Тени Новиграда

      – Иорвет, ты это слышишь?       – Слышу. Молчи.       Иорвет подтянул на плече руку Киарана, которого он уже буквально тащил на собственной шее. Позади волочились ещё пятеро эльфов – всё, что осталось от его отряда. Грязные, побитые, голодные, они окончательно вымотались, плутая по тоннелям канализации. Вслушиваясь в доносящиеся звуки, они совсем притихли, только Эйлин изредка шмыгала носом.       Сперва до них долетали лишь отголоски, гулом проносящиеся по бесконечным коридорам и напоминающие чьи-то тяжкие стоны.       – Не иначе как призрак... – с дрожью выдохнул один из эльфов, сильнее прижимая к груди руку с переломанным запястьем.       – Чш-ш, – шикнул на него Иорвет, снова подтягивая на плечо Киарана, с трудом переставляющего ноги.       «Только паники в отряде мне не хватало. Скоро от прошмыгнувшей под ногами крысы вздрагивать начнут. Мы слишком устали», – разочарованно понял он, – «Отряд…Хах, жалкая горстка перебитых seidhe!».       Командир, как и другие эльфы, прекрасно осознавал, что они заблудились. Проблем с ориентацией в подземельях он никогда прежде не испытывал, и отсюда они бы давно уже выбрались, если бы не запертые всюду решётки дверей.       Чем дальше они продвигались, тем становилось яснее – доносившиеся до них призрачные стоны были всего лишь пением. Кто-то миленько напевал себе под нос в вонючей канализации. При этой мысли даже у внешне невозмутимого Иорвета по затылку прокатились мурашки. К своему удивлению он отметил, что голос, определенно женский, был приятным и мелодичным. А вот мотив был ему совсем незнакомым, и показался очень странным – умиротворяющим, но в то же время и нагнетающим, манящим и отталкивающим одновременно.       Он чуть встряхнул головой, прогоняя странное наваждение, и нахмурился, раздумывая над своими дальнейшими действиями: продолжить путь, или свернуть, избегая источник странной мелодии.       Любопытство всё же взяло верх. После стольких лет жизни, многому уже перестаёшь удивляться, а потому, когда натыкаешься на подобного рода странности, грех обходить их стороной. Жестом Иорвет велел другим эльфам оставаться на месте, а сам прошел дальше, оставив Киарана на плечах собратьев. Он уже давно не спускал глаза со слабого столба света, врывавшегося в тоннель из бокового прохода.       «Поют именно там», – в этом Иорвет не сомневался.       Эльф осторожно приблизился к арке, стараясь не создавать лишнего шума, чтобы не спугнуть поющую. Подобраться совсем беззвучно, однако, было сложно – пол был залит лужами, которые предательски шлёпали, когда в них мягко опускались сапоги Иорвета.       Взору его открылась картина, можно было бы сказать волшебная, если бы дело не происходило в канализации. В тонкой пелене света, прорывавшегося сквозь решётку в потолке, сидела девушка, вся мокрая, с налипшим к худому телу тонким светлым платьем, больше похожим на исподнее. Её бледная кожа в сумерках казалось, светилась изнутри. Она всё продолжала напевать под нос мелодию, разглядывая на свету очередную побрякушку, которую она вынула из маленького льняного мешочка, коих вокруг неё было несколько. Очередное украшение сверкнуло в её ладони, которую она подняла прямо перед глазами. Довольно хмыкнув, она снова запела и бросила её в другой мешок. Только сейчас Иорвет обратил внимание на её усеянное колечками серег ухо, а точнее - на его заостренный конец.       – Ты кто такая? – в голосе его смешались удивление, замешательство и, лишь на самую малость – восхищение. Он и не заметил, как за его спиной собрались оставленные в ожидании эльфы, которые теперь осторожно выглядывали из-за него, вытягивая шеи. Эйлин опять шумно втянула носом воздух и с надрывом выдохнула.       Эльфийка вздрогнула, тут же прекратив напевать, и резко обернулась, вскочив на ноги. Она выронила из ладони массивное колье, и оно звонко брякнуло о каменный пол.       Иорвет заметил, как она фыркнула, присмотревшись к ним, как ему показалось с какой-то горечью, и снова опустилась к своим мешочкам.       – Зря вы сюда пришли. На площади что ни день, сжигают чародеев. Не то чтобы я их сильно любила, но поговаривают, неровен час, Охотники и до нас доберутся. – она отлепила от щеки влажную прядь волос и отбросила за спину. Иорвет уловил нервозность в этом движении.       Он уже открыл рот, чтобы высказать вслух свое наблюдение, но его прервали:       – Ты знаешь, как выбраться наверх? – с надеждой спросил кто-то из-за спины Иорвета, за что тот тут же наградил его укоризненным взглядом.       – А как же, знаю. – не отвлекаясь от своего занятия, еле слышно бросила эльфийка.       – Ты не ответила на мой вопрос. – закипая, напомнил командир эльфов. Очарование, окутывавшее его всего минуту назад, рассеялось без следа. Теперь эльфийка начинала его порядком раздражать. Девчонка. Она была ещё совсем молодой seidhe, понял он, присмотревшись к ней получше.       «Наверняка осёдлая, такие и seidhe называться недостойны», – Иорвет скрестил руки на груди, а на лице его дёрнулись желваки.       Девушка всё же оторвалась от «работы» и обернулась, устремив на него взор. Её глаза слабо сверкнули в подступающем мраке ночи. Она моментально уловила направленную к ней неприязнь.       – Я Диона. А ты...Ты Иорвет, верно?       Она встала, подобрав все свои мешочки, бросила их в увесистую стёганую сумку и зашлепала босыми ногами по лужам.       Когда эльфийка подошла ближе, Иорвет заметил залегшие под её зелёными, совсем как у него, глазами, впалые тёмные круги. Да и вся она в целом была слишком уж худощавой, даже для seidhe, отчего выглядела болезненно.       – Вы пришли на зов Iarann’bleidd*? - в осенней зелени её глаз Иорвет снова уловил легкую грусть. Или жалость, наверняка знать он не мог, а эмоция, пойманная им в её взгляде, улетучилась, будто её там и не было.       – Iarann’bleidd? Здесь? - осторожно, но с явным любопытством спросил Иорвет. В глазу командира эльфов загорелся огонёк.       «Нет, не к Исенгриму они пришли, но теперь наверняка захотят его увидеть», – поняла Диона, – «Что же вас сюда манит, белки? Нелюди здесь, в Новиграде, и так как на пороховой бочке, не хватало ещё, чтобы скоя’таэли подливали масла в огонь».       Диона молча кивнула в ответ на вопрос и прошла вперёд, протискиваясь между столпившимися эльфами. Взгляд её зацепился за того, что держался на ногах лишь благодаря поддержке его братьев по отряду.       – Идите за мной, – тихо бросила она через плечо.       Иорвет, в отличие от остального отряда, идти за ней не торопился. Он пошёл вслед за ними не сразу, нехотя. Командный тон эльфийки действовал ему на нервы, и командир скоя’таэлей тут же позабыл, каким притягательным было её пение.       Нагнав отряд, Иорвет сменил эльфа, волочащего на себе Киарана – тот и сам был ранен. Без увечий после стычки с нильфгаардцами остались только Иорвет и Эйлин.       Эльфийка, что теперь возглавляла их поход, шла молча, обхватив подрагивающие плечи руками.       Диона не относила себя к числу осёдлых эльфов, но и к белкам примыкать не спешила. Она родилась по ту сторону Синих гор, где эльфы были просто эльфами. Однако, и их беззаботная жизнь в конечном итоге закончилась, вынудив мигрировать. Кто-то ушел ещё дальше, в Хакланд, а кто-то, как она, перешёл через горы обратно на запад. Как сложилась судьба её сородичей, углубившихся на северо-восток от гор она не знала, и сочла это знаком недобрым. До сих пор непривыкшая к образу жизни местных эльфов, всюду на этих землях она чувствовала себя белой вороной.       Несколько раз по пути она поймала уничижающий взгляд Иорвета. До неё доходили слухи о его отношении к seidhe якшающихся с людьми, к seidhe живущим в людских селениях и городах. Хотела бы она с ним об этом отношении поспорить, выведать, правдива ли молва, что разнеслась о нём на далёкие мили.       «Да вот только, если всё это правда, лучше бы мне помалкивать. По крайней мере до тех пор, пока при мне нет любимого кинжала» – Диона покосилась на Иорвета. Она шла с ним нога в ногу, как раз с того боку, где остался единственный глаз. Взгляды их пересеклись – её вызывающий и дерзкий, и его – холодный и равнодушный.       Пока они мучительно медленно продвигались по тоннелю, девушка вспоминала, как несколько месяцев назад столкнулась с эльфами Исенгрима в штабе Златорубов. Потом один из них нагнал её у спуска в канализацию в доках и передал просьбу Железного Волка – провожать всех стекающихся к окрестностям Новиграда скоя’таэлей к нему. Тайком, через подземные тоннели. Авансом ей был увесистый мешок с зерриканскими драгоценными камнями. Диона понимала, что просьба в этом случае ни что иное как приказ, а это не подразумевало возможности отказаться. Когда такие эльфы, как Исенгрим о чём-то просят, соглашаться нужно незамедлительно. Что Диона тогда и сделала, недолго раздумывая схватив плату.       С того дня она провела всего пару отрядов, небольших, но всё же заметно превосходящих по численности группу Иорвета. У неё не было никаких сомнений в том, что эти белки оказались в подземельях случайно.       «Интересно, что же они всё-таки тут забыли?» – всё размышляла Диона.       Эльф, которого Иорвет уже не мог поддерживать в одиночку, тихонько ни то вздохнул, ни то простонал, свалившись на колени.       Диона опустилась рядом с ним и протянула ладонь к его лбу – почувствовав исходящий от него жар она чуть покачала головой. Пошарив в сумке, девушка выудила какую-то склянку и протянула к губам полуживого эльфа.       – Что это? – Иорвет тут же выставил перед лицом Киарана ладонь и его бровь, которую не скрывал красный платок, недоверчиво дернулась.       – Лекарство. – оскорбленно прошипела Диона, а затем добавила уже немного сдержаннее, – На какое-то время должно помочь. Пока не выберемся наверх. – она опустила взгляд и, встав на ноги, поспешила отвернуться, снова зашагав в известном ей одной направлении.       Плечи девушки расслабленно опустились, когда она поняла, что вопросов от командира эльфов больше не последует.       «Вот и славно», – подумала она. Дионе совсем не хотелось рассказывать, что этот пузырёк ей достался от знакомой медички из Оксенфурта. Нет, она не украла его. Ей этот пузырёк именно что отдали. Подарили, можно сказать. – «Хорошая она, эта Шани. Будь она здесь, мигом бы эту белку на ноги поставила».       Когда-то Шани и ее выходила. Диона, вспоминая тот мрачный период своей жизни, каждый раз удивлялась, как это никто не заметил в доме медички остроухую, грязную, как свинья из помойной ямы, эльфку. А ведь она и по сей день может чувствовать себя в полной безопасности лишь в таких местах как это – под землей, куда охотники на колдуний и городская стража лишний раз не полезут, не вытащат её за шкирку и не выдадут графу.       А он искал её. Он точно её искал, в этом она не сомневалась.       – ...рее выбираться. – донёсся до её ушей обрывок фразы.       – Что? – она так глубоко погрузилась в своим мысли, что ничего вокруг не слышала.       «Вот она обратная сторона медали одиночества», – подумала Диона.       Иорвет дал ей знак прислушаться. И она услышала.       Где-то совсем рядом рыскали утопцы.