How could I say goodbye?

***

Лэнсу сразу не понравился Лотор и он четко дал понять об этом команде. Но, конечно же, его никто не слушал. Хотя сколько раз им помогала его внутренняя необъяснимая интуиция, не сосчитать. Даже если здесь эта неприязнь была основана больше из-за очевидной химии между Лотором и Аллурой, Лэнса все равно что-то настораживало в этом Лоторе. И он думал. Типа, серьезно? Сын Заркона? Межгалактического тирана? Хорошо, это может звучать по-расистски, но Заркон был буквально пропитан какой-то злобной квинтэссенцией и почему это не могло передаться так же его сыну? Не говоря уже о том, что в начале Лотор доставлял им всем неприятности. Остальные тоже не доверяли Лотору, и что в итоге? Лэнс не мог поверить, что они действительно помогали ему в постройке какого-то робота, сравнимого по мощности с Вольтроном, пока он и Кит отсутствовали. И их ничего не насторожило даже? Все казалось каким-то безумным, повернувшимся куда-то не туда сценарием в драматическом театре. Когда все пошло не так? По-началу команда относилась к Лотору с подозрением. Но потом что-то изменилось. Он смог их уговорить и уверить своими сладкими речами и показными действиями в поддержку Вольтрона. И все же, Лэнс считал, что решающим оказался выбор Аллуры. Она выбрала Лотора. К тому же, Широ (который в последнее время вел себя как сам не свой) активно высказывался по поводу пользы от Лотора. Широ тоже имел авторитет и никто не осмелился с ним спорить. Может быть, Кит попробовал бы, если бы остался. Но его не было. Когда Лэнс узнал, кем на самом деле был Лотор, то моментально почувствовал вспыхнувшую злость, но потом она так же быстро исчезла. Хм, ну и что? Они сами виноваты, что доверились ему. По крайней мере, Лэнс до последнего стоял на своей позиции. Он чувствовал себя настолько далеким от команды, как никогда. Каждый день притворство. Недосказанность. Отчужденность. Напряженность. Скрытие настоящих чувств за глупыми масками и бахвальными речами. Вот, что он видел, и он видел, что это переходило в недоверие между членами команды. И ему это надоело. Но он не мог это так оставить. Несмотря на то, что он выпендривался и назло команде не возвращался в свое тело с целью заставить их одуматься, — он без труда мог это признать хотя бы самому себе, — на Земле остались еще люди, которые любят его, которые являются ему родными, и которых надо защитить. И не только земляне заслуживают защиты и свободы. Огромное количество планет и целых галактик нуждаются в помощи. И если Лотор решил встать на пути Вольтрона, он просто так это не оставит. Вот почему он недолго думая переместился на Орианд. Ему необходимо убедить Белого Льва не давать Лотору любую нужную тому информацию.

***

Кит не мог поверить, что пока его не было, команда помогала Лотору строить оружие, с которым мог сравняться только Вольтрон. Но у них не было времени на ругань, поэтому он с напускным спокойствием слушал, как ему объясняют, почему они не могут пойти за Лотором. — …как понять, что ты избранный алтеанец? — вопрос Ромелль смутно донесся до Кита, который погрузился в свои мысли, осматривая команду и чувствуя что-то странное. — Если бы ты была избранной, твои метки бы уже загорелись, потому что мы совсем рядом с Ориандом, — ответил Коран. И тут Кит понял, что его тревожит. — А где Лэнс? Вопрос Кита прозвучал в воздухе словно выстрел. Неприятное, тревожное чувство сжалось в его внутренностях. Ромелль в удивлении приоткрыла рот, видимо, не понимая о чем речь. Его мать насторожилась, как и он сам. Из их путешествия она довольно хорошо запомнила команду по его рассказам. А вот остальная часть команды, казалось, застыла в оцепенении. Кит почувствовал, как злость и тревога охватывают его тело. Почему они молчат? Если бы все было в порядке, ему бы тут же ответили. — Где Лэнс, еще раз спрашиваю? — на этот раз в его голосе звучала сталь. Пидж, казалось, дернулась в странной дрожи. — Отвечайте! — Он… — Кит… Это странное бормотание со стороны других паладинов заставило его сердце упасть, а кровь кипеть. — Что случилось с Лэнсом?! — Он в криоподе, — тихо, но отчетливо ответил наконец Широ. Его взгляд был мутный и непонятный, нечитаемый, что испугало Кита. Но когда до него дошел смысл слов, он рванул, как ужаленный, в поисках красного паладина. Его никто не стал окликать или останавливать, когда он прошел в другое помещение, к нему даже присоединились все остальные. Кит проходил зал за залом, пока не оказался в медотсеке. Свет в помещении был приглушен и пять расположенных полудугой в ряд криоподов отражали тревожный свет. Его взгляд тут же зацепил знакомую фигуру. Кит подошел ближе, осматривая на наличие ран. — Что с ним? Некоторое время стояла тишина, может быть, с минуту, пока Пидж не собралась с силами и не подошла к нему. — Кит… послушай меня сейчас, не перебивая, хорошо? — сказала она тихо, не осмеливаясь поднять голову. Эти слова заставили его нервы покрыться льдом, но, скрепя сердце, он медленно кивнул, готовый слушать. Его взгляд был устремлён в лицо Лэнса, безжизненное, непривычно лишённое каких-либо эмоций, и от этого Кит почувствовал глухую боль. Так не должно быть. — Примерно тогда, когда ты попал в квантовую бездну, у нас была миссия. Аллура и Лэнс помогали Ханку восстановить Щит Омега, и Лэнс… Лэнс… — ее голос задрожал. — Он бросился перед львом Аллуры, чтобы защитить ее от луча… Но электрический разряд и облучение оказались чрезвычайно мощными, и он… его тело не выдержало напряжения… Он бы умер, Кит, если бы мы не поместили его вовремя в криопод. Он впал в кому. Кит слушал это и с каждым словом каждая клеточка его тела покрывалась льдом. Это была особенность, о которой мало кто знал, — когда он волнуется, ему становится холодно. И сейчас он чувствовал себя гребаным айсбергом. — Это… было две недели назад? — спросил он хриплым голосом спустя время напряженной тишины. — Да. — после этих слов Кит прислонился лбом к криоподу, в котором находился Лэнс. Все остальные паладины были необычайно тихими. Даже Ханк не плакал по какой-то причине. Может быть, ему больше нечем плакать? — Аллура пыталась спасти его, знаешь, — спустя время до него снова донесся голос Пидж. — Как? — Она пыталась ухватиться за его квинтэссенцию, чтобы провести ее обратно в тело Лэнса. Она не смогла найти ее. И до сих пор не чувствует ее. Поэтому его тело сейчас находится в криосне повышенной степени заморозки. Кит почувствовал, как к горлу подступает комок, а в уголках глаз формируются слезы. Зачем она все это ему говорила? Чтобы окончательно убить надежду? Как будто бы читая его мысли, она продолжила: — Я просто честна с тобой, Кит. Это все, что мы знаем о состоянии Лэнса. Неизвестно, очнется он или нет. Если Кит до этого сопротивлялся и пытался держаться, после этих слов он дал волю эмоциям и его тело содроглось в всхлипе.

***

Планета была так красива и удивительным образом похожа на Землю, — равзе что всё было преимущественно в розовых тонах, — что Лэнс почувствовал тошнотворную ностальгию. Но не успел он ей вдоволь насмотреться, как услышал знакомые голоса. Это были Лотор и Аллура, любезно щебечущие друг с другом. Лэнс даже не хотел вслушиваться в суть их разговора и видеть их, но он прекрасно понимал, что те наверняка куда-то направлялись. А ему нужно было остановить Лотора. Лэнс собирался уже направить свою энергию к ним, как внезапно почувствовал чье-то присутствие позади себя. Смутно знакомое. Лэнс обернулся и увидел Белого Льва. В прямом смысле. Если бы он не был в космосе второй год, то, вероятно, удивился бы. А если бы ещё и находился в своем теле, то ещё и вскрикнул. Но он был не первый год в космосе и он не был в своем теле, поэтому молча осматривал Льва, пока тот не обратился к нему. — Что ты здесь делаешь? — Я уже сказал. Необходимо остановить Лотора. — Ты про новоприбывшего с принцессой? — Да. Лев замолчал на некоторое время, стоя перед ним. Он представлял собою льва, покрупнее земного, массивного и действительно белого, с бледно-синими полосами по всему телу. И он весь светился. Вероятно, он и здесь не был материальном существом. Невозможно было предугадать, готов тот на него напасть, или наоборот, помочь. Белый Лев, как понял Лэнс из их разговоров, всегда был рационально-холоден. Как хищник. Лэнс уже начал беспокоиться, не слишком ли он наглый для простого смертного, который предъявляет какие-то требования к древнему могущественному существу, как Лев наконец ответил. — Признаться, когда он вошёл на Орианд, я почувствовал в его квинтэссенции что-то, похожее на скверну. Но вместе с ним дочь Альфора, поэтому я решил довериться. Лэнс почувствовал надежду, но все же не спешил радоваться. — Я узнал, что Лотор в течение тысячелетий эксплуатировал алтеан, высасывая их квинтэссенцию. Аллура об этом не знает. Белый Лев лег перед ним и этот жест ввел Лэнса в ступор. — В любом случае, я уже впустил его. Следующий этап — алтеанские стражи в священном храме. Они так же решат, пропускать его дальше, или нет. «Черт возьми», — пронеслось в мыслях Лэнса. — Ты можешь поговорить с ними? Что, если они впустят его? — Я доверяю тебе, паладин, но это не то, во что тебе следует вмешиваться. Лэнс знал, что Лев может его выгнать, поэтому опять усмирил свой пыл. — Могу я здесь остаться? И наблюдать за ними? — Ладно. И тогда Лэнс ухватился за энергию Аллуры и оказался на пороге храма. Аллура и Лотор посмотрели друг на друга, прежде чем войти. Лэнс направился вперёд, увеличивая расстояние между ним и парой. Ему нужно было найти алтеанских стражей, чтобы они не пустили Лотора по глупости, как и Белый Лев. Он понятия не имел, как они выглядели, но когда Лэнс добрался до многочисленных выставленных в ряд статуй высоких эльфоподобных людей, он остановился. Он чувствовал мощную силу, исходящую от них. Лэнс, по правде говоря, за последнее время стал очень восприимчив к чужой энергетике. Так, он чувствует призрачное присутствие Белого Льва и в любой момент может потянуться к энергии Аллуры. Итак, раз это были статуи, значит, говорить они не могли. Лэнс потянулся к ближайшей статуе и попытался выйти на связь с его обладателем. Обладательницей, на самом деле. Но она тут же дала ему энергетическую пощечину, не подпуская к себе близко. Что ж, по крайней мере, эта была с характером. И так он проделал ещё с несколькими статуями, пока наконец одна из них, — причем тот, к которому он ещё не обратился даже, — не заговорил: — Что ты делаешь? Где-то Лэнс уже слышал этот вопрос. — О. Слушай. Сейчас сюда- — Кто ты такой? — Я Лэнс. Вы могли бы выслушать меня, пожалуйста? — Кто ты такой? — Я паладин Вольтрона. По крайней мере, был. Огромная статуя алтеанца, казалось, ожила и повернула к нему голову. Это несколько напугало Лэнса. — И что тебя привело сюда? Вот оно. Наконец-то он ухватился за чье-то внимание. — Сюда с минуты на минуту придут принцесса Аллура и Лотор, сын Заркона. И Лотор пришел сюда с недобрыми намерениями. — Откуда тебе знать? — А я знаю. Я слышал разговор моих товарищей по команде и узнал, что он использует энергию алтеанцев для создания оружия, — Лэнс чувствовал себя глупо, когда говорил это, и особенно когда пытался что-то доказать статуе, которая не верила ему. — Докажи. Лэнс испытывал раздражение и нетерпение, но, опять же, он совладал с тобой. — Как мне это сделать? — Ты это должен знать. Внезапно массивные двери раскрылись и на пороге огромного зала со статуями стражей оказались удивлённые Лотор и Аллура. Времени не было и Лэнс запаниковал. — Что я могу сделать? Не знаю, чувак, можешь хоть залезть в мои воспоминания! — Хорошо. — В смысле… Ты можешь? — Это должен сделать ты. Открой мне воспоминание, в котором есть доказательство, что один из прибывших не достоин наших знаний. Что ж. Лэнс раньше не практиковал это, но если он научился перемещаться в пространстве вне своего тела, то, возможно, научится и этому? Хотя времени совсем не было, Лэнс был готов попробовать. Он мгновенно вспомнил тот разговор, при котором ментально присутствовал. Он детально вспомнил каждое слово, каждую реплику. И когда закончил, то посмотрел на статую, заговорившую с ним. Лотор и Аллура были близко, остальные стражи, коих были сотни, сидели на каменных тронах неподвижно. — Неубедительно, — наконец выдал свою реакцию страж. — Что?! — Хотя… Ты в первый раз делился воспоминаниями? — Да, черт возьми! Да! Я сделал это и теперь ты говоришь, что это неубедительно, — Лэнс был в отчаянии. Лотор и Аллура были в нескольких метрах от них, а стражи все не реагировали. А значит, они пропустят их. — Это впечатляет. Но извини, твои доказательства правда неубедительны. Даже если я поделюсь с этим остальными, мне не поверят. Лэнс чувствовал, словно мир рядом с ним разрушается. Стены храма, статуи, Аллура и Лотор… Все они разрушались, как камень, трескались, как стекло, и разлетались в разные стороны, исчезая во всепоглощающей темноте. Как будто было землетрясение или конец света, и Лэнс терял все, что имел. — Но мы можем сразиться, и если ты победишь, то можешь взять мой сосуд в свое распоряжение, — послышался внезапно изменившийся голос, более глубокий и четкий. Или это происходило реально? Лэнс оглянулся и понял, что храма и статуй нигде нет, он находится в астральном плане, а перед ним тот алтеанский страж, но теперь светящийся. — Ч…что? — только и смог выдавить из себя Лэнс. Он почувствовал странное искрящееся ощущение и заметил, что теперь он представлял собой некоторую форму. Он мог видеть свои руки, ноги. Они были практически прозрачные, светящиеся бледно-голубым. — Сразимся, — нахмурил брови алтеанец, что был выше него на две головы, — и сможешь занять мое место. Шестерёнки закрутились в голове Лэнса, и он смог наконец установить связь. — И я смогу остановить Лотора? — Да. — Но почему ты этого не мог сделать? — упрямо стоял на своем Лэнс. Алтеанец посмотрел на него с некоторым раздражением. — Потому что Лотор — алтеанец, а мы должны защищать и предоставлять им информацию в любом случае. Ты не алтеанец, и если займешь мой сосуд, то сможешь остановить его. Лэнс задумался. Что значит «сосуд»? Может быть, его тело? Та статуя? Других подходящих вариантов, казалось, не было. — Хорошо… Так все, что я должен сделать, это победить тебя?.. — он рассматривал алтеанца, стоявшего перед ним. Высокого, статного, атлетически сложенного. У него была необычная обтягивающая одежда и что-то, похожее на сюртук. Он весь отражал оттенок бардового. — Да, — ответил ему алтеанец. — Ладно… а… — Давай быстрее покончим с этим, — прервал его алтеанец. И вот он снова встал в боевую стойку, но на этот раз сделал странное движение рукой и волшебным образом в ней материализовался жезл. Лэнс повторил его движение и жезл тоже появился в его руке. И все же… он не мог драться с тем, чье имя даже не знал. — Как тебя зовут? Алтеанец уставился на него, обрабатывая вопрос. — Рэнглок. — А я Лэнс. — Хорошо, Лэнс. Давай теперь сразимся. Лэнс видел, как Рэнглок надвигается на него. Он автоматически выставил вперед жезл, защищаясь. Пару раз он тренировался с таким типом оружия. Это был интересный опыт, но Лэнс все же отдавал предпочтение оружию дальнего боя. Теперь он мысленно жалел о том, что не уделял достаточно внимания и развития себя в этой области раньше. Ему нужно собраться. Это его последний шанс, последний билет. Он паладин, он справится. Гаденький голосок где-то далеко пропищал, что он больше не паладин, но Лэнс в очередной раз засунул его куда подальше. Возможно, он не паладин. Но он защитник вселенной. И ему нужно избавиться от Лотора любой ценой. Довольно быстро Лэнс понял, что перед ним искусный, опытный боец. Так ещё и больше него. Лэнс в который раз пожалел, что не уделял много времени тренировкам ближнего боя, когда был в своем теле. Может, тогда бы он держался сейчас лучше и не был избиваем грёбаной палкой черт пойми где. Но в какой-то момент что-то изменилось и Рэнглок казалось, с меньшим остервенением стал бороться с ним. Он поддавался ему? Лэнс не знал, но он понимал, что это очередной шанс, данный ему вселенной, и он старался как мог. Алтеанец все равно был сильнее него и Лэнс бы проиграл, если бы не чужие подачки. В астральном плане все ощущалось иначе, чем в реальном мире, но Лэнс мог чувствовать собственное истощение, нарастающее с каждой минутой. И вот, наконец-то подвернулся момент, когда его противник собирался атаковать снизу с целью опрокинуть. Но Лэнс находился под удобным градусом и смог толкнуть жезл в горло Рэнглока, заставляя того упасть с запрокинутой назад головой. Невозможно было понять, поддался тот ему или нет, но в реальной жизни такой удар оказался бы смертельным. И эти правила здесь, по всей видимости, работали. Потому что в области шеи алтеанца появилась черная неровная дыра, вдающаяся внутрь, словно трескнувшее стекло на лобовом стекле автомобиля. Рэнглок искренне улыбнулся Лэнсу и это повергло того в шок. — Удачи, паладин, — прошептал губами его бывший противник, и все снова стало распадаться на кусочки, снова начало утопать в черноте. Лэнса охватило желание помочь Рэнглоку, но было поздно. Он чувствовал, как его куда-то уносит. Он оказался перед статуей алтеанца, которого только что победил. Но что-то изменилось. Он чувствовал себя странным потоком живой энергии, искрящейся в воздухе. Он чувствовал, как его тянет к статуе. Точно. Рэнглок ему говорил, что он может взять контроль над его телом. Лэнс направил свою энергию на статую и случилось что-то невероятное. Как будто где-то родилась могущественная черная дыра или взорвалась звезда. Нет, целое солнце. Ощущение бешеной энергии и силы было таким мощным, что Лэнс наконец понял. Он сливается с чужой сущностью и чужая квинтэссенция питает его. Когда процесс был закончен, он мог видеть. И он видел, как на него удивлённо уставились Лотор и Аллура. Без промедлений Лэнс протянул руку и схватил Лотора. Аллура вскрикнула и потянулась к нему, но Лэнс толкнул ее ногой. Он был огромен. Он был статуей, которая была ещё больше алтеанца из астрала, и поэтому он был так силен. Статуя-Лэнс обездвижил Лотора, отбросил его оружие, снял с того шлем и перехватил шею рукой, перекрывая тому кислород. — Ланс? — в ужасе пробормотала Аллура, смотря с выпученными глазами, как душат ее любовника. Она дрожащей рукой пыталась дотянуться до оружия. Лэнс мысленно рявкнул на нее, продолжая душить Лотора, который брыкался, и Аллура выронила баярд. Она смотрела на него в неверии. — Ланс, что ты делаешь! — То, что должен, — от его слов, проникнувших в ее разум, она вздрогнула. Лотор перестал брыкаться, но он ещё был жив. Статуя-Лэнс держал его до тех пор, пока тело окончательно не обмякло в его руках. Аллура плакала и отступала назад, бормоча имя Лэнса в ужасе. Статуя-Лэнс почувствовал облегчение, поняв что он достиг своей цели, выполнил свое предназначение. Он не заметил, когда Аллура покинула зал храма, сосредоточившись на своих ощущениях. Это было странно. Он определенно отличался от того, кем был раньше. Он чувствовал древнюю силу, связанную с ним. Что касается физических ощущений — это было ещё страннее. Необъяснимо. Статуя-Лэнс перевел взгляд на труп Лотора под его ногами и с отвращением пнул его. Он не ожидал, что удар будет таким сильным, но тело инопланетянина, ударившись о другую статую, хрустнуло с неприятным звуком и одна из его конечностей изогнулась неестественным образом. Но теперь ему было все равно.