Иди на свет

В дверь уже не просто стучали, казалось, её откровенно долбили ногами в тяжелых сапогах. Фили бросил в её сторону подушкой, с головой накрываясь одеялом, но, конечно же, стучать не прекратили. Тогда гном, с трудом разлепив глаза, сел на постели и произнёс хрипловатым голосом: – Да входите уже! – дверь тихонько приоткрылась, и в комнату просунулась голова Гайи, с интересом оглядывая помещение. – Ну ты и спать, – флегматично сказала девушка, полностью открывая дверь и прислоняясь к косяку. – Ты время видела? – Фили махнул рукой в сторону окна без занавесок. – Едва рассвело! Что-то случилось? – Нет, – Гайя оторвалась от косяка и зашла в комнату. – Как ты здесь живёшь? Ужас. Она присела на табурет, разглядывая паутинку, жалко болтающуюся в углу. – Меня устраивает. Так зачем ты пришла? – Мне стало интересно, – девушка пожала плечами, – что ты имел в виду, когда сказал, что мне нужно закаляться? Не водой же обливаться, в самом деле. Фили был готов взорваться. Голова почему-то болела, он совсем не выспался, да ещё и сон этот идиотский, будто Двалин его нашёл... Что за глупости. Гном удивлённо глянул на девушку: – Ты вообще нормальная? Сначала упрекаешь меня в невежливости, а потом врываешься ко мне в дом... – В комнату, – поправила девушка, которая уже вскочила с места и подошла к окну. Её угнетало жилище Фили: голые стены и пол, маленькая кровать, стол, стул и небольшая тумба – всё, что здесь было. Ну и это окно, жутко грязное. – Ну, в комнату, – недовольно согласился гном, – ох, да какая разница, ты всё равно меня не слушаешь. Гайя отвернулась от окна и посмотрела прямо на Фили, всё ещё сидящего на постели с самым несчастным видом. – Ты на мой вопрос ответишь? – чуть вскинув брови, недовольно поинтересовалась девушка. – Можно и водой. Можно плавать, можно бегать. У моего... – он запнулся, и Гайя заметила, как его передёрнуло, – был у меня один знакомый с такой же проблемой. Чуть что – сразу реки из носу текут. Ничего делать из-за этого нормально не мог. А потом стал учиться из лука стрелять. А там же выносливость нужна ого-го какая. Ну, он бегал. Постоянно по лесу носился, пока не упадёт. – И что? – И что. Избавился он от этой болезни. Потом кровь носом шла, только когда этот нос ему разбивали. – Часто разбивали? – усмехнулась Гайя, но, наткнувшись на ставший вдруг непривычно суровым взгляд серых глаз, осеклась: – Извини. Что с ним случилось? – Он погиб. Пал, сражаясь за то, что я потерял. Фили опустил голову, и девушка уже пожалела, что спросила об этом его друге. Видно, тот был ему очень дорог. Но гном тут же пришёл в себя, поднялся с кровати, и Гайя едва сдержала порыв вылететь из комнаты по срочным делам. Но сдержалась и даже умудрилась оставить на лице всё то же непроницаемое выражение. – Слушай, – начал он, натягивая штаны, – если хочешь, я могу бегать вместе с тобой. Утренние пробежки – то, что надо, чтобы проснуться, а у меня с этим вечные проблемы. И к тому же, я могу научить тебя давать по роже всяким пьянчугам, чтоб маникюр не портила, – он ухмыльнулся, по-кошачьи прищурив глаза. Девушка глянула на него с вызовом и в следующий миг уже стояла у двери: – А ты меня догонишь? – и тут же скрылась в полумраке коридора. Фили схватил рубаху со стула, но, услышав топот ботинок Гайи уже на лестнице, плюнул на рубашку, сунул ноги в собственные ботинки и ринулся вдогонку за девчонкой. Ещё чего, он, и не догонит. Глупости. Перегонит ещё. *** Лёгкие жгло, дыхание давно сбилось, но она продолжала бежать. И даже улыбалась, чувствуя, как хлещет по ногам высокая трава, как припекает едва вставшее солнце. Чуть притормаживала, вертя головой по сторонам, рассматривая волшебный пейзаж – листва деревьев играла всеми возможными красками от бордового до ярко-жёлтого, а трава всё ещё была сочного зелёного цвета. Такая красота всё время была рядом, а она только на озеро это дурацкое ходила. А позади снова захрустели ветки под тяжёлыми ботинками – гном догонял, и девушка снова ринулась вперёд изо всех сил, она ни за что не даст ему себя догнать. Бежала так же, как когда-то жутко давно от младшего брата, он вечно уговаривал её играть в догонялки. И никаких поблажек, Гайя никогда не проигрывала. Кроме одного единственного раза, когда задумалась о чём-то или засмотрелась, уже и не вспомнить, споткнулась о корягу и навернулась на землю. Точно так же, как и сейчас, негромко ругнувшись. Фили остановился возле девушки, с обеспокоенным видом протягивая ей руку: – Ты в порядке? Вместо ответа Гайя перевернулась с живота на спину и, глядя прямо гному в глаза, медленно вытянула одну ногу вперёд, за его голени, так, чтобы ступня была прямо под коленями. Дёрнула изо всех сил и ухмыльнулась, поднимаясь на ноги, когда Фили рухнул на землю. – Всё ещё считаешь, что тебе есть чему меня научить? – ухмыльнулась она, поднимаясь на ноги и отряхивая ладони. И тут же перепугано запищала оттого, что Фили, тихонько поднявшись за её спиной, одной рукой обхватил её поперёк туловища, лишая возможности двигать руками. – Всё, всё, сдаюсь! – смеясь, верещала Гайя, пока Фили её не отпустил. Гном прислонился к толстому стволу дерева, что стояло за ним, с довольной ухмылкой стряхивая с предплечья маленького паучка. – Вот видишь, тебя учить ещё и учить. Девчонка, что с тебя взять, – Фили глянул на девушку из-под густых светлых бровей и скрестил руки на груди. И хоть внешне её лицо осталось таким же безразличным, как обычно, он поклясться был готов, что в светлых глазах мечутся маленькие молнии. Гайя сделала медленный шаг к нему: – Да, ты, наверное, прав, – ещё один шаг. – Ну ты же меня научишь, правда? Фили самодовольно кивнул, когда девчонка встала вплотную к нему, и только удивлённо распахнул глаза, когда в один миг она, положив прохладную ладонь ему на плечо, оттолкнулась ногами от земли, следом о ствол дерева, хрустнув сухой корой, и ловко запрыгнула ему на плечи, не по-женски сильными руками поворачивая его голову так, что хрустнуло в шее: – Гляди-ка, – изогнувшись, шепнула Гайя прямо в ухо гному, – ты убит. Девчонкой. Расскажешь, каково это? Фили не ответил, просто так же резко развернулся, кинув взгляд вверх, чтобы не ударить девчонку головой о ветки, и, вытянув руки, схватил её за талию, срывая со своих плеч. Поставил на землю, осторожно, спиной к стволу, и тут же перекрыл ей пути отхода, одной рукой опёршись о ствол, а другой ухватившись за низкую ветку. Гайя вжалась в дерево, будто хотела сквозь него вырваться из своей ловушки, и теперь недовольно щурилась – солнце светило прямо в глаза. – Послушай, девчонка, ты всерьёз считаешь, что сможешь справиться со взрослым дядей? – ухмыльнулся Фили, вставая ещё ближе к ней, так, что она теперь вообще почти не могла пошевелиться. Только приподняться на носочки и чуть податься вперёд, оказываясь в этот раз совсем непозволительно близко к гному, настолько, что светлая борода царапала щеку. Где-то вверху дунул лёгкий ветерок, заставивший листву осуждающе зашептать над их головами, и Гайя, приблизив губы к уху гнома, зашептала, не громче той листвы: – Справиться, может быть, и не смогу. Со взрослым-то дядей, – она отстранилась, улыбаясь почти ласково, и вдруг нырнула под руку гнома, довольная собой, что смогла усыпить его внимание. Отбежала на несколько метров и резко остановилась, нагибаясь к белому цветку, робко выглядывающему из травы. Глянула на Фили: – Зато смогу убежать! – рассмеялась, глядя на недоумевающее лицо гнома, сорвала цветок и со всех ног рванула обратно в город. *** Эта странная девчонка удивительно действовала на него. Она словно из болота его выдернула, резко, за волосы, может быть, слишком неожиданно, но от этого у него открылось второе дыхание. И вовсе он не злился, что она разбудила его ни свет ни заря. Такая смешная, силится казаться сильнее, чем есть на самом деле, зачем? Фили сорвал травинку и сунул её в зубы. Горьковатый привкус наполнил рот, и гном неспешно двинулся обратно. Лицо Гайи никак не желало убираться из головы. Вроде бы совсем простая, нелогичная, как и все они, но было в ней что-то... Фили никак не мог понять, что именно. И уже у ворот заметил на земле тот самый цветок, что она сорвала. Он вдруг вскинул голову и быстрым шагом направился в город. Почти робко заглянул в кузню, про себя молясь, чтобы её там не оказалось. И ему повезло – внутри был только Бьёрн. – Фили! Заходи, я как раз собирался позавтракать, – обрадовался кузнец, отряхивая руки о штаны и кивая в сторону узелка на столе. Но Фили покачал головой: – Бьёрн, а где Гайя? – Она недавно прибежала, я отправил её к оружейнику, нужно было кое-что отдать ему, – ответил кузнец, нарезая ветчину. – Отлично. Послушай, мне нужна твоя помощь. Надо, чтобы она вечером была здесь. Когда стемнеет. – Зачем? – подозрительно глянул Бьёрн на гнома. – Хочу кое-что для неё сделать. Просто устрой так, чтобы она никуда до вечера не делась, ладно? – и, не дожидаясь ответа, Фили вышел на улицу. – Спасибо, Бьёрн! Крикнул, уходя, и тут же скрылся из виду, оставив кузнеца стоять посреди кузни с удивлённым видом и куском ветчины в руках. Бьёрн мотнул головой и шлёпнул мясо на хлеб, бормоча что-то о молодёжи. *** – Бьёрн, я устала, я хочу купаться! – капризно, детским голосом ныла Гайя. – Закончишь здесь и можешь хоть топиться, – засмеялся кузнец. – Ну и утоплюсь! – злобно рявкнула девушка, хватаясь за метлу. – Вот что ты без меня делать будешь? – Жить спокойно! – в ответ она только фыркнула, с остервенением принимаясь мести так, что скоро кузню заполонили клубы пыли. Уже поздно вечером, когда Бьёрн давно ушёл домой, жутко уставшая и злая Гайя вывалилась из кузни, оставив там почти идеальную чистоту. Вдохнула полной грудью и вдруг заметила под ногами белый цветок, точно такой же, как сорвала сегодня днём и потеряла где-то по пути. Девушка удивлённо оглянулась, наклонилась, чтобы поднять цветок, и вздрогнула, когда, выпрямившись, заметила подошедшего к ней гнома. – Я же говорила, что ты за мной следишь, – как обычно, сдерживая все эмоции, прокомментировала Гайя его ухмылку. А Фили только протянул руку и кивнул головой влево: – Пойдём. – Я с незнакомыми взрослыми дядями по ночам не гуляю, – закусив губу, ответила девушка. – Пойдём, говорю, – нахмурился гном. – Не пойду я с тобой никуда! Фили закатил глаза и взял её за запястье, утягивая за собой, но она хорошенько упёрлась ногами в землю и двигаться никуда не собиралась. Глядела на гнома злобно, а внутри нехило перепугалась – что надо-то этому ненормальному? Куда он её тащит? Но она не успела додумать, гном с тяжким вздохом поднял её на руки и легко, будто пушинку, перекинул через плечо. – Эй! А ну поставь, где взял! Ты совсем нездоровый, что ли?! – Да не вопи ты так, приличные люди спят уже давно... – пробормотал он в ответ. Он знал, что главное – заставить её пойти с ним, как угодно, а уходить она и сама не захочет. Ну, по крайней мере, Фили на это надеялся.