The Last Unicorn.

Плотные щупальца гнева ослабли вместе с лошадьми. Ослепленный яростью, Артур совсем потерял счет времени, оттого увиденное оставило четкий отпечаток неприязни на глазах принца. Нет, местность, открывшаяся перед глазами коронованной особы, выглядела просто чудесно! Солнечный свет настолько сильно заливал поляну, что каждое растение буквально тонуло в золотых лучах, отчего дыхание наследного принца сбилось. Еще никогда Пендрагон не выдел столь величественного места, от которого исходила вполне ощутимая светлая энергетика. Казалось, что каждая травинка, каждый маленький листочек, каждое деревце излучали спокойствие и трепетный страх перед чем-то неизвестным. Пендрагон невольно дернулся. Шестое чувство настойчиво шептало, что здесь есть кто-то еще и таинственный неизвестный внимательно наблюдает за незваными гостями. Рука принца сама потянулась к рукоятке меча, глаза практически сразу напряглись, однако сколько усилий приложено не было, безмолвный наблюдатель не дал о себе знать. Он вообще не оставил ни одной зацепки, которая хоть косвенно, но могла бы указать на его присутствие. Мелкие листья густых кустарников шевелились лишь в такт ветру, подвывая беспокойным верхушкам старых деревьев. Принц напряженно уставился вперед, надеясь хоть краем глаза, но выцепить хоть что-то полезное, однако шпион был хитер и все так же оставался невидимкой. — Мне кажется, что нам тут не рады… — сэр Койль, крайне трусливый и странный тип, попавший в войска Артура лишь из-за высокого положения отца, кажется тоже почувствовал что-то не ладное. Его голос, слишком тонкий для того, чтобы быть мужским, дрожал натянутой струной. Пендрагон с трудом не поднял голос на нерадивого вояку. Принц ограничился лишь раздраженным взглядом и презрительно поджатыми губами. Маленький тощий мальчишка, чем-то напоминающий Мерлин, вообще пошел на службу вместо старшего брата, благородного и отважного сэра Уилла, с которым, увы, недавно совершилось страшное несчастье. Утеру не оставалось ничего другого, кроме как принять в армию отвлеченного от реального мира паренька, чьи большие оленьи глаза выводили принца из себя еще сильнее. — Ваше Величество, может нам вернуться назад? — Не будь таким трусом, Койль! — сэр Гилмор, такой же новобранец, самодовольно хмыкнул. Этот тип обладал весьма конфликтующими чертами характера: с одной стороны его гонор был даже страшнее, нежели гонор самого Артура, но с другой сын аристократа прекрасно подлизывался к принцу. — Это просто паршивая поляна на окраине паршивого леса. Не думаю, что разбойники здесь вообще могут водиться! — Так я и не о разбойниках толкую, — тихо ответил юноша, смущенно потирая вспотевшую шею. От рождения робкий и стеснительный, Койль с лихвой пожалел, что вообще решился подать голос. — А о чем же? — голос на сей раз принадлежал сэру Лоту, самому спокойному и замкнутому новичку, который просто мастерски обращался с луком и стрелами. Этот тип так же раздражал Артура, но уже не из-за той или иной черты характера, сколько из-за врожденного таланта к владению оружием. Да и вообще, этот новичок, казалось, личностью не обладает от слова совсем. Даже Эллиан на его фоне выглядит компанейским парнем с огромной кучей друзей. — Понимаете, мы… Это… Кажется набрели на место, где некогда было святилище… Я могу ошибаться, но тут… Кажется… Собирались жрецы старой религии. Принц едва не упал со своего коня. Заявление новичка, тихое и обрывистое, больше похожее на блеяние ягненка, ощущалось мощным толчком в спину. Пендраогн уже было хотел задать пару вопросов на весьма повышенном тоне, однако внезапно, на глаза его попал огромный белоснежный камень, разрушенный временем и обильными дождями. Не веря своим глазам, Пендрагон спрыгнул с лошади и удобно уместив руку на мече, настороженно двинулся в сторону находки. Верные рыцари поступили аналогичным образом. Они настороженно, словно один человек, двинулись за предводителем, периодически вертя головами в разные стороны. Огромный белый камень оказался фрагментом чего-то большего. Артур не мог сказать точно, был ли на этом месте какой-нибудь отвратительный жертвенник или жуткий тотем, однако выбитые узоры, сохранившиеся лишь номинально, указывали на то, что ранее этот камень был чем-то более интересным. Юноша хотел дотронуться до него, однако когда между пальцем и камнем осталось совсем малое расстояние, кожу обдало прямо могильным холодом. То же шестое чувство мгновенно завопило сиреной, настойчиво приказывая принцу немедленно отойти от находки и побыстрее вскочить на скакуна. Догадки о наблюдателе приобрели более четкое очертание. Артур закусил губу. Неужели за ним и его компанией наблюдает какой-нибудь спятивший жрец, намеревающийся пролить королевскую кровь на ритуальный камень? — Сир, тут еще один, — пробасил сэр Гилмор, некрасиво указывая пальцем на такой же камень неподалеку от себя. — И тут тоже, — безэмоционально заметил сэр Лот, совершенно не смущенный страшной находкой. — Ну… Я тоже нашел, — неуверенно пропищал сэр Койль, который держался достаточно далеко от «своего» камня. По лицу молодого человека крупными бусинами стекал пот. — Прошу, давайте быстрее покинем это место! Чудовищная трусость новобранца и веселила, и злила Артура. Нет, больше, конечно, злила. Вот вроде человек один, а ведь по нему будут судить все рыцарское сословие Камелота. Кому хочется прослыть командиром трусов? Никому, вот поэтому Пендрагон хорошенько и шикнул на непутевого аристократа. Бедняга даже подпрыгнул на месте от страха. Подобная реакция принца позабавила, даже навела на определенные воспоминания годичной давности, когда в прислужниках ходил патлатый парень и таскал на себе мишень. Увы, со служанкой такой трюк провернуть было нельзя, не позволяла этика и обыкновенная мораль. Да и кто тебя будет уважать, если ты заставишь девушку вытворять не очень хорошие вещи? — Это тотемы, — спокойно заявил сэр Лот, вставая с колен. — Ваше Высочество, нам стоит покинуть это место как можно скорее. Ради вашей же безопасности. Подобный тон Артура не обрадовал. У принца возникло ощущение, что новоиспеченный рыцарь указывал своему лидеру как поступать. Это не могло не вызвать раздражения. Ведомый коротким порывом, Пендрагон вынул из ножен меч и одним мощным ударом разрубил камень на две части. Удивительно, но лезвие меча так легко разрубило остаток тотема, что на мгновение молодой человек серьезно засомневался. Было ли это действительно камнем, а не выкрашенной древесиной? Пуганный сэр Койль тихо взвизгнул, сэр Гилмор восхищенно присвистнул, а сэр Лот лишь скептически взглянул на капитана. И взглянул так, как обычно на Пендрагона глядела Мерлин, что злило только сильнее. — Это место некогда было центром скопища колдунов, а магия, спешу напомнить, запрещена на территории Камелота и является главным врагом нашего войска! — Но место это, юный принц, не является твоим домом, оттого хозяйничал ты в гостях… Артур резко повернулся назад. Не веря своим глазам. Люди, с которыми принц пришел сюда ранее, застыли на месте и резко посерели, словно измученные временем картины. Перед глазами юноши стояла статная дама в тяжелом бархатном плаще. Нельзя было точно сказать, была ли она молодой или старой. Глаза королевского отпрыска напрочь отказались подмечать такие детали да и черты лица, какие-то непонятные и пугающие, странным образом не поддавались чтению. Так же было не ясно, была ли дама из знатного рода или ее происхождение не было столь высоким. В любом случае, юноша не растерялся и выставил меч перед собой, серьезно взглянув на незнакомку. — Так это вы следили за мной и моими людьми? — Артур постарался добавить в голос больше металла, однако внутренний страх дал о себе знать. Женщина, стоящая впереди, совершенно точно относилась к колдунам. Не нужно было строить теорий или догадок, все было совершенно ясно. Направив лезвие меча прямо на ведьму, молодой человек состроил агрессивную гримасу. — И какой же был ваш план? Заманить несчастных путников и лишить их жизни? Или, быть может, обратить неосторожных путешественников в соляные столбы? — Разве? — незнакомка удивленно округлила глаза, но даже это действие не придало ей ничего такого, что могло бы восприниматься, как нечто конкретное. Даже цвет радужки был невнятным. — Не вы ли ворвались в дом мой и стали учинять разруху? Не вы ли принесли в столь чистое место грязные мысли? Не вы ли, собственноручно, избавились от всех тех людей, которые были способны вам помочь? Принц, не ведьма я, однако вы, пожалуй, страшнее чем колдун. Тот, кому на судьбе написано изменить будущее целого мира, ведет себя как безродный мальчишка. За это я, пожалуй, возьму на себя смелость припадать вам один урок, который вы запомните на всю оставшуюся жизнь. Артур не сумел среагировать, когда вспышка света ударила в лицо. На мгновение сын Утера услышал одно до боли четкое замечание: — Ну и осел.