Tears. Revival. Unknown. Smile. Tomorrow.

Маленький грузовой корабль нещадно трясло и бросало из стороны в сторону, словно мячик в чьей-то игре. Воздух внутри отчётливо пропах гарью. Дежавю, однако. Молодая турианка с печальной усмешкой посмотрела на панель своего инструметрона, где высвечивалось короткое злое послание. И почему ей взбрело в голову вдруг напоследок полюбоваться на письмо, сообщающее о том, что она опозорила свой род? Это Сейтрин и так прекрасно знала. Гораздо лучше, чем хотелось бы. Знала она и то, что двигатели корабля работают на последнем издыхании, и то, что впереди уже маячит око ретранслятора. Но даже если получится совершить скачок, где гарантия, что судно просто не разорвёт в процессе? Малочисленный экипаж корабля отчаянно пытался что-либо сделать, но лишь бессмысленно метался из одной части в другую. На каждом лице застыло обречённое выражение. Кажется, ей самой в глаза песка насыпали. Интересно, что будет после смерти? Турианка безжалостно отключила омни-инструмент, сморгнула слёзы и поёжилась от дыхнувшей на неё прохлады. Духи её уже за плечи приобняли, не так ли? Их пальцы кажутся ледяными. Их когти впиваются в её плоть. Их хриплые голоса пробирают морозом. Холодно. Как же холодно! Сейтрин с трудом открыла глаза, бездумно глядя перед собой. Её била крупная дрожь, заставляя турианку сжиматься сильнее. Жесткий грязный пол под ней казался сплошным куском льда, а воздух грозился покрыть инеем даже дыхательные пути. Не самое приятное пробуждение. Измученно выдохнув, Избранная вновь прикрыла глаза. Пусть это закончится, пусть снова придёт спасительная тьма, пусть произойдёт что угодно, только бы холод исчез. Охотница не знала, сколько времени прошло прежде, чем среди болезненно вялых мыслей промелькнуло осознание: у неё нет времени, чтобы отлёживаться! Заставить себя встать было непросто. Она хотела просто лежать дальше, сохраняя последние крохи тепла. Ей придали сил три крохотные фигурки, что были разбросаны по полу, словно забытые ребёнком игрушки. Едва удерживая равновесие, Сейтрин склонилась над своим призраком, бережно подняв его на руки. Он действительно напоминал игрушку: такой же маленький, хрупкий... и безжизненный. Но ведь не мог её верный спутник и друг вот так умереть? Просто с ничего упасть и исчезнуть как живая сущность? Нет, охотница отказывалась в это верить. Он жив, он просто без сознания! Что-то внутри Избранной оборвалось, тяжёлым грузом прокатившись книзу грудной клетки. -Возвращайся, — умоляюще просипела турианка, содрогаясь всем телом в ознобе и неосознанно раскачиваясь взад-вперёд, как душевнобольная. Призрак глядел на неё пустым замутнённым глазом и не отвечал. Охотнице показалось, что где-то в глубине тёмного окуляра промелькнула всего на долю мгновения тусклая голубая искорка. Не выпуская призрака из рук, Сейтрин неверным шагом прошлась по комнате. На полу валялась пыльная тряпка: не то странноватый коврик, не то оторванная штора. Избранная поспешно в неё замоталась, как во второй плащ, надеясь хоть немного согреться. Ещё через несколько шагов охотницу скрутил рвотный позыв. Пошатнувшись, турианка прокашлялась, избавляясь от остатков рвоты, дрожащей рукой вытерла рот и мандибулы. Что же с ней происходит? Откуда эта слабость? И почему призраки вдруг отключились? Едва ли роботы могли быть подвержены заражению какой-нибудь болезнью, которая объясняла бы состояние охотницы. Выходит, есть что-то, что одинаково действует на всех четверых. Осознание появилось мгновенно. Нечто случилось со Светом. Или со Странником. Неужели кабал как-то удалось отобрать у Стражей и призраков их силу? Если пришельцы всё же захватили город, как Избранной подсказывало дурное предчувствие, то стоило как можно скорее его покинуть. Куда улетели челноки с беженцами она не знала, но это сейчас и не играло особой роли. Забрав призраков и своё «оружие», турианка осторожно вышла из дома, который стал ей временным убежищем, готовая чуть что скрыться обратно. Оплот человечества, казалось, медленно погибал под натиском легиона. Дома, дороги — целые кварталы — были разрушены. Землю усыпали обломки зданий, порой уничтоженных едва не до основания. Воздух превратился в едкую, пропахшую гарью дымку, в которой кружились горячие искры. Последний город пылал красным пламенем. Худощавая тень, с трудом переставляющая ноги, бесшумно, из-за рокота инопланетной техники, кралась по разрушенным улицам. Ночь играла ей на руку, благосклонно давая возможность прятаться во тьме от врагов. Было сложно нести троих призраков и швабру, удерживая при этом постоянный темп ходьбы. Но ей повезло: в одном из проулков лежал на земле мёртвый человек. От его тела уже исходил отчётливый запах гниения, вызывая очередной рвотный позыв у подошедшей слишком близко охотницы. Едва сдержавшись, Сейтрин как можно скорее сняла с умершего грязный рюкзак неопределённого цвета, висевший на его спине. Мёртвому человеку эта вещь уже не могла пригодиться в отличие от Избранной. Наверное, это было мерзко в моральном и физическом плане. Феникса удар бы хватил, если бы он только увидел её действия. Впрочем, в сложившейся ситуации даже его появление могло воодушевить Сейтрин. Она старалась сосредоточиться на деле первоочередной важности: своём выживании и побеге за пределы оккупированной врагами территории, но всё сильнее в её мысли просачивалось беспокойство. Как там другие Стражи? А главы «Авангарда»? Разве могли они все вот так просто взять и потерять свои силы? Турианка не верила. Не хотела верить. Пусть даже знала, что неправа. Мысленно извинившись перед трупом, охотница опустила призраков в сумку, закинула ту на свою спину и побрела дальше, опираясь на швабру, как на посох. Стоило молиться духам, чтобы ей удалось добраться до выхода из города. * * * -Вставай. Встава-а-ай. Просыпайся, улей тебя раздери! - как никогда громкий голос собственного призрака служил отличным будильником для одной небезызвестной экзо. -Ты ещё громче покричи, а то не все кабал тебя услышали, — раздражённо процедила охотница, фокусируя взгляд на метающимся над её головой золотистом огоньке. Сообщать напарнику о том, как она рада, что они оба живы, Эгида не стала. -Да пошла ты, - огрызнулся дрон, впрочем, не сумев скрыть облегчения в голосе. — Нашла время и место, чтобы отоспаться. Я хер знает сколько времени её искал и потом столько же пытался разбудить, а она возмущается! -Так бросил бы, — фыркнула экзо. Подняться получилось даже легче и быстрее, чем она рассчитывала, видимо, призрак уже успел над ней поработать. Убедившись в своей способности более-менее твёрдо стоять на ногах, охотница огляделась, надеясь опознать часть города, в которой оказалась, а заодно и оружие своё найти. -Да будто... будто я мог! - взвился Йон, зло сверкая помутневшим глазом. - Ты мой Страж, я никогда тебя не брошу! Голос его вдруг оборвался, захлебнувшись в звуковых помехах. Призрак, казалось, и без того держался в воздухе из последних сил, паря значительно ниже обычного. И говорил он как-то устало, далеко не так живо, как обычно, пусть поняла это Эгида не сразу. -Исчезни, - только и бросила в ответ охотница. - Ослабнешь и отрубишься — в руках тебя не понесу. Дрон дёрнулся, что-то обиженно пробурчал, но повиновался. Своего дробовика поблизости Эгида не обнаружила, а от того её настрой лучше не стал. Благо хоть револьвер остался при ней. Терять драгоценное время на дальнейшие поиски охотница не собиралась. Мысленно кроя кабал трёхэтажным матом, она уверенно направилась вперёд, с силой вдавливая подошвы сапогов в землю. Эгида-5 ни за что не созналась бы ни себе, ни, тем более, своему призраку в том, как ей страшно. Страшно от того, что она больше не ощущала в себе ни капли Света, а собственное тело повиновалось ей почти со скрипом. У неё ещё будет время поплакаться в подушку по этому поводу, а сейчас стоило бороться за собственную жизнь. Она вернёт тварям из легиона должок, заставит того жирдяя пожалеть о том, что он не пристрелил одинокого Стража сразу на флагмане. Экзо заставляла себя злиться. Это всегда помогало ей держать разум в рамках, не впадать в отчаяние. Начнёт размышлять о своей нынешней слабости, о Свете, о Стражах — сдохнет. -Там впереди дорога, по ней постоянно проходят патрули, — предупредил молчавший до момента призрак. Охотница кивнула, резким поворотом меняя своё направление. Город она знала прекрасно, пусть и терпеть не могла в нём находиться. -Сколько времени прошло с нападения? - осведомилась экзо. -Не знаю, - Йон замялся, проводя примерные расчёты. - Один день или около того. Я понятия не имею, сколько сам провалялся в отключке. Ещё какую-то часть пути напарники провели в молчании, когда, наконец, призрак не выдержал. -Эгида, скажи, мы проиграли? Экзо нахмурилась и сжала металлические губы, едва удержав себя от язвительного «А на что ещё это, по-твоему, похоже?». Тон её призрака звучал так обречённо, что у охотницы язык не повернулся. Он будто только сейчас осознал, насколько плохи дела жителей Последнего города. -Нет, - уверенно заявила охотница. -Но у нас больше ничего не осталось, - Йон, казалось, вот-вот расплакался бы, если бы умел. - Дома, Странника, Света. Кабал отобрали всё! -У нас есть жизни и пушки, - Эгиде совершенно не нравилось, к чему клонит её напарник во внезапном приступе паники. Она сама гнала от себя подобные мысли. Гнала безрезультатно, а от того злилась ещё сильнее. -Что с них толку?! Без Света мы сдохнем! Охотница остановилась, гневно сжимая кулаки. -Так, хочешь пафосных речей про надежду — п**дуй к Завале. Я тебе не жилетка, нытьё слушать не собираюсь, - чуть смягчившись, экзо добавила — Пока мы живы, мы не проиграем. Вспомни любимую присказку Кевина. -Бутерброд вкуснее с сыром? - пряча слабую улыбку в голосе, изобразил недоумение призрак. -Другую, - убедившись, что впадать в депрессию её напарник пока не собирается, охотница двинулась дальше. Йон больше ничего не сказал. Его страх, не отпускавший разум маленького робота последние часы, начал медленно, но неумолимо исчезать. Призраку не нужны были слова утешения и лживые заверения в том, что «всё будет хорошо». Да Эгида и не смогла бы когда-либо ему их дать. Она совсем не умела проявлять мягкость или сострадание. Ей бы стоило стать титаном из-за этого умения непреклонно идти вперёд, несмотря ни на что. Идти и тащить за собой других. Хоть за шкирку, если придётся. Йон не имел и половины её духовной силы, уверенности в себе и веры в завтрашний день, поэтому охотница, можно сказать, делилась с ним. Эгида никогда не утешала своего призрака в трудную минуту. Ей не нужно было. Йону хватало того, что она не сдавалась. Охотница всегда боролась до конца, это успокаивало дрона, вселяло в него надежду. Поэтому он сам почти никогда ничего не боялся. Ведь у него есть Страж. Страж, сильный до одури, способный защитить и своего призрака и всю планету. Может, будь она чуть слабее, Эгида видела бы больше смысла в заведении новых знакомств? Перед внутренним взором призрака появился образ немолодого мужчины с короткой рыжеватой бородкой и живыми зелёными глазами. «Пистолет с одной пулей всё равно стреляет» - любил говорить он. Кевин всегда верил в то, что шанс один против тысячи — очень даже выигрышный. Он научил Эгиду-5 идти до конца. Единственный, кого она когда-либо называла своим другом. * * * Город просто кишел кабал, словно изначально принадлежал их расе. Враждебные твари выискивали выживших, а находя таковых, безжалостно отнимали их жизни. По улицам медленно ползали мощные боевые машины алой расцветки, пехотинцы прочёсывали кварталы с пушками наперевес, порой откуда-то раздавались леденящие душу завывания чудовищных зверей, служивших Красному легиону чем-то вроде цепных псов. Даже крыши домов были заняты легионерами. Эгида предпочла бы прорываться по трупам своих врагов, а не прятаться по закоулкам, но сейчас она не могла себе позволить подобного риска. Ей оставили всего одну жизнь, и экзо собиралась использовать её на максимум. Но как же это было унизительно! Постоянно оглядываться и прислушиваться, искать взглядом укрытия при каждом звуке, будто она вдруг стала незваной гостьей в собственном доме. Несколько часов ей и вовсе пришлось проторчать в заброшенном здании, скрываясь от патруля, что-то зачастившего расхаживать возле убежища охотницы. Как только он пропал из виду, экзо выждала некоторое время и вышла. Чтобы через несколько минут нос к носу столкнуться с небольшим отрядом кабал. Встреча эта для потерявшего бдительность Стража оказалась неприятным сюрпризом, грозившемся перерасти в фатальную случайность. Грязно выругавшись, Эгида метнулась в сторону — как раз вовремя, чтобы избежать клыков и когтей боевых зверей. Экзо хотелось выть от досады: её окружали, методично перекрывая все пути отступления. Как ни плюнь, этот мир явно имел что-то против неё, иначе, откуда такое невезение? Без Света, с одним единственным револьвером, для которого неизвестно сколько осталось патрон, да ещё в получасе ходьбы от желанного «выхода» из Города. Что ж, она ещё поборется! Сражаться без Света с непривычки оказалось гораздо сложнее, чем рассчитывала охотница. Её сила и ловкость не пропали, но от них, словно, остались лишь жалкие крохи старых способностей. О чём-то, вроде «Золотого пистолета» и упоминать не стоило. Благо, её природная меткость и опыт ведения боя от дара Странника никак не зависели. И всё же, Эгиду банально давили числом. Йон едва-едва успевал залечивать самые серьёзные раны, уже не размениваясь на всякую мелочь. Противники не собирались заканчиваться. Вот какой-то легионер воспользовался моментом, чтобы наставить на отвлечённую несколькими зверями охотницу своё оружие... а в следующую секунду покачнулся и оглушённый упал на землю под смачное «БАМ!», с каким нечто столкнулось с его безмозглой башкой. Все замерли. Отбросив от себя одного из зверей, Эгида с долей неверия взглянула на прилетевшее откуда-то металлическое подобие швабры. Неужели из всех возможных Стражей? Костлявая охотница, что вечно была не в ладах с собственным Светом, стояла полусогнувшись, кажется, с огромным трудом удерживая себя в вертикальном положении. На бросок она потратила слишком много сил, которые едва накопились. Уроненный ею кабал уже начинал шевелиться: удара оказалось недостаточно, чтобы даже серьёзно ранить его, не то, что убить. Ошеломлённые такой наглостью легионеры переглянулись между собой, решая, стоит ли вообще уделять внимание этому ходячему недоразумению. Эгида в чём-то была с ними солидарна. Впрочем, возникшая заминка дала ей драгоценную передышку и послужила прекрасным отвлекающим манёвром. Несколько пуль отправились в зазевавшегося легионера, один точный выстрел в голову так и не дал подняться оглушённому противнику, оставшиеся патроны экзо нашли своё пристанище в телах зверей. Взревел фаланг, не успевший восстановить свой щит прежде, чем до него доберутся Стражи. Для существа, чей прицел виляет из стороны в сторону, костлявенькая стреляла поразительно метко. Благодаря совместным усилиям охотниц, противники всё же закончились. Инопланетянка, истратив последний патрон, убрала ненужный уже пистолет и сделала несколько шагов в сторону Эгиды. Не дойдя всего несколько метров, она вдруг пошатнулась. Экзо стояла, склонив голову к плечу и сложив руки на груди. Около её ног лицом в землю лежала почти-спасительница, умудрившаяся споткнуться на ровном месте и потерять сознание. Что ни говори, а Страж из динозаврика вышел явно с дефектом. Эгида не знала, что совсем рядом во тьме и дыме затаился ещё один зверь, значительно превосходящий размерами своих мелких собратьев, убитых в короткой стычке. Его жёсткую бурую шкуру пересекало множество шрамов, глубокие жестокие глаза мрачно сверкали. Он запомнил его. Горьковатый запах синей крови. Запомнил, как все запахи убитых им врагов. Глубокий грудной рык исторгся из пасти зверя, а острые когти царапнули бетонную плитку, оставив глубокие неровные следы. Совсем скоро начнётся его новая охота. * * * Эгида кучу раз за свою жизнь в роли Стража совершала ошибки, но, кажется, самой крупной из них было решение тащить чёртову инопланетянку на своей спине. А ещё более отвратителен тот факт, что у экзо не возникло даже мысли бросить её. Да что там, Эгида и эту идиотскую швабру зачем-то прихватила! Теперь их смог бы убить даже полудохлый дрег. Или очень целеустремлённая белка. И ведь этот суповой набор даже съесть с крайней голодухи не представлялось возможным. Не нуждалась ни экзо, ни её призрак в еде. Нет, Эгида, как и все представители её расы, могла есть, но механическому организму на это было чуть больше, чем плевать. Другими словами, бессознательная охотница выглядела грузом довольно бесполезным. Словно услышав мысли экзо, «груз» тихо застонал, приходя в сознание. Эгида уже час как минула городскую стену, выйдя через брешь, найденную когда-то давно и почти случайно. Новый путь Избранной лежал через горы: именно там, как сказал Йон, поймавший аварийный сигнал, находилась точка сбора для тех, кому повезло выжить. Кажется, «Авангард» принял решение эвакуировать людей с планеты. Отрадно было знать, что эти идеалисты ещё живы и кипят жаждой действия. Стон повторился. Подойдя к ближайшему дереву, эгида опустила инопланетянку на землю, прислонив её спиной к кривому шершавому стволу. -Ну давай, у нас нет времени, - проворчала охотница, от души хлопнув турианку по костяной щеке. Костлявая дёрнулась, с трудом разлепляя глаза, чей мутный взгляд вперился в лицо экзо. С непривычки он мог не слабо напугать. Увы, на это у Эгиды тоже не было времени. -Проснись и пой, - ехидно поприветствовала она спутницу. - Как видишь, мы снова в жопе. Турианка с полным непонимания видом огляделась, затем вновь взглянула на экзо, но не найдя ответов на какие-то свои немые вопросы, заёрзала на земле, пытаясь подняться. Её движения напоминали барахтания выброшенной на берег рыбы. Через секунду Избрання удивлённо уставилась на протянутую ей руку. -Поднимайся уже, немощь, - фыркнула Эгида. Ухватившись за руку охотницы, инопланетянка поднялась на ноги, которые не преминули подогнуться. Упасть ей не дала экзо, не отпустившая чужую ладонь. Лишь убедившись в том, что спутница способна не только достаточно ровно стоять, но ещё и вполне уверенно ходить, Эгида, наконец, разжала пальцы. Турианка благодарно кивнула. Зачем-то кивнув в ответ, экзо сама смутилась своему действию и поспешно шагнула в сторону, будто её могли уличить в столь страшном преступлении. Эгида сунула в руку Избранной её швабру и зашагала прочь, не озаботившись тем, последует ли за ней турианка. Отвернувшись, она не видела, что на лице инопланетянки появилась слабая улыбка. Прочем, навряд ли кто-то, не имевший ранее дел с турианцами, смог бы опознать этот оскал из-под разведённых мандибул как улыбку. Прошло четыре дня с момента нападения, когда две охотницы добрались до гор. Они не пытались говорить друг с другом, да и не смогли бы. Их коммуникации сводились к минимуму, вроде «ткни пальцем в сторону, если что-то заметишь». Эгида вскоре с лёгким удивлением поняла, что «новая подруга» её почти совсем не раздражает, возможно, потому что постоянно молчит. Йон предположил, что переводчик инопланетянки сломался или же она так тяжело переживает потерю Света. К тому же, он совершенно не ощущал сигнатуру Нео. Экзо до внутренних терзаний временной спутницы не было никакого дела, её волновали куда более глобальные вопросы. Например, как долго их небольшая прогулка на природе будет идти так спокойно? Сейчас, не считая какой-то птицы, постоянно кружащей вокруг и будто ведущей путниц куда-то, ничего подозрительного больше не наблюдалось. Стоило охотницам подняться на небольшую скалу, как Эгида поняла, что не напрасно ожидала подставы: внизу расположился небольшой лагерь Стражей. Мёртвый, как и все его обитатели. Вещи были разбросаны, куда ни кинь взгляд — всюду лежали тела. А земля хранила следы борьбы. Нет, скорее бойни. Совсем рядом раздался разносимый ветром на километры вокруг рёв боевых зверей. Увеселительная прогулка официально завершилась. Началось выживание. * * * Мерные покачивания, кромешная темнота и тихий отзвук шагов — кто знает, сколько времени его мир состоял только из этого. Призрак находился в состоянии, какое можно приравнять к чему-то среднему между явью и вязкой дрёмой. Он то приходил в себя, то вновь отключался, не делая попыток даже просто пошевелиться. Маленький робот ни о чём не думал, ничего не ощущал. Не было ни страха, ни боли, только странная слабость. Ушло немало часов, растворившись во мраке, прежде, чем Нео вдруг «проснулся». Он давно уже находился в сознании, но лишь теперь словно кто-то внезапно нажал на кнопочку «ВКЛ», возвращая дрону его способность мыслить. Тускло светящийся окуляр мигнул, разгораясь ярче. Поначалу в мыслях была лишь пустота. Затем пришло непонимание. Призрак совершенно не помнил, как мог оказаться в этом месте. Он вообще ничего не понимал. Нео попытался взлететь, но едва смог слегка приподняться, как упал обратно. Слабость надёжно сковала серебристый корпус. Всё ещё вяло соображающий призрак лишь спустя несколько попыток с ужасом понял, что именно послужило причиной его слабости. Света больше не было. В самом призраке и вокруг него. Ни единой капли. Тогда-то опять поднял голову страх. Маленький робот резко взметнулся вверх, врезавшись в мягкий «потолок». Стены на таран также не поддавались, зато предпочитали коварно пружинить. Что это за пещера такая? И где Сейтрин?! Неужели его заперли здесь совсем одного? Но кто и зачем?! «Пещеру» вдруг тряхнуло, а по потолку поползла, стремительно расширяясь, трещина, сквозь которую пролился яркий дневной свет. Взглянув вверх, Нео с облегчением увидел поблекшие голубые глаза своего Стража. Место заключения на проверку оказалось обычным рюкзаком. Он лишь мельком заметил горы, раскинувшиеся вокруг: всё его внимание прикипело к Сейтрин. На её плечах поверх тёмно-зелёного плаща висела ободранная тряпка, теперь использованная в качестве самодельных бинтов, намотанных на левое плечо и правое запястье. Сквозь ткань отчётливо проступали тёмные пятна. Одну руку охотница прижимала к своему животу, словно прикрывая ещё одно ранение, другой же опиралась на швабру. Нео ощутил укол горечи. Опять он оставил своего Стража так не вовремя! Сейтрин слабо улыбнулась, почувствовав, как её раны начали медленно затягиваться. Она отняла руку от живота и размотала самодельную повязку на запястье, любуясь почти затянувшимся глубоким ранением. Взгляд Избранной прояснился и посветлел, боль ушла из него. -Спаси-ибо, — с ужасным, коверкающим почти каждый звук, акцентом произнесла она. Было так странно слышать этот голос без дребезжания переводчика, старающегося попадать в интонацию. Нео молча уткнулся в щёку своего Стража. Он хотел бы многое сказать: о том, как рад, что они оба живы, выразить своё беспокойство из-за отсутствия Света, попросить быть осторожнее, но его слова остались бы не поняты. И вовсе не из-за нежелания охотницы что-либо слушать, а благодаря обыкновенному лингвистическому барьеру. -С добрым утром, Спящая Красавица, - раздался рядом чуть насмешливый голос. -Йон? Эгида? - глянув в сторону, удивлённо выдал Нео. Он не припоминал, чтобы в момент отключки наблюдал рядом эту парочку. С другой стороны, тогда они с Сейтрин были ещё в городе. -Как видишь, в ваших рядах прибыло. Ты, кстати, пропустил всё веселье - Йон говорил со своей привычной бравадой в голосе, но что-то в нём изменилось. Словно некая тень поселилась в глубине его глаза. -Я вижу, - невесело отозвался призрак, покосившись на турианку. - но что произошло? Где мы? И... почему я совсем не чувствую Свет?! Йон отвёл взгляд, кажется, впервые не желая отвечать. И это он? Призрак, которому всегда есть, что сказать? -Йон, - напряжённо позвал Нео. Молчание пугало. -Кабал захватили город, - холодный голос Эгиды резанул слух, а, спустя мгновение, и душу. - Света больше нет. Нео понадеялся, что ему лишь послышалось. Это ведь такая дурацкая шутка? Или просто ошибка, верно? Это не может быть правдой?! -Эгида, ты сейчас...- «пошутила?» дрожащим голосом пролепетал призрак, не сумев закончить предложение. -Это правда, - угрюмо отрезала охотница. - «Авангард» эвакуировал всех, кого смог. Множество Стражей полегло, остальные бежали из города. Связь потеряна, мы не смогли связаться ни с Завалой, ни с кем-то ещё. -Едва ноги унесли, - тихо добавил Йон, глядя куда угодно, только не на друга. -И это всё окажется напрасным, если мы продолжим трындеть, вместо того, чтобы двигаться дальше, - непреклонно заявила экзо, резко разворачиваясь. Она пошла дальше по тропе, так вот легко оборвав тяжкий разговор. За ней в гнетущем молчании последовали остальные. Невысказанные переживания, отчаяние, сомнения - всё это застряло где-то в мыслях сухим комом, что не нашёл воплощения в словах. Кажется, сейчас и Стражи и призраки думали в одном направлении. * * * Холодный горный воздух ближе к подножию становился мягче и едва ощутимо пах зеленью. Этот свежий аромат вселял чувство бодрости любому, кто вдохнёт его. Наверное, поэтому она делала каждый вдох с таким упоением, чуть приподнимая голову. У неё было не так много времени, чтобы успевать даже просто свободно дышать. Вокруг суетились люди, что-то перетаскивая, прочищая оружие, возле неровно выстроившихся на просторной поляне кораблей резво заканчивали свои дела механики. Вот-вот должен был прозвучать сигнал, знаменующий появившуюся возможность безопасно взлететь. Едва заслышав за спиной приближающиеся шаги, Сурая Хоторн, а это была именно она, обернулась, обращая своё внимание на только вернувшихся разведчиков. -Надеюсь, у вас есть хорошие новости? Перед ней предстала команда из троих людей. Двое мужчин придерживали под руки сильно хромающего парня, чьи штаны уже успели пропитаться кровью. Сами они выглядели не лучше: у одного явно просматривались следы контакта левой руки с чем-то острым, у второго нечто схожее можно было заметить на правом предплечье. Конечно, имели место и всевозможные мелкие ранения, вроде глубоких царапин или синяков, но на них Хоторн заострять внимание не стала. -Мы наткнулись на нескольких зверей легиона неподалёку, - с готовностью отчитался один из троицы. - Боюсь, горным воздухом они насладиться больше не смогут. Доложившись, рослый мужчина слегка улыбнулся в некогда аккуратную рыжеватую бородку. Его флегматичное выражение лица странно контрастировало с образом потрёпанного разведчика. Нечасто люди так хорошо сохраняли самообладание после встречи даже с одним из кабал. -Рада слышать, - устало вздохнула женщина. - Обработайте раны как можно скорее. После прибытия мы сможем заняться более серьёзным лечением. Разведчики ушли к другим людям, где вокруг них захлопотали те немногие из присутствующих, что имели представление об оказании первой помощи. Редкая удача в такое время иметь под боком хотя бы одного квалифицированного врача. А так приходилось латать раны самостоятельно или, что гораздо хуже, доверять их всяким болванам. Знала когда-то Сурая одного «лекаря». Всё пытался кому-нибудь впаять подорожник. Знаток народной медицины, тьфу. Из размышлений женщину вырвало нечто, буквально, свалившееся ей на голову со скалы. Тощее существо, поначалу ошибочно принятое за человека, в подранном зелёном плаще и броне охотника. Хоторн, прищурилась, покрепче сжимая пальцы на дробовике. До неё доходили некоторые слухи, но верить в их правдивость казалось глупым занятием. В сети о всякой ерунде трындели, так с чего бы разговорам о Страже-инопланетянине вдруг оказаться правдой? Хотя, выкладывали и видео и фотографии, но история казалась слишком неправдоподобной. А ведь, выходит, сплетники не врали. Подтверждая правдивость слухов, возле существа закружился серебристый призрак, опасливо поглядывая на вооружённую женщину. Напомнив себе, что она, возможно, об этом ещё пожалеет, Хоторн протянула незнакомому Стражу свою руку.