Murder Most Horrid

За свою карьеру Беллатрикс успела пережить множество неприятных ситуаций. На её жизнь уже не раз покушались: к примеру, однажды, ещё во времена работы констеблем, у неё случилась серьёзная стычка с тремя грабителями, пытавшимися обчистить банк Гринготтс, и потом была одна особенно неприятная встреча с вампиром, после которой она две недели провела в госпитале. Все эти происшествия, конечно, в определённой степени ужасали, но старшую из сестёр Блэк ничто не могло напугать сильнее, чем её законные выходные. Она прекрасно осознавала как свою одержимость расследованиями, так и то, что она точно проведёт весь свой выходной либо отчаянно желая быть на работе, либо чувствуя вину за все те дела, которые она могла бы сделать, вместо бесцельного отсиживания задницы дома. Ведьма с усилием подавила нервную дрожь: провести весь день дома, наедине со своими мыслями… Она, скорее всего, предпочтёт либо до отказа заполнить свой день делами, чтобы отвлечься, либо, что более вероятно, наверстает упущенный за неделю сон. Формально её выходной начался уже с этого вечера. Тем не менее, несмотря на все приложенные усилия, Беллатрикс вернулась домой раньше, чем ожидала. Было ещё не так уж поздно, и она не настолько вымоталась за день, чтобы сразу проследовать к кровати и лечь спать. К сожалению, впереди у неё всё ещё оставалась куча свободного времени. Сперва, она решила, наконец, избавиться от всех пустых коробок из-под еды на вынос, скопившихся в её доме за последние две недели. Пять минут спустя ведьма с нескрываемым удовлетворением любовалась своей работой: все упаковки были аккуратно сложены друг на друга в углу гостиной возле дивана. Оставалось только надеяться на высокую вероятность того, что все эти коробки скоро перекочуют в мусорное ведро. Ещё две минуты у неё ушло на то, чтобы соорудить эстетически приятную для взгляда пирамиду из коробок. «Так, отлично, несколько минут были потрачены с пользой. А как насчет оставшегося вечера?» Возможно, сегодня она, впервые за долгое время, сможет немного почитать. Беллатрикс подошла к своему любимому (и единственному) креслу для чтения и сбросила с него на пол пустую коробку из-под еды, которую она упустила из виду ранее, чтобы сесть. Около двух месяцев назад ведьма приобрела пару книг, с жаром рекомендованных ей племянницей Нимфадорой на одной из семейных встреч. Одна из них: «Гилдерой Локхарт и Храм мрака» - была чтивом, которое она списала как самодовольную чепуху, быстро просмотрев всего полстраницы и оставив её в одиночестве пылиться на кофейном столике. Однако второе произведение - «Анжелина Триллс: ведьма против Уайлда», показалось ей гораздо более интересным. Правда, за те два месяца, что книга была у неё, она сумела добраться только до двадцатой страницы. Прочитав лишь пару предложений, она обнаружила, что совершенно не может сосредоточиться на сюжете, и швырнула книгу обратно на стол. Множество мыслей начинали роиться в голове ведьмы, пока в доме стояла оглушительная тишина. Размышления о текущем деле, допросах, свидетелях, точках зрения и, самое главное - не оставляющие её разум мысли о Гермионе Грейнджер. Беллатрикс решила, что лучше всего сегодня будет пропустить ужин, и, вместо этого, принять старый добрый прочищающий мозги горячий душ перед тем, как лечь спать. Завтра будет новый день. А сейчас ей просто нужно было расслабиться. Пока тёплая вода приятно согревала её кожу, она немного пересмотрела свои планы. Перспектива «жидкого перекуса» выглядела довольно привлекательно. В конце концов, у неё же всё ещё оставался графин с огневиски. И он был как раз именно тем средством, что очистит её голову от беспорядочных мыслей и поможет забыть все эти раздражающие разговоры о браке. И да, почему бы ей сегодня не уснуть пьяной? Разве сегодняшний день не был одним из самых знаменательных в её карьере? Она ведь может отпраздновать это событие? Если уж на то пошло - обильное количество алкоголя могло быстро отправить её в объятия сна. А завтра ей просто придется решить вопрос с похмельем. Именно в этот момент, разбираясь с планированием своего вечернего досуга, ведьма услышала звуки, доносящиеся из гостиной. Она резко замерла и прислушалась: в квартире определенно находился кто-то помимо неё. Беллатрикс стиснула зубы и сосредоточенно начала действовать. Оставив душ включенным, чтобы убаюкать незваного гостя ложным чувством безопасности, она бесшумно проскользнула за занавеску. Стараясь не шуметь, она выхватила запасную палочку, предусмотрительно спрятанную под раковиной при помощи скотча. Крепко сжав её в руке, она толкнула дверь и двинулась вперед. Тёмная ведьма рванулась в гостиную и уже приготовилась выпустить в комнату пару проклятий, чтобы застать нападавшего врасплох, прежде чем он или она успеет предпринять меры. Только в последний момент колдунья разглядела лицо злоумышленника. Мисс Грейнджер. Молодая ведьма удивленно вскрикнула и нырнула в сторону, врезаясь в дрессуар*. Беллатрикс сдержала, уже почти вырвавшиеся из кончика палочки, заклинание и столкнулась лицом к лицу с неожиданной посетительницей.  — Твою мать, и какого черта, ты тут шныряешь по моей квартире?! Я же могла серьезно ранить тебя! Девушка тем временем, покраснев до кончиков ушей, резко отвернулась. — Не могли бы вы одеться, пожалуйста? Именно тогда Беллатрикс поняла, что стоит совершенно голая посреди комнаты и с неё стекает вода, создавая причудливые узоры из капель на полу. Испустив по пути несколько креативных ругательств, связанных с дикобразами и деятельностью их прямых кишок, она бросилась в ванную, быстро вытерлась и вышла, наспех накинув старый тёмный халат. Грейнджер, с пылающими от смущения щеками. всё ещё стояла в гостиной, На самом деле сейчас она выглядела намного лучше и здоровее, чем в их последнюю встречу. Тем не менее, у девушки всё ещё не было никаких причин быть здесь, и ведьма непременно собиралась напомнить ей об этом. — Ваша квартира выглядит,..ну,она очень милая, — волшебница явно пыталась завязать светскую беседу.  — Лгунья, — фыркнула Беллатрикс и её глаза беспокойно расширились, когда она увидела, что девушка потянулась рукой к единственной фотографии в её доме. Рамка всё ещё лежала на столе лицом вниз, в том же положении, в каком она оставила её два дня назад.  —Ох, я, должно быть, опрокинула это, — юная ведьма взяла фотографию в руки и невинно оглядела её. Это была трогательная колдография* молодой Беллатрикс в Хогсмиде. В кадре находилась ещё одна девушка, но Беллатрикс не позволила рассмотреть её. — Ты её не уронила. И это личное! — раздражённо рыкнула ведьма и выхватила у Гермионы рамку, снова положив её на стол изображением вниз. — Итак. Спрашиваю ещё раз, что ты здесь забыла? — Я… мне правда очень жаль, — Грейнджер быстро отвела взгляд. — На самом деле, я просто хотела поговорить с вами. — Поговорить?! — Беллатрикс удивлённо моргнула и потерла виски. — Что ж, она хочет поговорить. Отлично. Так говори уже! Девушка закусила губу и запнулась. — Я, ну, я… хм… — Давай, выкладывай быстрее! — Ну, э-э, я тут подумала о том, что делать с собой после окончания учёбы, и я, хм, думала, какие возможные варианты карьеры я должна рассмотреть… Беллатрикс прищурила глаза в неверии. — Серьёзно, тебе нужен совет по карьере?! Значит, ты врываешься в мой дом, прерываешь мой душ и беспокоишь меня после долгого рабочего дня, чтобы спросить совет по работе?! У меня нет времени на такое дерьмо! Поговори с чёртовым отделом кадров и оставь меня в покое! В результате внезапной словесной вспышки от ведьмы, молодая волшебница, казалась крайне поражённой. Беллатрикс несколько смягчилась, посмотрев на девушку: на плечи Грейнджер было накинуто длинное белое пальто, и джинсы шли ей намного больше, чем школьная форма, а её пышные волосы были собраны и закреплены большой заколкой.  — Ты ведь здесь не для того, чтобы обсуждать со мной советы по карьере, не так ли? — успокоившись, спросила колдунья. — По правде говоря, — тихо ответила гриффиндорка, заметно смутившись. — Я никогда раньше не встречала таких, как вы. Беллатрикс окинула неожиданную посетительницу внимательным взглядом, и тут же её осенило. Ведьма утомлённо застонала про себя, когда поняла, что девчонка явно заинтересована ею. Отлично, это же было именно то, что ей сейчас нужно: влюблённый щенок, преследующий её повсюду. Она уже намеревалась серьёзно отчитать Гермиону, когда поняла, что эта волшебница, на самом деле, была первым гостем в её доме, который бы не являлся членом семьи. Ну, по крайней мере, первым таким гостем с добрыми намерениями. — Ладно, смотри, — она снисходительно обратилась к девушке — Я понимаю, что была немного резка с тобой сейчас, но это уже не первый раз, когда кто-то приходит в мою квартиру, чтобы попытаться убить меня. Молодая ведьма была искренне потрясена этим откровением. — Правда, мисс Блэк? Неужели вы думали, что я пришла убить вас? — Ну, ты же не постучала! — Да, но входная дверь была открыта, — Грейнджер с улыбкой махнула в сторону двери квартиры. — На самом деле, это всё ещё так. Я уже собиралась позвать вас, когда вы… ну, выпрыгнули из душа. Ведьма моргнула: она что, действительно забыла закрыть эту чертову дверь?! Несколько смутившись, она жестом пригласила девушку сесть на диван, а сама подошла к двери и с грохотом захлопнула её.  — Верно, либо я устала больше, чем думала, либо старею, — пробормотала Беллатрикс, плюхаясь в свое любимое, но редко используемое, кресло для чтения. — Мисс Блэк, я… — Ох, пожалуйста, зови меня Беллатрикс, — с ухмылкой перебила её ведьма. — Черт возьми, ты же видела меня голой. Если это не повод для того, чтобы перейти на имена, ну тогда я не знаю. — Гермиона. Можешь звать меня Гермиона. — тепло улыбнулась ей в ответ волшебница. — Ну, Гермиона, добро пожаловать в моё маленькое убежище. Надеюсь, ты не возражаешь против инсталляций из пустых коробок. Девушка с интересом взглянула на упомянутые упаковки. — Выглядит, как очень красиво сложенная пирамида. — Спасибо. Ну и что мы будем делать теперь, а? — Если честно, я не планировала так далеко наперед... «Ох, действительно, маленький влюбленный щенок» Тёмная ведьма внимательно посмотрела ей прямо в глаза.  — Знаешь, тебе повезло, что ты такая милая, иначе я бы уже давно вышвырнула тебя вон. На лице Гермионы вспыхнул румянец, прежде чем она успела отвести взгляд. — Так, смотри, — вздохнула Беллатрикс. — Я ещё не успела поесть, а до «Дырявого котла» всего несколько улиц. Почему бы мне не пригласить тебя на ужин? Ты все равно уже здесь, а за едой разговор пойдет лучше. Она понимала, что против здравого смысла с её стороны было поощрять девушку, но всё равно это сделала. Одевшись и высушив волосы, она вместе с Гермионой молча прошла через пару улиц к «Дырявому котлу» и заказала еду для них обеих. Они уселись в отдельной кабинке, где можно было спокойно вести беседу. Хотя в субботу в пабе всегда стояла довольно оживлённая атмосфера, кабинки были зачарованы, так что они могли разговаривать, не беспокоясь о шуме других посетителей. — Бывала раньше в «Дырявом котле»? Я ужинаю здесь раза три в неделю. — Нет, я редко выхожу, мисс.. Беллатрикс, — запинаясь ответила Гермиона. — Слишком занята учебными делами? — Что-то вроде этого. — Я так и думала. Хочешь немного вина? — Может быть, чуть позже. Девушка. Нет, Гермиона, немного расслабилась и стала заметно меньше нервничать теперь, когда сумела преодолеть первоначальную неловкость. — Ты говорила, что кто-то пытался убить тебя в той квартире? — поинтересовалась гриффиндорка, пока они ждали, когда им принесут еду. — Ах да. Это случилось пару лет назад. Я расследовала дело, в котором, после громкого развода бывшая жена была найдена мёртвой. Было очевидно, что за всем этим стоит её муж, но, на тот момент, я всё ещё собирала доказательства, которые понадобились бы мне для обвинения. Очевидно, я подошла слишком близко к правде, и в моей квартире объявился убийца. — Это ужасно! — изумлённо ахнула волшебница. — Скорее глупо. Этот самонадеянный ублюдок не понимал, что даже если я умру, кто-то другой просто возьмёт это дело в свои руки. Всё произошло почти так же, как сегодня: я была в душе, а он рыскал по моей гостиной. В то время у меня не было запасной палочки в ванной, так что мне пришлось застать его врасплох. — И как ты выжила? — Сорвала занавеску для душа, набросила её ему на голову, вырвала у него палочку, а потом уложила его парочкой заклинаний, — с лёгкой гордостью в голосе произнесла Беллатрикс. Глядя на Гермиону, она могла поклясться, что вся эта сцена прокручивалась в голове молодой ведьмы. Судя по легкому румянцу на щеках, эти мысли включали в себя и её обнажённую натуру. Тёмная ведьма только покачала головой; девчонка становилась всё милее с каждой минутой. — А что же случилось дальше, Беллатрикс? — Ну, покушение на офицера Департамента магического правопорядка - серьезное преступление. Этот неудавшийся ассасин пел, как птица, спасаясь от поцелуя дементора. Муж, конечно, оказался в этом замешан и был обвинён как в убийстве, так и в заговоре с целью убийства. Он всё еще гниёт в Азкабане. Затем принесли их еду, и вскоре они обе наслаждались ужином. По мере продолжения вечера, они обсудили множество тем, и Беллатрикс обнаружила, что её собеседница очень любит поговорить о своих учебных достижениях. — … теория магии - мой любимый предмет, — улыбаясь, говорила Гермиона. — Это невероятно увлекательно. И, основываясь на том, что я уже узнала, у меня даже получилось разработать собственное заклинание. — На самом деле? В таком юном возрасте? — Беллатрикс была вынуждена признать, что впечатлена. Это, конечно, не осталось незамеченным сияющей от гордости Гермионой. — Я временно окрестила его, как заклинание «Рефлекто Малефикарум», и, прежде чем ты что-нибудь скажешь, да, я знаю, что это название действительно нуждается в некоторой доработке. По сути, это временная защита от мелких заклятий, которую вы накладываете на себя, и она будет отражать большинство заклинаний обратно к тому, кто направил их на вас. Беллатрикс заинтересованно потерла подбородок. — Интересно. А сработает ли это и для более сильных и опасных заклинаний? Даже для непростительных? — Теоретически это возможно, но для этого нужно провести гораздо больше исследований. Пока что оно не работает, когда магия слишком сильна, но зато хорошо срабатывает, когда люди пытаются атаковать тебя лёгкими заклинаниями, — гриффиндорка, явно вспомнив о чём-то, слегка усмехнулась. — Например, на этих идиотах с Фронта чистоты, которые запугивали тебя, да? — Последней, была Панси Паркинсон, — кивнула девушка. — Она потом ещё полдня давилась лягушками. — Лягушками, предназначенными для тебя? Молодец. Было много неприятностей с людьми, пытающимися бросить в тебя проклятьем? — Ты даже не представляешь, — Гермиона на мгновение погрустнела. — Я ведь не самый популярный человек. Но, в любом случае, моё заклинание ещё обсуждается с профессором МакГонагалл и другими учителями. Оно может быть официально выпущено в ближайшее время, так что мне лучше побыстрее придумать для него подходящее имя. — Совсем неплохо. Восемнадцать лет, а от твоего имени уже есть заклинание. Признаюсь, я впечатлена, а добиться этого нелегко. Смущённая похвалой, Гермиона слегка покраснела и пробормотала в ответ скромную благодарность. Очевидно, она не часто получала комплименты в свой адрес и не знала, как их воспринимать. Тем не менее, сам факт существования нового заклинания от Грейнджер доказывал, что над девушкой издевались достаточно для того, чтобы она отчаянно разработала контрмеру. Беллатрикс жестом велела официанту принести им ещё вина. В конце концов, этот вечер становился вполне приятным. Она находила молодую ведьму, сидящую напротив, умной и интересной собеседницей. И, чёрт, у неё уже несколько лет не было нормального разговора во время свидания. Это слово на мгновение отчётливо пронеслось у неё в голове. «Стоп, свидание?» Конечно, Беллатрикс не могла не заметить, что её спутница становилась всё более расслабленной и открытой на протяжении вечера. И, по правде говоря, тёмная ведьма была только рада ответить ей взаимностью. — Так, я, конечно, давно не была в школе. Но я совершенно уверена, что вам не разрешается покидать территорию Хогвартса, если только они радикально не поменяли правила с тех пор, как я выпустилась. Гермиона, соглашаясь, кивнула. — Ты права. Я улизнула из Хогвартса, но они точно не заметят моего отсутствия. Что касается остальных, то для них я занимаюсь в закрытой секции библиотеки и не хочу, чтобы меня беспокоили. — Хм, — коротко рассмеялась ведьма. — Обычно именно хорошие девочки быстрее всего спешат нарушить правила. Девушка, казалось, на секунду задумалась.  — Ну, я должна признать, что быть здесь с тобой увлекательней, чем проводить вечер за учёбой. Беллатрикс в ответ подарила ей одну из своих знаменитых знойных улыбок. — На самом деле? Гриффиндорка заметно покраснела и, внезапно, потупила взгляд, уставившись в стол. — Ну, эм… Ведьма отметила, что девушке явно не терпится сменить тему разговора, и решила отложить дальнейший флирт на потом. В конце концов, у неё не было причин отпугивать эту милашку.  — Так, о чем ты хотела спросить меня раньше? — Хм.? О! — она мгновенно оживилась. — Да, точно, мне было интересно, почему ты решила стать представителем закона. Колдунья подозрительно покосилась на неё. — А это, случайно, не МакГонагалл подговорила тебя? — Нет, клянусь, — волшебница ободряюще улыбнулась. — Я правда просто хочу знать. — ...для твоего исследования… о Хогвартсе и его влиянии на магическое общество? — продолжила ведьма с некоторым недоверием в голосе. На мгновение воцарилась тишина. — Да! — быстро выпалила Гермиона, — Это для моих исследований. Ведьма в ответ беззлобно хмыкнула и откинулась на спинку стула. — Ну, я была знаменитым нарушителем спокойствия, ты, наверное, уже слышала об этом. — Профессор МакГонагалл рассказала мне кое-что… диковинные истории. — Ах, значит ты последовала моему совету и расспросила старуху, смышлёная девочка. Хотя я и считалась смутьяном, у меня всегда было отличное чутьё на чужие мотивы. На самом деле моё вступление в Департамент было вполне естественным выбором. Девушка понимающе кивнула.  — Нужно думать как нарушитель, чтобы поймать нарушителя. — Точно! — она щёлкнула пальцами в знак согласия. — Когда я заявила старику Дамблдору, что хочу присоединиться к Департаменту, ..ну, скажем так, это был первый и единственный раз, когда я видела его удивлённым. Он даже написал мне рекомендательное письмо. Я… Беллатрикс на мгновение остановилась. Действительно ли она должна показать это Грейнджер?  — Ладно, — пробурчала ведьма, вынимая кошелёк. — Но я клянусь, что если ты засмеёшься, то горько пожалеешь об этом. Среди галеонов и серпов она сумела выудить маленькую, согнутую и выцветшую движущуюся колдографию и протянула её девушке. На изображении была она, примерно в возрасте Гермионы, в её первый рабочий день. Она стояла на страже возле кондитерской лавки в Косом переулке, и изо всех сил старалась выглядеть изящно в униформе, надев на голову, слишком большой для неё, шлем констебля. — И почему я должна смеяться? — гриффиндорка бережно вернула ей колдографию. — Потому именно это сделали мои младшие сёстры, — она фыркнула, вспоминая реакцию младших Блэк — И… у них не было шлема подходящего размера, так что мне пришлось довольствоваться этим. — Правоохранительная деятельность - почётная профессия, это то, чем стоит гордиться в любом случае. Беллатрикс слегка растерялась от такого комплимента. — Да, но даже в полиции я оказалась, в некотором роде, смутьяном. Я отказывалась целовать задницу начальству, общалась с неправильными людьми в неправильное время, и быстро приобрела репутацию неподкупного сотрудника. — Неподкупная? — О, ты даже не представляешь себе, какая коррупция царит в министерских кругах. Иногда офицеру нужно лишь пару галеонов, чтобы заставить исчезнуть улику или внести изменения в рапорт в пользу подозреваемого. Некоторые из них настолько бесстыдны, что даже не пытаются это скрыть. Я знала одного инспектора, у которого даже был прейскурант цен за услуги, которые он предоставлял подозреваемым. X галеонов, чтобы изменить улики, Y галеонов, чтобы заставить их исчезнуть, и тому подобное. Он сделал довольно много подобных вещей, прежде чем я доложила о нём своему начальству. После этого им пришлось действовать. — Не сомневаюсь, они были благодарны тебе за такую информацию. — Хах! Абсолютно нет. Эта ситуация, фактически, сделала меня изгоем. Я просто не имею дела с коррупцией и не потерплю этого от других. Ты же видела, в каком состоянии моя квартира, Гермиона? Разве я похожа на человека, который берёт взятки? Девушка коротко рассмеялась, наклонившись вперед, и внимательно слушая ведьму. — Нисколько. — Моё достоинство не имеет цены. А начальство не любит таких людей. Они думают, что мы опасны и непредсказуемы. Меня то и дело пропускали с повышением, хотя я и справлялась со своей работой лучше любого из них! Я пыталась получить место в Боевом подразделении*, но все мои заявки были заблокированы на вышестоящем уровне. Мне постоянно давали все эти дерьмовые задания, вероятно, в надежде, что я сама уволюсь из полиции. Я боялась, что проведу всю жизнь в поисках потерянных книзлов*. Беллатрикс покачала головой, словно отмахиваясь от удручающих воспоминаний. — И вот однажды, лет пятнадцать назад, ко мне подошел мой нынешний босс, Дженсен. Он пригласил меня присоединиться к новому подразделению, которое на тот момент только создавалось - Отдел магических убийств. Он искал талантливых, неподкупных людей и сказал мне, что я идеально подхожу для этой работы. И я ухватилась за возможность. Все непокорные смутьяны, от которых другие отделы хотели избавиться, оказались в этом подразделении. Мы - маленькая, сплоченная кучка твердолобых циников. Я просто… полностью принадлежу всему этому, полагаю. Тёмная ведьма не знала, почему она так легко открылась именно ей, грязнокровке, среди всех прочих людей. Она предположила, что эта история ждала, чтобы её рассказали слишком долго. По правде говоря, ей было приятно вот так поговорить с гриффиндоркой: девушка была полна энтузиазма, искренне стремилась учиться и делиться тем, что узнала. Если бы только чистокровные волшебники обладали хотя бы частью такого сильного стремления, это вполне могло бы остановить их упадок.

***

В то время, как ночь понемногу вступала в свои права и люди начали покидать паб, возвращаясь по домам, ведьмы всё ещё вели увлечённую беседу. — … а потом этот твой никчемный племянник заколдовал меня, и не успела я опомниться, как два моих передних зуба ударились в рост, — потягивая вино, проворчала Гермиона. — Ах, Дантисимус*! — колдунья довольно рассмеялась. –Это же классика. — В этой гадости вообще нет ничего классического! — слегка разозлившись, выпалила девушка. — Сказать тебе кое-что ужасное? Я научила его этому заклинанию. — Ты что?! Но…ты… как? — Осторожнее, Гермиона, — Беллатрикс сделала большой глоток вина из своего бокала и ухмыльнулась. — Не проглоти язык. — И зачем тебе учить Малфоя такому отвратительному колдовству?! — Я же говорила тебе, что в твоем возрасте была сущим кошмаром. Но не волнуйся, я научила его только мелким заклинаниям для веселья. В свое время я делала гораздо более худшие вещи. Честно говоря, Гермиона, если бы ты встретила меня во время учебы в Хогвартсе, мы бы не разговаривали. Я бы тут же прокляла тебя только за то, что ты посмела хотя бы взглянуть в мою сторону. — Мне крайне трудно поверить, что кто-то такой красивый и умный, как ты, может быть таким дьяволом, — прошептала девушка, в мгновение краснея от осознания сказанного.— Мерлин… разве я сейчас сказала это вслух? — Возможно, это в тебе вино заговорило, — подмигнула ей Беллатрикс. Она заметила, что когда дело доходило до алкоголя, её собеседница довольно быстро пьянела. — А почему ты до сих пор не замужем? — продолжала юная ведьма. — Я имею в виду, что ты умная, у тебя хорошая работа, и ты выглядишь… действительно очень мило. «Немного личного, да?» — подумала колдунья, на самом деле не возражая против такого вопроса. — Всему этому есть одно очень простое объяснение. Никто не может находиться рядом со мной дольше одного дня, — рассмеялась Беллатрикс, понимая, что на самом деле она не так уж далека от истины. — Я могла бы задать тот же вопрос тебе, Гермиона. Такая привлекательная, умная девушка, как ты, и все еще одинока. Нет парня? Девушка отрицательно покачала головой. — Или подруги? Она слегка замерла, но затем снова мотнула головой. — Что-то было… но это никогда не приводило к чему-то стоящему. — Да, я знаю, каково это.—  задумчиво ответила тёмная ведьма, глотнув вина. Чёрт, она не хотела, чтобы это прозвучало настолько горько. Обе собеседницы на мгновение прониклись друг к другу пониманием и симпатией. Грейнджер отвлечённо пожала плечами. — Наверное, я просто слишком сосредоточена на учебе. — Я понимаю. Но все равно это неправильно. У кого-то вроде тебя должна быть целая очередь из поклонников. Девушка одарила её милой, но несколько грустной улыбкой. — Не совсем так. Или, скорее, это совсем не так. — Как типично — презрительно фыркнула Блэк — Эти гриффиндорские свиньи, как обычно, слишком слепы, чтобы увидеть жемчужину, живущую среди них. Это был флирт, искренний и простой. А румянец на щеках Гермионы и её заикающееся «с-спасибо» свидетельствовали о том, что он определенно сработал. — Скажи-ка мне, — Беллатрикс скрестила руки на груди, пристально глядя на девушку. — А МакГонагалл рассказывала тебе о том, как Слизерин захватил гриффиндорскую башню?  — Нет. Когда это случилось? — Когда мне было четырнадцать. Я знаю эту историю, потому что была там. Лучшая шутка из всех, в которых я когда-либо участвовала. Заинтересованная девушка облокотилась на стол, пока Беллатрикс рассказывала свою историю, периодически потягивая вино. — Ну ладно… Нас было восемь человек, и я стала лидером в тот раз. Мы ждали начала большой игры в Квиддич того года. Это был матч Гриффиндор против Равенкло, и подавляющее большинство студентов, конечно, наблюдали за игрой с трибун. А мы вынашивали план, как отобрать у них их драгоценную общую комнату. Итак, моя младшая сестра Андромеда стала нашим секретным оружием; префект гриффиндора патрулировал коридоры, больше всего на свете мечтая оказаться на игре и «нашёл» Энди на своем пути. В то время Энди была маленькой и милой первогодкой, а эта малышня хорошо известна всем своей тоской по дому, сопровождаемой обильным потоком слёз. И префект то ли сжалился над ней, то ли ему надоел плач, в итоге он впустил её в гриффиндорскую общую комнату, надеясь успокоить. Он оставил её там и вернулся в патруль, думая, что Андромеда слишком невинная, чтобы подозревать её в каком-то заговоре. — О, нет. Твоя «милая и невинная» сестрёнка впустила вас, не так ли? — Да, действительно, она это сделала! Энди могла выглядеть милашкой, но она всегда была слизеринкой до мозга костей! Наша команда нанесла свой удар и вторглась в башню. Заметь, это был не вандализм. Мы не причинили никакого вреда чьим-либо личным вещам. В конце концов, мы просто хотели устроить розыгрыш, а не стремились быть исключенными. Первое, что мы сделали, это сменили гриффиндорские цвета на слизеринские: зеленый и серебряный, затем повесили везде картины знаменитых слизеринцев. Потом расставили повсюду ловушки, заколдовали двери и приготовились к войне. Когда гриффиндорцы вернулись с игры, которую они, кстати, проиграли, они обнаружили, что их общая комната занята «гадкими слизеринцами», как они говорят. У них ушло пять часов, чтобы вытеснить нас. Пять часов! В конце концов, они ворвались через окна на мётлах и выбили нас. Это было единственное, чего мы не ожидали. Хотя нас и отправили обратно в подземелья Слизерина, там нас приветствовали как героев-завоевателей. Драко сказал мне, что об этом случае в Слизерине до сих пор ходят легенды. Ах, какие великолепные воспоминания. — О, боже! Профессор МакГонагалл, должно быть, была в ярости! Что сказал директор школы? Беллатрикс отпила ещё вина и улыбнулась ей.  — Старика Дамблдора всё это весьма позабавило, и он похвалил наш ум и храбрость. Он дал нам пятьдесят очков за стиль. Это позволило нам выйти вперёд, и, поскольку это была последняя неделя перед концом того года, Гриффиндор не смог догнать нас, и Слизерин выиграл Кубок дома. Хм, знаешь что, когда в следующий раз, когда будешь в общей комнате, загляни под шкаф рядом с лестницей, ведущей в спальни для девушек. Ты найдёшь там полую половицу. Мы оставили под ней подарок. Не волнуйся, он совершенно безвредный. — Понимаю, почему гриффиндорцы хотели бы забыть о том, что это когда-либо происходило. — Слушай, Гермиона, я совершенно не могу поверить, что ты провела почти семь лет в Хогвартсе, ни разу не устроив розыгрыш. Беллатрикс внимательно наблюдала за девушкой, которая, казалось, на мгновение полностью погрузилась в свои мысли. — Нуу, возможно, и было… — Оооо, даааа. — на лице ведьмы появилась предвкушающая ухмылка. — Хорошо, — Гермиона, задумалась, а затем улыбнулась и положила руки на стол. — Это случилось на третьем курсе. Я ведь уже упоминала Панси Паркинсон, верно? Ну, она ведь любила мучить меня даже тогда. Я была в библиотеке, занималась учёбой, как обычно, и тут она кинула в меня гадким заклинанием для измельчения бумаги. Каждый клочок бумаги, к которому я прикасалась, мгновенно рвался до неузнаваемости. К сожалению, бумаги, которые я тогда держала в руках, были частью задания, над которым я долго работала. Паркинсон билась в истерике. Недели кропотливого исследования пропали менее чем за секунду, и прежде чем я успела сдержаться, начала плакать. Это только заставило её рассмеяться ещё громче. Но когда я успокоилась, меня захватила злость. Я была более рассерженной, чем когда-либо за всю мою жизнь и жаждала мести. — Ох, мне нравится, к чему всё это идет, — задорно подмигнула ей Беллатрикс, прежде чем налить себе еще один бокал вина. — В тот же вечер, впервые за все время, я нарушила комендантский час и улизнула из Хогвартса посреди ночи. — Хм, ну первый раз всегда самый волнующий, Гермиона. Не уловив очевидного двойного смысла фразы, гриффиндорка продолжала свой рассказ. — Я прочесала весь Запретный лес в поисках самых больших и жирных пауков, каких только смогла найти. Затем проследила путь, который Хагрид выберет для утреннего занятия по уходу за волшебными существами, и нашла сужение в тропинке, где ученики должны будут идти друг за другом. Это было идеальное место, чтобы расставить ловушку. Я поместила пауков в пузырьки и левитировала их на ветви дерева над тропой. Затем я вернулась в школу и ждала своего часа. На следующее утро я незаметно следовала за Слизеринцами, пока Хагрид вёл их через лес. В тот момент, когда Паркинсон прошла под деревом, я произнесла заклинание, чтобы заставить пузыри лопаться. Все пауки разом посыпались на неё. Она всё кричала и кричала, а я только и делала, что смеялась. Потом она побежала, споткнулась и упала лицом вниз в грязное болото. И после этого я засмеялась ещё громче. — Ха! Я так и знала, что у тебя есть тёмная сторона, Гермиона. — Ещё с гордостью могу отметить, что ни один паук не пострадал во время исполнения моей мести, — с улыбкой добавила девушка.- Чего нельзя сказать о причёске Паркинсон. Остаток вечера был наполнен приятными и временами весёлыми диалогами и воспоминаниями вперемешку со случайными флиртом. И хоть кокетство Беллатрикс было намного более утонченным, чем неуклюжие попытки Грейнджер, но зато они всегда получались такими же милыми, как и сама девушка. На самом деле, в итоге ведьмы не заметили, как проболтали до самого закрытия паба. Ведьма провела Гермиону до своего дома, откуда она могла бы отправиться обратно в Хогвартс. Стоя перед общим камином и кидая друг на друга внимательные взгляды, они совсем не спешили прощаться. — Спасибо тебе, это был чудесный вечер. –с теплом промолвила волшебница. — Мне было приятно провести время в твоей компании, — призналась Беллатрикс. Гермиона на мгновение смущённо отвела взгляд. — Знаешь, я не думаю, что хочу сейчас уходить. — ...а я не думаю, что хочу позволить тебе уйти. И, может быть, это вино ударило им в голову, потому что они обе были более чем навеселе. Может, это был жар момента. Или, может быть, это просто была страсть. Какова бы ни была причина, ведьма больше не собиралась сопротивляться этой милой девушке, стоявшей прямо перед ней. Гермиона слегка напряглась от неожиданности, когда Беллатрикс поцеловала её, она изо всех сил старалась быть мягче, чтобы не подавлять волшебницу. Но, когда гриффиндорка в ответ крепко обняла Беллатрикс за талию и притянула к себе, все ставки были сняты. Её тепло, её близость… Она опьяняла. Беллатрикс осторожно прикоснулась к её губам кончиком языка, аккуратно продвигаясь дальше. Их языки соприкоснулись, сначала нежно, но довольно скоро закружились в быстром танце. Её юная спутница явно не имела большого опыта в поцелуях, судя по тому, что она несколько раз неуклюже ткнулась носом ей в щёку. Но, конечно, она с лихвой восполняла этот пробел своим искренним энтузиазмом. Они крепко обнялись, прервав поцелуй, и ведьма почувствовала, как сердце девушки бешено бьётся в груди, когда она прижалась к ней. — Беллатрикс? — тихо спросила Гермиона, склонив голову ей на плечо. — Могу я… сегодня остаться у тебя на ночь? Она в ответ слегка улыбнулась и нежно провела пальцами по её пышным волосам, крепче обнимая гриффиндорку. — Ты уверена? Потому что я не думаю, что смогу остановиться, если ты этого не сделаешь. Девушка едва заметно кивнула. Расценив это в качестве долгожданного ответа, тёмная ведьма поймала себя на том, что прижимает свою молодую спутницу к стене, вовлекая её в ещё один поцелуй. — В квартиру, — выдохнула Беллатрикс между поцелуями. Гермиона явно была только рада подчиниться. Каким-то чудом поднявшись по лестнице без падений, Беллатрикс пинком захлопнула за ними дверь, и, не отвлекаясь от поцелуя, они направились в спальню, по пути стягивая друг с друга одежду. Все это время рациональная часть разума колдуньи в панике вопила, чтобы она немедленно остановилась: она же была чистокровной, а Гермиона-грязнокровкой. Плюс Беллатрикс была лет на двадцать старше её. И, самое главное - она прямо сейчас собиралась заняться любовью с подозреваемой в её же собственном расследовании убийства. Но, остальная часть разума ведьмы немедленно приказала рациональности заткнуться и наслаждаться моментом. Чёрт, Грейнджер была прекрасна. Стройная, с кремовой нежной кожей и пронизывающими душу красивыми карими глазами. И Беллатрикс, нависая над девушкой, отметила, что Гермиона превратилась в один напряжённый комок нервов, когда обнаружила себя лежащей на спине в её кровати. «Мерлин, а это ведь действительно её первый раз…» Так, это требовало иного подхода, чем тот, к которому ведьма привыкла. — Ты боишься? — как можно мягче спросила она. — Немного — напряжённый ответ был тихим, почти шепотом. — Но, я хочу… хочу, чтобы это была ты. Джинсы и туфли Гермионы были сброшены ещё по дороге в спальню, но белая блузка всё ещё находилась на ней. С терпением ребёнка, разворачивающего свой рождественский подарок, Беллатрикс расстегнула её, начав с верхней пуговицы. Девушка резко втянула воздух, когда, спустя, казалось, целую вечность, все пуговицы были расстегнуты, обнажив кремово-белую кожу. — Какая же ты красивая, — мягко прошептала Беллатрикс. Она нежно положила руку на её подтянутый живот, ощущая мягкость тёплой кожи. Гермиона тут же вздрогнула от прикосновения. С той чувствительностью, которую проявляла девушка, Беллатрикс понимала, что ей стоит действовать медленно и осторожно. Но,серьёзно, она ведь всегда обожала вызовы. Гермиона приподнялась на локтях и выскользнула из блузки, не отрывая взгляда от Беллатрикс. Темная ведьма в ответ ухмыльнулась, медленно вытаскивая палочку из кобуры, не прерывая их молчаливого зрительного контакта. Взмах волшебной палочки сорвал лифчик с груди опешившей волшебницы, заставив его, после непродолжительного полёта, повиснуть на абажуре лампы, а девушку вскрикнуть и инстинктивно скрестить руки на груди. — Ты… такая милая — рассмеялась Беллатрикс, прежде чем откинуть свою палочку на пол. Очевидно, стесняясь своего тела, молодая ведьма медленно убрала руки, не смотря ей в глаза. Беллатрикс нужно было что-то, чтобы отвлечь её, и, кажется, она знала, что ей поможет. И, так как большая часть её одежды лежала на полу в гостиной, она начала расстегивать оставшуюся на ней тунику. Это определённо привлекло внимание Грейнджер, и ведьма с удовлетворением услышала, как у той перехватило дыхание, когда она, обнажившись, сбросила уже ненужный предмет одежды. Она была невероятно довольна восхищенным взглядом, последовавшим за этим. После, какое-то время она тихо лежала рядом с Гермионой, нежно поглаживая её щеку кончиками пальцев. — Так, ладно, — пробормотала волшебница, нервным высоким голосом. — Я солгала тебе… я в ужасе. — Не волнуйся. Ты в хороших руках. — Я рада, что хоть одна из нас знает, что делает. Беллатрикс была полна решимости приложить все усилия, чтобы подарить Гермионе этой ночью замечательный опыт. Впрочем, это было бы нетрудно, так как девушка, лежащая под ней, невероятно чутко реагировала на все её прикосновения. Прижатая к кровати, молодая ведьма извивалась, пока Беллатрикс изучала все чувствительные места на её теле. Ее пальцы скользнули по бедрам Гермионы, провели вокруг пупка, её руки нежно обхватили мягкие груди. Она застонала, когда Беллатрикс ласково прикусила её шею; и ведьма почувствовала, как Гермиона прикоснулась руками к ней в ответ, впиваясь ногтями в плечи. Их тела крепко прижимались друг к другу, кожа скользила по коже, когда Беллатрикс целовала поначалу колеблющуюся, но затем заметно осмелевшую девушку. К нескрываемому удовольствию, ведьма поняла, что девушка становится всё смелее, касаясь её спины. Конечно, она была совершенно неопытна, поэтому все её попытки были значительно более неуклюжими, чем более тонкие ласки Беллатрикс. Однако гриффиндорка невероятно быстро училась, хотя Блэк и не собиралась позволять ей большего, во всяком случае, пока. Именно она сейчас контролировала ситуацию, и позже у них в любом случае будет достаточно времени для экспериментов. Тёмная ведьма грубо толкнула девушку обратно на кровать одной рукой, прижимаясь всем телом, в то время как другая её рука медленно следовала вниз по подтянутому прессу. Гермиона сдавленно простонала, когда пальцы Беллатрикс начали творить свою магию; Грейнджер извивалась, охваченная наслаждением, когда ведьма ласковыми поцелуями заскользила по её телу. Беллатрикс спала со многими женщинами раньше; бессмысленное, мимолётное удовольствие, чаще всего под воздействием изрядного количества алкоголя. Но сегодня...Эта ночь была тем, что она хотела бы запомнить. Гермиона вскрикнула и запрокинула голову, когда Беллатрикс добралась до самой чувствительной точки. Её ногти впивались в простыни, пока тёмная ведьма безжалостно продолжала сладкую пытку. Но нет, это было бы слишком просто; Беллатрикс остановилась и переключила своё внимание, целуя внутреннюю сторону бёдер а затем низ живота Гермионы. Прервавшись от нарастающего наслаждения, юная ведьма смотрела на неё умоляющим взглядом, всем видом требуя продолжения. Беллатрикс позволила ей немного помучиться, лаская тело волшебницы, пока она стонала под ней. Она лежала рядом с девушкой, прижимая её к себе и целуя, пока её проворные пальцы заканчивали то, что она начала. Гермиона резко вздрогнула, изо всех сил, вцепившись в Беллатрикс, когда долгожданное освобождение наконец наступило. После, вся в поту и тяжело дыша от напряжения, Гермиона тихо лежала в объятиях ведьмы. — Б-Беллатрикс?— спросила волшебница, мягко проводя рукой по темным непослушным кудрям. — Да, любимчик? — Любимчик, — Гермиона тепло улыбнулась — Мне нравится. И я хочу, ну знаешь,..тоже заставить тебя почувствовать.. — Хэй, — ведьма, проведя пальцами по её губам, заставила девушку замолчать, — Не говори больше ничего, милая, — она усмехнулась и наклонилась для поцелуя. Их языки встретились, и Беллатрикс осторожно перевернула Гермиону на себя. Девушка явно была готова к самостоятельным экспериментам, лёд был сломан, и она больше не испытывала ни робости, ни страха. Беллатрикс вела себя терпеливо; Грейнджер старалась быть нежной, но, видимо, боялась сделать что-то не так. И она была такой чертовски милой, когда просила разрешения прикоснуться к ведьме. — Можно прикоснуться..тебе нравится? Правильно ли я это сделала? Конечно, Гермиона повторила её предыдущие действия, как и ожидалось. Но её также ждало много сюрпризов, к примеру таких, как узнать, что Беллатрикс боится щекотки, если затронуть её пупок. Последовавший за этим смешок, был воспринят как реакция на её неопытность, вызвавшая печальное выражение обиды на юном лице. «Мерлин, какая она хрупкая» Тёмная ведьма предоставила ей все возможности для учёбы и экспериментов. Гермиона сосредоточила свое внимание на груди Беллатрикс, нежно дразня кончиком языка соски. Её участившееся дыхание было единственным ободрением, в котором нуждалась молодая ведьма. По правде говоря, ведьма чуть не потеряла самообладание, когда Гермиона осторожно ласкала рукой одну из её грудей, покусывая мочку уха. Беллатрикс почувствовала, как её сердце забилось быстрее, когда мягкая грудь Гермионы, прижалась к её боку, в то время как пальцы медленно скользили вниз по животу. Ей пришлось приложить массу усилий, чтобы сдержаться в тот момент, когда Гермиона наконец осмелилась коснуться её между ног. Каждое нежное, ритмичное движение сопровождался всё более резкими стонами, поскольку тело Беллатрикс быстро переполнялось фантастическим удовольствием. Тёмная ведьма заметила напряженное выражение лица девушки… такое, которое могло бы быть у студента на биологии, препарирующего лягушку. «Умные девушки-самые лучшие» — Беллатрикс едва не рассмеялась. Пристально наблюдающая за ней Гермиона, казалось, восприняла эту легкую улыбку как критику. — Я всё делаю правильно? — прошептала она с явным сомнением в голосе — Заткнись… и продолжай! Милосердное освобождение незамедлительно последовало за этим. В скором времени, Гермиона точно знала, как отправить её через край. Потом, когда они уже оказались на более равном уровне, ведьмы проводили ночь с удовольствием прикасаясь и лаская друг друга. Для Беллатрикс это было комично: из всех опытных женщин, с которыми она встречалась на протяжении многих лет, лучшая ночь в её жизни была с магглорождённой девственницей. О, какая ирония судьбы. После , они лежали обнявшись, наполовину укрытые одеялом, в то время как их мокрые от пота тела блестели в свете луны, льющемся в небольшое окно спальни. — Чёрт возьми, ты даже не устала, — всё ещё тяжело дыша, выдохнула ведьма, когда Гермиона положила голову ей на грудь. Она не шутила: юная волшебница обладала, казалось бы, безграничной энергией. Такой, что Беллатрикс уже с трудом поспевала за ней. — Должно быть, я старею. — Нет, — Гермиона вытянула шею, чтобы коротко коснуться её губами. — Это просто потому… не бери в голову. Не беспокойся об этом, — быстро сказала она и откинулась назад в объятия. — Давай просто пообнимаемся? «Странная реакция» — отстранёно подумала Беллатрикс, но решила не портить себе настроение.  — Уверена, что никогда не делала этого раньше, любимчик? Все-таки возня между книжными полками, да? — она беззлобно ухмыльнулась. — Нет, — улыбнулась ей гриффиндорка —Ты у меня первая. Мерлин, это было так чудесно. — Ну, ты не единственная, кто наслаждался этой ночью, милая, — подмигнула Беллатрикс. Гермиона покачала головой. —Я в любом случае не смогла бы заставить тебя чувствовать себя так же хорошо, как ты меня. —Не стоит себя недооценивать, — усмехнулась Беллатрикс, наклоняясь для поцелуя. —Ты очень быстро учишься. Гермиона улучшила множество навыков, в эту ночь; поцелуи определённо были одним из них. Грейнджер взяла инициативу на себя и толкнула Беллатрикс на спину, мягко изучая рот своей любовницы. Когда они наконец неохотно прервались, Гермиона снова прижалась к ведьме. — Я хочу, чтобы эта ночь длилась вечно. —Ты действительно очень милая, но учитывая, что ты не устала, а у меня ещё осталось достаточно энергии, то что ж… Гермиона хихикнула, и еще больше ласк последовало за этим. Ведьма не помнила, в какой момент они уснули. По правде говоря, Беллатрикс впервые за последние годы спала так крепко и спокойно. Солнце уже светило в окно, когда она наконец проснулась. Ведьма улыбнулась, вспоминая чудесные события прошлой ночи.  — Гермиона, — прошептала она, рукой ощупывая постель с закрытыми глазами. Пусто. Она резко открыла глаза и села в постели. Ушла. Гермиона исчезла. Другая сторона её кровати уже совершенно остыла. «Чёрт» Беллатрикс рассмеялась над собственной глупостью. Смех перешел в хихиканье. О, это было так типично! Конечно, Гермиона ушла. Почему она ожидала чего-то другого? Молодая ведьма получила то, что хотела, а потом ушла. Грёбаная история её жизни. «Потому что они всегда уходят. Всегда» Беллатрикс тяжело вздохнула и, как раз в тот момент, когда она озлобленно собиралась прорычать несколько мучительных проклятий, в дверях появилась Гермиона, одетая в один из её халатов. Он был белым и пушистым, а медово-каштановые волнистые волосы девушки поверх белого пуха только добавляли образу привлекательности. В руках она держала две кружки. Солнце светило в окно позади неё, и она напоминала ангела, с нимбом в волосах, сплетённым из солнечного света. — Услышала, как ты смеялась — мягко сказала она. — Надеюсь, я тебя не разбудила. Ты так мирно спала. Я хотела приготовить нам завтрак, но не нашла ничего съедобного в твоей кладовке. Поэтому просто налила чай. Гермиона поставила обе кружки на тумбочку, скинула халат и вернулась в постель. Тёмная ведьма была совершенно ошеломлена таким неожиданным поворотом событий, пока молодая волшебница крепко прижималась к ней. — Ты…осталась, — тихо прошептала Беллатрикс, обняв девушку сильнее, чем намеревалась. —Ты всё ещё здесь, со мной. Она, казалось, удивилась от искреннего изумления Беллатрикс. — Но…зачем мне уходить? Я сделала что-то неправильно? Неужели я должна была уйти, проведя ночь с девушкой? Может, у меня и нет большого опыта, но…что-то тут определённо не так. — Нет, это просто… такое случается не так уж и часто, — рассмеялась Беллатрикс и одарила Гермиону самой тёплой улыбкой, на какую только была способна, прежде чем поцеловать её.