Цвет памяти - белоснежный

      Кто бы мог подумать, что эта самая женщина есть Владычица Галадриэль. И по совместительству моя бабушка. Оказывается, что с моим статусом не все так просто… Я думала, что я просто племянница Владыки Имладриса, а теперь вдруг узнаю, что я дочь наследного принца Лориэна. Вот же повезло, я принцесса, как чудесно… ни малейшей капли это не чудесно.       Меня страшит это положение в обществе. Королевская кровь, знатная особа, миледи двух государств… Меня это тяготит. Я не хочу, не хочу быть такой, хочу быть обычной эльфийкой. Да, я боюсь быть знатной. Все оттого, что появится столько обязанностей, а я к ним не готова, несмотря на все те знания, что сохранились у меня. А еще будут враги, что станут желать мне гибели. Хотя, это уже неизбежно. У меня уже есть враги, и сегодня будет Совет, на котором они будут обсуждаться, а также будет решаться вопрос, что делать дальше и как быть.       — Миледи, не волнуйтесь, все пройдет прекрасно, — успокаивала меня Эарина, делая мне прическу, чтобы на Совете я выглядела идеально. Да, я наконец-то узнала ее имя. И она очень своенравная девушка, ничего мне толком не дает делать самой, сколько я ей ни отказываю в нужде помощи. Я чувствую себя из-за этого маленькой девочкой.       — Да, я думаю, там мне смогут хоть немного помочь, но… — я вздохнула, теребя браслет на запястье, — Это очень важное мероприятие, и я впервые иду на что-то подобное после потери памяти… Все равно волнительно.       — Вы также рассказывали мне. Я тогда еще даже не была рождена, когда Вас в первый раз вывели в свет, представив всем остальным важным эльфам и эллет общества, — улыбнулась она, — Вы точно также говорили той служанке, что тогда служила Вам.       — И… как все прошло?       — Вы сказали, что все было чудесным. Это был один из лучших дней Вашей жизни, потому что смогли взять себя в руки и перестать так волноваться.       Не знаю, правда ли то, что она сказала, или просто так решила меня успокоить, но мне действительно немного полегчало. Ладно, я уверена, что у меня все получится. К тому же, Совет должен меня понять, он знает о моем недуге. Волнение уменьшилось, и я смогла наконец-то улыбнуться. Я смогу, вдобавок ко всему, там будет Владыка Элронд и Гэндальф… маг там должен быть. Обязательно. Он клялся, что будет. Ох, что-то я так соскучилась по нему! Обниму его с радостью, когда он явится в Имладрис. А пока буду только ожидать этого момента с нетерпением.       Выйдя из своих покоев, я направилась в Главный зал, где и будет все проходить. А затем я уйду на первую тренировку по владению оружием. Я решила улучшить свои навыки стрельбы из лука и заняться мечом. Кузены специально для меня выковали эльфийский меч, легкий и изящный, но крепкий, словно камень, и очень острый. С таким будет очень удобно странствовать… Но об этом несколько позже.       Когда я вошла в зал, там была одна лишь Леди Галадриэль. Она недвижимой статуей стояла у окна и глядела в даль, явно глубоко задумавшись о чем-то. Мне не хотелось ее тревожить, поэтому я старалась не шуметь, но вышло все как и всегда. Я, увлекшись разглядыванием одного гобелена, что висел на стене, и не заметив преграды в виде колонны впереди себя, врезалась в нее. Громкое падение и болезненный стон после удара вывели женщину из раздумий, она повернула голову ко мне, сидящей на полу и держащейся рукой за нос. Ох, отчего я так неуклюжа? Эльфы разве не должны быть легкими и изящными, а также ловкими?       — Будь аккуратна, Айрэ, — миледи мягко улыбнулась, плавным шагом приблизившись ко мне и чуть склонившись, чтобы подать мне руку и помочь подняться, — Не хотелось бы, чтобы ты получила еще какое-либо ранение, — она нахмурилась, — Тебе уже достаточно того вреда, что нанесли тебе до этого.       — Спасибо, — поблагодарила я за помощь, а затем смутилась, услышав о вреде, — Все уже в прошлом, мне не хотелось бы вспоминать столь неприятный эпизод…       — Извини меня, просто у меня это все никак не выходит из головы, — эльфийка сжала мою ладонь, подводя к окну, чтобы поговорить, пока Совет еще не в сборе. Неделя уже прошла с момента их с Арвен приезда, и за все время я ни с кем из них обеих не беседовала, — Мы очень волновались за тебя и переживаем за твоих спутников.       — Мои родители, брат и подруга, как мне сообщили… — я опустила взгляд. Я давно не говорила с кем-либо об этой теме, да и мне было непривычно со Светлой Госпожой. Я не могла видеть в ней свою бабушку. Ее так и не назовешь, прав был волшебник.       — Я не вижу твоего отца — своего сына, — она тяжело вздохнула, — Такого никогда не было. Я не видела вас нигде и не могла связаться ни с кем из вас. Я была так напугана, как и твой дедушка Келеборн, эльфы стали также волноваться, ведь он не только мой сын, но и будущий король, как и твой брат. Когда-нибудь они ими станут.       — Я не знаю… — я закусила губу, — Я ничего не могу вспомнить и ничего не могу сказать. Ни куда мы уходили, ни с какой целью, ни что с нами случилось затем…       — Именно поэтому мы и собрались здесь сегодня.       Я обернулась на голос и увидела, как в зал прошел Владыка Элронд, а за ним три старца. Одного я тут же узнала. Это был Гэндальф! Я, совсем забыв о правилах хорошего тона, подбежала к нему и крепко обняла, прикрывая глаза и выдыхая. Он здесь, как и обещал, он помог однажды и сможет помочь еще раз, я уверена. Он в ответ на мои действия рассмеялся и обнял одной рукой, так как во второй держал посох и мешок с какими-то вещами, которые невозможно было разглядеть.       — Сэриэль, я тоже очень рад тебя увидеть вновь, — с улыбкой произнес он и хотел потрепать мои волосы, но тут неожиданно для себя получил небольшой удар кулаком в бок, — Что такое?       — Это за то, что оставил меня, когда мы подъезжали к границе! — недовольно ответила я, складывая руки на груди.       — Сэриэль, я искренне прошу у тебя прощения… — на лице волшебника отразилось раскаяние, — Я и представить не мог, что могут напасть орки, когда до границы всего ничего… Хотя, наверное, мне прощения нет. Ты могла погибнуть.       — Ты всегда сначала думаешь, а уже после вынужден исправлять все, что натворил, — услышала я со стороны незнакомый мне голос.       Обернувшись, я поняла, что говорил один из остальных старцев. Был это высокий мужчина в белоснежной мантии и светлым посохом. Его темные глаза смотрели цепко, от этого я немного поежилась. Но было видно, что он очень мудрый. И он тоже маг. Как его зовут? А как имя того, кто стоит с ним рядом? Кто этот странный низкорослый маг в несколько испачканной одежде цвета земли и в шапке? Выглядит он неопрятно… Можно я расчешу его запутанную бороду?       — Добро пожаловать в Ривенделл, Сэриэль Айрэ приветствует вас, — я приложила руку к сердцу и чуть склонила голову. Я чувствовала, что с ним уже не смогу общаться так, как с Гэндальфом, — С кем имею честь вести беседу?       — Приветствую Вас, леди Сэриэль, — он чуть усмехнулся, видимо, из-за моего поведения сейчас и до этого, но жест повторил, — Я Саруман Белый, очень жаль, что Вы не помните меня и кого-либо еще.       — Да, жаль, — кивнула я и взглянула на другого мага, стоящего сейчас и разглядывающего тот же гобелен, из-за которого я не так давно не заметила колонны, — Могу я узнать, кто Вы?       — А? Ой, извините, — спохватился он и поклонился, снимая шапку. На его голове, в волосах, оказалось самое настоящее гнездо, из которого тут же вылетели две маленькие пташки, — Я Радагаст Бурый, приятно снова увидеться с юной принцессой Золотого леса.       От этого обращения я почувствовала смущение. Нет, я никогда, наверное, не смогу привыкнуть к этому. Принцесса… да какая же из меня принцесса? Сам волшебник моего смущенного состояния не заметил и широко улыбался, снова разглядывая все вокруг. Было видно, что он здесь давно не бывал, поэтому ему сейчас было интересно, как тут все изменилось за время его отсутствия.       — Больше никого не будет? — поздоровавшись со всеми, поинтересовалась Галадриэль у зятя, — Синие маги?       — Не смог их отыскать, чтобы послать им приглашение на Совет, — ответил тот.       — Ну, что ж, справимся и без них, — вымолвил Белый маг, — Мне бы хотелось скорее начать, чтобы скорее найти решение проблемы, с которой мы столкнулись.       — Да, чем быстрее, тем лучше, — согласилась Владычица, — Нам нельзя терять время.       Вот и началось… Все сели на места за одним круглым деревянным столом. Я присела между дядей и Гэндальфом. Мне было с ними удобнее и спокойнее всего, и никто, к тому же, не возражал, а Галадриэль только понимающе мне улыбнулась. Сначала мы должны заново познакомиться и привыкнуть друг к другу, тогда, возможно, мы станем очень близки. Но точно не сейчас.       Сказали скорее начать, но при этом молчат, словно воды в рот набрали. Все молчат, поскольку никто не знает, с чего именно можно начать. Тем для разговоров более чем достаточно, нужно решить множество проблем и споров.       Галадриэль закрыла глаза, задумавшись, Саруман последовал ее примеру, Элронд и Гэндальф хмуро переглядывались, Радагаст все также рассматривал залу, а я переводила взгляды с одних на других, не решаясь заговорить первой. Я боялась начинать, боялась не только просто сказать что-то не так, а вообще затрагивать крайне болезненные для меня темы. Особенно с тем смертным…       — Давайте начнем с памяти нашей Сэриэль, — наконец предложил Владыка Имладриса.       — Я тоже «за», — оживился Серый маг, — Если она все вспомнит, мы можем сократить поиски остальных членов ее отряда.       — Что Вы помните, миледи? — обратился ко мне Саруман. В ответ я только неуверенно оглядела всех и тихо заговорила.       — Лишь свои предпочтения и знания, больше ничего. Ни родных, ни друзей, ни… возлюбленного? — я покраснела из-за темы, но не узнать не могла, — У меня он был?       — Нет, — Элронд, до этого слегка напрягшийся, сейчас выдохнул. Да что с ним такое? Стоит мне только коснуться этой темы, как я вечно замечаю, как он хмурится и напрягается. Что не так? — У тебя не было возлюбленных.       — Хотя, кто знает, что было на твоем уме, — усмехнулся Гэндальф, — Может, ты была тайно влюблена, но мы не замечали, чтобы ты…       — Давайте закроем данную тему для обсуждения, — Светлая Госпожа заметила мое состояние и прекратила беседу об этом, за что ей большая благодарность. А вот мне не стоило спрашивать сейчас, лучше бы узнала у кузины. Верно, мы были дружны и доверяли секреты. После Совета и тренировки найду ее. Сделаю первый шаг заодно.       — Да, нам необходимо все-таки решить дело с памятью, — поддержал Саруман, — Гэндальф? Это ведь ты способствовал появлению воспоминаний, не так ли?       — Именно так, — кивнул тот, взглянув мельком на меня, — Только больше не хочу использовать заклинания. Вы же все знаете, как она реагирует на магию. Ох, уж эта чувствительность к энергии, и откуда она у вас с Арвен?.. — вопрос был риторическим (хоть он меня и заинтересовал), так что он продолжил, — Честно скажу, я буквально прорывался к воспоминаниям тогда, словно… словно они были закрыты чем-то, что очень трудно сломать. Как стена или щит, и он не дает воспоминаниям раскрыться.       — Из-за этого у меня так болела голова?       — Да! И я смог только сделать трещину, но она очень мала.       — Что нужно сделать, чтобы сделать ее шире? — с замиранием сердца спросила я у него. Если эту так называемую «трещину» сделать больше или вообще сломать «стену», воспоминания вернутся! Эру Всемогущий! Я так надеюсь!       — Вот это мне как раз и неизвестно, я надеялся на мнение остальных, — вздохнул митрандир, — Ведь заклинания больше невозможны, только если не хотите нанести Сэриэль вред.       — Мы не можем рисковать ее здоровьем, — нахмурилась Галадриэль, сцепляя руки в замок и кладя их на колени, — Но мы должны найти способ, как сломать эту защиту, если она, конечно, является таковой. Вдруг она появилась не по воле девушки? Откуда ее источник, откуда она взялась? Вот на какие вопросы мы должны отыскать ответы.       — Иначе мы не сможем найти остальных, — сказал Саруман и пронзительно посмотрел на меня. Я снова поежилась. Не нравится мне быть здесь, но я обязана…       — А я могу забрать ее в Зеленолесье? — неожиданно подал голос Бурый маг, что все это время молчал, — У меня есть зелья, я могу научить погружаться в глубины сознания, воссоединить сущность с природой, она даст все ответы…       — И все достигается путем съедания большого количества каких-то там грибов? — выгнул брови маг Белый, с неким покровительственным тоном обращаясь к нему. Словно к несмышленому малышу, — Как по мне, это еще больший риск, чем заклинания Гэндальфа.       — И что ты тогда сам предлагаешь, Саруман? — серьезно спросил у того мой дядя, — Я уже думал над многим и многое изучал, искал, но так ничего и не нашел. Никогда никто не слышал, чтобы эльфы теряли память. Да и благо, что дело нам облегчил Гэндальф. Отныне нам известно, что это не совсем потеря памяти, а ее сокрытие. Но кому это могло быть нужно?..       — Крайне глупый и безрассудный поступок совершил тот, кто все это и затеял, — ответил волшебник, — Ибо сокрытие памяти — дело опасное, страшное и… темное. Темная магия, магия Черная, она не контролируется и не подчиняется полностью, она сама по себе и может сделать совсем не то, что было ожидаемо.       — Тем более, — Владыка сложил руки на груди, — Темная магия также может вредить и приводить к летальному исходу… что если она и сейчас влияет на Айрэ?       Моя голова буквально кружилась. Обсуждали так много, темы становились все страшнее и ужаснее, мне стало плохо. Грудную клетку теснило, мне не хватало воздуха, хотя ничего в принципе дышать не мешало. Мне стало худо от всех вестей… Может влиять и сейчас? Темная магия? Откуда ей?.. Ох, я ничего не могу сообразить. Я не думала, что все настолько уж жутко, я считала, что самое ужасное для обсуждения — это пропажа моих родителей, старшего брата и подруги, а также мой поступок с Армандом, а оказывается…       Увы, пока я лично ничего не могу сделать, ибо не знаю, что именно мне нужно, так что мне остается лишь молиться, чтобы меня услышали, чтобы помогли, чтобы отыскали ответы, а я смогла наконец-то преодолеть все трудности и обрести счастье…       Я должна была досидеть до окончания сего собрания, а потому взяла себя в руки и не стала поддаваться панике и пугать других. Я выпила немного воды, и стало чуточку легче. Мой приступ панического страха заметил только Гэндальф, но благо, он промолчал, так как увидел, что уже все более или менее хорошо. Он обратил взор на Элронда и на его слова о влиянии Темной магии на меня проговорил:       — Нет, влияния на ее здоровье точно нет, — а раньше сказать не мог?! — А вот на ее воспоминания… Она может их уничтожить, — ну, да, еще лучше!       — И что мне делать?.. — голос мой дрожал, и я не скрывала этого. Вид мой был довольно жалок, но меня совсем это не волновало. Да и какая разница, как ты выглядишь, когда ты можешь все забыть?! Забыть буквально все, абсолютно!       Начались споры. Кто-то предлагал обратиться к Валар, кто-то не соглашался, говоря, что тем будет все равно на проблемы какой-то там эльфийки, пусть она и королевских кровей, еще высказывалась мысль о том, что такими темпами легче сначала пропавший отряд найти, а уже затем этим делом заниматься, и вообще, все это никуда нас не приведет, и все мы только теряем драгоценное время в тот момент, как, может быть, остальных мучают или даже убивают.       Я почти не слушала, голова гудела, я зажмурилась, тяжело выдыхая. Я была уже готова сорваться с места и сбежать куда-нибудь, лишь бы не выслушивать все это, когда моей руки коснулась чья-то шершавая ладонь. Я приоткрыла глаза. Владельцем ладони являлся Радагаст, он тепло улыбнулся, ободряя, а затем поднял свою шапку, снова запуская под нее птичек. Я хихикнула, так как это выглядело немного забавно. Увидев, что мое настроение его действием поднялось, он стал шептать, наклонившись ко мне.       — Знаю, сейчас все на тебя давят, но все же приходи ко мне в Зеленый лес, я научу тебя всему, чему смогу научить, — он сделал небольшую паузу, думая, как сказать дальше, — И да, есть у меня в мыслях одна штука… волшебная, может не дать Темной магии забирать твою память.       — Она у Вас? — с надеждой прошептала я. Я ему верила, я видела, что он странный, да, но далеко не сумасшедший и действительно может дело говорить.       — Увы, не у меня она, — он качнул головой, — Ее нужно искать в Гондоре, и тогда тебе придется отправиться в путешествие, а оно может оказаться опасным, даже очень…       — Почему Вы не сообщите об этом предмете остальным?       — Не поверят, даже Гэндальф, — невесело отмахнулся он и сел прямо, показывая таким образом, что наш с ним диалог окончен.       Я не сомневалась ни на секунду, что уйду в это путешествие. Я вот не так давно упоминала, что умение владеть оружием очень пригодится в странствии… Я же как раз хотела начать ходить по Средиземью, исследуя жизнь народов, а еще в поисках семьи и своих воспоминаний. И, может, новые воспоминания и ощущения во время пути смогут дать еще трещин в той «стене» у меня в голове? Попробовать хотя бы стоит. А если я еще и отыщу то, о чем говорил Бурый маг, то будет просто замечательно. И я не стану бежать искать сейчас, сначала и подготовлю все, и сама подготовлюсь, а еще мне нужно благословение семьи, хотя бы одного его члена. Дяди или бабушки. Я должна спросить разрешения у них, и, если один из них даст согласие, я начну сборы.       — Можно я выскажу свое мнение? — я встала, привлекая к себе всеобщее внимание. Я старалась держаться смело и уверенно, и у меня это получалось, — У меня есть идея.       — Мы слушаем тебя, — слегка улыбнулась Владычица Лориэна, моя бабушка.       — Давайте поступим так. Я уйду в странствие, — опередив возмущение со стороны дяди, который уже хотел было что-то высказать по этому поводу, я продолжила, — Я уйду в странствие, чтобы искать новые воспоминания, которые, возможно, разрушат тот щит или хотя бы оставят на нем больше трещин. Заодно я буду искать и стараться вспомнить, что же случилось со всеми на самом деле, но и вы же тоже в стороне не останетесь?       — Ну, конечно, — Серый маг закивал, — Кстати, о том, что могло со всеми случиться… — заметив, что всеобщее внимание теперь сосредоточено на нем, он молвил, — Я долго думал над рассказом Сэриэль (который ей придется повторить всем нам снова) и пришел к одному выводу. Я решил его проверить и удостовериться в правильности моих мыслей, но нужно было действовать быстро, поэтому я был вынужден внезапно оставить нашу милую девочку одну.       — Надеюсь, не зря… — буркнула я под нос, касаясь бока. Там был шрам, невидимый, но зато ощутимый. Когда я случайно или нарочно задеваю его, я вспоминаю тот жуткий день. И я до сих пор, кстати, не знаю точно, кто именно меня тогда спас от гибели. Нужно будет узнать у моих кузенов.       — Я слышу тебя, девочка, — хмыкнул митрандир, из-за чего я ойкнула. Не ожидала, что меня услышит кто-нибудь, — Но я действительно ушел тогда не зря. Я обнаружил следы отряда, совсем свежие. Я шел по ним, но они неожиданно прервались у Бри. Зато там же я отыскал интересную вещицу — колечко Айрэ. Его продал человек с именем Арманд…       — Я не знаю, откуда оно у него, — отчаянно краснея из-за воспоминаний, связанных с ним, сказала я, — Я не знаю, что нас связывало, я не знаю, не хочу знать, не хочу говорить…       — Но тебе придется повторить рассказ, — печально глядя на меня, вздохнул Гэндальф, — Ибо Леди Галадриэль, Саруман Белый и Радагаст Бурый ничего не знают и не понимают сейчас, о чем мы сейчас с тобой беседуем…       И вновь веду рассказ. Все хмуры и задумчивы, Галадриэль во время повествования встает и кладет руки мне на плечи, поддерживая и успокаивая. А затем меня и вовсе отправляют на тренировку. Соглашусь, с меня достаточно на сегодня ужаса и потрясений, а также плохих моментов из прошлого. Надо же, а ведь столько времени уже прошло… Но боль и стыд все так же свежи и ярки.       Тренировка прошла неудачно, как мне показалось. Лук и стрелы еще ладно, с ними я справлялась довольно ловко и умело, а вот меч… Хоть он и был невероятно легким, хоть его и было удобно держать в руках и взмахивать им при атаке или защите, но мне нужно учить тактику боя и технику, но с этим проблем никаких не возникнет, ибо это теория, а значит, книги. А с книгами я отлично лажу и дружу. А еще мне необходимо больше физических нагрузок и упражнений. Не спорю, я слабенькая. Но мои кузены были вполне довольны нашим занятием, говоря, что для новичка я неплохо справлялась. А может, они просто меня так ободряют.       Затем я с извечной помощью Эарины приняла ванну, чтобы смыть грязь после нагрузок, а уже далее ушла искать свою кузину. Мне действительно хотелось заново узнать ее и стать друзьями, как это случилось между мной и Элладаном с Элрохиром.       Я нашла эльфийку, сидящей в садовой беседке, она пила чай, когда я пришла. Увидев меня, идущей к ней, она обрадовалась. До этого она не стала контактировать со мной, чтобы я сначала просто привыкла к ее присутствию в замке и за трапезами, к тому же, я волновалась из-за Совета, и она не желала на меня давить. А теперь наконец-то появился шанс начать знакомство и дружбу.       — Арвен, здравствуй, — с легкой улыбкой на губах подошла я, — Ты не будешь против, если я присоединюсь?       — Здравствуй, Айрэ, — она ответила мне более широкой улыбкой, — И нет, что ты, конечно, присоединяйся. Еще братья скоро подойдут, будет еще веселей. Ты же будешь чай?       — Да, не откажусь от чашечки.       Арвен оказалась милейшей девушкой. Она была такая добрая ко мне и понимающая, избегала неприятных и сложных тем, рассказывала о выходках нашего детства и детства моих кузенов. Оказалось, что мы с ней почти ровесницы, я старше ее всего на каких-то… я старше ее почти на полусотню лет, а если точнее, то на сорок один год. На самом деле для эльфов все же такая разница очень мала, и мы считаемся ровесницами. Так даже лучше, мы могли вместе играть в детстве, что и делали, нам было хорошо веселиться вдвоем и с братьями. Жаль, что я не помню…       Элладан и Элрохир, кстати, действительно довольно скоро присоединились к чаепитию. Они сегодня были в веселом настроении, поэтому шутили и развлекали нас, не переставая, так что все дворцовые эльфы могли услышать задорный смех эльфов и эллет в королевском саду. Вместе со всеми тремя мне стало легче, тревоги и переживания на время отпустили меня, и я позволила себе чуток расслабиться после такого тяжелого дня. А наша дружба с сестрой очень быстро возродилась, так что вскоре мы все сидели, вспоминая общие секреты, коих у нас было предостаточно, начиная от шуточек и розыгрышей, про которые взрослые так и не узнали, и заканчивая старыми и новыми влюбленностями и другими важными тайнами. Таким доверием мы могли пользоваться друг у друга, и это радовало.       Честно, у меня много секретов не оказалось, по крайней мере, тех, которыми я делилась. Парочка несерьезных и мимолетных влюбленностей, такие же, как и у всех, розыгрыши, мнения о некоторых дворцовых эльфах, прочтенные тайком запрещенные по той или иной причине книги и фолианты, мои секретные исследования и какие-либо разработки. Список кажется объемным, но на самом деле это даже меньше половины того, что хранят в секрете да хоть те же близнецы. Интересно, это я была такой скрытной или такой правильной девочкой? А может, и так, и так? Но сейчас я точно не буду такой. Я чувствую, что изменилась, стала не такой, какой была раньше, а хорошо это или нет… решать только мне. Как сказал когда-то эльф Глорфиндель.       — Ну, что ж, пора заканчивать наши замечательные посиделки, — вздохнул один из кузенов, поднимаясь из-за стола.       — Да, увы, завтра нас ожидает много работы, — добавил другой, — Кстати, Турэ, на рассвете будет тренировка.       — Почему Турэ? — в недоумении изогнула я брови. Нет, это, конечно, одно из моих имен, но я его еще ни разу не слышала из уст остальных.       — Потому что это имя воина и победы, — улыбнулись близнецы, — Настрой у тебя должен быть таким же, — а, ясно.       — Знаете, я хотела спросить вас… — я вспомнила, что хотела выяснить, кто же все-таки мой спаситель у границы. Ведь столько времени прошло, а я его так и не отблагодарила! Стыдно мне за такое.       — Что такое? — взглянули на меня кузены и кузина.       — Все забываю узнать, а кто именно тогда первым подоспел и спас меня от орков, не знаете? — закусив губу, я склонила голову, — Я до сих пор не знаю имени и не выразила своей благодарности, меня мучает совесть.       Вот чего я точно не ожидала, так это того, что они станут своей реакцией похожи на своего отца Элронда. Они как-то сразу напряглись и стали переглядываться между собой, и мне это не очень понравилось. Можно уже просто нормально сказать, что же такого случилось? Не заставляйте меня волноваться, особенно, если волнуюсь я понапрасну! А если нет, тоже не тяните, лучше уже просто скажите, все равно же когда-нибудь узнаю, так уж лучше из уст мне родных, чем чужих.       — Что случилось?       — Нет, ничего, — отмахнулась девушка, но было видно, что она занервничала.       — Тогда можете мне сказать?       — Ну… можем, конечно, но…       — Да в чем же дело? — не выдержала я, — Что такое? Неужели… неужели он погиб, спасая мою жизнь?!       — Тише, сестра, все хорошо, — стали меня успокаивать близнецы, — Это был Глорфиндель.       Эру, всего лишь? Тогда какой смысл было скрывать от меня то, что он спас меня от тех жутких тварей? Надо будет отблагодарить нашего военачальника, когда опять с ним где-нибудь столкнусь или врежусь в него, а я почти уверена, что так оно и будет.       Тут я заметила выражение лиц рядом стоящих.       — Что? — не поняла я, — Что снова произошло?       — Ты… — удивилась черноволосая эллет, — Ты ничего не чувствуешь?       — То есть?..       — Ты была влюблена в Глорфинделя…