О гражданских и тайных войнах

      Гарри не мог не думать о странной реакции Канды, но он задержался во Франции, а позже был перенаправлен в другой город и не скоро должен был вернуться. Пока сам Гарри оставался на месте без миссий, он предпочитал тренироваться в тишине тренировочного зала. Конечно, так долго не могло продолжаться, поэтому подросток не особенно удивился, когда Чаоджи Хан почти робко заглянул туда и с надеждой посмотрел на него.        — Привет, Чаоджи, — Гарри улыбнулся и расслабился. — Ты тоже сюда?        — Да! — воскликнул Чаоджи. — Точнее я хотел попросить… Может быть мы сможем потренироваться вместе?       Поттер моргнул, но кивнул.        — Конечно, почему бы и нет? Мы же не тренировались ни разу вместе? Я хотел бы попробовать свои силы против тебя.       Бывший моряк зарделся смущением. Он быстро сбросил куртку, освобождая солидную фигуру с мускулами, которых Гарри не видел ни у кого еще. Сам волшебник вновь занял позицию и Чаоджи, активировав свои браслеты, встал напротив него.       Они дрались некоторое время, и Гарри видел, что Хан имеет хорошую базу для кулачного боя. Его Невинность требовала этого, усиливая его и без того мощные удары до такой степени, что он мог разрушить бетон, если не контролировал удар. Поттеру пришлось много скользить и уворачиваться, но и Чаоджи тоже не был в выгодном положении — ему надо подойти намного ближе для удара, а этому мешал меч, которым Гарри хорошо владел.        — Я не понимаю, — наконец-то сказал Гарри, разрывая дистанцию и останавливая тренировку, — зачем ты пришёл на тренировку, если ты не выкладываешься полностью? Твои движения механические, твои мысли в другом месте, ты не сосредоточен. Ты даже тут не для сброса пара. Тебе точно нужна тренировка?        — Что и ожидалось от Генерала, — покивал Чаоджи, сдаваясь и отключая Невинность, — ты сразу всё понял.        — Это нетрудно было понять, — отрезал подросток. Ему всё ещё было странно, что Чаоджи, как более старший парень, имеет что-то похожее на преклонение перед ним самим. Это немного напоминало о волшебниках. Гарри просто был рад, что не появляется в волшебном мире с тех пор, как убил Волдеморта.       Поттер опустил Годрика и Чаоджи повторил его действия.        — Что тебя волнует?        — Это просто… — Парень потёл затылок и вздохнул. — Я хотел тебя спросить, что ты думаешь о ситуации с Алленом Уолкером?       Этот вопрос озадачил Поттера. Звучал он как-то с подвохом. Да и ситуация с Алленом явно была в порядке, по крайней мере шепотки перестали преследовать Уолкера.        — Неужели что-то ещё случилось за время моего отсутствия? Потому что в последний раз, я слышал, что у него всё в порядке.        — Нет. Я не совсем об этом, точнее… — Чаоджи вздохнул очень тяжело. — Просто тогда, в Ковчеге, Уолкер хотел спасти Тики Микка, а позже оказалось, что он сам носитель Четырнадцатого. Ему назначили Линка как Инспектора. А тут ещё и генерал Кросс, у которого вроде как были связи с Четырнадцатым непонятные. И вот теперь я до сих пор не могу не думать, может ли Уолкер быть предателем?       Его голос окончательно стих. Гарри молчал и косо смотрел на смущённого Чаоджи. Неужели многие так думают? Задаются тем же вопросом, но не говорят?        — И многие ли так думают? — вместо этого спросил Поттер напряжённым тоном. Чаоджи неуверенно пожал плечами.        — Некоторые в Научном. Нам не особенно много рассказывают, некоторые слухи и сплетни ходят, так что… — Он опять неловко развел руками. — А что ты думаешь?        — Я думаю, что у нас в Ордене есть идиоты, что верят всяким сплетням и сомневаются в людях с хорошей репутацией и чистыми намерениями, — отрезал Гарри. Чаоджи отшатнулся и волшебнику пришлось взять себя в руки, чтобы успокоиться. — Ни Аллен, ни Кросс не являются предателями. Я не очень хорошо знаю второго генерала, но у него есть свободолюбивый характер и специфические причуды, а также он точно не собирается помогать нашим противникам. В этом я нисколько не сомневаюсь. А Аллен столько раз оказывался на больничной койне, столько сил тратил уже на протяжении многих лет, с самого детства, что я не понимаю, как можно думать о нём как о предателе. Он потерял отца в этой войне и тоже хочет, чтобы всё это кончилось. И кто-то смеет называть его предателем?       Глаза Гарри сверкали упрямством, когда он сверлил взглядом Чаоджи. Тот даже поднял руки и сделал шаг назад.        — Но Четырнадцатый…        — Разве Аллен дал подозрение, что Четырнадцатый как-то способен повлиять на него? — просто спросил Гарри гораздо спокойнее. — Разве был хоть один момент, когда кто-то мог усомниться в Аллене?        — А как же Тики Микк? — спросил он.        — У Аллена доброе сердце. Он подумал, что смог очистить Микка от сил Ноя, что тот стал простым человеком. Так почему простой человек должен погибать в разрушающемся Ковчеге?       Его упрямый голос звенел в тишине большого тренировочного зала. Под такими вопросами Чаоджи совсем смутился, но не мог смолчать:        — Из-за него умерла Анита, — помрачнел парень. Поттер кивнул в согласии.        — Да. Но не все люди одинаковые. Может быть ты бы не смог позволить себе спасти человека Тики. Честно говоря, я бы тоже дважды подумал в такой ситуации, — признался он. — А Аллен не такой.       Чаоджи опустил голову в молчании, показывая губу. Гарри тихо вздохнул и подошёл, положив руку в латной перчатке на плечо парню.        — Чаоджи. Посмотри на меня. — Хан поднял голову, но не особенно сильно, так как всё равно был выше Гарри и уставился на него мрачным взглядом. Поттер подозревал, что его эти мысли грызли достаточно сильно, хотя он не понимал, почему бывший моряк не поговорил с кем-то ещё и почему пошёл к Гарри.        — Слухи часто бывают необоснованными, преувеличенными и даже перевёрнутыми так, что если и была там правда, то она исчезла. Я знаю об этом на своём горьком опыте, к сожалению. Когда мне было двенадцать моя школа считала, что я натравливаю монстра на школьников и пытаюсь убить тех детей, у кого нет родителей волшебников только из-за того, что мог говорить со змеями и, по неудачным стечениям обстоятельств, оказывался на местах преступления первым. Мне было двенадцать. Хотя наш директор сказал, что это не я, никто не верил в это. Меня сторонились, шептались, тыкали пальцем и боялись говорить.       Чаоджи выглядел возмущённым.        — Тогда они совсем тебя не знают! Гарри, как это можно было подумать о тебе, ты один из самых добрых экзорцистов…        — Это ты знаешь, — перебил его Гарри, которому было приятно слышать это. — Мои друзья знали, что это не я, и мы вместе искали виновника. Но все остальные? Нет. Я не был виноват, но слухи множились, менялись и все считали меня виноватым. С Алленом происходит то же самое. Никто не виноват в том, что в нем может быть живёт, а может быть и не живёт Четырнадцатый. Я не думаю, что сам Уолкер просил об этом, ему тоже не нравится общая ситуация и то недоверие, которое царит в Ордене. Я его понимаю.        — Сейчас у нас как никогда есть опасный враг. Семья Ноя, Граф, Акума. И это постоянное недоверие среди всех нас может подорвать отношение, подорвать доверие, когда оно так нужно нам. Ссоры и сомнения разделяют нас. Не слушай тех людей, что говорят глупости об Аллене, Чаоджи. Суди обо всём сам. Слушай, наблюдай, думай, делай свои выводы, а не слушай тех, кто даже не сражался с нами плечом к плечу на поле и понятия не имеет о чём говорит. Легко рассуждать, когда даже не знаешь человека.       Гарри отстранился, оставляя Чаоджи, который благоговейно и пристыженно смотрел на него.        — Оставь свои сомнения. Ты экзорцист, Чаоджи, так и делай то, что должен делать экзорцист. Это то, чего хотела бы Анита для тебя, верно?        — Да, — пробормотал Чаоджи, запрокинув голову и скрывая повлажневшие глаза. — Она бы не хотела, чтобы я думал о глупых вещах. Ты прав, Гарри. Спасибо тебе.        — Так что, ещё подеремся?        — Э-э, нет пожалуй. Я пойду ещё подумаю.       Гарри кивнул и проводил Чаоджи взглядом до двери. Когда за ним закрылась дверь, доброе выражение лица исчезло и Поттер нахмурился. Похоже, ему стоит сходить к Касси и узнать то, что не сказали ему.

***

      Касси была в своей лаборатории, с огромными защитными очками, в шапочке для волос, в халате и в перчатках по локоть. Поверх белого привычного халата на ней был фартук. Она сгорбилась над столом и с помощью пинцетиков и палочки что-то делала на жетонах Ордена, выводя руны.       Гарри прикрыл за собой дверь и тихо опустился рядом на стул, немного поигрывая пальцем по колену и уставился на булькающий котёл на соседнем столе. То синие, то зелёные, то золотые искры поднимались из него вместе с мятным лёгким туманом.       Касси наконец-то закончила выписывать руны на жетоне и оторвалась от него. Она отложила пинцет в сторону, стянула защитные очки и сунула палочку за ухо.        — Гарри, — заметила она его, немного дёрнувшись. — Что ты тут делаешь? Тебе что-то нужно?        — Я просто хотел спросить, знаешь ли ты что-то о слухах в Ордене? — спросил подросток.       Красивая женщина нахмурилась и выпрямилась, уперевшись руками о стол. Она задумчиво смотрела на жетон на столе какое-то время, прежде чем тряхнула волосами.        — Нет. А что со слухами? Опять про Аллена?        — Я говорил с Чаоджи, который рассказал, что некоторые в Научном отделе считают Кросса и Аллена не достойными доверия. — Он замолчал. Хмурый взгляд Касси сменился откровенно враждебным, и она сжала губы в тонкую нитку. — Я сказал Чаоджи, чтобы он не забивал голову ерундой, но…        — Похоже придётся задействовать тяжёлую артиллерию, раз такие слухи ходят до сих пор, — пробормотала волшебница. На его недоуменный взгляд она пояснила. — Женская Ассоциация Ордена. ЖАО — это компания Ордена, которая состоит только из девушек и которая влияет на настроение среди нашего скромного населения.       Она ухмыльнулась ему и Гарри удивленно улыбнулся, всё поняв.        — Вы сплетничаете, — ляпнул он.        — Ну да, — Касси пожала плечами совсем не стесняясь. — Мы сплетничаем и влияем на то, что говорят люди. Ты удивишься, какие вещи можно сделать с правильно поставленным слухом. Похоже нам придётся поработать над этой конкретной проблемой. Недоверие к экзорцисту, — женщина опять нахмурилась, — может привести к плохим вещам.        — Да, я понимаю. — Гарри вздохнул. Он не врал Чаоджи — ему тоже довелось оказаться раньше в рубашке Аллена на втором, на четвертом и на пятом курсе, когда никто не верил ему. Ничего хорошего в этом не было.       Гарри быстро убедился, что Касси действительно сделала то, что хотела сделать. Сам Поттер проводил много времени в общественных местах и слушал. Он читал в столовой за едой, слишком медленно жуя, при этом заметив, что впервые на его глазах Чаоджи присоединился к экзорцистам за столом с неловкой улыбкой тогда же, когда там ел Аллен. Поттер слышал, что говорили в Научном Отделе, когда вызвался помочь Риверу с документами или когда прогулялся с Линали, разнося кофе работникам.       В течении нескольких дней недовольное положение немного утихло. Гарри узнал, что Кросс не сидел безвылазно в Ордене с момента переезда под охраной, а выходил на некоторые миссии, не очень долгие, вместе с этими конвоирами.        — Я не могу поверить в это, — признался Аллен за обедом, во всю запихивая курицу в рот и делая могучие глотки.        — Я больше удивлён, что Кросс не оставил свои два хвостика с долгами, как тебя, — рассмеялся Лави и хлопнул Аллена по плечу. Тот помрачнел — запретные два слова в одном предложении были произнесены прямо в диапазоне его слуха.        — На самом деле нет. — Тёмная аура накрыла его и Уолкер опустил голову, начиная хихикать. Линк осторожно покосился на своего подопечного. — Он оставил им долги и заставил конвоиров выплачивать их. Бедняги!       И Аллен громко, злорадно рассмеялся, заставив Лави пискнуть.        — Тёмный Аллен! О нет!..       Но в целом, по прошествии недели, взгляды некоторых личностей, которых Гарри видел недовольными, в какой-то момент смягчились. Подросток удивился, так как не заметил всё это ещё в первый раз, когда только пришёл.       Ему также пришло в голову, что Линали точно в курсе всего происходящего, потому что её защитная полоса выросла достаточно, чтобы быть заметной отчётливо. О, младшая Ли так же была весела и улыбалась, одаривая своим светом всех окружающих, была мила и добра, но…       Но иногда её улыбка пугала. Иногда Линали смотрела слишком пристально, её глаза были сужены в направлении некоторых сотрудников, а милое выражение сменялось угрожающим. Гарри подумал, что учитывая то, как защитно себя ведёт Комуи по отношению к своей сестре, было не удивительно, что и у Линали есть то же самое.       Но, пока она не решила сама начать конструировать Комуринов, всё было в порядке.       Ещё одним изменением было поведение Миранды. Гарри признавал, что Лотт была нервной, неуклюжей, и очень неуверенной в себе девушкой. Со временем она стала лучше, но девушка всё ещё часто роняла что-то, обильно извинялась и краснела за какие-то промахи, а похвалу или добрые слова принимала с широко раскрытыми глазами, прижимая руки к груди и напоминая кролика или олениху.       Сириус как-то сказал, что нет ничего ужаснее кроме обиженной женщины. Конечно, Миранда была не обижена, но в последнее время она часто была рядом с Алленом и порой подкармливала его, в её карманах были то конфеты, то ещё что-то вкусненькое и было что-то отчётливо сестринско-материнское и заботливое в общении, что смущало Аллена, но он выглядел невероятно радостным, так что Гарри просто подмигнул Миранде, заставляя ту краснеть.        — Мне кажется, я упускаю что-то, — признался Аллен, когда Линали открыто улыбнулась ему, мягко положив руку на плечо. Гарри, который шагал рядом с ней и Линком, подавил ухмылку. Он единственный поймал момент, когда девушка убийственно уставилась в сторону одного из сотрудников Ордена, который слишком долго смотрел на Аллена, будто ждал, что тот превратиться в Ноя на его глазах. Наткнувшись на добрый взгляд Ли младшей, он заметно струхнул, побелел и вспотел, после чего убрался прочь.        — Тебе кажется, Аллен, — пропела Линали и тон её голоса был слишком похож на брата, чтобы полностью сбросить напряжение. — Возможно тебе стоит уменьшить твои тренировки с Линком.        — Вы тренируетесь? — удивился Гарри, переводя взгляд с одного парня на другого. — А мне можно?        — Почему бы и нет? — спокойно признал Линк. — Вы можете выйти вдвоём против меня — это будет интересный опыт.       Гарри поднял брови — Линк был очень уверен в себе.       Их драка была поучительной для Поттера. Это был первый раз, когда он дрался на мечах против не экзорциста. У Линка были клинки в рукавах, креплёные на запястье на наручнике и выскальзывающие при определённом движении. И Инспектор был очень сильным — он умудрялся удерживать свои позиции в драке, быстро атакуя в тот самый момент, когда видел открытие.       Линк в драке напоминал змею — быструю и смертоносную. Конечно, они все не дрались в полную силу, так что Гарри сделал скидку, что тогда их результаты будут совсем другими, но даже так он многое получил из тренировочного спарринга. Он так же подозревал, что старший парень мог бы взять и троих на себя. С быстрыми, стремительными движениями, с точными, смертоносными ударами ножей и с мастерством в рукопашном бою Линк был очень опасен и умудрился сдерживать и Аллена, который был сам по себе очень хорош, что мог держаться с Кандой на равных, и самого Гарри, который выработал неприятный и грязный стиль боя. Сразу было видно, что их противник провёл много времени в драках и хорош в этом так же, как и в бюрократии.       Через несколько дней Гарри столкнулся с Кандой в коридоре. Они так и не говорили после той встречи во Франции, и Поттер не упоминал о их коротком разговоре никому. Волшебник подозревал, что при обилии любопытства, нет никакого возможности выведать что-то из Канды.        — Я слышал о вашей драке, — Гарри обернулся к товарищу экзорцисту удивленный тем, что тот начал разговор. — Двоеточие дрался кинжалами, да?       Они шли по коридорам Ордена, распугивая некоторых сотрудников. Поттеру пришлось подавить смешок и желание покачать головой из-за репутации Канды. Но было что-то привычное в подобном, уже давно знакомое.        — Да, он был очень хорошим, смог взять и меня, и Аллена в бою.        — Не будь таким идиотом, Сузуме, — сердито бросил Канда, но понизил голос, — это только доказывает мою теорию.        — Теорию? Какую теорию? — Гарри сделал то же самое.        — Двоеточие из Воронов.       С этими зловещими словами Канда ускорился и скрылся в переходе, оставив подростка одного в подвешенном состоянии.       Конечно, Гарри знал, кто такие Вороны. Линали говорила о них очень давно — это были люди Рувелье, его охрана и собственная армия людей. Когда-то, когда Комуи ещё не было и на первых порах, их было полно в Ордене, но новому Смотрителю удалось добиться того, чтобы их всех убрали. Тогда Рувелье ушёл и не появлялся в Штабе ни разу, а его людей даже не видели никогда. Гарри тоже не видел их (кроме того случая, когда Рувелье приехал зимой), но запомнил слова Линали очень чётко. Вороны опасны — именно они удерживали и ловили её, а потом и держали запертой.       Потом уже Гарри сам увидел этих людей, когда впервые повстречал Рувелье на разговоре о возвращении в Хогвартс. Вороны охраняли вход, чтобы их не подслушали. Они немного напоминали ему Пожирателей Смерти из-за того, что ходили в непроницаемых плащах-мантиях и их лиц не было видно. По их фигурам ничего нельзя было понять.       И вот Канда посчитал, что Линк — Ворон? Это может быть так, особенно из-за того, как Линк смог заблокировать след Министерства, чтобы Гарри смог наколдовать Бомбарду при нападении на Штаб.       Ему хотелось стукнуть себя по голове. Ну, конечно, Рувелье пришлёт кого-то, кто смог бы сдержать Аллена, окажись он Ноем! Просто Линк так удачно пускал пыль в глаза и строил из себя какого-то секретаря или чиновника, просто следящего парня, что на фоне Амбридж, которая то же самое делала для Министра Фаджа, но была совсем бесполезна в бою как противник, что невольно Поттер просто перенёс воё отношение на Линка, ожидая, что тот окажется таким же. Идиот!       К сожалению, решить, что делать с этим знанием, Гарри не смог. Его вызвали на задание.

***

      Вес трёх кусочков Невинности на его груди был странным, и Гарри не мог перестать не елозить, стараясь привыкнуть к метафорическому ощущению важности вещи, которую он теперь должен был носить с собой постоянно, как генерал. Комуи наконец-то решил отправить его прочь, ведь из всех экзорцистов в Ордене стали оставаться только Гарри и Кросс, да и последний уже опять куда-то умотал, но должен был вскоре вернуться, сегодня-завтра. Все остальные уже ушли.       Генерал Сокаро скрылся в неопределённом направлении, но периодически приходили сообщения о сильных разрушениях в местах, где были подозрения на Акума. Генерал Найн тоже ушла с Лау Джимином на плече и путешествовала, занимаясь в сущности тем же самым, что и остальные, но отзванивалась чаще Сокаро. Иногда можно было найти её местоположению по более мелким разрушениям, что оставлял буйный Лау Джимин. Генерал Тиедолл был самым спокойным и следов разрушения после себя не оставлял, хотя и задержался дольше всех в Ордене, но с тех пор вообще не возвращался. Гарри подозревал, что он где-то вдохновляется и рисует, как сболтнула однажды Линали этот кусочек информации, а Мари подтвердил.       Так что Гарри фактически остался один, если не считать Кросса, но его положение тоже было особенным и на долгие странствия его опасались посылать, а вдруг сделает ноги — ищи его потом. Вон, одну миссию дали, так генерал канул в лету на пять лет, отчего даже думали что он-таки помер. Чем обернулись последние поиски главного бабника Чёрного Ордена все тоже поняли.       У Гарри была та же миссия, что и у остальных Генералов. Крупные точки с концентрацией Акума, с их гнездом в таком месте, было как раз для Генерала. Это не просто расследование, где предположительно несколько Акума или подозрения на них, а места где те точно есть и в больших количествах, медленно, но верно убивая целое поселение или деревню. Орден старался следить за такими местами и посылали сообщения генералам для проверки и зачистки.       Поттер немного волновался. На этот раз его высадили в с помощью Ковчега в Ницце, на юге Франции и это была самая близкая точка, где Аллен мог открыть ворота. Гарри пришлось сесть на поезд и пересечь границу с Италией, чтобы добраться до одной из деревень на окраине Генуи.       В который раз он убедился, что Ковчег самый любимый вид транспорта для путешествия на большие расстояния. И так выгодно отличается от аппарации или порталов!       Варацце был недалеко от Генуи, не доезжая до него даже на поезде. Это относительно небольшой город на побережье с развитым туризмом и хорошим пляжем, а также массивной лесной полосой позади. Гарри добрался туда только за сутки с пересадкой, но в комфорте и с удобствами. К сожалению, итальянского языка он не знал совсем, поэтому, так как у него был попутчик, говорящий на этом языке и по английски тоже, Гарри старался заучить как можно больше фраз за время пути. И сходя на перон в Варацце он чувствовал себя не так потеряно как ожидал.       Перон был совсем недалеко от пляжной зоны и моря, так что, когда Гарри вышел, то почувствовал только соленый аромат, доносимый сильным ветром, мгновенно взлохмативший его волосы.       Варацце на самом деле был основан совсем не так давно, лет двадцать назад, получив статус города, но за те годы успел разрастись, застроиться домами приезжих, построить небольшой причал для лодок и провести небольшую железную дорогу от более крупных городов-соседей. Людей тут было ещё меньше, и все предпочтительно жили на побережье. Если встать с перона, то можно было увидеть точки в море — это были рыбаки. Была тут и река Тейро, впадающая в море, но, как заметил Гарри, она легко мельчала к лету в жару. И хотя лето этого года было не таким уж и жарким, особенно по сравнению с прошлогодним, река всё же уменьшилась.       Гарри прибыл утром, поэтому достаточно быстро нашёл гостиницу. Он мысленно похвалил себя за то, что удосужился выучить несколько основных важных фраз в поезде, так как из местных никто по английски не говорил. Люди смотрели на него с любопытством и вниманием, но не особенно зацикливались потому, что в городе и так было полно туристов, особенно из-за того, что начался сезон отдыха и курорта. Пляж, как понял Гарри, тут был прекрасен, как и некоторые гостиницы с дополнительными услугами отдыха.       Конечно, это не то, что его интересовало. Комуи сказал, что на севере по городу есть заселение Акума. Небольшая деревня соединялась одним мостом через реку Тейро и было сообщение, что именно там и живут Акума. По городу, впрочем, тоже бродили подозрительные слухи. Он не знал, о чём конкретно говорили, но слышал как говорили что-то о нечисти и демонах — это итальянское слово постоянно проскальзывало в речи, когда Гарри сидел и ел, прислушиваясь к слухам. Иногда он действительно жалел, что нет какого-то волшебного артефакта, который позволял волшебникам понимать все языки мира — он бы определенно облегчил задачу.       Расправившись с едой и оставив немного местной валюты, обменяв её у того же учителя из поезда, Поттер направился по делу. Уркампи устроился на его голове с удобством.       Найти мост оказалось просто. К нему вела пыльная дорога прямо из центра города, сначала с домами по боками или просто пустым полем, но потом и они кончились, начался лес. У Тейро, которую и в брод перейти можно было бы, практически не было воды, но она и не цвела или покрывалась илом — дно было тёмное, но в редким местах, в основном с горы вдали сносило камни, которые и застревали на пути к морю. А быстрое течение не давало цвести, впрочем, камыши местами были. Гарри ненадолго задержался на мосту, наблюдая и прислушиваясь. Дальше домов видно не было — дорога, хотя и была протоптана каретами и повозками, оказалась пыльной и грязной, сразу поворачивая круто в право и скрываясь за частыми деревьями, преимущественно дубами да елями. Пели птицы, где-то стрекотал сверчок, лёгкий ветерок трепал ветви деревьев и волосы подростка. Никаких лишних шумов.       Куда медленнее Гарри двинулся вперёд. Когда Акума просто перемещались по воздуху они практически не создавали шума, однако животные будто чувствовали опасность, их жажду убивать, поэтому тут же смолкали. Пока птицы пели, Гарри знал, что ему ещё предстоит идти и поэтому он прислушивался к ним.       В какой-то момент они смолкли. Гарри насторожился и куда внимательнее стал оглядываться по сторонам. Дорога вильнула в сторону и на небольшой возвышенности была деревенька с десятком домов, с бегающими туда и сюда детьми, с жителями, ведущими самый просто образ жизни, будто они были там всегда. Когда Поттер подошёл ближе, на него с любопытством посмотрели. Женщина, что возилась возле окна, обернулась к нему с улыбкой, но лёгкий красноватый блеск в глазах выдавал в ней Акума.       По сообщениям тут не осталось ни одного человека.        — Добрый день! — радостно кричала девушка на итальянском. Девочка рядом с ней с интересом оторвалась от палисадника, из которого дёргала сорняки и её взгляд остановился на его форме, особенно сильно задержавшись на Кросс-Розе. — Чем мы можем вам помочь?        — Вы ничем не можете мне помочь, — спокойно сказал Гарри и пошёл в их направлении, легко остановившись возле калитки. — Позвольте мне вам помочь. Годрик, Активация!       Акума тут же сбросили свою маскировку и барабаны их пушек взревели автоматной очередью. Гарри слышал как ещё дальше Акума тоже появлялись и как шары всплывали вверх. Увернувшись от пуль, он заметил что все они были первым уровнем.       Махнув мечом, он создал Василиска на которого и забрался. Держась одной рукой за рога на его голове, Поттер в два удара расправился с Акума перед ним и направился к другим. Те и сами шли ему навстречу.       На самом деле это было удивительно просто, особенно после столкновения с третьим и четвертым уровнем. Вся деревня была заселена первым уровнем и их огромные, искорёженные тела парили в воздухе, канонада взрыва разрывалась о землю с грохотом и облаками пыли ядовитого газа. Гарри рвало несколько раз, когда яд попадал в организм, но в остальном Василиск сметал тех жертв, что не были достаточно верткими, чтобы уклониться от массивной, быстрой и ядовитой змеи. Яд Василиска заставлял Акума покрываться лиловыми линиями и лопаться как шары, проткнутые иглой. Это было громко и ужасно.       Когда вся деревня была очищена, Гарри несколько раз обошел её на Василиске, проверяя, чтобы никто не ушёл и не затаился. Всё, что осталось — это разрушения, груды пыли, быстро раздуваемые ветром и пугающая пустота того, что когда-то было жилым местом. Сейчас всё стало тихо и было что-то в этом виде душераздирающее. Более сорока Акума — Гарри не был точно уверен в подсчёте, но точно знал, что уничтожил минимум сорок первых уровней.       Эта мысль посылала холод по его позвоночнику и он ничего не мог поделать, но думал, что все эти Акума были людьми. Было убито как минимум сорок человек, ни в чём не виноватых людей, которые стали орудием Графа против их воли.       «Бз-з-з-з!»       Гарри недоумённо уставился на парящего Уркампи, который скользнул к его лицу. Тихое жужжание привлекло его внимание и мерцающий круг на морде голема. Уркампи открыл рот и оттуда донесся голос Комуи, со смутными помехами.        — Гарри? — спросил он. — Ты можешь говорить?        — Да, Смотритель, я только что закончил с очищением. — Он нахмурился. — Неужели меня направят в другое место?        — Нет-нет, ты должен как можно скорее вернуться в Штаб. У нас ЧП.        — Что случилось? — Его сердце забилось в волнении. — Нападение? Граф? Нои?        — Нет, ничего такого, — поспешно сказал мужчина, но его тон был взволнованным. — Ты и все остальные генералы отозваны обратно, в Штаб, для обсуждения. Кто-то убил генерала Кросса. Возвращайся как можно быстрее.        — Я поспешу, — быстро отрезал Гарри.        — Будь осторожен.       Новость так и охладила его кости.       Связь прервалась и Поттер остался в одиночестве и в тишине. Не теряя ни минуты, он направился обратно в город, на ходу накладывая на себя чары очистки и Репаро для порванного подола.       Ему пришлось забрать все вещи из гостинице и сдать номер, а уже оттуда шастать по городу в поисках какого-нибудь волшебника или точки для перемещения камином в столицу, а оттуда уже Ковчегом обратно. Гарри повезло найти бар, где выпивали несколько волшебников, скрытый за магглоотталкивающими чарами и, оплатив порошок, он переместился в Милан, крупный город на севере Италии. У подростка не было времени, чтобы осмотреть достопримечательности, поэтому он вышел на улицу и вновь связался с штабом.        — Я в Милане, — сказал Гарри, наблюдая за толпой людей, стоя возле большого дома. — Прямо перед Кастелло Сфорцеско. Может ли Аллен открыть тут Дверь?        — Да, может, — после паузы ответил Комуи, не заинтересованный в том, как Поттер оказался в центре так быстро. — Прямо от тебя на три квартала есть собор — иди в него, Аллен откроет Дверь там.       Гарри кивнул, потом понял, что его всё равно не увидели и повторил:        — Хорошо.       Он так и сделал. Отыскал нужную церковь и на входе его встретила монашка, которая и проводила к двери. Он распрощался с итальянкой и вышел в Ордене. Комуи уже был там и говорил с генералом Найн, генералом Тиедолом и Сокаро.        — А вот и Гарри, — успокоился Комуи. — Идёмте, все уже ждут у Хевласки.       Они вышли из комнаты и Гарри всё же спросил.        — Так что же произошло? Как кто-то смог убить Кросса? — Тихо поинтересовался он у идущего рядом Комуи.        — Не тут. Подождите, — отрезал он, многозначительно посмотрев по сторонам. Гарри наклонил голову в понимании — похоже Смотритель боялся, что его услышат. Интересно, но любопытство и беспокойство в подростке не исчезло.        — Сегодня утром два охранника, которые должны были охранять комнату генерала Кросса проснулись, не помня о том, как они уснули, — начал говорить Комуи, когда они добрались до комнаты Хевласки. Та уже поднялась, по той части лица, что была видна, ничего нельзя было прочесть. Рядом с ней стоял Рувелье, скрестив руки за спиной с идеальной прямой осанкой, а его лицо было хмурым. Гарри даже показалось, что он смог уловить озабоченность в его глазах, когда он что-то говорил Хевласке, но это выражение тут же исчезло, будто Поттеру просто показалось. — Один из них постучал в комнату, и, когда ответа не последовало, заглянул, только чтобы найти окровавленное тело Кросса. Охранник закричал и потребовал позвать господина Рувелье, отвернувшись от тела, однако, когда вновь вернулся в комнату, генерал Кросс таинственным образом исчез, а на полу осталась только Невинность, Правосудие и сломанная маска. Окно было разбито.        — Неужели его убили? — удивилась генерал Найн сухим тоном. Часть челки скрывала её лицо, а полуприкрытый глаз не давал много подсказок о том, что она действительно думала об этом. Гарри предположил, что она не особенно и верит в это.        — Для этого мы и собрались здесь, — ответил твёрдо Рувелье. — Хевласка, проверь Невинность Правосудие.       Хевласка взяла небольшой пистолет своими длинными щупальцами. Они казались непропорционально большими по сравнению с Правосудием. Медленно, слабый свет засиял от пистолета и Хевласка объявила своим медленным и мелодичным голосом:        — Мариан Кросс больше не обладает данной Невинностью…        — Но как же его смогли убить? — спросил генерал Тиедолл. — Мариан может быть и выглядит разгильдяем и хулиганом, но он не слабак. Если бы на него напали, он не пошёл бы без боя. Кто-то всё равно заметил бы шум. Как же никто ничего не заметил?        — Тут согласен со стариком, — согласился генерал Сокаро, скрестив мускулистые руки на груди. Он проигнорировал возмущенное ворчание Фроя. — Кросс может и ублюдок, но не слабак. И если он встретился с кем-то сильнее его, — мужчина в очень жуткой манере облизал губы, словно ему самому не терпелось встретиться с этим человеком или кем-то ещё. — Кто-то, кто способен сделать это, когда даже Граф не смог нормально убить его. Кто же это?        — Почему мы думаем сразу на то, что Мариан был убит? — вздернула бровь генерал Найн. — Тело исчезло до того, как было подтверждено что это действительно труп, а Мариан достаточно ловок, чтобы подделать свою смерть. Наверняка он сбежал, — она фыркнула.        — Мы обследовали маску генерала Кросса, — сказал Комуи, — она была пробита пулей и при таком раскладе, при том количестве крови, что там было, не было никакого способа для генерала выжить.        — Хм, — нахмурилась генерал Найн. — Это не показатель, когда мы говорим о Мариане.        — Хевласка сказала, что Правосудие больше не соединено с Марианом, — мягко сказал генерал Тиедолл. Он снял очки и протёр их платком. — Мне кажется, что Кросс скорее всего убит, хотя я не могу не задаться вопросом, что же убило его. Или кто.        — А что вы думаете, генерал Поттер? — спросил Рувелье, повернувшись к нему.       Гарри обнаружил, что все, даже Хевласка, всё ещё сжимающая пистолет, обернулись к нему. Он замешкался, но вздохнул и позволил голове быть прохладной.        — Я не достаточно знаю генерала Кросса, чтобы судить лично о его характере и о том, как этот человек думает. С одной стороны, если это побег, то у Кросса есть достаточно навыков чтобы это сделать. У него также есть опыт избегания Чёрного Ордена так, что никто не смог бы найти его. С другой стороны, если это убийство, то у нас на руках не просто потеря сильного генерала, но и то, что кто-то действительно смог это сделать, тогда как Графу это сделать так и не удалось.        — Мне кажется, мы должны сосредоточиться на худшей возможности и что это было убийство, — добавил Гарри после паузы, прикусив губу, — У нас есть два варианта — либо кто-то из Ноев опять проник в Орден, что не имеет смысла из-за всех способов защиты на Штабе, но и так же что бы просто убить одного генерала, а не уничтожить Невинность у Хевласки и убить других экзорцистов ударом в спину. Если же это не Нои, то у нас на руках кто-то, кому мы могли бы доверять, что бы впустить в Орден. Может быть преступник даже всё ещё в Штабе. Однако, я согласен с генералом Тиедолом тут. Кто имел достаточно навыков, чтобы не только проскользнуть мимо стражи, но и усыпить, а потом спокойно убить генерала и уйти? И зачем было оставлять тело, позволять страже видеть его, поднять панику, а потом забрать его и уйти? Это не имеет смысла для меня.        — Когда ты так говоришь, — протянул Тиедолл, — то это звучит в самом деле очень скверно. Получается, кто-то хочет, чтобы мы думали либо на побег, либо на убийство, тогда как этот неизвестный или группа могла просто забрать Кросса с собой и мы бы думали, что он сбежал. Никто бы и не удивился, что это произошло, учитывая прошлый послужной список.        — Если бы мы думали, что генерал Кросс сбежал, то мы бы искали его, — задумчиво ответил Комуи, потирая подбородок. — Живым. Или же мы могли бы думать на убийство и искать преступника. А может это даже отвлечение внимания от чего-то другого. В любом случае, не зависимо от наших действий, виновник уверен в себе. Мне не нравиться это.        — Если только было убийство, — вновь высказалась генерал Найн, но было видно, что теперь она не так сильно уверена в своей теории. — Но я не понимаю, почему именно Кросс?        — Может быть из-за Четырнадцатого? — спросил генерал Сокаро, удивительно спокойным тоном. Теперь все к нему обернулись. — А что? Я не могу придумать ничего другого. Если только это не кто-то, кому Кросс был должен или чью дочь или жену он обесчестил, — он ухмыльнулся, хохотнув.       Не многие разделили его веселье.        — А что со стражей? — спросил Гарри, привлекая внимание. — Они совсем ничего не помнят? Есть ли какие-то улики в комнате?        — Нет, — ответил Рувелье, — я подозреваю что кто-то, кто подошёл, стёр им память, после чего усыпил и уже потом сделал своё дело. Мы даже не можем предсказать точный час, когда всё это произошло.        — Но неужели никто не видел ничего подозрительно? — переспросил Гарри. Он уставился на Комуи и тот покачал головой.        — К сожалению, мы в тупике. Если генерал Сокаро прав и убийство было совершено из-за связи генерала Кросса с Четырнадцатым Ноем, то это всё равно не сужает наш круг поисков. Я просто не могу придумать того, кто мог бы сделать это незаметно.        — А как насчет волшебников? — спросила генерал Клауд. — Мог ли это быть кто-то в Ордене и волшебник?        — Волшебники способны аппарировать, — признался Гарри, когда все опять посмотрели на него. Он глядел на Рувелье, но лицо того не выражало ничего кроме серьёзности. — То есть перемещаться из одной точки в другую. И так же могут стереть память. И хотя аппарация распространена, но Обливейт, то есть стирание памяти не так распространено среди волшебников. Кроме того, легко узнать, был ли это волшебник, если просто использовать к палочке Приори Инкантатем и посмотреть какие самые последние заклинания были использованы.       Рувелье кивнул.        — Значит так, — объявил мужчина, — генерал Поттер, посмотрите на комнату, может быть, как волшебник вы найдете что-то, что могли упустить остальные. Для всех остальных этот разговор должен остаться в тайне. Общественности не нужно знать о произошедшем. Мы скажем, что генерал Кросс был переведён в Центр.        — Но Аллен Уолкер уже знает правду, — сказал Комуи. Но Рувелье просто отмахнулся.        — Он не будет говорить, — отрезал он.       Правосудие остался с Хевлаской и их компания вышла прочь. Генералы разошлись и, как подозревал Гарри, вернуться по своим делам. Сам же подросток направился за Рувелье и Комуи в сторону номеров.       Комната Кросса всё ещё охранялась. Она не была оцеплена, чтобы не вызывать подозрений.        — Кто-нибудь приходил? — спросил Рувелье охранников. Те вытянулись по струнке.        — Нет, сэр!       Гарри, Комуи и Рувелье зашли в комнату — её до сих пор не убрали и аромат крови становился всё отчетливее. Гарри осторожно задержался у входа, оглядываясь.       Это был номер, похожий размерами на номер самого Поттера, только более богато обставленный. Самой интересной картиной, что бросалась в глаза, было то, что стекло было разбито и обляпано кровью. Её тёмный след тянулся вниз и чуть под углом там, где Кросс соскользнул. Ещё больше каплей и луж было на полу. Гарри предположил, что кровь была там, где и был застрелен генерал.       Гарри подошёл ближе к окну. Ему пришлось задрать голову, чтобы посмотреть на особенно большое пятно и на дыру. Осторожно приблизившись к стеклу, Поттер выглянул на улицу и увидел только траву внизу с большой высоты. Не похоже что Кросс просто выпрыгнул из окна — если он был ранен то мог разбиться и всё равно оставил бы следы. Нет, кто-то забрал его.       Вопрос в том, был ли это волшебник.       Оглядевшись, Гарри не заметил никаких личных вещей.        — А где вещи Кросса? — спросил он, повертев в руках пустую бутылку вина. Честно говоря, он понятия не имел, что он делал тут. Что можно было увидеть тут человеку, который никогда не вёл подобных расследований?        — Уже забрали, — ответил Комуи.       Гарри кивнул и вновь встал в центр комнаты. За окном начал капать дождь.        — Это не волшебник, — признал Поттер, — потому что волшебники ничего не смыслят в маггловском оружие, таком как пистолет Правосудие, и не убивали бы с его помощью. — Хотя было бы просто отобрать его с помощью легкого Экспеллиармуса. — Нет, это кто-то другой. Такое грязное убийство не в духе магов… Я могу предположить несколько вещей.       Оба взрослых обернулись к нему.        — Первое. Кросс перешёл дорогу тёмному волшебнику и тот забрал тело с собой. С этой теорией работает и подобное грязное убийство, но не работает, зачем пришлось стрелять из Правосудия. Второе. Это волшебник из Ордена, который знает, как пользоваться пистолетом и поэтому стрелял, чтобы не оставить следов на палочке. Но я не думаю, что это волшебник. Третье. Это проникновение сторонников Графа и у нас есть брешь в системе безопасности, о которой мы не знаем. Таким образом, эти сторонники решили избавиться от возможного источника информации о Четырнадцатом Ное. Я бы поставил на последнее.       Он обернулся к Рувелье и тот кивнул задумчиво. Комуи выглядел глубоко сосредоточенным.        — Это оставляет нас с пустыми руками, — вздохнул он. — Я уже осмотрел камеры и на них пусто. Мне неприятно это признавать, но у нас есть брешь в системе безопасности.       Все трое помрачнели.        — Смотритель Ли, вы обязаны расследовать это дело. Как хотите, но усильте защиту Чёрного Ордена! Мы не можем позволить себе пропускать всех, кому вздумается сюда! Кто знает, кто будет следующей целью Графа? — отдал приказ Рувелье.       Комуи поправил очки, блеснув стёклами в свете комнаты. За окном громыхнул дождь.        — Будет сделано.       Они не задерживались надолго и вскоре вышли из комнаты. Охрана всё так же осталась стоять, но Гарри подозревал, что скоро всё отмоют и уберут комнату, чтобы замаскировать следы. Рувелье куда-то ушёл, а Комуи поманил Гарри за собой. Вдвоём они вернулись в кабинет Смотрителя. Мужчина сел за стол с усталым выражением, а Гарри устроился в кресле рядом, задумчивый и встревоженный.        — Мне не нравиться, что возможный убийца будет бродить по Ордену, — сказал Гарри.        — Мне тоже. — Ли понизил голос и сел по-нормальному, положив руки на стол. — Рувелье подозревает, что это может быть кто-то из Центра. Кто-то, кто поработал за его спиной.        — Такое возможно? — поразился Поттер. Комуи кивнул.        — Однако генерал Сокаро высказал дельную мысль.        — Что Кросса могли убить за его похождения по бабам?        — Нет, — но шутка сработала и губы мужчины дернулись в слабой улыбке, — что может быть из-за Четырнадцатого. И я думаю… Аллену будет небезопасно оставаться сейчас тут.        — Что?       Комуи медленно посмотрел на него с печальным выражением.        — Его считают носителем Четырнадцатого. Тебя не было, но генерал Кросс на приватной беседе практически подтвердил это. Аллен был сосудом. Конечно, он не пробуждается, но… Это только пока.       Мысли Поттера забегали с огромной скоростью от этого знания.        — Ты думаешь, что Аллен станет Ноем. — Эти слова отдавали странной горечью. — Но это невозможно.        — Гарри, я понимаю, что это неприятная правда, мне тоже больно думать об этом, но, как генерал, ты должен знать…        — Комуи, — медленно произнес Поттер, — а вы поняли, почему Акума горели при контакте с Линали, Лави, Алленом и Крори?       Эти слова ошеломили мужчину. Он растерянно заморгал.        — Нет. Сколько бы мы не изучали ни Невинность, ни самих экзорцистов, то так и не поняли.        — И Ной Страсти тоже не могла держаться за Аллена в той драке при нападении на старый Штаб.        — К чему ты ведёшь? — Гарри подарил маленький изгиб губ в качестве ухмылки.        — Ну, разве это не странно? Ной не смог коснуться их, Акума тоже и, я уверен, что Графу это тоже не удастся. Так как же в Аллене может пробудиться Ной, когда само касание существ с Тёмной Материей причиняет этим существам боль?        — Это… — Ли справился с долгой паузой. — Интересная теория. Очень интересная. Я подумаю об этом. Однако, я позвал тебя не для этого. Я хочу, чтобы ты взял Аллена с Линком с собой. В этой ситуации с Кроссом, Аллену тоже может грозить опасность.        — Конечно, — вздохнул Гарри. — Тогда ты отправляешь меня на следующее задание?        — Да, вместе с ними. Попутешествуете вместе пока всё не кончиться. На юге Германии, в Мюнхене, есть аббатство, где по подозрениям есть Акума. Сходите и проверьте. Как только разберётесь с ним, позвоните и я направлю вас дальше. Таким образом только я буду знать, где вы находитесь.       Он передал небольшую тонкую папку. Гарри быстро пролистнул её и кивнул.        — Хорошо. — Он поднялся. — Тогда я скажу им.