Цвет памяти - белоснежный

      С той встречи в лесу я уже ехала с Гэндальфом Серым на его повозке, а пони шел следом с моей поклажей. Первые дни пути волшебник сидел хмурым и в основном молчал, лишь иногда односложно отвечая на мои редкие вопросы. Он много думал над моим рассказом и делал для себя какие-то выводы, поэтому я старалась ему не мешать. Потом он немного повеселел, отвлекшись от тяжелых дум, и стал рассказывать о своих странствиях.       — Я всегда рассказывал тебе о других местах и королевствах, когда приезжал к вам в Ривенделл, — однажды за очередным повествованием произнес Гэндальф. Это была история о том, как он встретил в Эсгароте, или Озерном городе, старого друга, одного из двоих Синих магов. Правда, имя его он давно позабыл.       — А я не путешествовала? — я с интересом рассматривала в это время окружающую меня природу, — Я подумала, раз я такая любознательная, то должна была тоже отправляться в разные странствия и получать новые знания не только дома, но и в других местах.       — Честно говоря, ты только с удовольствием слушала рассказы, ведь всегда любила теорию, а не практику, — он хмыкнул, — Тебя интересовали лишь те знания, которые ты могла получить из книг и сказаний, а не из тренировок.       — Зато сейчас хочу путешествовать, — и я поделилась идеей о том, чтобы создать книгу о быте и жизни различных народов Средиземья.       — Это хорошая мысль, — улыбнулся митрандир, — Только вот не знаю, что на это скажут твои родные. Ты никогда надолго не покидала долину Имладрис, лишь иногда с отрядом посещала Кветлориэн, где гостила у бабушки, — хмыкнул, — Хотя, назвать ее бабушкой просто язык не поворачивается.       — Бабушка? Кто она? — в ответ я получила качание головой. Не хочет говорить. Я слегка обиделась, — Почему ты никогда не говоришь, кто именно мои родные и семья?       — Будет лучше, если ты узнаешь об этом из уст самих родных, ведь если скажу я, ты можешь и не поверить, — он усмехнулся в бороду, — К тому же, хочу взглянуть на твое лицо, когда встретишься с семьей лично.       — Ну, хотя бы скажи, из какой семьи я родом? Богатой? Или бедной? — перед глазами встало видение той роскошной библиотеки, в которой я училась, — Вряд ли в обычной эльфийской семье есть такая невероятная библиотека…       — Так и есть, — согласился Гэндальф.       — Но, с другой стороны, вдруг это не семейная библиотека, а общественная?.. — сомнения вселились в голову и мысли, — Такая же может быть?       — Может, — кивнул маг.       — Но ты же знаешь, митрандир! — я сложила руки в молитвенном жесте, — Пожалуйста, скажи мне!       — Узнаешь сама.       — Ты издеваешься! — воскликнула я и обиженно отвернулась. Гэндальф лишь тихо усмехнулся и покачал головой.       Дальше путь проходил в молчании. То есть я молчала, разглядывая растения у дороги, а Гэндальф бурчал себе под нос ни то песню, ни то просто разговаривал сам с собой. Мы стали подъезжать к небольшому городку с тонкой высокой крепостной стеной и деревянными воротами. Кажется, это и есть тот самый Бри. Пройдя через ворота, я сморщилась. Этот шумный и грязный городишко уж слишком похож на деревню и очень сильно отличается от спокойного и опрятного Шира.       Стремительно темнело, и мы с митрандиром остановились в захудалой и древней по виду гостинице под названием «Гарцующий пони Биллиуса Баттербура» О, это даже скорее не гостиница, а трактир! Я это сразу поняла, когда мы только вошли, поскольку везде были расставлены столы и скамьи, за которыми сидели люди и хоббиты, между ними носилась разносчица еды и выпивки, отовсюду слышался говор, смех и стук кружек. Алкоголем пахло невыносимо, и я прикрыла нос надушенным платком.       Гэндальф же спокойно подошел к какому-то человеку, стоящему за трактирной стойкой. Это был немолодой тощий мужчина с жидкими волосами до плеч, которые уже тронула седина. Лицо его давно еще покрылось сетью мелких морщинок, но глаза оставались живыми и яркими, что совсем не соответствовало несколько серому и будто усталому виду.       — Оу, Гэндальф! — воскликнул он, завидев явно знакомого ему волшебника, — Давненько уж не видались с тобою!       — Да, мой друг, давненько, — вздохнул тот, снимая остроконечную шляпу и кладя ее на стол, — Спешил на юбилей к Гудбоди, не успел заехать к тебе.       — Зато сейчас навестил, — улыбнулся смертный и щедро налил в большую кружку пиво, а затем протянул ему ее, — Держи, за счет заведения.       — Спасибо, Биллиус, — и митрандир в один миг опустошил кружку. Я передернула плечами. Эру, можно ли так? Хотя, это же трактир, здесь не особо смотрят на поведение…       — Надолго ли, Гэндальф? В прошлый раз ты пробыл в гостинице недели две, если не ошибаюсь.       — На одну ночь, — он кивнул головой в мою сторону, — Потеряшку домой нужно проводить.       До этого я стояла в стороне, просто наблюдая, будучи незамеченной. Сейчас, когда я услышала, что речь зашла обо мне, я решила приблизиться и поздороваться. Завидев меня, Биллиус — владелец гостиницы, в изумлении замер и уставился на мою внешность и острые ушки.       — Впервые вижу в моем заведении эльфа… — пораженно шепнул он, — Редко мимо деревни бессмертный путник пройдет и не заглянет даже… — с меня он перевел удивленный взгляд на мага, — Случилось, что ль, чего, раз эльфийская дева оказалась так далеко от сородичей?       — Говорю же, потеряли все ее, — качнул головой Гэндальф, — Пропала, а теперь нашлась.       Биллиус Баттербур еще долго с удивлением и толикой восхищения из-за внешнего совершенства стоящего перед ним существа рассматривал меня, замерев на месте. Я решила не обращать на него внимания и просто стояла, с легкой неприязнью наблюдая за происходящим в трактире. Кто-то не поделил что-то и стал драться. Насколько я помню, эльфы всегда свысока смотрели на младших детей Эру — людей. Это и неудивительно.       Гэндальф выразительно кашлянул, привлекая внимание друга к своей персоне.       — Спасибо еще раз, мой друг, — он вновь надел шляпу, — Есть у тебя свободные комнаты?       — Есть, — мужчина встряхнул головой, избавляясь от наваждения, — У меня всегда полно свободных комнат, ты же знаешь, — улыбнулся, — Две лучшие комнаты в вашем распоряжении.       — И раз уж ты так добр сегодня, — митрандир чуть усмехнулся, — То пусть ужин попадут прямо в комнаты.       — Да запросто! — он указал на свободный столик в углу, — Вон там свободно, можете просто посидеть. Или хотите сразу пойти к себе?       Гэндальф посмотрел на меня, предоставляя выбор. Я, ни секунды не раздумывая, выбрала сразу же пойти в комнату, так как мне было очень неприятно находиться здесь, среди всего этого шума, грязи и запаха. Да, похоже, я неженка. Не могу терпеть такого беспорядка. Ну, и что? Со временем, когда начну путешествовать, может, и привыкну, но точно не сейчас.       Лучшая комната, как выразился владелец гостиницы, представляла собой помещение среднего размера. В одном углу стоял чуть потрепанный временем комод, в другом углу располагался квадратный стол со стулом без спинки, в третьем кровать с, как ни странно, чистым свежим бельем, а в четвертом находилась дверь, через которую я и вошла. Ну, вполне сносно для такого заведения, как этот. Даже купель есть. Небольшая дверь, ведущая в нее, была спрятана за низким и широким гобеленом.

***

      Утро наступило довольно быстро. Мы с Гэндальфом наскоро позавтракали и, попрощавшись с Баттербуром, пошли на прогулку по деревне, чтобы я смогла приобрести коня и все необходимое в дороге. А после мы отправились в Ривенделл. Митрандир оставил свою повозку в деревне на сохранение, чтобы в пути не мешалась, и так же, как и я, поехал верхом. Пони я отправила обратно в Шир, доверив ее одному добропорядочному хоббиту, который был знаком с семьей Гудбоди.       Дорога была длинной, но безопасной. Никаких орков, гоблинов, троллей, варгов и прочих монстров. Мы даже расслабились.       Еды и воды хватало еще на долгое время, а до Последнего домашнего приюта оставался всего день езды, когда Гэндальф покинул меня. Просто умчался в неизвестном направлении, быстро попрощавшись со мной и указав необходимую дорогу на карте. Отлично, взял и бросил меня. А говорил, что со мной до долины доедет, обманщик!       Но делать было нечего, пришлось смириться. На следующий день, после последнего общего привала, я поехала одна. Сориентировавшись по карте мага, к вечеру почти доехала до границы долины Имладрис.       Кажется, Гэндальф сказал, что граница охраняется, и меня должны увидеть. Но что-то я никого и ничего не вижу. Лишь нагорье с небольшими выступами скал и углублениями пещер. Что ж, если я продолжу путь дальше, может, тогда окажусь замеченной?       Вокруг стремительно темнело, поэтому я зажгла факел и подняла его над головой, чтобы лучше освещать местность. Конь шел медленно, но я и не торопилась. Казалось бы, я должна скорее прибыть в Ривенделл, чтобы вернуться домой и встретиться с семьей, но… мне попросту страшно. Я боюсь неизвестности, реакции близких на то, что я не помню даже их имен и лиц… Поэтому я не спешу. Мне необходимо подготовить себя к важным знакомствам и серьезным разговорам. Собраться с духом.       Но не прошло и часа, как послышался вой. Неподалеку были варги. Конь начал жалобно ржать и привстал на дыбы. Я успокоила скакуна и, поглаживая его по шее, стала быстро шептать:       — Noro lim, nin mellon!.. Noro lim, mell!..       Он послушался меня сразу же, переходя на галоп. Мы неслись так быстро, как только могли, но уже совсем скоро я услышала, как вой приближается.       Нас в краткий срок нагнали. Один варг напал, прокусывая шею коня. Тот, не успев произнести и звука, тут же упал, а я, прокатившись кубарем, тоже оказалась лежащей на холодной земле. Только сейчас я заметила, что верхом на варге был противный и уродливый до ужаса орк. Тот слез со спины зверя и с диким ревом набросился на меня. Вскрикнув, я мгновенно вытащила кинжал и, к своему же удивлению, взмахнула им так, что тварь упала замертво с отрубленной головой. Варг тоже пал, когда попытался убить меня. Я убила его, рефлекторно выставив кинжал перед собой. Именно на его острое лезвие волкоподобное существо и напоролось.       Но проблема не была единой. Ко мне приближались еще двое варгов с всадниками на спинах. В ход пошли стрелы. Варги были повержены, а вот орки прикрывались ржавыми, но крепкими щитами. Они подходили ко мне все ближе и ближе, а я была не в силах противостоять им, поскольку у меня был лишь кинжал, да и то я еле умела им пользоваться. Прав был митрандир, когда говорил, что нет во мне навыка владения холодным оружием! Ох, ну, почему он оставил меня? И предполагал ли он, что на меня совершится нападение?       Бой был очень коротким. Мне удалось пару раз ранить монстров, но раны были слишком незначительны и совсем не смертельны. Так, жалкие царапины. А вот меня ранили сильно: один из орков со всей силы ударил меня палицей, меня просто отшвырнуло в сторону, и я больно ударилась спиной о камни.       Ощущаю вкус крови во рту и выплевываю ее. Мне становится тошно. Я пытаюсь встать, но падаю, чувствуя невыносимую боль. Один из заостренных камней скалы проткнул правый бок, и из того обильно текла кровь. Эру, как же много, очень много крови…       Я была готова упасть в обморок, когда один орк схватил меня за горло, перекрывая доступ к воздуху, и поднял над землей. Я чуть не задохнулась. Потом он отбросил меня в сторону, словно я была тряпичной куклой. Снова упала и глухо застонала, а в глазах потемнело. Монстры захохотали и стали приближаться.       Я ничего не могу сделать… или умру от многочисленной потери крови, или от того, что со мной что-нибудь сотворят эти гадкие создания… Банально, но… но почему Эру забирает мою жизнь?..       Краем угасающего сознания слышу звук рога, визг тварей и ржание лошадей. А дальше я не могу удерживать ясность мыслей и закрываю глаза, погружаясь в спасительную от боли и чувств темноту. Последнее, что я чувствую — как кто-то аккуратно подхватывает меня на руки.

***

      Меня лихорадило. Мне казалось, что я все еще на том поле, борюсь с орками, но снова проигрываю. Раз за разом падаю на твердь, на выступы острых, как кольев, скал. А земля давно окрасилась в кровавый цвет. Я все время кричала, звала на помощь, но никто не приходил. Сквозь боль я иногда чувствовала прикосновения чего-то холодного к своей разгоряченной коже, но это почти не спасало. Мне было плохо.       Неизвестно, сколько я пробыла в таком состоянии, но в один прекрасный миг жар отступил. Впервые за все это время, которое для меня длилось бесконечно, я смогла спокойно уснуть, без каких-либо видений и кошмаров. А когда я почувствовала прибавление сил, смогла полностью прийти в себя и открыла глаза.       Я лежала на мягкой постели в просторной комнате. Вокруг царил полумрак, шторы были задвинуты, а свечи не зажжены. Было так тихо, казалось, что время остановилось, и все замерло. Бок болел, а тело ныло, но это было уже ничто по сравнению с тем, что я ощущала до этого. Аккуратно приподнявшись на локтях, я огляделась в попытках лучше разглядеть помещение, в котором чудом очутилась.       — Леди Сэриэль!       Кто-то неподвижно сидел в углу комнаты. Когда я зашевелилась, вскочил и подбежал ко мне, торопливо зажигая свечи на одной из подставок. Благодаря этому свету я смогла разглядеть обладателя того голоса. Это была юная девушка с длинной черной косой и в простеньком желтом платье. Эльфийка. Хоть все эльфы и выглядят молодо в любом возрасте, я все равно сразу поняла, что она еще совсем молода, гораздо младше меня.       — Вы очнулись! — радостно воскликнула она, а затем вдруг, поставив свечи у кровати, побежала к дверям. Широко распахнув их, громко закричала, — Скорее лекаря сюда! Леди Сэриэль Айрэ пришла в сознание!       И уже совсем скоро в комнату забежали несколько эльфов. Все почти одновременно подошли к постели, в которой я находилась. Та эльфийка раздвинула шторы, и комнату залил яркий лунный свет. Он почему-то ослепил меня и заставил зажмуриться. Словно второе солнце. Почему так? Один из эльфов дотронулся до моего лба теплой ладонью, измерил пульс, проверил зашитую рану на боку и дал выпить какое-то снадобье. Это он лекарь. Кто же другие двое?       — Леди Сэриэль, как Вы нас напугали! — воскликнул один из них мелодичным, певучим голосом, — Вы исчезли, а затем, когда прошло столько времени, внезапно дошла весть, что Вы сражаетесь с орками прямо у границы! Эру, что скажет лорд Элронд, когда узнает?       — Сэриэль, где же Лиэнилдэ и Анораглар? — спросил другой. Его голос был совершенно другим, он говорил четко и отрывисто, — Где твои родители?       Кто такие Лиэнилдэ и Анораглар? Что с моими родителями? Где я сейчас? И что произошло? Кто меня спас? Я хотела сама задать ему пару вопросов, тревожащих меня, но из горла вырвался только хрип, а следом за ним кашель. Лекарь прогнал тех двоих эльфов.       — Миледи сейчас просто необходим отдых и покой! — он стал подталкивать их к выходу, — Линдир, лорд Элронд во всем разберется, не волнуйся. Аналтон, имей терпение, сначала пусть поправится, а уже потом будешь задавать вопросы.       И он захлопнул дверь прямо перед носами возмущенных мужчин. Потом лекарь вновь вернулся к постели, и они вместе с черноволосой эллет перебинтовали и обработали все раны и ссадины. Вся работа проходила в полной тишине и молчании. Мне запретили напрягать голосовые связки, а сами они не обмолвились и словечком, понимая друг друга с одного взгляда.       Последующие дни были похожи один на другой. Режим приема пищи, время процедур и принятия лекарств строго соблюдались. Я потеряла счет времени, находясь в комнате без возможности выйти. Навещать меня тоже никому не давали. Всеми, кого я теперь видела изо дня день, были лишь лекарь и эльфийка, которую я увидела самой первой. Она назвалась моей служанкой. Когда я услышала это, долго находилась в удивлении. У меня есть служанка? Из какой же семьи я тогда, раз могу позволить себе такое? И почему они вечно обращаются ко мне на «Вы» и называют леди?       В один солнечный день ко мне, когда я лежала на кровати, и все из-за запрета вставать, ко мне подошел мой лекарь. Я до сих пор не знала его имени, а он и не спешил мне его рассказывать. Точнее, он был вечно занят и всегда очень спешил, часто забывая в спешке не только что-то сказать, например, его имя, но и также забирать какие-либо вещи. Пока я просто называла его «мой друг».       — Леди Сэриэль, не устали лежать в постели почти без движения? — произнес эльф веселым, чуть сиплым с рождения голосом. Он широко улыбнулся мне, — Не желаете прогуляться?       — Желаю этого все время, мой друг, — рассмеялась, принимая сидячее положение.       — Тогда жду Вас в коридоре, — он вышел, зашли две незнакомые мне молчаливые служанки.       Они быстро переодели меня из ночного платье в выходное, из синего шелка, с длинными рукавами, что свисали с локтей водопадом. Спутанные волосы бережно расчесали и оставили струиться по плечам, лишь надели на голову серебряную диадему с маленькими драгоценными камнями. Сделали из меня какую-то принцессу. Меня все больше начинает волновать вопрос о моем происхождении…       Но какая была великолепная прогулка! Я всей душой ощутила, как здесь покойно и хорошо! Рассматривая скалистые вершины гор, обрывы, высокие водопады и длинные чистые речки, трогая мягкую ярко-зеленую траву и вдыхая прекрасный аромат цветов, я чувствовала, что эти места мне знакомы. Гэндальф Серый говорил, что я родом из Ривенделла, значит, именно поэтому у меня возникают такие чувства. Ах, если бы я только помнила, как я жила в этой чудесной долине!       — Сэриэль!       Сейчас я стояла на широком балконе коридора, наблюдая за тем, как в лучах полуденного солнца сверкает вода, стекающая водопадом неподалеку. Когда назвали мое имя, я обернулась и увидела эльфа, к которому лекарь однажды обратился как к Аналтону.       — Как я рад, что ты наконец-то поправилась и вернулась к нам! — он подбежал ко мне и вдруг заключил в объятия, — Сэриэль, я такой счастливый!       Я вырвалась из его объятий и испуганно посмотрела на него, а эльф удивленно посмотрел на меня. Что он делает? Ох, наверное, мы были хорошо знакомы, раз он так повел себя… С русыми волосами и яркими голубыми глазами он выделялся среди остальных, так как все эльфы, которых я уже видела, были темноволосыми, а глаза напоминали цвет прозрачной реки или хмурого неба, как у меня. Когда я отошла от него на несколько шагов, он протянул ко мне руки.       — Сэриэль?..       — Кто ты? — в голосе отчетливо было слышно мое недоверие, — Кем ты мне приходишься?       — Это же я, Аналтон, твой друг, — ответил он, продолжая с удивлением смотреть на меня. Друг, значит? — Ты что же, не узнаешь меня?       — Я никого не узнаю… — еле слышно прошептала я, но была услышана.       — Сэриэль, возможно ли!.. — начал Аналтон, но его прервал эльф, подошедший к нам. Он мне знаком, я его уже видела. Линдир, кажется?       — Аналтон, не стоит тревожить Сэриэль, — строго произнес он, — Она еще полностью не оправилась после пережитого.       — Но, Линдир, она не узнает меня!       Линдир развернулся ко мне. На его лице читалось непонимание и крайняя степень удивления. Я отвела взгляд. Мне стало как-то неловко перед этими эльфами попросту за то, что я не могу вспомнить их. Заметив мою реакцию, темноволосый эльф поражено закачал головой.       — Сэриэль, неужели это правда? — спросил он, — Вы не узнаете Аналтона?       — Я не узнаю ни эльфа Аналтона, ни Вас, ни кого-либо другого…       Линдир и Аналтон молчали, а я стояла, в смущении опустив голову, и рассматривала носки своих туфель, не желая встречаться с ними взглядом и сталкиваться с шоком и непониманием с их стороны. Но тут меня спасла та самая служанка в желтом платье. Она подбежала к нам и потянула меня за локоть в стороны комнат, в которых я жила все это время.       — Пойдемте, леди Сэриэль, нам нужно успеть подготовить Вас перед встречей с Вашим дядей, — произнесла она.       — Дядей? — неужели я совсем скоро встречусь с кем-то из моей семьи?       — О, надеюсь, он сможет помочь ей, — оживился Аналтон, — Иначе я и не знаю, что мы все будем делать с Сэриэль и ее забытыми воспоминаниями.       — Ну, конечно, Аналтон, — ответила ему эльфийка, продолжая тянуть меня в комнаты, — Он обязательно поможет.       Я вернулась обратно в свои покои, где несколько служанок усадили меня в кресло перед зеркалом, а сами принялись искать и собирать различные вещи, начиная от обычного гребня и заканчивая нарядом и украшениями. Пока девушки бегали по комнате и подбирали мне образ, я сидела в задумчивости. Я думала о дяде. Я познакомлюсь с ним? Какой же он? И насколько хорошо мы общались?       О, я так волнуюсь! Эру, пожалуйста, помоги мне найти силы и собраться с духом! Помоги мне при встрече, помоги узнать и вспомнить…       — Ну, все, идите, — кивнула другим все та же служанка, которая ухаживала за мной и помогала исцелять. Нужно будет узнать у кого-нибудь, как ее зовут. Спрашивать у нее самой мне несколько неловко, хоть она и знает про мое неудобное положение.       Пока она расчесывала мои волосы гребнем, я сидела и смотрела на себя в зеркало, краем уха слушая ее веселую болтовню и радостные восклицания, часто повторяющиеся и обычно несущие один смысл: «Как же хорошо, что Вы наконец-то вернулись, миледи!»       Неожиданно входная дверь распахнулась, и в комнату быстро вошел темноволосый незнакомый эльф в военном облачении. Мне стоило лишь на пару секунд посмотреть в его серые с легкой голубизной глаза, чтобы понять, что ему явно не одна сотня лет, причем, очень давно. Он был взволнован и, когда заметил меня, удивленно наблюдающую за ним, в несколько широких шагов преодолел расстояние между нами, а затем поднял с кресла и заключил в весьма крепких объятиях.       — Сэриэль? — с непониманием посмотрел на меня мужчина, когда я вырвалась и отошла от него подальше, испугано сжавшись, — Что с тобой?       — Я не знаю Вас…       — Не знаешь? Ты не узнаешь меня?       Я медленно покачала головой в знак отрицания. Эльф пораженно повернулся к служанке. Та чуть поклонилась ему и ответила на вопрос, читающийся в его глазах.       — Миледи никого не узнает, Владыка, — она с сочувствием взглянула на меня, — И она ничего не может сказать ни про внезапное исчезновение, ни про родителей и брата.       Как она сказала? Владыка?!       — Что же с тобой приключилось, бедная девочка? — он уже медленно подошел ко мне. Я встретила его подозрительным взглядом. И что этот Владыка хочет сделать? Он убрал прядку моих волос за ухо и тяжело вздохнул, — Сэриэль, скажи еще что-нибудь, я уже очень давно не слышал твоего голоса.       — Кто Вы? — немного поразмыслив, спросила я у него, — Кем Вы мне приходитесь, раз обращаетесь ко мне, как к равной?       — Я супруг родной сестры твоего отца, — вид его был печален, — Ты действительно не узнаешь меня?       — Я никого не помню, — я виновато склонила голову, будто лично виновна в том, что не могу вспомнить, — И не помню ничего из прошлого…       Как он сказал? Супруг сестры моего отца? Супруг моей тети? Не значит ли все это, что именно его называют моим дядей?.. Эру, моя тетя является женой самого Владыки, невероятно… И не значит ли это также, что я родом из знатной семьи?       — Нужно сообщить обо всем леди Галадриэль, Саруману, Гэндальфу. Мы соберем небольшой Совет, тогда, возможно, вместе сможем понять суть проблемы и найти ее решение… — задумчиво произнес Владыка, а потом осторожно взял за руку и потянул к выходу, — Пойдем, выпьем с тобой чая, и ты мне все расскажешь, спокойно, не спеша и не волнуясь.       Мы пришли на незнакомый мне балкон. Лекарь не стал устраивать долгую прогулку, боясь сильно утомить меня после ранения, поэтому мне была знакома лишь малая часть всего. Но… кажется, балкон мне все-таки знаком… Это неудивительно. Просто я снова не могу вспомнить. Остается лишь довольствоваться чувством чего-то родного и близкого сердцу.       Владыка отлучился, чтобы снять доспехи. В ответ на его просьбу подождать я только кивнула, так как спрашивать, где он был, мне показалось неприличным. Но перед глазами неожиданно встало видение, как он с отрядом прочищает лес в поисках чего-то… или кого-то. Не меня ли?..       Вздохнув, я подошла к перилам и с восторгом огляделась. Какая же здесь все-таки красота! Теплый летний вечер, легкий ветер ласкает кожу, доносится успокаивающий шум множества водопадов, спадающих с горных склонов. Посмотрев вниз, можно увидеть, как под балконом распростерся дивный сад с мощенными камнем ветвистыми дорожками, деревянными уютными скамьями, круглыми фонтанами. И какой же сад без растений? Трудно не заметить множество разных цветов разных видов, расцветок и размеров, которые уже распустились и источали приятный, слегка дурманящий аромат. Эру, настоящее блаженное место…       Вернулся Владыка. Переоделся в неброский синий костюм с серебряной вышивкой. Он идет ему больше, чем доспехи. Мы присели за небольшой резной стол, и тут же явились эльфы-слуги с подносами. В один миг был расставлен чайный сервиз, различные сорта чая в красивых прозрачных баночках и сладкое. Элронд чуть улыбнулся.       — Выбирай все, что душе угодно.       Я в легком смущении кивнула и принялась как можно аккуратнее и изящнее брать что-либо приглянувшееся, чтобы произвести хорошее впечатление, да и сам Владыка почему-то внимательно следил за каждым моим движением. Я старалась не обращать на это большое внимание. Все оно почти было обращено на попытки не опозориться. Хотя, кажется, я помнила все правила этикета. Слава Эру.       — Хоть ты и не помнишь прошлого, но вкусы твои не изменились.       — То есть? — слегка удивленно посмотрела я на эльфа передо мной, аккуратно помешивая чай с медом.       — Подсознательно ты еще можешь помнить, каковы были твои предпочтения ранее, и это дает надежды на то, что с помощью этого подсознания память вернется к тебе в полной мере, — в следующее мгновение он вдруг поник, — Но, возможно, твой выбор лишь необычное совпадение.       — Вот как…       От усердных размышлений между бровями пролегла складка. Я пыталась, честно, очень сильно пыталась вспомнить хоть что-нибудь, что связано с моими предпочтениями в прошлом. Владыка, заметив мою задумчивость, решил не мешать, пока в одиночку выпивая чай с мятой. Не знаю, сколько времени мы провели в молчании. Я старалась изо всех сил, но ничего не выходило, ни одно, даже самое малейшее воспоминание не посетило меня. О, как же я желала вспомнить хотя бы крупицу того, что я должна помнить!       И тут мой взгляд наткнулся на чашку, из которой я пила все это время. Странно, а я даже и не заметила, что она не из этого сервиза: он весь белый с зелеными узорами, а она белая с синими…       «— Линдир, знаешь, какая мысль посетила сейчас мою голову?       — Вы неожиданно поняли, что пропустили время обеда, — послышался смешок, — Я говорил Вам об этом, но, похоже, Вы вновь зачитались и не услышали меня.       — Да, это действительно так! — раздался смех, — И знаешь, мне бы хотелось чай с медом, пирог с…       — Пирог с яблоками, ваш любимый. Сэриэль, Вы меня недооцениваете, раз думаете, что я не помню то, что вы так любите. Я ведь даже помню, что Вы всегда пьете из чашки Вашего первого сервиза, который изготовили с матерью.       — Ты прав, недооценила… — легкая грусть слышится в словах, но быстро исчезает, — Но я исправилась! И знаешь что?       — Что, миледи?       — Пойдем пить чай вместе! Ты же наверняка знаешь и помнишь, что я не могу пить чай без хорошей компании.       — Безусловно…»       Воспоминание было очень расплывчатым, я находилась в какой-то светлой комнате, но деталей не видела, зато голоса слышала отчетливо. Похоже, мы хорошо общались с тем эльфом Линдиром. Но помимо этого я также неожиданно вспомнила, что я любила, и это заставило меня теперь иначе смотреть на некоторые вещи. Я потянулась за чашкой и взяла ее в руки.       — Это ведь та чашка, из которой я люблю пить?.. — провела подушечками пальцев по чуть неровным узорам, ощущая теплоту фарфора от горячего чая.       — Ты… помнишь?       — Да, я помню, что мне нравится, — слегка неуверенно ответила я и поставила чашку обратно на стол.       — Это чудесно, подсознание все же при тебе, — обрадовался Элронд, но через несколько секунд нахмурился, — Ты готова мне рассказать, Сэриэль? Я не тороплю тебя, могу дать время и…       — Нет, это не нужно, благодарю за заботу, — качнула я головой, — Я готова рассказать все с начала, с самого пробуждения в лесу.       За рассказом и вкусным чаем я и не заметила, как наступил вечер. Также за время всего этого общения с Владыкой я поняла, что мы и вправду когда-то близко общались. Элронд проводил меня до моих покоев и пожелал приятных снов. Я заметила, как его руки чуть-чуть приподнялись мне навстречу, но тут же опустились. И, не сдержав любопытства, я спросила его об этом.       — Сейчас, когда ты все забыла, смутилась бы, а сама ситуация показалась бы тебе неловкой, — отмахнулся он, но я заметила легкую печаль в его взгляде.       — И все-таки? — как я поняла, я упертая.       — Ну… — эльф немного замялся, — С детства у тебя была одна милейшая привычка: при каждой встрече и прощании ты обнимала родных и друзей. Ее подхватили от тебя и все остальные.       Поняла, он просто привычно хотел обнять меня перед прощанием… Я чуть замялась, принимая решение, а потом неуверенно протянула руки к нему. Элронд с улыбкой приобнял меня, а затем, будто отец, прикоснулся губами ко лбу, как любимой дочери. Это вызвало у меня теплую и счастливую улыбку. Пожелав ему спокойной ночи, я скрылась за дверью.