Иди на свет

– И что это будет? – недовольно поинтересовалась девчонка. Фили и так уже разозлился – верёвка никак не поддавалась, и к тому же подул сильный ветер, гоняя рябь по воде. Задумка разваливалась с громким треском, а Гайя только подогревала накал страстей – стояла в своей манере с недовольным видом, скрестив руки на груди и чуть поджав губы. Ноги промокли, а весь настрой пропал под её язвительные замечания. – Слушай, может, ты меня потом позовёшь, когда научишься узлы развязывать? – с усмешкой спросила Гайя. Фили плюнул в воду и выпрямился, сдувая прядь волос, упавшую на лицо. – Ты хоть когда-нибудь бываешь довольной? – он выбрался из воды и подошёл к девушке. – Я весь день искал эту чёртову лодку, хотел тебе приятное сделать, а ты стоишь тут, как всегда, всем недовольная! Гайя обиженно округлила глаза, а Фили разошёлся: – Если тебя кто-то обидел, это не мои проблемы, не надо своё недовольство миром на мне вымещать, ладно? Иди, если тебе так сложно тут стоять, иди! Он рассерженно посмотрел на неё и указал пальцем в сторону города. – Вот и пойду! Да ну тебя, Фили, хочешь сделать приятное, так подготовься нормально, а то стоит полчаса, лодку отвязать не может! И вообще, что это такое? Я, по-твоему, на этом озере не была, не видела его? Странный ты, и идеи у тебя странные! – с этими словами девушка резко развернулась и быстрым шагом двинулась по тропинке, ведущей к воротам, продолжая рассерженно бормотать себе под нос. – Иди-иди! – Фили пнул лодку и выбрался из воды, усаживаясь на песок. *** – Это я-то недовольная, – продолжала бормотать Гайя, стремительно несясь к воротам. – Можно подумать, мне есть чему радоваться. Идиот, чего полез только... Где-то впереди вдруг послышался громкий собачий лай, и девушка остановилась, как вкопанная. В висках громко застучало, а к горлу подкатил мерзкий комок. Глаза распахнулись в ужасе, когда лай послышался уже ближе, и Гайя медленно сделала несколько осторожных шагов назад, молясь, чтобы псины вернулись туда, откуда взялись. За несколько секунд она успела раз двести подряд пожалеть о том, что ушла одна. Знала же, слышала, что по ночам собаки лают. И снова остановилась, пытаясь замереть, словно статуя или дерево, лишь бы два огромных пса, несущихся на неё, не заметили. Она прекрасно знала, помнила, что не убежит от собак, что если вообще побежит, сделает только хуже, и теперь стояла, едва держась на ставших ватными ногах. Здесь даже кричать будет бесполезно, никто ведь не услышит. Её просто разорвут на части, эти зверюги огромны! Когда одна из псин остановилась в метре от неё и приготовилась к прыжку, Гайя не выдержала – зажмурилась и заорала, что было сил, готовясь к тому, что её сейчас хорошенько покусают. Но что-то прошуршало сзади, и в следующий миг она услышала визг побитой собаки, ещё одна чуть дальше обиженно заскулила, и только тогда девушка открыла глаза, одновременно с этим оседая на землю. Фили швырнул палку в пса, убегающего, поджав хвост, и краем глаза заметил, как упала в высокую траву девчонка. Нахмурившись, гном кинулся к ней и застыл на месте, когда увидел её лицо. Гайя сидела, сжавшись в комок, и вся тряслась, а в глазах, глядящих в одну точку, застыл какой-то животный ужас. Торопливо стягивая с себя куртку, Фили опустился на колени рядышком и укутал её поплотнее, прижимая к себе так, что растрёпанная макушка уткнулась ему в подбородок. – Эй, ну ты чего, собак боишься, что ли? Брось, они же не страшные совсем, они тебя больше боятся... – принялся он успокаивать Гайю, но её только ещё сильнее затрясло, и теперь уже она сама к нему прижималась, как-то судорожно хватаясь пальцами за широкие плечи. – Ну-ну, всё хорошо, я рядом, они тебя не тронут. Слышишь меня? – он осторожно взял её за подбородок и поднял голову девушки, чтобы посмотреть в глаза. Такого он точно никак не ожидал – вот эта колючая смелая девчонка, он думал, что она вообще ничего не боится, а тут – собаки... Фили почувствовал, как её руки вдруг переместились с его плеч на шею, а сама она как-то чуть неуверенно потянулась к нему. – И кто из нас ненормальный? – успел улыбнуться гном, прежде чем она поцеловала его. Смело, совсем не так, как целуются молоденькие девчонки, не знавшие мужчин, но Фили не об этом думал, отвечая ей. Он думал об удивительно нежных руках, гуляющих по его спине, думал о сладковатом привкусе на губах и о запахе свежескошенной травы, который исходил от Гайи. – Проводишь меня? – спросила она, снова чуть подняв бровь, когда отстранилась от него. Фили ухмыльнулся в ответ: – Теперь у меня нет выбора. *** Яркий свет ударил по глазам сквозь закрытые веки, заставив Гайю спрятать голову под подушку и недовольно замычать. Но поняв, что в комнате посторонний, она тут же скинула подушку на пол, а сама вскочила, одновременно хватая что потяжелее со столика и как можно плотнее заворачиваясь в простыню. С трудом разлепив глаза и заслонив лицо от солнечных лучей, лившихся в окно, девушка увидела Фили, довольного, как кот, наевшийся сметаны. – Фили! – недовольно завопила Гайя, падая обратно на кровать вместе с зажатой в руке расческой. – Я решил тебе отомстить. Поднимайся, солнце встало уже пару часов назад! – засмеялся гном. – Иди отсюда, я хочу спать. – Давай-давай! – не сдавался он, хватая девушку за руки и поднимая обмякшее тело с постели. – Сейчас снова кровь носом пойдёт, если не встанешь! – Пусть хоть весь дом затопит, я сначала высплюсь, – буркнула она в подушку. – Если ты сейчас же не поднимешься с постели, я прямо в таком виде отнесу тебя в озеро! Чтобы проснуться легче было. Гайя перевернулась на спину и недоверчиво поглядела на Фили: – Ты этого не сделаешь, а я не поднимусь. Так что топай домой, или в кузню, или пойди поешь, чаю вон с Бьёрном попей. Гном несколько секунд удивлённо глядел на девушку, давая ей последний шанс, и, мысленно досчитав до пяти, вдруг быстро поднял её на руки, и не обращая внимания на вопли, снова перекинул через плечо, потом схватил длинную рубаху со стула и быстро вышел из комнаты. Уже на озере Гайя взмолилась сквозь смех: – Отпусти, отпусти меня! Вода ещё холодная! – Нет, я же сказал, что окуну тебя! – Фили! – Что? – Отпусти, а то я тебе ухо отгрызу! – и, подтверждая свои слова, девушка изогнулась, осторожно хватая гнома зубами за ухо. – Так и отгрызёшь, – ухмыльнулся Фили, но она сжала зубы чуть сильнее, и он, ойкнув, аккуратно опустил девушку на землю. А она вдруг скинула простыню и прямо в ночной рубашке ринулась в воду с головой, оставив гнома удивлённо почёсывать затылок. Вынырнула почти на середине и закричала оттуда: – А ты так и будешь там стоять? Или ты плавать не умеешь? – начала она подначивать Фили. – Это я-то не умею?! – возмущённо заорал тот в ответ и скинул рубаху с ботинками, медленно заходя в воду. – Если будешь так медленно двигаться в воде, замёрзнешь насмерть и тебя сожрут рыбы! – засмеялась она, глядя на то, как морщится гном, и снова ныряя с головой. *** – Я же говорила, что ты меня не догонишь, – как всегда с безразличным видом повела плечом Гайя, выжимая подол ночной рубашки. Фили развалился на песке, украдкой поглядывая на девушку. – Ты чего так вылупился? – недовольно поинтересовалась она, упираясь руками в бока. Даже лохматая и мокрая, она была удивительно хороша. Не первая красавица, ничего особенного, но что-то в ней было такое, чего Фили никогда не видел в других. – Я не вылупился, – с трудом переводя взгляд на воду, ответил гном. – Ну да, совсем ни разу, – усмехнулась Гайя. Фили вдруг вспомнил о рубахе, которую схватил со стула в её комнате, и кивнул туда, где теперь валялась одежда: – Переоденься, замёрзнешь. – Прямо здесь мне предлагаешь это сделать? – Мне уйти? – усмехнулся он. – Да мне плевать, – совершенно искренне заявила девушка и тут же стянула с себя мокрую одежду, заставив Фили закашляться от удивления и, кажется, даже покраснеть. Он тут же отвернулся, принявшись внимательно считать пятнышки на спине божьей коровки, ползущей по травинке. – Можешь поворачиваться, смельчак, – усмехнулась Гайя, переодевшись. Гном осторожно покосился в её сторону и, убедившись, что она одета, расслабился и поднялся на ноги. – Пора за работу. Бьёрн уже, наверное, в кузне, – предположил Фили. – Мне там сегодня делать нечего, – пожала плечами девушка, – буду весь день убираться в доме, хотя там тоже не особо захламлено. – Что за маниакальная страсть к уборке? – засмеялся Фили, притягивая её к себе и осторожно убирая спутанные волосы за уши. – Просто я терпеть не могу грязь, – брезгливо скривившись, ответила Гайя. – Может, и у меня уберёшься? – Думаешь, не смогу? – с вызовом поинтересовалась она. – Я же шучу! – А я нет. – Ты – чудо, – он притянул её ещё ближе к себе, обнимая, и осторожно, с опаской даже, целуя в уголок рта. И, отстранившись уже, добавил, разворачиваясь в сторону ворот и приготовившись бежать со всех ног: – Чудо от слова "чудовище"! – Беги Фили, – удивительно спокойно потребовала девушка. – Беги-беги. А то убью. И только когда он быстрым шагом отошёл на приличное расстояние, позади послышался почти счастливый, по-детски задорный смех, заставивший и его самого улыбнуться так, как у него давно уже не получалось.