называй его так! Думала, тебе не нравится, когда я тебя опекаю. – Мне не нравится, когда ты делаешь это у меня за спиной, – он прищурился. – Не сдерживайся, продолжай отстаивать мою честь. Это очень возбуждает. – Когда-нибудь они придут за тобой и утащат в Азкабан за клочок бумаги, брошенный мимо урны. А я и пальцем не пошевелю, – пообещала она. – Но пока это счастливое событие не произошло, будь добр, посмотри на рецепт и список ингредиентов. Нам нужно кое-что собрать в Запретном лесу. – Сангвинария? Яд Акромантула? – он прислонился к ней сбоку и, нахмурившись, внимательно изучил пергаменты. – Что за зелье ты задумала сварить, Грейнджер? – Я назвала его Кроветест, или Зелье идентификации крови. Если мы все сделаем правильно, оно поможет узнать, чью кровь использовали для послания. Малфой отложил записи, в его глазах застыл немой вопрос. Он был непозволительно близко. – Что? – с вызовом спросила Гермиона. – Где ты взяла этот рецепт? – сурово поинтересовался он. – Зелье балансирует на грани темной магии. – Нигде. Я его придумала. – И даже успела проверить? Она нервно пошевелилась. – Само собой нет. Именно поэтому оно называется экспериментальным. Малфой молча смотрел на нее, лицо его было необычайно серьезным. – Что на этот раз? – Иногда ты меня пугаешь, Грейнджер. Может, малыш Поттер и спас волшебный мир, но у него определенно была защитница, и она сейчас стоит передо мной. У Гермионы сдавило горло, бешено заколотилось сердце. – Глупости. – Я так не думаю. – Он просмотрел список и вернулся к беззаботному тону. – Полагаю, косматый неотесанный лесничий поможет нам с некоторыми ингредиентами? – Его зовут профессор Хагрид, и да, он поможет. – Она сердито сверкнула глазами. – Тебе придется относиться к Хагриду с должным уважением, иначе мне твоя помощь не нужна. – Да, конечно. Не хочешь объяснить, зачем нам понадобится шесть корзин цветков клевера? Гермиона откашлялась. – Надо... хм... перебить запах. – Малфой изогнул бровь. – Мы должны добавить туда что-нибудь, в противном случае зелье будет вонять гнилым мясом. Возможно нам понадобится больше шести корзин. Так что за оскорбление Хагрида я назначаю тебя сборщиком клевера. Гермиона была готова встретить отказ, но он подозрительно быстро согласился, а это намекало на очередной хитрый слизеринский план. Она задумалась, но предпочла остаться в неведении. – Твой Кроветест варится две-три недели? – уточнил Малфой. – Да. Он положил список на стол. – Отлично. Скоро игра, мне пора идти. Ты придешь на матч? – Ага, – беззаботно ответила она. – Приду поболеть за Джинни. – Гермиона взяла с полки банку с сердцами ящериц и встряхнула. Ее содержимое казалось не очень свежим. – Хм-м-м… охотно верю, – Малфой протиснулся мимо гриффиндорки и открыл дверь. Обернувшись, он вдруг задержался на выходе. Его платиновые волосы, подсвеченные бликами факелов из коридора Подземелий, излучали ослепительное сияние. – Охотно верю, – повторил он с легкой улыбкой на устах, – но не обманывайся, ты будешь смотреть только на меня. И вопреки тому, что я сегодня говорил, держи себя в руках. Если со мной что-то случится, не беги на поле, не разбрасывайся проклятьями, в общем, ничего не делай. Люди не поймут, если ты кинешься защищать слизеринца, как бы… обворожительно это ни выглядело. Гермиона метко запустила банку вслед посмеивающемуся Малфою, но он юрко выскользнул в проход и был таков. – Я озеро, – выдохнула она себе под нос, – я гребаное безмятежное озеро…

***

♬ 30 Seconds To Mars – Kings And Queens День выдался не по-осеннему теплым, дул легкий ветерок – словом, идеальная погода для квиддича. Гермиона и Невилл заняли лучшие места на северной стороне поля, которую успели восстановить после битвы за Хогвартс. Стадион был забит, на первом матче сезона собралась вся Школа. Гермиона похвалила себя за то, что решилась отказаться от предложения Макгонагалл стать старостой, в противном случае она бы сейчас обходила ряды и отбирала у нерадивых учеников вещички из «Всевозможных волшебных вредилок Уизли». Вместо этого она грелась на солнце с Невиллом, который тоже ничего не понимал в квиддиче и вряд ли возмутился бы ее Финтам Вонки. В это время остальные гриффиндорцы безудержно аплодировали, хотя матч еще даже не начался. Джинни стояла в кругу команды на южном конце поля. Большинство игроков сборной Слизерина разминались в воздухе, выписывая петли, и только Малфой с Асторией о чем-то бурно спорили. – Держи, Гермиона, – Невилл украдкой вытащил два сливочных пива из-под тонкого плаща. – Ты с ума сошел! – Гермиона шикнула, но приняла протянутую другом бутылочку. Да, все-таки хорошо, что она не стала старостой девочек. Потягивая сливочное пиво, Гермиона наслаждалась теплом солнечных лучей и отгоняла мысли о драгоценных минутах, которые можно было бы с пользой потратить на сбор ингредиентов для Кроветеста. Малфой и Астория, все еще оживленно беседовали, стоя на расстоянии вытянутой руки друг от друга. Гринграсс, очевидно, давала ему последние указания. Гермиона подумала, что они могли бы составить идеальную пару: оба высокие, стройные, с фарфоровой кожей и гладкими блестящими локонами цвета золота и платины. Волосы Астории были заплетены в длинную причудливую косу, струящуюся по спине и украшенную зелеными лентами. Малфой наклонился к ней, внимательно слушая и время от времени кивая. Слизеринский принц и его принцесса. Гермиона не сомневалась, он снова завоюет Асторию. Ему не составит труда восстановить родовое имя среди чистокровок. В конце концов, он все еще красив и богат, а на остальную часть волшебного мира Малфою, наверное, плевать. Через пару лет в высших кругах никто не вспомнит о былых ужасах, смертях и разрушениях, будто Волан-де-Морт никогда не возвращался. По крайней мере так будет, пока Люциус надежно заперт в Азкабане. – Что случилось, Гермиона? – поинтересовался Невилл. – Ты выглядишь странно. – Ох уж эти игроки, – выпалила она, кивнув на Рона, который вышел из глубокого пике и, помахав рукой, покружился рядом. – Их маневры и вращения. Малфой оттолкнулся от земли и взлетел вверх, бравируя фигурами высшего пилотажа – вошел в штопор, а потом спикировал вниз по той же траектории. – Воображала, – пробормотала Гермиона и застонала, заметив, что Рон пытается повторить успех слизеринца. Уизли неплохо держался на метле, но управлялся с ней далеко не так изящно и ловко. Малфой прыснул со смеху и дерзко пролетел мимо гриффиндорских трибун, грациозно поклонившись, когда его встретили свистом и улюлюканьем. – Малфой тебе подмигнул? – спросил Невилл. – Конечно, нет. – Ну не мне же. – Не знаю. Вы двое, кажется, очень сдружились на травологии, – подразнила его Гермиона. – Но не так, как вы на зельеварении. Ты правда что-то варишь с ним в маленькой лаборатории? Гермиона удивленно посмотрела на друга. Быстро же расползаются слухи. – Вообще-то да. Мы работаем над экспериментальным зельем. – В этом году он ведет себя вполне достойно – во всяком случае для Малфоя, – процедил Невилл. – Даже ни разу не оскорбил меня. Жуть какая-то. – Не обольщайся раньше времени, – сказала она. Невилл согласился и глотнул сливочного пива. Мадам Трюк дунула в серебряный свисток, выпустила снитч, и игроки взмыли высоко в воздух. Матч начался. Малфой был в великолепной форме. Его безупречные финты вызвали гул одобрения у слизеринцев и завистливые вздохи у гриффиндорцев. Не самый плохой способ завоевать любовь собственного факультета. Помоги он выиграть Кубок по квиддичу, и ему бы наконец все простили. Гермиона цокнула языком. Кубок у Слизерина? Ужасная мысль. Она оторвала взгляд от плавных движений Малфоя и увидела, как Рон сделал еще один неуклюжий, но удачный сейв. Загонщики команды противника были настоящей парой головорезов, до смешного огромных на тощих метлах. Казалось, целью их игры было врезаться в противников, а не отбивать бладжеры. Как угрюмые тени они следовали по пятам двойняшек Ланди и чуть не сбили сестру. Рон отражал каждый Квакл (Квайфл? Квоффл!). Брат Ланди дважды забил мяч, пока его сестра увела за собой слизеринских загонщиков. Вратарь Астория отвлеклась на перепалку со своими игроками и пропустила еще один гол. Гриффиндорцы были вне себя от радости. Снитч нигде не было видно. Джинни попыталась сделать несколько обманных виражей, но Малфой не купился на ее уловки, продолжив описывать круги над полем. Внезапно его тело напряглось, а движения стали резче. Гермиона прищурилась. – По-моему он что-то заметил. – Малфой? – прошептал Невилл, проследив за ее взглядом. Ловец команды Слизерина вел себя спокойно и сосредоточенно. Четко выверенными маневрами он приближался к цели. Гермиона пригляделась, пытаясь вычислить траекторию его полета. – Думаю, снитч вот там. Все началось в тот момент, когда Малфой в развевающейся на ветру мантии резко остановился около дальнего кольца. Джинни сделала рывок вперед, а Астория, судя по всему, выкрикивала приказы команде. Вдруг с противоположных концов поля двое слизеринских загонщиков на полном ходу устремились прямо на ловцов. – Джинни! – обеспокоенно выкрикнул Невилл. Гермиона покачала головой. Ей показалось, они целятся в… – Малфой! – взревела она, и ее голос утонул среди возмущенных воплей болельщиков Гриффиндора. Невилл непонимающе уставился на нее. По толпе зрителей пробежала волна вздохов. Золотой мячик взлетел ввысь, и игриво сверкнув в лучах солнца, просвистел почти перед носом Малфоя. Ловец проворным движением схватил снитч и крепко прижал к груди. Еще через секунду загонщики влетели в него на бешеной скорости. Гермиона подскочила, до хруста сжимая ладонь Невилла. – Малфой! – она снова протяжно вскрикнула. Из его груди вырвался сдавленный хрип. Похожие на троллей загонщики зажали его в тиски и протащили за собой через поле. Неожиданно он всем телом накренился в сторону. Одна рука Малфоя бессильно повисла, а другая все еще была сжата в кулак у груди. Колено изогнулось под неестественным углом, и он начал стремительно падать, соскользнув с метлы. Джинни спикировала за ним с палочкой наготове. – Малфой! – взвизгнула Гермиона. – Драко! Бутылка сливочного пива с треском разлетелась на мелкие кусочки у нее под ногами. Она трясущимися пальцами нашла палочку, чтобы попытаться смягчить его падение. Малфой с глухим стуком приземлился на поле. Проклиная свою медлительность, Гермиона не нашла ничего лучше, чем направить палочку на загонщиков Слизерина, которые с довольным видом парили рядом. Внезапно оба судорожно вздохнули и схватились за горло. Сильные руки обхватили ее запястья, заставив опустить орудие мести. – Гермиона! Прекрати! – Невилл орал ей в ухо. Освобожденные от заклинания игроки спланировали на землю и, громко кашляя, упали на колени. Астория и мадам Трюк подбежали к неподвижно лежащему на траве Малфою. Джинни тоже подлетела ближе, но с озабоченным видом отступила в сторону. – Отпусти меня! – Гермиона вошла в раж, яростно пытаясь вырваться из рук Невилла и ринуться к Малфою. – Нельзя, Гермиона! – строго прозвучал Невилл. – Да что с тобой такое? Ты не можешь туда спуститься! Долгопупс закряхтел, когда она пихнула его локтем в ребра. Ей почти удалось выскочить в проход, но Невилл вцепился в нее мертвой хваткой. На трибунах воцарилась суматоха, слизеринцы и гриффиндорцы вскочили на ноги и заполнили проходы, чтобы лучше разглядеть происходящее. – Мерлин, ты с ума сошла? Перестань драться со мной! Ой! – на этот раз локоть Гермионы влетел ему в челюсть. – Посмотри, с ним мадам Помфри! Ой! Вот дерьмо! Малфой все еще неподвижно лежал на траве, а Астория склонилась над ним, стоя на коленях. Загонщики Слизерина продолжали хрипеть, но, очевидно, уже отдышались, а остальные игроки обоих команд молчаливо замерли на поле. Он был без сознания. Помфри наколдовала носилки и осторожно перенесла его на них. Носилки унесли ловца со стадиона, доктор и Астория прошли следом. Гермиона ахнула, когда из его бледной, безжизненно свисающей руки выскользнул снитч и, жужжа крылышками, улетел прочь. – Хватит драться! – прошипел Невилл. Теперь он изо всех сил прижимал ее, не оставляя шансов удрать. – Держи себя в руках! Она тут же испуганно притихла, вспомнив, о чем Малфой предупредил ее утром: – Держи себя в руках, Грейнджер. Если я получу травму, не беги на поле, не разбрасывайся проклятьями, в общем, ничего не делай… – Мерлин! – ахнула шатенка. – Он все знал! – Кто? – Малфой, – выдохнула она, глядя, как раненый блондин исчезает в стенах замка. – Он знал, что на него готовится покушение.

***

В тот вечер настроение за гриффиндорским столом было мрачным. Малфой не только поймал снитч, но и сумел удержать его, так что победу присудили Слизерину. После ужина Гермиона коротко переговорила с Тео в Большом зале. – Я, конечно, рад за команду и факультет, – сказал Тео. – Сегодня в Подземельях будет большая вечеринка, но я бы предпочел сходить с тобой в Хогсмид. – Нотт не был большим поклонником квиддича. – Есть новости о Малфое? – Гермиона перебила его будничным тоном. – С ним сейчас Астория. У Драко раздроблены кости рук и правое колено, – Тео всегда был в курсе последних новостей. – Помфри дала ему Костерост, наутро он будет в порядке. Повезло еще, что эти загонщики не прикончили его. Ходит слух, Макгонагалл до сих пор орет на них в своем кабинете, а они мямлят, будто кто-то их заколдовал. Гермиона покраснела при воспоминании о своих необдуманных действиях. Что только на нее нашло? – Я мог бы незаметно ускользнуть с вечеринки, – вернулся к разговору Тео, наклоняясь к ней ближе. – Может, съедим по десерту в том новом ресторане… Гермиона отрицательно помотала головой. – Мне очень жаль, Тео, но Джинни нужна моя поддержка. Это была ее первая крупная игра в качестве капитана, и проиграть так… – Уверен, Блейз утешит твою подругу, – заговорщически произнес Нотт. – Не думаю. Вряд ли она захочет видеться со слизеринцами. – Джинни была мудрой и проницательной, но все еще оставалась вспыльчивой, как и все Уизли. Тео вздохнул. – Дурацкий квиддич. Кажется, волшебный мир помешался на нем. Гермиона согласилась с Ноттом. Когда она вернулась в гриффиндорскую гостиную, то обнаружила там Джинни, потягивающую огневиски вместе с остальной командой, и полупьяного Рона. – Не хочешь рассказать мне, что произошло сегодня? – тихо спросил Невилл, подсаживаясь к ней на диван. – Нечего рассказывать, Нев. – Отлично, – сказал Невилл. – Ты же не будешь возражать, если я поделюсь с Джинни тем, как ты чуть не бросилась на поле, когда Малфой упал с метлы. И как он предупредил тебя о готовящемся нападении. – В этом нет ничего такого. Мы вместе работаем над экспериментальным зельем. Невилл кивнул. – Окей. Он немного помолчал, а потом продолжил: – Гермиона, позволь рассказать, как это выглядит со стороны. Вы с Малфоем с первой попытки варите идеальное Зелье доверия и вместе ходите на Древние руны. Потом ссоритесь, и он заявляется здесь, пытаясь проникнуть в Гриффиндорскую башню. Кричит, что хочет увидеть тебя, дерется с Роном. Вы как-то примиряетесь и начинаете вместе работать над экспериментальными зельями, а он рассказывает тебе об угрозах от других учеников. – Он удерживал ее своими удивительно строгими голубыми глазами. – И сегодня ты почти сломала мне ребра, пытаясь прорваться к нему. Мерлин, что происходит? Вы двое случайно не… – Нет, – отрезала она. Невилл вздохнул с облегчением. – Думал, ты с Ноттом, а это уже безумие какое-то. – Мы с Тео не встречаемся... пока, – пробурчала она. – Хотя я приняла его приглашение на свидание. Он посмотрел по сторонам и понизил голос: – А что насчет загонщиков? Это было жестоко, Гермиона – они могли задохнуться! – Не знаю, что ты себе… Щеки Невилла порозовели. – Я не слепой, Гермиона. Как далеко бы ты зашла, не останови я тебя? – Видел, что они сделали… – Конечно, – мрачно подтвердил он. – Я видел их и видел тебя. В этом году ты часто достаешь палочку, и не только на Защите от темных искусств. Как же ты прав, Нев, – подумала Гермиона. – Макгонагалл рвет и мечет, она жаждет знать, кто заколдовал тех загонщиков, – продолжил Невилл. – Этот случай противоречит идее Единства Факультетов. – Единство Факультетов, – фыркнула Гермиона. – А что насчет единства внутри факультета? На Малфоя напали его же собственные проклятые однокурсники! – Может, в этом году Малфой ведет себя чуть лучше, но я не собираюсь волноваться из-за того, что змеи пожирают друг друга. Меня интересует только ЖАБА, думал, тебя тоже. Гермиона вспомнила про свой «Жизнеорганизационный Оптимизационный План». – Именно, Невилл. Я просто немного расстроилась. – Она откинулась на спинку дивана и задумчиво посмотрела на друга. – Нам нужно организовать клуб по подготовке к ЖАБА. Невилл простонал: – Только не это! – Он схватился за голову. – Язык мой – враг мой. – Мы назовем ее... назовем... Первой Организованной Работой Над Оценками. – П-О-Р… ПОРНО? – задохнулся от удивления Невилл, поднимая голову. – У кого-то есть порно? – весело спросила Джинни. – У Гермионы, – сказал Невилл. – Она хочет создать клуб по подготовке к ЖАБА. – С порно? – заинтересовался Рон. – Запишите меня! – Это будет Первая Организованная Работа Над Оценками, – ухмыльнулся Невилл. – Она нам всем нужна, – упрямо заявила Гермиона. – В конце концов, мы, восьмикурсники, вернулись сюда из-за ЖАБА. Давайте пригласим все факультеты. Комната наполнилась недовольными стонами: – Только не это! – Неплохая идея, – хмыкнула Джинни. – Во всяком случае для вас – восьмикурсников. – Чур никаких учебных пособий, – заявил Рон, и гостиная радостно загудела. Гермиона пришла в ужас. – К ЖАБА без них не подготовиться! – А я могу и буду, – буркнул Рон. – Мне не нужны учебные пособия к порно. – К Первой Организованной Работе Над Оценками! – Гермиона возмутилась до глубины души. – Хватит говорить об учебе! – воскликнул Рон. – А ты бы предпочел поговорить о квиддиче? – злобно прошипела Гермиона. – Тише, – успокоил ее Невилл. Гермиона вспыхнула. Разговоры о ЖАБА и квиддиче окончательно омрачили и без того унылый вечер, и люди разбрелись по комнатам. Однако у Гермионы были другие планы. Она быстро сбегала наверх, сунула карту Мародеров в карман джинсов и спустилась в Общую гостиную. Джинни и Невилл беседовали у камина с серьезными лицами. Это не предвещало ничего хорошего. – Не могу поверить, – Джинни свирепо взглянула на нее. – Ты заколдовала их? – Они это заслужили, – спокойно сказала Гермиона, усаживаясь в кресло напротив. Джинни нахмурилась: – Тебе нужно быть осторожнее с этим Малфоем. – О чем ты? – подал голос Невилл. – Гермиона, ты же отрицала, что вы двое… – Нет же, – прорычала она, грозно глядя на них обоих. – Может, пока и нет, но между вами определенно что-то есть, – кивнула Джинни. – Он подмигнул ей сегодня перед игрой, – выдал Невилл. – Да там страсти бурлят! – заключила Джинни. – Примерно как между тобой и Блейзом! – огрызнулась Гермиона. Невилл застонал: – Избавьте меня от подробностей. В последнее время все съехали с катушек: Рон, Деннис, вы, Макгонагалл… – Я не собираюсь перекладывать ответственность за эти проклятия на кого-то. Сама все расскажу директору. – Будем надеяться, до этого не дойдет, – сказала Джинни. – Тебя же могут исключить! – Ты что, прикалываешься? – спросил Невилл. – Исключить Гермиону Грейнджер? – Возможно, Макгонагалл придется это сделать, если родители поднимут шум, – уверяла Гермиона. – Все, с меня хватит, – Джинни зевнула. – Я смертельно устала – проснулась в шесть утра, готовилась к квиддичу, и мы все равно проиграли чертов матч. Завтра поговорим о проклятиях и порно. Она встала, слегка пошатываясь. – О Первой Организованной Работе Над Оценками! – взревела Гермиона. Джинни усмехнулась и снова зевнула. – Спокойной ночи, – она удалилась в свою комнату. Невилл тоже встал. – И я пойду. Обещаешь не засиживаться? – Обещаю, – улыбнулась Гермиона. – Просто еще немного побуду здесь. Она встретилась с настороженным взглядом друга. – Береги себя, Гермиона. Ты же знаешь, Малфой – ходячая проблема. – Знаю, – сказала она, всматриваясь в причудливые блики языков пламени в камине. Мерлин, но знаю ли я?