Murder Most Horrid

Несмотря на явный протест, МакГонагалл всё же вручила Беллатрикс списки нынешних студентов с краткими комментариями, и большую часть утра ведьма потратила на то, чтобы опросить многих из них. Во время допросов один из домовых эльфов доставил ей записку, в которой сообщалось, что констебли из Департамента прибыли, чтобы перекрыть библиотеку как место преступления и заняться поиском улик. Она решила, что позволит им спокойно сделать свою работу и проверит их позже. Но, как это обычно бывает с массовыми допросами, большинство её разговоров оказались малоинформативными. Тем не менее, она узнала о Петтигрю несколько интересных фактов: оказалось, что он действительно был популярен, но наибольшее признание получил среди хулиганов и неудачников, что очень заинтересовало ведьму. После появилось ещё несколько зацепок, заставивших её устроить допрос гриффиндорца, сидящего сейчас прямо перед ней. Как и со всеми остальными, допрос она проводила в пустой классной комнате. В конце концов, лучше всего было опрашивать людей в непринуждённой обстановке, ослаблять их бдительность; подозреваемые всегда были более спокойны или больше склонны проговариваться, находясь в знакомой обстановке. Студент, которого ей предстояло допросить, был гриффиндорцем седьмого года по имени Гарри Поттер. Он казался вполне безобидным: довольно высокий темноволосый парень в старомодных очках. Почти точная копия своего отца, которого ведьма также имела несчастье узнать во время раздражающих стычек с её кузеном Сириусом. Гарри, казалось, пристально изучал каждое движение Беллатрикс, пока она вышагивала по комнате. — Итак, мистер Поттер, — начала Беллатрикс, развернувшись перед ним и скрестив руки на груди. — Я просто хочу задать вам несколько вопросов, чтобы прояснить ситуацию. Насколько я поняла - вы были последним человеком, который видел мистера Петтигрю живым? — Совершенно верно, — ответил он. — Я ходил поговорить с ним вчера вечером прямо перед отбоем. — Что же вы хотели с ним обсудить? — Я… я просто хотел попросить его рассказать мне несколько историй о моем отце. Беллатрикс сильнее скрестила руки. — Вашем отце? Мальчик кивнул.  — Я знаю, это может показаться странным, но папа никогда не делится слишком многим о своем пребывании в Хогвартсе. Я, ну, я думаю, что он немного смущен этой темой, потому что, как мне рассказали - иногда его поведение было слегка ужасающим. Мистер Петтигрю был другом моего отца, поэтому я часто приставал к нему с распросами. — Был другом? — резко спросила Беллатрикс, ухватившись за потенциально интересную деталь.  — Я… я не совсем понимаю, что между ними произошло. Они поссорились, но папа никогда не говорил мне из-за чего. — Делился ли мистер Петтигрю какими-нибудь личными историями? — Обычно, да, — Поттер пожал плечами. — Но только по бартеру. Поэтому я тайком проносил из Хогсмида пиво, которое обменивал с ним на рассказы. Мистер Петтигрю обожал свой алкоголь. — В самом деле? И вчера вечером вы заключили такую же сделку? — Да, так и было, — ответил парень. — Но, поскольку было уже поздно, он обещал рассказать мне эту историю сегодня утром. Думаю… теперь я уже никогда её не узнаю. Беллатрикс задумчиво потерла подбородок. Во всем этом было что-то странное. Что-то было не так с тем, как звучал тон голоса Поттера; он не говорил о Петтигрю с какой-либо привязанностью, которую можно было бы ожидать к другу семьи или даже бывшему другу семьи, рассказывающему ему истории. Это чувство ещё не сформировалось во что-то конкретное, но определенно вызвало у неё подозрения. — Могу я узнать, где вы были между четырьмя и пятью часами утра?  — Я, что, подозреваемый? — слегка побледнев, спросил гриффиндорец.   — Нет, — ответила Беллатрикс, сразу отметив его реакцию. — Почему вы так решили? — Потому что эту фразу произносят при допросе подозреваемых в каждом полицейском фильме, который я когда-либо видел, — ответил Поттер. Это заявление заставило Беллатрикс нахмуриться.  — Фильмы? — Ах, да. Вы знаете? Фильмы? Кино? Звездные Войны? Это, ну, в общем, маггловские штуки… — пояснил мальчик. Беллатрикс раздражённо прищурилась.  — Позвольте-ка здесь прервать вас, мистер Поттер. Мне абсолютно плевать на безвкусную маггловскую чепуху. Не тратьте моё время на этот бред. Очевидно, её пренебрежительное отношение к магглам и их культуре задело парня за живое, поскольку резкий комментарий явно разозлил его. Честно говоря, Беллатрикс это не слишком интересовало.  — Происходящее - это не какая-то скучная маггловская фантазия. Уверяю вас, всё очень, очень реально. — Я знаю, это! — прозвучал резкий ответ. — Мистер Поттер? — спросила Беллатрикс. -Вы были крайне взволнованы с тех пор, как вошли в класс. У вас есть какие-то вопросы ко мне? Он отвел взгляд, его решимость несколько ослабла. —Просто… мой дядя Сириус предупреждал меня о вас. — Неужели? — Беллатрикс презрительно ухмыльнулась при упоминании имени кузена. —Он говорил, что вы ненавидите магглорождённых и полукровок. Что вы делали жизнь магглорождённых студентов невыносимой, когда учились в Хогвартсе. Он предупреждал меня держаться от вас подальше. Он сказал… — парень на мгновение замолчал. — Ну что же, — усмехнулась Беллатрикс. —Не томите, мистер Поттер. — Он сказал… что вы несчастная, одинокая и злая женщина, которая обожает усложнять жизнь другим людям, — Поттер опустил голову, очевидно, понимая, что произнёс больше, чем должен был. Беллатрикс покачала головой. — Мой идиот-кузен Сириус всё ещё полон дерьма, как в старые времена. Этот комментарий вызвал еще одну вспышку гнева на лице мальчика. Его щёки покраснели достаточно сильно, чтобы реакция не осталась незамеченной. —Это ведь правда, не так ли? Я имею в виду первое. Что вы ненавидите магглорождённых? Тёмная ведьма уселась на стул напротив и посмотрела ему в глаза. — Полутона, — покачала она головой. — Простите? — Гарри нахмурился. — Полутона. Оттенки серого. — повторила Беллатрикс с еле различимым оттенком горечи в голосе. — То, чего не видишь, когда молод и глуп. — Это не ответ, — с вызовом бросил гриффиндорец. — Нет, это не так! Сейчас это не имеет значения! — рявкнула Беллатрикс. — Я иду туда, куда меня ведут улики, мистер Поттер, независимо от уровня чистоты крови. И я не люблю, когда мой профессионализм подвергается сомнению. Я ясно выразилась? — Кристально — ответил Поттер, с каменным лицом. — Хорошо, — холодно ответила Беллатрикс. — А теперь давай вернемся к моему предыдущему вопросу. — Где я был между четырьмя и пятью часами? — Гарри коротко рассмеялся — В постели. Спал. Где же ещё мне быть? В его ответе явно чувствовалась излишняя легкомысленность. Беллатрикс не обратила на это внимания; фальшивую браваду она не ценила. — Кто-то может это подтвердить? — Мой сосед по комнате Рон Уизли может. Но он тоже спал — Понятно. Значит, в принципе, никто не может подтвердить, где вы были в четыре и пять часов утра? Поттер слегка задохнулся.  — Ну..как бы я… В-все же спали! — Кроме человека, который убил мистера Петтигрю. На сегодня все, мистер Поттер. Я позову вас, если у меня возникнут дополнительные вопросы. Беллатрикс наблюдала за Поттером, когда он медленно покидал класс. Что-то в этой истории было не так. Всё в поведении мальчика было каким-то странным. Она решила, что вернётся к этому позже. Следующим в кресле перед ней оказался Рональд Уизли, друг и сосед Гарри по комнате. Мальчишка Уизли чертовски нервничал и поневоле крутил большими пальцами. — У м-меня неприятности, мадам детектив Блэк? — запинаясь, спросил он. — Нет, мистер Уизли, — сказала Беллатрикс. — И я - Старший детектив полиции Блэк. Я просто хочу задать вам несколько вопросов. Только что у меня состоялся небольшой диалог с вашим другом мистером Поттером о мистере Петтигрю, и хочу кое-что прояснить. — О - окей. Хорошо, в-всмысле - что вы хотите знать? — Рон запнулся. Беллатрикс отметила его нервозность. По прошествии многих лет её работы в качестве детектива - она знала по опыту, что совершенно невинные люди могут сильно нервничать во время допроса. И она определенно столкнулась с большим количеством таких людей этим утром, включая ту отважную девушку из Рейвенкло по имени мисс Лавгуд, которая умудрилась довольно храбро обвинить её в сговоре с кем-то под названием Гелиопаты*. Но то, что происходило сейчас прямо перед ней, было совершенно новой лигой нервозности: парень вспотел, как свинья. — Мистер Поттер упоминал, что часто обменивал алкогольные напитки с мистером Петтигрю на рассказы, — сказала Беллатрикс.— неужели это так? — О, я думаю, так и было, — сказал мальчик Уизли. Беллатрикс нахмурилась и решила воспользоваться преимуществом. — Правда? Разве он не делился с вами этими историями? Вы же его верный друг и сосед по комнате? Мальчишка энергично кивнул, невольно захватив наживку.— О да, он их всё время рассказывал. Не давал мне уснуть по ночам, потому что он просто не мог промолчать про них. Никогда - никогда и никогда. Беллатрикс позволила лёгкой улыбке появиться на лице, когда одна идея пришла ей в голову.  — Мистер Поттер говорил мне, что часто обменивал пиво на рассказы. Петтигрю рассказывал ему о волшебниках древности. Насколько я понимаю, он был хорошим рассказчиком. — О да, — Уизли широко улыбнулся. — Гарри всегда возвращался со всевозможными историями о великих волшебниках, таких как Мерлин, Моргана ЛяФей, Салазар Слизерин и даже о Джеймсе Рэнди! Вы знали, что он теперь живет в мире магглов? И Гарри всю ночь не давал мне спать со своими рассказами. «Попался», -подумала Беллатрикс — Эм, а что такое? — мальчик Уизли посмотрел на нее с глуповатой улыбкой, явно довольный собой. — Правда? — Беллатрикс нахмурилась. — Всю ночь? Значит, вы не спали между четырьмя и пятью часами утра? Уизли пожал плечами. — Да. Возможно, я немного поспал раньше, но это была очень странная ночь… с Гарри, который мне все уши прожужжал и все такое. Беллатрикс кивнула. Парень попал прямо в её ловушку: она уловила непоследовательность в рассказах гриффиндорцев. Здесь определенно что-то было не так. Она задала ещё несколько вопросов, чтобы покончить с этим, но получила в ответ только пару нелепых комментариев. Видя, что мальчишка Уизли теперь бесполезен, она выпроводила его и позвала следующего студента. Впрочем, человек, представший перед ней после, был намного интереснее. Гриффиндорка по имени Гермиона Грейнджер. Беллатрикс почувствовала её отчаяние прямо с порога классной комнаты. Войдя в класс, девушка опустила глаза, стараясь не пересекаться с ведьмой взглядом, и уселась на предоставленный ей стул. Беллатрикс быстро оглядела сидящую перед ней студентку; согласно списку, «любезно» предоставленному МакГонагалл, - мисс Грейнджер была настоящим гением, недавно она преуспела в сдаче своих ТРИТОНов*, побив при этом давние академические рекорды. «Грейнджер» точно не являлась волшебной фамилией, которую бы она помнила. Быстрая проверка показала, что имя «Грейнджер» вообще не фигурирует ни в одной из последних магических генеалогий. Девушка была грязнокровкой. Несомненно, очень талантливой, но, тем не менее, грязной кровью. Конечно, Беллатрикс была достаточно профессиональна, чтобы понимать, что называть кого-то грязнокровкой в первом предложении - не лучший способ начать диалог, поэтому она решила вести себя вежливо. Грейнджер родилась в 1979 году, это означало, что ей вот-вот исполнится девятнадцать, а значит, она почти на целый год была старше тех двух мальчиков, с которыми ведьма говорила ранее. Типичный дефицит генов волшебной крови, на самом деле. Должно быть, её магия проснулась довольно поздно. Несмотря на плачевное состояние крови, это была красивая молодая девушка с длинными густыми медово-каштановыми волосами, ниспадающими на плечи. По правде говоря, она выглядела ужасно мило, сидя перед ней и нервно заламывая пальцы. Тёмная ведьма решила, что она вполне может дать девчонке передышку… естественно, в разумных пределах. С другой же стороны, Беллатрикс отлично знала, что всегда была падка на красивые лица. Девушка, наконец, взглянула на ведьму: у неё были прекрасные карие глаза. — Успокойтесь, мисс Грейнджер, — начала Беллатрикс. —Вы смотрите на меня так, словно я собираюсь вас пытать. Я просто хочу задать пару вопросов. Девушка нервно кивнула. — Д-Да, конечно. Я просто всё еще немного в шоке. Мистер Петтигрю, убит. Это ужасно. — Насколько я понимаю, вы были знакомы с мистером Петтигрю? Грейнджер, казалось, задумалась на мгновение. — Не совсем. — Правда? — Беллатрикс склонила голову набок, листая свой блокнот. — Несколько студентов сказали мне, что видели, как вы разговаривали с ним всего пару дней назад. Беллатрикс заметила, как девушка резко вдохнула, услышав это заявление. —Ну, я действительно не знала его, полагаю. Это просто… я только начала узнавать его получше… а потом произошла эта трагедия. — Понятно, — кивнула Беллатрикс. — Могу я спросить, почему вы разговаривали с мистером Петтигрю? Судя по тому, что мне говорили, его вряд ли можно было назвать интеллектуальным собеседником. — Я работаю над исследованием роли Хогвартса в формировании магического общества в качестве одной из моих дипломных работ, и я хотела бы, чтобы он внес свой вклад. Беллатрикс моргнула. — Простите, я правильно расслышала? Одной из ваших дипломных работ? Сколько их у вас? — Пять. — Чёрт возьми! — она удивлённо вскинула брови. — Я часто получаю такую реакцию. — А почему вы решили пойти к мистеру Петтигрю? — спросила ведьма, не желая отвлекаться на академические достижения грязнокровки. — Я уверена, что здесь есть более сведущие люди. Например, профессора МакГонагалл и Флитвик. Или директор Дамблдор. — Это так, и все они мне очень помогли, но они… как бы выразиться дипломатично? Они, э-э, ну, успешные люди, — тихо сказала Гермиона. Беллатрикс едва сдержала смешок, когда мнение Грейнджер о Петтигрю внезапно стало совершенно ясным. —Значит, вы искали более, хм, разнообразные источники для своих исследований? Вид из камбуза, так сказать. — Он был очень любезным, — ответила девушка —У него есть… был уникальный взгляд на вещи. — Могу поспорить, ваши друзья мистер Уизли и мистер Поттер помогали вам в ваших исследованиях? Грязнокровка нервно прикусила губу. — Конечно, мальчики помогли мне. — Разве мистер Петтигрю не хотел, обменять свой вклад в вашу работу на что-то для себя? — спросила Беллатрикс. —О нет, он был только рад помочь. «Ещё одно несоответствие. Два, на самом деле.» Беллатрикс вздохнула и потерла подбородок. — Понятно… Вы много времени проводите в библиотеке? — Конечно, — блаженно улыбаясь, ответила грязная кровь. -Это как мой второй дом здесь, в Хогвартсе. «Милая улыбка», — заметила Беллатрикс. —Значит, вы хотите сказать, что довольно хорошо знаете библиотеку? — Именно так. А почему вы спрашиваете? — Мне просто интересно, почему такой человек, как мистер Петтигрю, оказался ночью в библиотеке, — сказала Беллатрикс. —По вашему собственному признанию, он был не очень успешным волшебником. На самом деле, похоже, этот человек едва сдал выпускные экзамены. У вас есть ответ, почему он мог быть там, посреди ночи?  — Ну, я думаю, он мог бы захотеть почитать в одиночестве. Или, может быть, он хотел с кем-то встретиться, — нервно ответила девушка. Беллатрикс склонила голову набок, услышав это странное заявление. —Почему вы так думаете? В глазах Грейнджер промелькнул короткий укол паники, прежде чем она успела взять себя в руки. Взгляд её потупился и она ответила. — Я, ну, я… слышала такое иногда… студенты любят иметь, хм, связи в библиотеке по ночам. Беллатрикс коротко рассмеялась.  — Возня между книжными полками?! Мерлин, это место ничуть не изменилось. Хотя, когда я училась в школе, мы предпочитали астрономическую башню. Щёки мисс Грейнджер теперь были пунцовыми. —Это… просто это то, что я слышала. Хотя, не уверена, что это правда. Честно говоря, Беллатрикс сомневалась, в информации, которую только что услышала, но не хотела давить слишком сильно. Кроме того, девушка становилась ещё более милой, когда смущалась. «Милая для грязнокровки, конечно же.» —У мистера Петтигрю были какие-то отношения с кем-то из персонала? — сказала Беллатрикс. —Или даже со студентом? Вы на это намекаете? Девушка почти незаметно кивнула, что подтвердило очевидный факт - она была не только грязнокровкой, но и ужасной, ужасной лгуньей. Голос подвёл её и она не стала смотреть ведьме в глаза, вместо этого уставившись в пол. Какое-то время, Беллатрикс молчала и просто бродила по комнате. Стук её сапог по каменному полу эхом разносился по помещению, пока Гермиона провожала её взглядом. Темная ведьма взяла стул, подвинула его и села напротив. Её лицо оказалось так близко к лицу грязнокровки, что девушка почувствовала себя ещё более неловко и не знала, на чём остановить взгляд.  — Мисс Грейнджер, — начала Беллатрикс, стараясь говорить как можно спокойнее— Почему вы лжёте мне? Гриффиндорка резко вздохнула. Это был не вздох возмущения из-за обвинений, но вздох, который ребёнок издаёт, когда мать ловит его с поличным, в тот момент, когда его рука все еще находится в банке из-под печенья. — Я не лгу! Я не... — прозвучал отчаянный ответ. —Это просто… Я не была уверена и не хотела никого оклеветать. Одно было ясно, как день: грязнокровка определенно знала больше, чем показывала. Беллатрикс решила еще раз расспросить девушку позже, когда она выяснит больше информации по этому делу. Если сделать это слишком рано, девчонка может просто закрыться. Прямо сейчас, она была довольна только тем, что смогла прижать девушку спиной к стене, так сказать — Понятно. Ну, ваш рассказ определенно позволил мне по-новому взглянуть на это дело, — кивнула Беллатрикс, решив отпустить грязнокровку с крючка. — Благодарю вас, мисс Грейнджер, это все. Если вы что-нибудь вспомните, пожалуйста, дайте мне знать. Гриффиндорка, казалось, была удовлетворена этим и с радостью удалилась, поблагодарив Беллатрикс и оставив тёмную ведьму с большим количеством размышлений. Последние трое опрошенных вели себя довольно подозрительно, и их рассказы изобиловали противоречиями. Ведьма решила отложить дальнейшие допросы на сегодня, но в замке был еще один человек, с которым она хотела поговорить. Ещё один студент, которого ей нужно было увидеть.

***

Вскоре после этого Беллатрикс очутилась в подземельях Слизеринского дома, в своих старых знакомых коридорах. Она обнаружила, что мало что изменилось, с того времени, как она окончила школу, но действительно, что можно было кардинально изменить в подземелье? Свежая краска здесь, новая картина там, но в основном всё было по-старому. Было уже около полудня, и большинство студентов закончили свои утренние занятия, поэтому коридоры заполнили множество молодых слизеринцев. Интересно, что многие из них открыто носили значки Фронта чистоты. Попасть в общую комнату было легко; достаточно ей было просто показать свой значок детектива у каменной стены, чтобы проход открылся. Общая комната была всё та же; лишь шкаф с квиддичными трофеями казался недавним дополнением. Несколько картин с изображением знаменитых средневековых слизеринцев и даже доска для подсчета очков дома украшали комнату, в то время как окна открывали вид на холодные воды озера за ними. Вдоль стены стояли удобные кожаные кресла и несколько кабинок для приватных бесед, а посередине располагалась роскошная гостиная с мягкими диванами. Именно там она нашла свою цель или, скорее, цель нашла её. — Тётя Беллатрикс! — она услышала восторженный голос Драко, когда молодой светловолосый волшебник помахал ей рукой. — Чёрт побери, я все еще не могу смириться с тем, что ты так вырос, милый, — сказала Беллатрикс, когда они с племянником обменялись короткими объятиями. — Как поживает мой любимый племянничек? — Я твой единственный племянник, — ухмыльнулся Драко. Беллатрикс подмигнула ему. — Это значит, что ты выигрываешь по умолчанию. Они заняли одну из приватных кабинок. На неё было наложено заклинание заглушения, которое позволяло им спокойно поговорить наедине. —Ты приедешь в поместье на летние каникулы, тётя? — спросил он с надеждой. Действительно, юный Драко был искренне рад её видеть. «Пожалуй, он один из немногих», — подумала Беллатрикс. —Я еще не уверена, но у меня есть месяц или два, чтобы обдумать это. Если Драко и был разочарован, то не подал виду. Конечно, с тех пор, как мальчик был маленьким, каждый раз, когда она посещала поместье, он заваливал её вопросами о кровавых подробностях работы детектива, и ,к ужасу Цисси, она с лихвой обеспечивала его историями. —Кстати, многие здесь носят значки Фронта чистоты. Я не знала, что Фронт так популярен среди молодёжи. — Да, это своего рода местная забава, — Драко пожал плечами. —Я не думаю, что это надолго. — А ты сам не в составе Фронта? — спросила Беллатрикс —Что-то я не вижу у тебя значка. Драко покачал головой. — Не пойми меня неправильно, грязнокровки, конечно, сосут яйца гиппогрифов и всё такое. Но кое-что из того, что говорят эти придурки с Фронта чистоты, звучит совсем… глупо. —.. а ты не хочешь, чтобы тебя ассоциировали с глупостью, — закончила за него ведьма. «Молодец» — Дело не только в этом, Эти люди из Фронта… это всё похоже на какой-то странный культ. Во время разговора Беллатрикс не могла не заметить, что взгляд Драко всё чаще и чаще устремлялся в сторону хорошенькой короткостриженой девушки с волосами цвета воронова крыла, непринуждённо болтавшей с другими студентами. Переднюю часть её мантии украшал значок Фронта. — Твоя подружка? — спросила Беллатрикс. —Это не та девушка, о которой ты говорил всё лето в прошлом году? Это заставило Драко неловко рассмеяться. —Нет, нет, Панси… просто подруга. Я пытаюсь убедить её уйти из Фронта, но пока у меня не очень получается. — В самом деле? — Беллатрикс нахмурилась. —Почему ты хочешь, чтобы она ушла из Фронта? — Я же говорил тебе, что Фронт - это какой-то странный культ, верно? — Драко вздохнул. — Панси - одна из самых умных девочек нашего года, она префект Слизерина, а Фронт заставляет её тратить свое драгоценное свободное время, раздавая брошюры на улицах Хогсмида, потому что они просто приказали ей! Это неправильно. И это всё заставляет меня задуматься, что же ещё они могут ей приказать. Мне нужно вытащить её оттуда, тётя Белла. — Она заставляет тебя присоединиться? —Конечно, — фыркнул Драко. —Но я не поддаюсь. Никто не будет указывать мне, что делать. —Умный парень. —Это просто расстраивает меня, вот и всё, — вздохнул Драко. — Убедить её завязать с сигаретами было намного проще. Очевидно, Панси была из тех девушек, которые постоянно попадали в беду и находили в парне вроде Драко своего рода ангела-хранителя. Беллатрикс было ясно, что племянник действительно беспокоится об этой девочке и о том, что ей не стоит быть частью Фронта. Драко же явно жаждал сменить тему, поэтому ведьма решила не настаивать. —Очень мило, что ты пришла, тётя, — сказал Драко. — Я слышал, что случилось с Петтигрю, но я рад, что ты нашла на меня время. — На самом деле, я надеялась, что ты поможешь мне с расследованием. Глаза Драко определенно загорелись от такой перспективы. — Клянусь, быть убитым - самая захватывающая штука, которую когда-либо проворачивал Оле-крысиная морда в своей жизни. — Оле-крысиная морда? Так ты его называешь? — спросила Беллатрикс — Да, как и большинство слизеринцев — Драко гордо усмехнулся. Беллатрикс нашла этот прямой грубый подход приятно освежающим, поскольку гриффиндорцы, с которыми она беседовала ранее, были в основном уклончивы или мучительно вежливы. — Значит, он не пользовался популярностью у студентов? — спросила она. — Только настолько, насколько он был полезен, — Драко пожал плечами. «Интересно», — подумала Беллатрикс и поклялась себе вернуться к этой теме позже. —Знаешь, утром у меня было интригующее интервью с тремя особыми студентами Гриффиндора. — О, дай-ка угадаю: Поттер, мальчишка Уизел и грязнокровая Мадди? — Драко закатил глаза. Ведьма приподняла бровь. —Ты называешь её так прямо в лицо? — Конечно! — Драко гордо просиял. — Поттер и Уизли, в основном, просто раздражают, но Грейнджер абсолютно ненормальная. — Но она же такая милая, — усмехнулась Беллатрикс и спохватилась, только заметив странный взгляд Драко. «Я что, сейчас сказала это вслух?» — Забудь, что я говорила, пожалуйста, продолжай. —Ну, не настолько, чтобы замечать её, — он фыркнул. — Раздражает своим всезнайством. Ты знаешь, что она основала организацию по борьбе за права домашних эльфов? Она называет это Г.А.В.Н.Э*. Конечно, меня тошнит только от одной мысли об этом. «Ага, идеалистка», — подумала Беллатрикс и отметила это как полезную информацию. — Г.А.В.Н.Э, да? Немного неудачное название. Скажи, Грейнджер связана с кем-то из тех мальчишек? Драко пожал плечами. — Раньше у неё было что-то с Уизли, но они расстались около двух лет назад. Никто не знал почему, и всем было плевать, если честно. Не было никаких споров или чего-то захватывающего. Наверное, она слишком занята учебой, чтобы быть с кем-то. Обычный книжный червь. Ходят разные слухи, но я никогда не обращаю на них внимания —Скажи, о Петтигрю… Драко нерешительно замялся. —Есть кое-что, что ты знаешь, не так ли? — Не уверен, что должен говорить тебе. Никто не любит стукачей, понимаешь? Особенно в Слизерине, — Драко виновато улыбнулся. Однако Беллатрикс не могла просто позволить ему промолчать. — Ой, да ладно тебе, мы просто тётя и ее племянник, беседующие наедине. И это может помочь в моём расследовании. Разве ты не хочешь мне помочь? О, она манипулировала им, и она это знала. Однако это возымело желаемый эффект. Глаза Драко загорелись; он очень хотел помочь своей любимой тётушке, и его нужно было только еще немного подтолкнуть, чтобы заставить проболтаться. — Я обещаю, что никогда не упомяну твоё имя в своих отчетах. — Ну, хорошо, — Драко наклонился вперед. — У Оле-крысиной морды был целый чёрный рынок. Он мог достать тебе все, что угодно. Оборотное зелье, незаконные чары, зелья, маггловские артефакты… список длинный. Если тебе это нужно - он мог достать. Никаких вопросов, были бы деньги. — Слизерин все еще имеет свой собственный чёрный рынок, не так ли? — спросила она. В её дни чёрные рынки управлялись студентами, а не персоналом. — Конечно, он у нас есть, — сказал Драко. — Значит, Петтигрю был конкурентом, — нахмурилась Беллатрикс — Ты думаешь… один из слизеринцев?  — Нет, — пробормотала Беллатрикс, приложив палец к губам. — Деньги, которые крутятся на этих маленьких чёрных рынках, слишком ничтожны, чтобы оправдать убийство. Слишком велик риск, слишком мала прибыль. Но это действительно объясняет некоторые вещи. — Итак… я помог? — нетерпеливо спросил Драко. — Да, мой мальчик, — Беллатрикс похлопала его по плечу. —Это ты и сделал.

***

После прощания с Драко, темной ведьме оставалось решить еще одно, последнее дело: обыскать кабинет и комнату Петтигрю. Офис был ею быстро осмотрен и оказался относительно чистым, хотя и немного в беспорядке. На самом деле она не ожидала найти там что-то интересное, поскольку даже Петтигрю не был настолько глуп, чтобы вести незаконный бизнес из своего собственного офиса. Нет, его тайник должен быть где-то в другом месте. Поскольку записи, которые он вел для своей работы, отчеты о студентах и тому подобное, не показались странными, она решила, что здесь нет ничего ценного. Запечатав дверь кабинета заклинанием, она поднялась на второй этаж, где располагались апартаменты Петтигрю. Помещение было маленьким и еще более грязным, чем её собственная квартира, хотя, по крайней мере, там не валялись пустые коробки из-под еды на вынос. Одежда была разбросана по полу, а грязные тарелки, остро нуждающиеся в уборке, валялись на одиноком столе. Беллатрикс поморщилась: обыск этого места предстоял «занятный». Эта грязная комната вряд ли была местом, где Петтигрю мог бы спрятать свой тайник, хотя она нашла несколько нелегальных вещей в сундуке рядом с его неубранной кроватью. Один предмет, в частности, привлёк её внимание - половина бутылки Инсомы. Инсома была зельем, предназначенным для неотложной медицинской помощи, требующей, чтобы пациент бодрствовал в течение длительного времени. Зелье заставляло человека, принимающего его, чувствовать себя бодрым и полностью устраняло потребность во сне. Однако, оно вызывало опасное привыкание и поэтому строго регламентировалось «Что ж, алкоголик, лжец, контрабандист и наркоман… Хогвартсу действительно следует пересмотреть свою политику найма» После того, как Беллатрикс упаковала вещи в качестве улик, она начала более тщательный обыск. — Хэй, что это тут? — пробормотала она себе под нос, когда увидела предмет, который выглядел особенно неуместным. Палочка, очевидно, закатилась под кровать; никто, кроме самых рассеянных волшебников, не оставляет свои волшебные палочки таким образом, и она задалась вопросом, каким образом палочка могла попасть сюда. Ведьма положила палочку на стол и достала свою.  — Приори Инкантатем, — прошептала она, надеясь узнать последнее заклинание, которое сотворили с помощью этой палочки. Это было относительно лёгкое заклятие - что-то, что явно причинит боль, но не будет смертельным. Также это заклятие определенно не разрешено было использовать на студентах. Она осторожно взяла палочку Петтигрю и положила её в пакет для улик. На ближайшее время он найдет пристанище в кармане её длинного пальто. Петтигрю не вёл дневников, и все немногие книги здесь были связаны с работой. Не так уж и много ей удалось обнаружить здесь сегодня. Она решила, что его тайник должен быть где-то еще. Именно тогда она услышала стук в дверь - домовой эльф Вонки хотел привлечь ее внимание — Извините, Старший детектив Блэк, констебли из Департамента готовы забрать тело бедного мистера Петтигрю. Беллатрикс кивнула. Это означало, что констебли заканчивали свою работу. Запечатав комнату за собой заклинанием, она направилась в библиотеку, чтобы проследить за процедурой. Большие двойные двери, ведущие в библиотеку, были уже видны, когда она заметила, что кто-то также приближается к ним из бокового коридора. Беллатрикс остановилась и пригляделась, этим человеком оказалась та длинноволосая грязнокровка, которую она допрашивала сегодня утром, Мисс Грейнджер. Она остановилась перед двойными дверями, теперь пересечёнными ярко-желтой лентой. Однако ленточка её не остановила. Девушка схватилась за ручку двери, чтобы войти в библиотеку, но тут же раздался громкий сигнал тревоги. Грейнджер была поражена не только этим звуком, но и второй лентой, появившейся прямо перед ее лицом. «Место преступления»,— гласила надпись, — «Идёт расследование. НЕ ВХОДИТЬ! ВАС БОЛЬШЕ НЕ БУДУТ ПРЕДУПРЕЖДАТЬ» Юная грязнокровка выглядела совершенно раздраженной из-за того, что ей отказали в доступе в библиотеку. На мгновение Беллатрикс показалось, что она сейчас топнет ногой в отчаянии. Но она этого не сделала, а просто развернулась на каблуках и потопала прочь «Да. Очень милая… для грязнокровки.» Заклинание на двери открыло Беллатрикс доступ в библиотеку, и она обнаружила четырёх констеблей в форме из патруля магического правопорядка, проводящих осмотр. МакГонагалл естественно также была здесь, мрачно наблюдая за их работой с пристальным вниманием. Ну конечно, куда без неё. «Карга!» Беллатрикс подошла к констеблям. Пока один из них фотографировал тело, трое других как раз заканчивали сканировать библиотеку своими палочками. — Старший детектив Блэк, — кивнул один из них. — Нашел что-нибудь интересное, Тоби? — Спросила Беллатрикс, скрестив руки на груди, и изо всех сил стараясь полностью игнорировать существование МакГонагалл. Констебль покачал головой. — Ничего, кроме обычной фоновой магии. Некоторые остатки лёгких заклинаний, в основном шутливых, привычное дело для школы. Также несколько постоянных заклинаний для защиты книг от разложения и студенческого вандализма. Боюсь, я не могу сообщить вам ничего стоящего. — Понятно, — кивнула Беллатрикс. — Конечно, результаты пока неубедительны. Но это было бы слишком просто, не так ли? Жду полного отчета от вас на своем столе сегодня днём. Я подпишу ваш приказ о перевозе тела в морг. — Да, Старший детектив Блэк, — кивнул констебль. После того как фотограф закончила свою работу, полицейские прикрыли тело и унесли его на носилках. И, конечно, тут же эта надоедливая старая ведьма МакГонагалл набросилась на неё. —Неужели вам обязательно выставлять тело бедного мистера Петтигрю напоказ по всей школе?! А что, если студенты могут… Беллатрикс прищурилась и резко повернулась к пожилому профессору. —Вы также, как и я, отлично знаете, что аппарирование тела сотрет все следы магии, которые еще остались на нем. Кроме того, он накрыт простыней. Неужели ваши, студенты, действительно такие хрупкие создания, что не смогут вынести вида контуров тела под белой тканью? — Ну, я… — Вы сохраните библиотеку, офис Петтигрю и его комнату в запечатанном виде до дальнейшего уведомления. МакГонагалл моргнула. — Я понимаю, что держать библиотеку закрытой в течение дня благоразумно, но дольше… Как, по-вашему, школа будет функционировать без библиотеки? — Полагаю, это уже не моя проблема, не так ли? — Беллатрикс позволила ухмылке проскользнуть по её лицу. — Эта библиотека остаётся местом преступления до особого распоряжения. Смиритесь с этим! Я вернусь завтра. И, во второй раз за сегодняшний день, она ушла от кипящей от гнева МакГонагалл с безумно довольной усмешкой на лице. Настало время вернуться в офис, чтобы проверить свои выводы.