Tears. Revival. Unknown. Smile. Tomorrow.

Знаете это странное ощущение, когда просыпаешься посреди ночи, как от толчка, с мыслью, что что-то не так? Вроде и никаких посторонних звуков нет, и в целом всё как всегда, но какая-то деталь выбивается из обычной обстановки. Именно с таким чувством она открыла глаза, несколько секунд глядя в тёмно-серый едва различимый в темноте потолок. Мысли спросонья путались, мешая сосредоточиться на чём-то одном. В голову обрывками лезла всякая ерунда, вроде того, могут ли Завала и Икора быть членами одного клуба, где не принято иметь волосы на голове, или почему арбузы не летают. За окном прогремел гулкий раскат грома. Видимо, ливень, который уже дня три предсказывал Банши, действительно начался. Оружейник часто жаловался, что у него начинает скрипеть сустав в левом колене перед сильным дождём. Мол, такая зараза, что и лучшие механики ничего сделать не смогут. Впрочем, от предложений осмотра для выявления проблемы с механизмом он почему-то упорно отказывался. Мелькнула белой вспышкой молния. На мгновения свет, пробившийся сквозь полупрозрачные шторы на окне, охватил собой всю комнату, очерчивая безмолвно стоящий в темноте высокий силуэт. Сердце пропустило удар прежде, чем Наоми догадалась, что это не жуткое ночное чудовище, каким-то образом проникшее в дом, а её соседка. Признаться откровенно, Сейтрин сама походила на монстрика, но характер имела противоположный. Было бы жестоко всерьёз сравнивать её с чудовищем. Может, ей трудно спать во время грозы? До девушки доходили слухи, что все чувства Стражей обострены сильнее, чем у людей. Кто знает, не просыпаются ли они от каждого незначительного шороха? -Сейтрин? - негромко окликнула Наоми. Турианка не ответила. Она стояла совершенно неподвижно, будто статуя, зачем-то воздвигнутая в комнате, и ни на что не реагировала. Заподозрив неладное, девушка позвала вновь. Избранная, казалось, вовсе не слышала её. Прошло несколько минут в тишине, нарушаемой лишь шумом ливня за окном, прежде чем охотница медленно двинулась вперёд: к кровати соседки. -Сейт, в чём дело? - настороженно повторила попытку диалога Наоми. Та безмолвствовала. Для идеального образа ей не хватало только издавать хрипяще-стонущие звуки. Упёршись в кровать, Избранная вновь замерла, слабо покачиваясь взад-вперёд. Вкупе с грозой происходящее начинало напоминать дешёвый фильм ужасов. -Сев... - наконец, невнятно произнесла турианка. Наоми замерла, не зная, как реагировать. За пол года совместной жизни в одной комнате подобного ещё не случалось. И что, чёрт побери, означает это слово?! Рука девушки непроизвольно скользнула под подушку, в то время, как та, напряжённо решала, что делать дальше. -Сейт, что тебе нужно?! - голос начинал подводить. Избранная вдруг наклонилась вперёд, потянувшись к соседке. На неё тут же уставилось чёрное дуло пистолета, многозначительно метя куда-то в район груди. Наоми и не помнила, когда у неё в последний раз так сильно дрожали руки. Пальцы словно заледенели, опасно сжимая курок. Она надеялась, что ей это не пригодится. Всё ведь шло так хорошо! Что же изменилось сейчас?! Девушка вздрогнула, когда ладони турианки легли ей на плечи. -Сев... - словно заведённая, повторила своё непонятное слово Избранная - ...не уходи. Прошу тебя. Вновь сверкнула молния, одновременно с ней опустился пистолет. Глаза Сейтрин были закрыты. -"Лунатик, она лунатик!" - от облегчения Наоми хотелось упасть, жадно втягивая воздух, которого в последние минуты стало не хватать. Кто бы мог подумать, что инопланетяне тоже страдают этим? Ник узнает — будет в восторге. Почему-то девушке стало стыдно за пистолет, и она поспешила спрятать его, хотя, Сейтрин едва ли вспомнит что-нибудь наутро. Наоми аккуратно сбросила со своих плеч трёхпалые руки и, подумав, уложила Избранную на свою кровать. Вести её обратно девушка не видела смысла и не знала, как это можно сделать. А если соседка решит свалиться по дороге? Поднять её с пола у Наоми точно бы не вышло. Турианка прекратила что-то бормотать и окончательно затихла. В конце-концов, какая разница кто на чьей кровати проведёт одну ночь? Девушка была не против махнуться на несколько часов местами, уж в этом проблемы она точно не видела. Так что Наоми собралась перебраться через спящую соседку, но Сейтрин вдруг схватила её за руку, заставляя в который раз за ночь испуганно дёрнуться. -Сев, — кажется, охотница собиралась запустить свою пластинку по второму кругу. После ряда неудачных попыток отцепиться и уйти, девушка сдалась. -Ладно-ладно, раз ты так настаиваешь, — негромко рассмеялась Наоми, устраиваясь рядом. Что-то ей подсказывало, что утром у Сейтрин будут вопросы на этот счёт. * * * Тёплые дни быстро шли на спад, возвещая о скорых холодах. Осень, как называли этот период люди, неумолимо охватывала Последний город, срывая листья с деревьев холодным ветром и покрывая лужи на земле первым хрупким ледком. Вкупе с погодой активизировались падшие, будто ставшие ещё злее. От их дерзких нападок страдали, в первую очередь, обычные жители, а у Стражей стало больше причин потренироваться в меткости стрельбы. Конечно, хватало проблем и помимо четвероруких ксеносов, но в них Сейтрин практически не посвящали, то ли из-за недоверия, то ли из-за малой эффективности её как бойца. Она, впрочем, и не стремилась искать себе приключения помимо тех, в которые уже влезла. Вот, например, как её угораздило согласиться пойти искать «сокровища» с Кейдом? Тем более, что под «поиском сокровищ» он подразумевал «пошли стащим всё, что плохо лежит!». Сию простую истину турианка осознала в тот момент, когда охотник привычно пропал из поля зрения, а вернулся минут через пятнадцать, трепетно неся в руках, судя по всему, честно отобранную у падших потрёпанную винтовку. Людской модели, что и привлекло экзо. Инопланетяне нашли себе в его лице серьёзного конкурента по сбору всякого мусора. Очередная выходка наставника должна была вызывать какие-то эмоции, всё же, он внезапно вытащил Избранную в ЕМЗ, поймав её утром в Башне, но Сейтрин было всё равно. Она безмолвно брела за охотником, время от времени неопределённо хмыкая на какие-то его слова. Вслушиваться Сейтрин и не пыталась. Внезапно появившееся безразличие о всему и пустота в груди сопровождали её повсюду уже продолжительное время. Конца не было видно этой серой всепоглощающей апатии. С первых месяцев тоска, обвивала её сердце. Поначалу успешно отгоняемая множественными проблемами, требующими срочного решения, она затаилась, незаметно сжимая кольца всё сильнее, удушая, вгоняя в тревожное ощущение собственного бессилия. Сейтрин держалась. Упорно она заставляла себя верить, что всё наладится, перевернётся и на её улице аэрокар с коньяком, но не понимала, насколько тщетны её старания. Одиночество. Вам знакомо это паршивое чувство, когда вас постоянно окружают люди, но вы словно находитесь за непробиваемой стеной от них? И по эту сторону стены кроме вас больше никого нет. Всё наваливается страшным грузом, и со временем он только растёт. Последней каплей стал разговор с Глашатаем. Несколько месяцев он молча наблюдал со стороны, но однажды пригласил Сейтрин для беседы. «Авангард» не был единственной направляющей силой в городе, по другую сторону от них, в глазах Избранной, стоял этот варлок. Его звали гласом Странника, единственным, кто может слышать это странное, но сильное и по-своему прекрасное создание. Белые одежды, маска, закрывающая лицо, почему-то он совсем не походил на обычного Стража. Турианка сравнила бы его с проповедниками-ханарами, убеждёнными в том, что лишь им открыта настоящая истина, а все вокруг слепы и глупы. Сейтрин не слишком жаловала тех, кто смеет ставить себя на одну ступень с богами, пусть даже лишь путём вещания «От их лиц». Глашатай вызывал чувство тревоги. Неясная угроза, пока ещё практически призрачная, исходила от него. Он говорил высокомерно, порой применяя настолько метафоричные выражения, что переводчик начинал барахлить. Сейтрин из его монолога поняла только одно: стоит сделать единственный неверный шаг, и расплата настигнет её мгновенно. Ей сказать что-либо так и не дали. Закончив, Глашатай отпустил Избранную, нисколько не интересуясь её мнением или реакцией. Из кабинета варлока турианка выходила тихая и задумчивая. Очень мило со стороны «гласа Странника» было заявить, что за ней пристально следят, а также намекнуть, что в этом мире Сейтрин пока что не более, чем непонятное и потенциально опасное существо, неизвестно каким образом заполучившее силу. С того самого момента днём Избранную мучили мысли, ночью то же самое делали сны. Редко когда ей везло проспать всю ночь без единого сновидения. Шрамы прошлого всё не переставали болеть, но помимо них имелось ещё кое-что. Один и тот же сон каждые несколько ночей. Что-то плохое происходило в нём, но наутро всё стиралось из памяти. Оставалось лишь неясное ощущение горя от утраты близкого существа. Сейтрин не сомневалась, что видела чью-то смерть, но чью именно, так и не могла вспомнить. То были не родители, но кто-то иной. Некто столь же важный для неё. -Как думаешь, у падших найдётся ещё пара побрякушек золотого века? Я давно мечтал о древнем дробовике, - весёлый голос Кейда на мгновение вывел турианку из задумчивости. Во время полёта Сейтрин вяло поинтересовалась, зачем понадобилась эта вылазка. Охотник что-то говорил о том, что давно собирался посмотреть на действия своей ученицы в поле, и подобные тренировки необходимы. Но потом всё равно проболтался, что Икора искала, кому поручить возню с бумагами, вот «Авангард» охотников и задумался, как давно он не бывал за пределами города. Сейтрин неопределённо дёрнула плечом. Она быстро осваивала типичные человеческие жесты, и всё чаще применяла их, не задумываясь. -Или, может быть, какие-нибудь полезные данные, — размечтался экзо. Они стояли на холме, за которым обломанным роговым наростом среди деревьев виднелись руины небольшого городка. Сейтрин одёрнула капюшон, заодно стряхнув прицепившегося к нему жука. Ей бы такое же жизнелюбие как у наставника. Он смотрел вперёд и видел грядущее приключение с горами шмота. А вот Избранная не видела ничего. * * * Из чёрной пасти тоннеля веяло сырой прохладой. Каменные стены и потолок потемнели и заплесневели, а местами по ним змеились вылезающие из щелей корни растений. Через несколько метров от входа развилка делила путь надвое, там и остановились двое Стражей. -Как насчёт пари? - голос Кейда просто лучился предвкушением. — Я слышал, что с другой стороны города находится выход из этих тоннелей. Посмотрим, кто сможет добраться до него первым. Серьёзно? Сейтрин равнодушно кивнула. Почему бы и нет? Разве ей не всё равно? -Учти, я не привык поддаваться, — задорно предупредил охотник и направился в левый проход. Вскоре его поглотила темнота, а затем далеко впереди зажегся огонёк Сандэнс. Избранная смотрела ему в след какое-то время, пока, словно опомнившись, не пошла в «свою» сторону. Её шаги благодаря природе и тренировкам были легки и практически бесшумны, но казалось, что даже они в этой тишине звучат слишком громко. Запах сырости забивал собою нос, где-то размеренно капала вода, и шелестело нечто мелкое на потолке. Время от времени ветер, разгулявшийся снаружи, отдавался под землёй стонущими завываниями. Обычному человеку подобная обстановка могла показаться пугающей, но Сейтрин, несмотря на своё невесёлое состояние, вдруг почему-то почувствовала себя даже спокойнее. С её плеч, наконец, спал тяжкий груз чужих взглядов, а тишина внезапно оказалась приятнее самой лучшей музыки. Лишь ощущение одиночества вновь подняло голову, скребнув по душе когтями. Пусть совсем рядом летел Нео, освещая дорогу, но это было... не то? Сейтрин нуждалась в чём-то большем, чем обычное физическое присутствие. -Слушай, назови число от одного до трёх, — голос Кейда разорвал тишину, заставив турианку в первый момент оглянуться в поисках наставника. -Два, — не задумываясь, ответила Избранная. -Ага, отлично, — охотник на несколько мгновений замолчал, чтобы вскоре выдать — о'кей, там тупик. Тогда от одного до двух. С выбором пути он явно не заморачивался. Сейтрин, впрочем, тоже не придавала направлению особого значения. Она просто брела, недовольно ёжась от холода, погружённая в свою апатию. Ей не было дела до темноты и того, что могло в ней скрываться. Не теперь. * * * В отличие от напарницы, Нео обращал внимание на всё и пристально всматривался во мрак, куда не достигал его свет. Ему казалось, что там постоянно что-то шевелится. От каждого звука призрак дёргался, стремясь как можно скорее найти его источник. Одним словом, с подобными местами он не слишком ладил. Когда за стеной зашуршало, словно нечто проползло от пола до потолка и скрылось где-то под каменной кладкой, робот готов был завопить. Многие призраки обижались, когда их называли маленькими. Будучи разумными неорганическими существами со своими индивидуальными характерами и наклонностями, они часто не признавали, что могут быть в чём-то хуже людей. Нео к ним не относился, ясно осознавая свои особенности. Да, он для людей просто крошечный, да, назвать его слабым — значит смолчать. Для него подобное не являлось чем-то предосудительным, и уж тем более призрак не испытывал по данному поводу никаких комплексов. Свои сильные стороны он также прекрасно знал, и этого хватало. Однако если что-то Нео в себе и ненавидел, так это свою нерешительность. Он заметил, что его Избранная стала замкнутой, и знал всё, что тому предшествовало. Ему было известно, как тяжело Сейтрин переносит тот факт, что её силы заметно слабее, чем у других Стражей, и что ей всё ещё непросто адаптироваться, пусть она и старается вести себя так, будто всю жизнь провела на Земле. Её отношения с окружающими строились непросто: поскольку многие не просто не доверяли турианке, но и откровенно боялись, о нормальном общении речи не шло. Вскоре Избранная настолько привыкла к этому, что сама начала сторониться лишних взаимодействий. Единственными, кого избегать почти не получалось, были Кейд и Наоми. На первого Сейтрин натыкалась чаще, чем на кого-либо, со второй и вовсе жила в одной комнате. Но и так Избранная неосознанно сторонилась их. Даже с Нео она почти перестала разговаривать. В первый месяц призрак думал, что её взгляд холодный и пугающий, но по-настоящему холодным он стал лишь теперь. Сзади что-то упало, возможно, свалился с потолка мелкий камешек, но призрак слегка «подпрыгнул». Близкое присутствие Стража успокаивало, но пугливость есть пугливость. В таком месте невольно ожидаешь, что на тебя кто-то набросится. Ожидания его, увы, были оправданы. Вертикальный лаз в потолке, скрытый в темноте, оказался замечен лишь в тот момент, когда оттуда со злобным шипением спрыгнуло двое падших, открывая огонь по напарникам. Оторопевшая на мгновение Избранная слишком поздно отреагировала. Пространство тоннеля было узким для манёвров, но падшим оно тоже задачу не слишком упрощало. А уж от пули в глаз не спасало и подавно. Сейтрин не пожалела патронов в пистолете, «порадовав» ксеносов металлическим деликатесом. Затем уже привычным движением перезарядилась и на всякий случай всмотрелась в потолок, желая убедиться, что жаждущих отойти в мир иной там больше не имеется. Нео не сразу осознал, что жмётся к плечу своего Стража, выскочившей вперёд так, чтобы полностью закрывать его собой. Выходит, она не уклонилась вовсе не из-за того, что нападавшие застали её врасплох? Избранная обернулась, встревоженно глядя на призрака. Из её рта, омывая подбородок, текли струйки крови. Сейтрин хотела что-то сказать, но неясный болезненный хрип и какое-то бульканье вышли вместо слов. Турианка сделала неверный шаг вперёд и рухнула на землю. Ещё живая, но ослабленная из-за своей попытки изобразить титана. Не медля ни секунды, Нео обратился к Свету, залечивая раны охотницы. Вскоре она уже с тихим стоном согнулась пополам, прогоняя фантомное ощущение недавно пережитой боли, и начиная подниматься. Маленький робот смотрел на неё с необъяснимым терзанием внутри крохотного корпуса. Оно терзало его, теперь уже почти невыносимо. Сколько ещё он собирается молчать и пускать всё на самотёк? -Спасибо, Сейтрин. И за тот раз в горниле тоже спасибо. Я давно должен был тебя поблагодарить, — заговоривший призрак вдруг потупился, опустив кончики корпуса. — И пожалуйста прости меня. Только вставшая с пола турианка непонимающе склонила голову. -За что? - уточнила она. -За то что я... - призрак задумался, подбирая подходящее слово. Боялся? Сомневался? - Не поддержал тебя, когда это было нужно. Я знал, как тебе тяжело. Тебе нужны были объяснения и помощь. Гораздо больше, чем ты получала.. Нео не смотрел на своего Стража. Не знал, какова её реакция. Маленький робот, зависший на одном месте, просто говорил. Возможно, он выбрал не лучшее время, но молчать почему-то вдруг стало совсем невыносимо. -С самого начала я постоянно оставлял тебя одну. Казалось, будет правильно держаться в стороне. Потому что... -Не доверял мне? - по тону Сейтрин было невозможно определить, что она испытывает. Призрак запнулся от почти равнодушного вопроса. «Нет! Вовсе не поэтому!» - хотел возразить он, но почему-то не смог. Не из-за опасения, а потому что это было бы... ложью. -Ты не знаешь, как мне тяжело, — голос Избранной был слишком спокойным. — Такое сложно представить, если не ощутить на себе. Я не просто оказалась на другой планете, я умерла и воскресла Духи знают где. Но ведь и это не всё... Нео медленно поднял взгляд. Горечь в словах его Стража отзывалась неприятным покалыванием где-то в душе. -Я всё помню. Помню свою жизнь до этого, помню других людей, другую Землю, другую Галактику, бездна всех подери! - под конец она не закричала, только немного повысила голос, по которому пробежали субгармоники. Турианка смотрела на призрака, словно умоляя его дать ответ, который всё бы объяснил. -Ты была напугана, — зачем-то прошептал призрак. -Я до сих пор напугана, — на несколько секунд прикрыла глаза Избранная. — Мне даже неизвестно, чего от меня ждут... все. Все вокруг! Чем прикажешь заниматься? Убивать? Спасать мир? Жрать непослушных детей по ночам?! Что, кроганову мать, я должна делать?! Голос всё же сорвался, оборвавшись на высоком всхлипе. Нервное напряжение постепенно выплёскивалось наружу. Сейтрин всё ещё пыталась держаться, пусть и практически безуспешно. -Что я должна делать? - с напором повторила Избранная. — Может, объяснишь мне? Давай, ты же собирался! Так выполни в кои-то веки свои сраные обязанности! Охотница осеклась, резко замолчав. Нео не заметил, когда она подошла почти вплотную к нему, вглядываясь в синтетический «глаз». Избранная явно с трудом удерживалась, чтобы не наговорить лишнего. Мандибулы её ходили ходуном от готовых выплеснуться наружу горечи и обиды. Призрак первым прервал зрительный контакт. Подлетев ещё ближе, он мягко уткнулся корпусом в шею своего Стража. Хотел бы Нео обнять по-настоящему, но мог только так. Он не знал, как ещё может выразить поддержку, успокоить. -Прости меня. Я не брошу тебя больше. Обещаю — призрак действительно давал обещание. Не только Сейтрин — но и себе самому. Турианка не двигалась. «Возможно, я опоздал с этим» - виновато подумал робот. Он вспомнил все свои страхи насчёт того, что Страж оттолкнёт его, возненавидит. Нео думал, что будет испытывать обиду, подавленность, может даже ужас, но сейчас его поглощала одна лишь вина. Однако тут призрака осторожно накрыла подрагивающая рука. Избранная неосознанно прижала его к себе сильнее и чуть склонилась. Тьма, холод, возможность нападения падших, сейчас ей было плевать на всё. Как и её призраку. Подобное необычному монументу, они надолго замерли в таких импровизированных объятиях, необходимых им обоим. * * * Варлок шёл лёгкой прямой поступью, подобно привидению, скитающемуся в мире живых. Заметь кто-нибудь, как в противоположном конце пути во мраке вырисовывается белая фигура с двумя светящимися точками глаз, и по Городу точно пошли бы слухи о потустороннем существе, что завелось в заброшенных тоннелях. Впрочем, те, кто знал пробудившегося лично, в его мистической натуре не сомневались. Поразительная красота, сверхъестественная правильность во всём и прямо-таки сказочная упёртость составляли в глазах окружающих весьма своеобразный портрет. Говоря откровенно, больше всего Феникс походил на маньяка. В крайнем случае: на обаятельного психопата из драматического произведения. Собственный призрак намекал ему на это, как минимум, раза три, но Страж предпочёл не заострять внимание. «Все склонны преувеличивать» — думал он, смахивая с рукава мантии единственную крохотную пылинку. В тоннелях грязи на квадратный метр было больше, чем варлок мог спокойно выдержать. Чем грязнее становился пол, тем плавнее вышагивал пробудившийся, будто бы паря над землёй. Подобному мастерству могли позавидовать даже охотники, славящиеся самыми ловкими среди Избранных. Феникс шёл ровно посередине пути, чтобы его белоснежные одежды, не приведи Странник, не соприкоснулись со стенами или полом. Его цель стоила сотни подобных прогулок. Величайшая загадка Вселенной — Свет Странника — породила новую тайну. До сих пор покровитель Земли ни разу не даровал свою силу инопланетному существу. Вкупе с тем, что новый Страж принадлежал к неизвестному виду, ситуация приобретала научное значение космических размеров. Феникс готов был днём и ночью вести наблюдения, чтобы знать, как адаптируется Избранная. Она достаточно медленно училась уживаться со своими силами, почти не пользовалась ими в сражениях, и неоднократно утверждала, что не ощущает в себе то, что есть во всех Стражах. Желание варлока изучить её легко становилось понятно любому учёному. В конце-концов, пробудившийся старался ей не докучать. Именно поэтому он держался определённого расстояния от охотницы, чтобы незаметно наблюдать за ней и попросил своего призрака постараться скрыть их от сенсоров его собратьев. Осторожно следуя за турианкой, пробудившийся скрупулёзно фиксировал всё, что она делала, как двигалась, даже какую дорогу выбирала на развилках. Темнота не помеха для учёного, любящего свою работу. Да ради такого открытия он бы согласился жить в кромешном мраке! В очередной раз выглянув из-за угла, Феникс следил, как его объект изучения сталкивается с падшими. Пусть варлок наблюдал за ней в Горниле и во время тренировок, но упускать такой момент он не собирался. Движением фокусника достав откуда-то свой планшет, пробудившийся начал новую запись. -Ты что, правда всё записываешь? Увлечённый, Феникс машинально кивнул, прежде, чем спохватиться и посмотреть влево. Кейд, когда-то успевший подкрасться так близко, с интересом заглядывал ему через плечо. -Ха! Холлидей должна мне двадцатку! - громко прошептал экзо. — И ещё человек пять вместе с ней. Варлок в ответ шикнул, приложив палец к губам. -Что? - не понял «Авангард» охотников и тоже выглянул за угол. — А-а-а. На минуту повисла тишина. Кейд явно наслаждался, глядя как Феникс пытается в уме подсчитать, как давно тот за ним следует и при этом успевать делать записи. -Ладно бывай, мне ещё пари выигрывать, — наконец, устав торчать рядом, махнул рукой экзо, но, прежде, чем скрыться в темноте весело заявил. — Кстати, прикольная брошка! От живого вообще не отличить. -Что? - удивился теперь варлок, однако, Кейд уже ушёл. Наклонив голову, пробудившийся пристально принялся изучать свою одежду на предмет того, что охотник мог назвать брошкой. Долго искать не пришлось: прямо на груди варлока сидел средних размеров чёрный паук с длинными кривыми лапками. Когда Феникс всё же перестал судорожно протирать ткань на груди салфеткой, дабы стереть даже сами воспоминания о пребывавшем там создании, и вновь выглянул из-за угла, Избранной нигде уже не было. * * * В середине тоннеля зияло округлое отверстие, уходящее глубоко в темноту. За ним вновь змеилась развилка. Сейтрин напружинилась, собираясь было, перепрыгнуть препятствие, но была остановлена призраком. -Я засёк приближение Кейда. Сверху, — поразительно будничным тоном пояснил Нео. Не прошло и нескольких секунд, как из-под потолка вылетел охотник и со свистом скрылся в том самом отверстии в полу. Застывшая в лёгком ступоре Сейтрин смогла только разобрать его возглас «Я думал, здесь неглубоко!». Вскоре где-то внизу послышался глухой звук удара о землю, оповестивший о том, что, может, приземление экзо прошло и не слишком мягко, но, во всяком случае, оно было. Турианка запоздало склонилась над дырой. Где-то внизу белой искоркой светилась Сандэнс и, подумав, Избранная всё же перепрыгнула на другую сторону, пройдя по развилке. Как бы ни уважала она своего наставника, сигать следом ей не хотелось. Вылазка длилась уже несколько часов, а Сейтрин была уверена, что ходит кругами, пусть Нео и уверял её в обратном. Бродить в этих лабиринтах, время от времени сталкиваясь с падшими, и реже — с Кейдом, надоедало. Благо, призрак запоминал дорогу и предупреждал, если по его подсчётам, Избранная начинала давать петлю. После их короткого разговора турианка почувствовала себя, пусть немного, но легче. Окружение, во всяком случае, стало не настолько серым. Если так можно сказать о столь тёмном и затхлом месте, конечно. Теперь она шла самую малость бодрее, но даже это было заметно. Нео удобно устроился в её левой руке. Так он освещал дорогу, а Сейтрин могла не беспокоиться, что его успеет подстрелить случайно вылезший откуда-нибудь эликсни. Да и под пули подставляться больше не приходилось, что радовало. К тому же, пусть вслух никто об этом не говорил, подобное взаимодействие было приятно обоим. По стене, что часто стоит между двумя разумными в их общении, пробежала первая трещина. И кто знает, вдруг однажды она рухнет полностью. * * * Тоннель обрывался сразу за поворотом, перерастая в просторное помещение, больше всего напоминающее помесь старого заброшенного гаража и пещеры. Редкие лампы, закреплённые на стенах, покрывали его светлыми пятнами. По всей площади громоздились обшарпанные проржавевшие грузовые контейнеры, некоторые из них не имели стен или дна. Пол был влажным, местами его покрывала земля, поросшая мхом. Щедро обляпанные плесенью стены матово поблескивали в полумраке. Запах сырости смешивался с вонью чего-то неизвестного, но, судя по всему, давно ушедшего к Духам. Сейтрин всеми правдами и неправдами отмахивалась от ношения неправильно сколоченного шлема, но сейчас охотно продала бы за него всё, что у неё есть. К сожалению, шлем валялся где-то на корабле Кейда, заброшенный в самый дальний угол сразу же после отлёта. Избранная едва удержалась, чтобы не закашляться. Удержало её от этого только тихое, будто бы случайно сказанное призраком: «Падшие». Турианка и сама их заметила. Прячась в густых тенях среди контейнеров и вдоль стен, они подбирались к ней. Всё же, помещение было не настолько большим, чтобы находящиеся в нём инопланетяне не заметили яркий свет Нео, который призрак не успел вовремя приглушить. Сейтрин отступила обратно в тоннель, отойдя на несколько метров от поворота и дождалась, пока призрак не спрячется. Затем достала оружие, целясь в проход перед собой. Странно, но бежать за ней никто не торопился. Мучительно медленно протекло несколько минут ожидания, как из-за угла донеслись выстрелы, а затем тоннель содрогнулся. Вибрации, как от слабого землетрясения, пробежали по стенам и полу. С потолка посыпалась земля и несколько мелких камушков. Некоторые из них несильно стукнули Избранную по голове и плечам. Это чувство Сейтрин уже знала. Другой Страж? Не опуская пистолет, турианка осторожно вернулась в помещение, готовая в любой момент выстрелить. Оказавшийся перед ней падший взмахнул всеми четырьмя руками, словно собирался наброситься на неё. Вздрогнув, Избранная выстрелила, гораздо позже сообразив, что инопланетянин не представляет опасности: броня его была словно обуглена, из многочисленных повреждений сочились слабо светящиеся потоки эфира. Покачнувшись, падший рухнул на пол без единого звука. Возможно, он был едва жив уже на момент столкновения с охотницей. Перешагнув мёртвое тело, Сейтрин остановилась. В груди лениво всколыхнулось ставшее привычным раздражение, а за ним последовал только обречённый смешок. Удивляться давно уже не получалось. Может, именно так Духи наказали её за прошлую жизнь? В другом конце помещения, попадая под освещение, стоял печально знакомый варлок, рассматривающий распростёршуюся перед ним массивную тушу капитана падших. Не сразу можно было заметить тела других врагов, разбросанные повсюду. Они лежали на контейнерах, а иногда и под ними, сливались с кучами хлама у стен и просто валялись на полу. А в эпицентре этого месива, ярким контрастом среди крови и грязи, возвышался Феникс. Ослепительный до рези в глазах, как и всегда. Вокруг него, постепенно затухая, вились фиолетовые искры, добавляя образу варлока некоего мистического пафоса. Заметив Сейтрин, он приветственно склонил голову. Словно в очередной раз заглянул к ним в гости «на кофе». Конечно же, пробудившийся не удивился, застав здесь Избранную. Охотница вздохнула, опуская оружие и направляясь к варлоку. Выходит, предчувствие её не обмануло. Радость-то какая... -Зачем ты здесь? - произнесла Избранная фразу, ставшую заменой нормальному приветствию в общении с варлоком. -Да так, мимо проходил, — Феникс невинно улыбнулся, словно это глупое и заезженное, в общем-то, оправдание могло быть правдой. Сейтрин фыркнула, всем своим видом давая понять, что она думает, но варлок оправдываться не планировал. К тому же, стоило признать, «мимо проходил» он в этот раз весьма удачно. Всё-таки в свои шансы против такого количества противников турианка не верила. И от того ей ещё меньше хотелось говорить с пробудившимся. Отвернувшись от варлока, Избранная вызвала Нео, тут же полетевшего к Фениксу. Затем, словно не замечая второго Стража, побрела к ближайшему контейнеру, делая вид, что её невероятно заинтересовало странноватое вытянутое приспособление внутри него. Отдалённо, весьма отдалённо, оно напоминало компьютерный терминал. Голографический экран светился, перебирая цепочки непонятных мелких символов. От приспособления тянулось несколько проводов, выходящих через щель в углу контейнера и скрывающихся где-то в темноте. Интереса ради Сейтрин проследила, куда они тянутся. Оказалось, что по всему помещению расположено ещё три таких же приспособления, и все они были соединены с одним большим терминалом, спрятанным в глубине комнаты. Он явно хорошо функционировал, и что-то подсказывало Избранной, что использовали его совсем недавно. Машинальным движением руки турианка активировала свой омни-инструмент. Когда она в последний раз сканировала что-то с его помощью? Попытки подключиться к терминалу почти ни к чему не приводили. Да и сама Сейтрин прекрасно понимала, насколько глупо пробовать взломать совершенно незнакомую систему, но почему-то ей казалось очень важным продолжать делать это. Возможно, что-то подсказывала интуиция, а возможно всего-лишь уязвлённая гордость. -Нео, — окликнула Избранная призрака, отвлекая того от беседы с Фениксом. Кажется, турианка была единственной, на кого не действовали обольстительные чары варлока. Робот послушно подлетел к ней, вопросительно глядя на своего Стража. -Ты сможешь взломать это? - Сейтрин указала на консоль, ожидая вердикта. -Мне не так часто приходилось сталкивался с техникой падших, но думаю, справлюсь, — заключил призрак. -Я могу тебе помочь? -Сейчас посмотрим, — мигом исчезла неуверенность, а на её замену пришло деловое спокойствие и даже лёгкий азарт. Если бы Нео жил среди одних лишь компьютеров, никто не увидел бы его смущённым или напуганным. Там, где реальность уступала своё место вычислительной технике и компьютерным программам, начинался мир призрака. Мир, где он никогда ещё не бывал бессилен. Напарники в этом оказались похожи. Переглянувшись, они взялись за работу. * * * -Боюсь, пари ты проиграл, — в извечно доброжелательном голосе Феникса появились едва уловимые довольные, даже ядовитые, нотки. Паука тот не забыл. Кейд, только вышедший из тоннеля, окинул взглядом варлока, затем свою ученицу, увлечённо копошащуюся в каких-то железках. Выглядела она при этом так, словно лучшего счастья не знала. Услышав слова пробудившегося, Избранная отвлеклась от своего занятия, обращая внимание на охотника, и хитро прищурилась. -Попросишь реванш? -Нет, ты победила, так уж и быть. В этот раз, — экзо скопировал её прищур. — Что за железки? -Какая-то сломанная техника падших. Хочу изучить её. Кстати, — тон Сейтрин стал совсем довольным. — Ты, кажется, что-то говорил о поиске сокровищ? У нас есть для тебя одно. -Мы взломали консоль падших и в ней предположительно хранились данные о каких-то планах, — Нео так и вовсе светился гордостью, за себя и своего Стража. — Теперь это всё у нас! -А вы даром времени не теряли, — хмыкнул «Авангард» охотников и едва слышно пробормотал — глядишь и Завала от своих лекций воздержится. Опомнившись, экзо бодро хлопнул в ладоши. -Ну, раз тут ловить больше нечего, давайте возвращаться в город. Эй, король членистоногих, ты с нами? -Мой корабль неподалёку, доберусь сам, но спасибо за предложение, — покачал головой варлок, пропустив мимо ушей то, как его назвал охотник. Он вежливо откланялся и первый отправился назад. За ним последовала и Сейтрин. Кейд, слегка замешкавшись, пошёл в конце. -Если бы ты не спрыгнул в ту яму, был бы первым, — с почти незаметной улыбкой в голосе заметила Сандэнс. Охотник усмехнулся, ничего ей не ответив. Только слепой не заметил бы, как изменилось настроение Избранной после выхода из тоннелей. Она словно вновь оживала, теперь уже морально. И такое поведение шло ей куда больше депрессивного уныния. * * * Все трое лидеров «Авангарда» собрались в зале, где обычно проводились брифинги или официальные совещания, но сейчас никого, кроме трёх Стражей там больше не было. За широким окном медленно угасало пламя заката под взглядом титана, что, казалось, не замечал двух своих соратников и коллег. Руки его были заложены за спину, а на лице отражалась задумчивость. -Говоришь, она взломала систему падших, хотя раньше не имела с ними дела? - повернул голову пробудившийся. -Думаю, большую часть всё же проделал её призрак, — Кейд, устроившийся прямо на широком овальном столе, поболтал в воздухе опущенной ногой — но я так понимаю, эта информация чего-то да стоит? -Мы расшифровали часть полученных данных, — ответила ему Икора. — Они не просто чего-то стоят. Там говорится об исследованиях, которые должны сделать падших гораздо сильнее. Какие-то эксперименты с эфиром. Не заберись вы в эти тоннели, и мы продолжали бы оставаться в неведении. -Но это всё равно не оправдывает того, что ты покинул Башню без предупреждения и игнорировал попытки связаться с тобой, — нахмурился коммандер. — Для «Авангарда» охотников настолько безрассудное поведение недопустимо. -Да ладно, босс, — отмахнулся экзо. — Согласись, что от нашей вылазки больше было пользы, чем твоих потрёпанных нервов. Завала тяжело выдохнул, но продолжать спор не стал. Кейд порой вёл себя безответственно, но отрицать его умения и силу как «Авангарда» значило бы оболгать охотника с головы до пят. И, несмотря на возникающие время от времени разногласия, случись титану составлять список лиц, которым он может безоговорочно доверять, экзо оказался бы в нём далеко не на последнем месте. -Хорошо, оставим этот разговор на потом, — пробудившийся слегка поджал губы. — Группа Стражей для задания уже собрана? -Полагаю, лучше всего будет отправить туда отряд из трёх человек - «Авангард» варлоков многозначительно посмотрела на своих коллег. -О, пойдёт наша убийственная компашка? - оживился Кейд. -Слыште, стратеги, вам, что, некого больше отправить дерьмо разгребать? - послышался недовольный голос от открывшейся двери. На входе в зал, сложив руки на груди, стояла охотница. Она любила заявиться лично, чтобы сообщить о своей готовности выступать, а заодно и потрепать настроение окружающим. Боевая группа, в которой раньше состояла экзо, давно не собиралась вместе, а её члены разбрелись своими дорогами. -Если ты не можешь отправиться на задание, никто не запрещает тебе отказаться, — металлическим тоном произнёс титан. -Мне, как бы, всё равно, — фыркнула Эгида. — Я просто интересуюсь. Мы с Айбером готовы лететь «вершить правосудие» хоть сейчас, а вот сноба этого сами из лаборатории вытаскивайте, пока он вашу зверушку не доканал окончательно. -Феникс говорил, что действует незаметно и ненавязчиво, — чуть нахмурилась Икора. -У него странные понятия о ненавязчивости, — поддержал охотницу Кейд. -Сейчас это неважно, — коммандер Завала не дал разговору свернуть в другое русло. — Эгида-5, твоей боевой группе объяснили суть миссии? -Прилететь, расхерачить всё к чертям и улететь? - изогнула надбровную пластину охотница. — Наши задания когда-нибудь выглядели иначе? -Можете ещё привезти мне пару сувениров, — шутливо подсказал ей экзо. Развернувшаяся, чтобы выйти, Эгида обернулась в его сторону. -Тебя, Кейд, я могу только на**й послать, — почти мягко, а от того ещё более ядовито, произнесла охотница прежде, чем скрыться за дверью. -Мне кажется, или я ей не особо нравлюсь? - риторический вопрос «Авангарда» охотников разбился о глухую тишину.