И это моя судьба?

POV Эрстинэль

      Лес пленил своей красотой. Не хотелось покидать это умиротворяющее место, где каждая тропинка манила к новым открытиям, а каждый звук природы наполнял душу гармонией. Гулять здесь было истинным удовольствием! Можно было вдоволь насладиться тишиной, нарушаемой лишь мелодичным пением птиц, и ощутить на коже приятную утреннюю прохладу. Я, наверное, так бы и поступил, отдавшись во власть этого волшебства, но наслаждаться лесом в моём положении было опасно. В душе поселилось тягостное предчувствие, словно тень нависла над светлым великолепием природы.       «Да как же я умудрился так влипнуть!» — мысленно простонал я, прикрывая глаза. «Каким образом я, потомственный эльф, умудрился заблудиться в этом, казалось бы, безобидном лесочке? Да что же я за эльф такой!» Самолюбие было задето, а чувство беспомощности нарастало с каждой минутой.       Вздохнув, я присел на поросший мхом пенёк возле маленькой липы и горестно вздохнул. Ноги гудели от усталости, каждый шаг отдавался острой болью. Мне пришлось так долго блуждать, что я стёр все ноги чуть ли не в кровь. На третий час безуспешных попыток выбраться из чащи, отчаяние сдавило горло, а надежда стала угасать. Кому рассказать — не повéрят… Эльф! Заблудился. Да и где? В этом крошечном лесу! Я пытался ориентироваться по звёздам, пока они ещё проглядывали сквозь листву, а потом уже и по солнцу, но результат был один — я кружил на месте, словно заколдованный.       А ведь всё начиналось так хорошо. Ещё недавно я сидел с семьёй за одним столом, окружённый теплом и уютом родного дома. С воодушевлением рассказывал о своём пребывании в Академии, делясь своими успехами и достижениями. Но отцу, как всегда, захотелось вставить своё «веское» слово. Он, как я понял, возомнил себя всезнающим и нашёл способ избавить меня от моего «проклятья». Более того, он даже нанял какого-то «специалиста». Старичок с таким измождённым видом, словно ему было под сто пятьдесят лет, самодовольно потирал руки, предвкушая свой триумф. А я даже и слова сказать не успел, как меня уже тащили в какой-то круг, очерченный непонятными иероглифами. «Неужели всё это происходит на самом деле?» — промелькнула отчаянная мысль в голове. Я, конечно, тоже ни разу не думал, что вместо прекрасной эльфийки, о которой я тайно мечтал, мне достанется огромный оборотень с горой мышц! Он ведь меня раздавит и даже не заметит. Но! Это моя пара! И только мне решать, быть с ним или нет! Может, у меня есть планы на свадьбу! Тут сердце болезненно сжалось от одной только мысли об этом кошмаре. «Ну… и до планировался…» — пробормотал я сквозь зубы.       Разозлившись, я накричал на весь дом от возмущения, я сорвался с места и побежал в лес. Благо он тут у нас недалеко. Конечно, я пытался найти хоть какую-то поддержку у матери, но быстро понял, что она и сама в отчаянье. Спорить со взбешённым отцом было бесполезно. Филисия это понимала, и по её щекам беззвучно текли слёзы, но рта она более не раскрывала, опасаясь, что Самуэль выдаст ещё какую-нибудь свою «гениальную» идею.       В животе урчало от голода, а в душе поселилась тоска. Ни единой души вокруг, даже живность и та по домам разбежалась, предчувствуя неладное. Вздрогнул от сильного порыва ветра, пронёсшегося по вершинам деревьев. «Вот замёрзну и умру,» — подумал я с обречённостью. «И буду я лежать один-одинёшенек в этом чёртовом лесу, никому не нужный и всеми забытый…»       «Какой умник сказал, что эльфы хорошо ориентируются в лесу? Сплошная ложь!» — съязвил я про себя. «Я ведь ещё совсем молод, не успел узнать всех тонкостей и премудростей взрослой жизни. Мне ещё многому предстоит научиться…»       Сморкаясь, я присел рядом с каким-то пеньком прямо на траву. «Приехали…» — прошептал я, чувствуя, как настроение катится к нулю, а в глазах предательски заблестели слёзы. Казалось, что хуже уже быть не может.       «Уу-у-у-у-у!»       «А? Что это такое!» — пронеслось в голове. «Волки?!» Леденящий душу вой пронёсся по лесу, заставив кровь застыть в жилах. Страх парализовал тело, сердце бешено заколотилось в груди. «Неужели волки?! Только этого мне сейчас не хватало!» Инстинктивно сжавшись в маленький комочек, я попытался успокоиться. Люди говорят, что волки чувствуют страх… Нужно затаиться, стать незаметным, слиться с окружающей природой, чтобы не привлекать к себе внимания. Шелест листьев, и на открытую местность выходит волк. Большой и белый! При виде его размеров, я ещё больше сжался. Казалось, волк соткан из самой лунной ночи, а глаза его горели холодным, неземным светом. «Даже палки нет под рукой, хотя она вряд ли бы помогла против такого гиганта,» — подумал я обречённо.       Повертев головой по сторонам, волк стал принюхиваться. «Ну вот и всё, прощай моя жизнь!» — пронеслась обреченная мысль.       Присмотревшись ко мне, волк застыл на месте и начал бессмысленно крутить ушами, словно пытаясь понять, что происходит, и не веря своим собственным глазам. В его взгляде читалось недоумение. Вильнув хвостом, он недоумённо оглядел полянку, на которой мы с ним были. И тут из кустов выходит ещё один! Он оказался немного меньше, но с рыжим оттенком. Рыжий волчонок смотрел на белого и сердито рычал, пытаясь оттеснить его на юг. Но белый только куснув его ухо, развернул ко мне.       Я нервно рассмеялся, отступил ещё дальше от этих животных. Истерический смех вырвался из моей груди, смешиваясь со страхом и облегчением. Не менее удивлённые взгляды были устремлены на мой нелепый побег. «Что вообще здесь происходит? Почему они так себя ведут?» — завертелось в голове. Когда я потерял их из виду, последнее что я увидел, это то, как белый волк покачал головой и завыл.       Рванув в сторону кустов, я побежал так, как никогда не бегал. Адреналин бурлил в крови, заставляя ноги нестись с неимоверной скоростью. Я был готов отдать всё, лишь бы вырваться из этого кошмара. «Вы должны гордиться мной, мистер Фаш,» — пронеслось в голове. Пока я бежал, я видел только мутные силуэты деревьев, мелькающие перед глазами, словно в калейдоскопе. «Как же быстро я бегу! Кажется, что я перегнал саму скорость света!» Это могли быть конечно, и оборотни, но таких больших я ещё не видел! Оборотни — волки размером с собак. А эти были размерами с лесных волков. В сознании настойчиво звучал тревожный звоночек: «Беги, Эрстинэль, беги!»       Отбежав на достаточное расстояние, я прислонился к древу и начал загнанно дышать, чуть ли, не выплёвывая свои внутренности. Лёгкие горели огнём, в висках стучало, а перед глазами всё плыло. Схватившись за сердце, затравленно посмотрел назад. «Всё чисто,» — прошептал я с облегчением. Но расслабляться было рано. Инстинкт самосохранения вопил о том, что опасность ещё не миновала. И тут я обернулся назад и увидел рыжего волка!       — АААААААААААААА!       С криком «Уйди!» я отлетел на два метра от зверя. Тело била мелкая дрожь, а в голове царил полный хаос. Я с ужасом смотрел в глаза волку и отчаянно пытался найти выход из сложившейся ситуации. Но решение никак не приходило, а безысходность всё ближе подкрадывалась, словно змея, готовая нанести смертельный удар. С трудом сглотнув тугой комок в горле, медленно поднял руки на уровень груди, пытаясь казаться больше и внушительнее.       — Тихо. Хороший… пёсик, — с каждым словом я всё дальше отступал от рыжика. Но и он шёл вровень моим шагам. Так что расстояния так и не увеличилось. В душе теплилась слабая надежда, что зверь сжалится и отпустит меня. «Я только не понимаю, почему он бездействует? Он же преследует, чтобы съесть? Или он играет? Хотя какая игра! Это же не домашняя собака, это ВОЛК!» В холке волчок доставал мне почти до живота. Эльфы по своей природе и так длинные. Мои отчаянные попытки успокоить зверя казались жалкими и бесполезными.       Волк, посмотрев на меня своими сапфировыми глазами, рванул на меня. В них не было злобы или агрессии, лишь какое-то странное любопытство. Время словно замедлилось, и я успел заметить, как напряглись его мускулы, как он приготовился к прыжку. «Ну вот и всё!» — пронеслось мимоходом в голове. Инстинктивно я закрыл глаза, ожидая неминуемой расправы. Я даже толком не успел понять, что произошло, а я уже лежу на земле, придавленный огромной мохнатой тушей с большими зубами!       Урча и виляя хвостом, волк во все глаза смотрел на меня. Будто чего-то ждал, а я даже ничего сделать не мог. Паника сковала мои движения, лишив меня возможности сопротивляться. Я будто прирос к земле, не в силах даже пошевелиться. Липкий страх сковал моё тело, не давая и попытки двинуться с места. Увидев, что волк всё ближе склоняет свою морду к моему лицу, я, закрыв глаза, пытался абстрагироваться от мира, отгородиться от надвигающейся опасности. «Если не думать, возможно, больно не будет…» Приготовившись к ужаснейшей боли, я удивлённо распахнул глаза. Мокрая дорожка от языка на моей щеке и смешинки в глазах волка заставили меня растеряться. «Неужели он не собирается нападать? Неужели я ошибся в своих опасениях?» В голове промелькнула робкая надежда на спасение.       Как ни странно, страх прошёл довольно быстро, оставив после себя лишь восхищение, удивление, неверие в происходящее и непреодолимое желание потрогать его руками! Я словно зачарованный смотрел на это прекрасное создание, чувствуя, как во мне просыпается какой-то новый, незнакомый интерес. Осторожно протянув левую руку, так как я правша, и если мне всё-таки захотят её отгрызть, то останется та, которой я управляюсь ловчее — правая, медленно подошла ближе. А волк будто с ухмылкой следил за моими действиями, словно дразня и подначивая меня.       — Хороший мальчик, можно я тебя поглажу? — тихо не показывая своего страха спросил я, состроив миленько личико.       Видимо судьба благосклонна ко мне сегодня, потому что волк фыркнув себе под нос, опустил морду и начал посылать тонну спокойствия. Всё его тело словно излучало тепло и умиротворение, отгоняя прочь последние остатки страха. Это было невероятно, но я чувствовал себя в безопасности рядом с этим диким зверем.       Аккуратно гладя мирного волка по огромной, рыжей морде, проходя пальчиками между небольших ушек, я чуть ли не ухмылялся во весь рот. Всегда же любил собак, чего таить. Вспомнились далёкие детские годы, когда только и мечтал о верном четвероногом друге, с которым можно было бы играть, делить все тайны. Прикрыв глаза от удовольствия, волк слабо порыкивал, будто трактор на минималках, начал бодать меня головой, словно выпрашивая ещё больше ласк. Почёсывая за ушами, плавно спускаясь к могучей шее, я прошёлся вдоль позвоночника. Шёрстка была мягкой и шелковистой, как у домашней кошки, а под ней отчётливо чувствовалась сила и мощь дикого зверя.       Спустя пятнадцать минут нашего тесного общения, мы уже сидели на земле. Точнее я сидел, а волк развалился своей огромной тушей, положив морду ко мне на колени, принимая мои поглаживания. Было тепло и уютно. Забылись все страхи и тревоги, осталось лишь странное чувство какой-то безмятежности и умиротворения. Казалось, мы понимаем друг друга без слов, что между нами возникла какая-то особая, незримая связь.       — И как ты меня так быстро нашёл? — я был поражён тем, что зверь смотрел на меня с хитрым прищуром. Прикрыв веки и положив на мою голову огромные лапы, волк медленно водил ушами, но головы не поднимал. Он будто прислушивался, что происходит вокруг. В его движениях чувствовалась грация и сила, а в глазах читался недюжинный интеллект и мудрость, совсем не свойственные зверям. Это был необыкновенный зверь, и я был даже рад, что судьба свела меня с ним.       Хотя бы меня не съел сразу, и на том спасибо. Может даже, на правах его друга, меня другие волки не загрызут? Уйдя в невесёлые раздумья, я не сразу заметил, как любопытная морда начала пробираться ко мне под рубашку. Сначала я почувствовал лёгкое прикосновение влажного носа, а затем горячее дыхание коснулось моей кожи. В животе зародилось странное волнение, а по всему телу пробежали предательские мурашки. Юркнув под мою рубашку и выпустив из себя горячий воздух, влажный нос уткнулся мне куда-то в бок. Затем, пробежав шершавым языком, этот рыжий бес лизнул меня прямо в сосок.       Честно?       Первым делом мне показалось безумно странным и даже нелепым то обстоятельство, что волк…       Волк же сопит, тихонько отфыркиваясь, и отстраняется, решив попробовать спереди. Его ухаживания, постепенно, переходят в стадию «тащим эльфа к себе в постельку», и моё мнение совершенно не учитывается! Волк начал пробираться своим влажным языком по моему животу, а затем стал просовывать свою морду под мою одежду, нагло растягивая рубашку на мне.       Всё произошло настолько быстро и неожиданно для меня, что я даже не успел понять, как реагировать на наглость волка, который совершенно точно хотел меня раздеть! Внутри всё сжалось от неожиданности, а щёки залились предательским румянцем. Неужели это происходит на самом деле? Неужели волк… пытается соблазнить меня? Эта мысль мне показалась настолько абсурдной, что я невольно рассмеялся.       — Эм… ты что делаешь?       Ошалело хлопаю глазами, смотря прямо в морду наглого волка. Это вот сейчас… мне же не показалось? Да нет, судя по заметному стеснению в штанах и всё ещё бегущим по коже мурашкам, совсем даже не показалось. Тело, словно марионетка, предательски отзывалось на его прикосновения, а внизу живота начинало тянуть смутным, доселе неизведанным томлением. Только вот… почему я так реагирую на… волка?! Что со мной вообще не так? Это же всего лишь животное!       А сапфировые глаза волка меж тем хитро сощуриваются. Рыжий хищник, сделав стремительный рывок, мгновенно оказался на мне, и теперь я лежу между его расставленными лапами, а кончик пушистого хвоста игриво скользит прямо до самого бедра.       Мне показалось, или на моё тело тут совершенно намеренно посягает волк? В голове промелькнула отчаянная мысль: «Что же делать? Как остановить этого наглого зверя?!» Запаниковав, я стал лихорадочно оглядываться по сторонам, ища хоть какой-то предмет, которым можно было бы защититься. Кто знает, что у этих диких зверей на уме! Сейчас я лежу под зверем, который начал меня обнюхивать, добравшись до шеи и проведя влажную волнующую линию прямо мимо ключиц…       Я взбрыкнул, что было мочи ударив острым коленом в живот волку, отчего тот обиженно зарычал и в отместку облизал мне всё лицо.       Озорно посмотрев на меня, волк оскалился во всю пасть. Но в его глазах не было и намёка на злобу, лишь игривый вызов. Казалось, что он просто забавляется, получая ни с чем не сравнимое удовольствие от моей растерянности. Увидев, что волк отошёл чуть в сторону, я попытался вскочить на ноги, но был моментально и с позором опрокинут обратно на землю. Его сила была несоизмеримо больше моей, и я понимал, что мне просто не вырваться из его лап.       Мне показалось, что он осуждает мои действия. В его взгляде читалось удивление, смешанное с разочарованием. Я сжался в жалкий комок и начал отчаянно следить за поведением рыжика. Волк, оглядевшись по сторонам, посмотрел на меня исподлобья. Затем, переступив пару раз лапами, зверь оказался окутан лёгкой дымкой, и на месте рыжего зверя привстал нагой человек.       — Габриэль?! — ошарашенно посмотрев на свою потенциальную пару, я густо покраснел и смущённо отвёл взгляд от обнажённой груди оборотня. В голове царил полный хаос, смешались страх, дикое удивление, смущение и какое-то странное влечение. Неужели это тот самый оборотень, которого мне навязал мой дражайший отец? Неужели это моя судьба?!       — Ну привет, златовласка, что интересного ты тут делаешь? Один в лесу, да ещё и в такое позднее время? Вы, ушастые, совсем что ли страха лишены? — чуть грозно сказал волк, при этом совершенно откровенно пожирая меня взглядом. В его голосе звучала явная насмешка и какое-то странное притяжение. Залившись краской, я одёрнул поднятую кверху рубашку, отчаянно пытаясь скрыть своё смущение. Его пристальный взгляд прожигал меня насквозь, заставляя моё сердце биться быстрее.       — Я… я… просто ушёл из дома, — пристыжено опустив лицо вниз, едва слышно пробормотал я.       — Чего? Ушёл? Но почему?       — Отец хотел разорвать нашу с тобой связь, — пробормотав, я медленно поднял взгляд и посмотрел на свою пару, и то, что я там увидел, буквально повергло меня в шок. Габриэль, скрестив руки на груди, улыбался во весь рот! Он просто смеялся надо мной! Вот… Я тут, значит, по лесам брожу, от волков всяких озабоченных спасаюсь, а ему, видите ли, смешно! Что ему вообще от меня нужно? Неужели он не понимает, что я чувствую?!       — Значит ты принимаешь нашу связь, лучик?       — Что? Как ты меня сейчас назвал?! — взвизгнув, я покраснел еще сильнее и стал похож на самый спелый помидор.       — Лучик. А что не так? Могу называть солнцем, — придвинувшись ко мне почти вплотную, наглый оборотень, проведя носом по моей шее, нежно огладил его шершавой ладонью метку. Его прикосновения вызывали дрожь во всём теле, а запах сводил с ума. Пропустив мои золотые блестящие волосы сквозь пальцы, Габриэль посмотрел прямо в мои глаза. — Первый раз вижу у эльфов такой необычный цвет волос. Они будто полностью сделаны из настоящего золота. Такая красота, — вспыхнув ярким пламенем, я покрылся румянцем и что-то смущённо пробормотал. Мне такого никогда не говорили раньше. Ну, точнее говорили, конечно, но не просто так, а с какой-то конкретной целью. А сейчас это было сказано искренне, потому что ему так захотелось… В его глазах я видел искренность и восхищение, и это заставляло моё робкое сердце отчаянно таять.       — Ох, какое же это очарование! Ты просто маленький ангел, когда хоть иногда забываешь о своих колкостях, — Габриэль расцвёл в искренней улыбке, и в его глазах заплясали озорные искорки счастья, словно сейчас он находился на самом незабываемом свидании. Вся его аура так и говорила о нежности и восхищении.       — Не смей называть меня милым! — огрызнулся я, резко вскинув голову и злобно сверкнув глазами цвета молодой травы. Мой протест был скорее инстинктивным, чем осознанным. В следующую секунду я вдруг растерянно замер, мой взгляд невольно скользнул к его протянутым рукам. Горячие пальцы нежно коснулись кожи за ухом, словно случайно, и медленно поползли вниз по шее, вызывая волну внутреннего сладкого трепета. Каждое едва ощутимое прикосновение отзывалось во мне сладкой дрожью всепоглощающего желания. И сейчас, как никогда, я отчаянно хотел, чтобы он был ещё ближе. Невыносимо ближе. До дрожи в коленях. Словно загипнотизированный дьявольски прекрасным пением сирен, я прошептал, едва слышно:       — Обними меня…       Время словно замерло. Каждая секунда тянулась мучительно долго, наполняя меня робким страхом. Вдруг он, в последний момент, обязательно передумает? Не зная, куда себя деть, я захотел вырваться из плена его сапфирового взгляда, попытаться убежать, спрятаться, но тихое, безумно ласковое «Дурашка» и такое трепетное прикосновение его манящих рук, рассеяли все мои сомнения, не дали страху и сомнениям даже шанса укорениться в моём сердце. Объятия Габриэля оказались в тысячу раз лучше самого тёплого одеяла и кружки обжигающего липового чая в холодный зимний вечер. Даже объятия матери, казавшиеся мне эталоном нежности, сейчас меркли в сравнении с этим новым, всепоглощающим чувством защищённости и небывалого тепла…       Его волшебные объятия грели не только тело, но и душу, исцеляя старые раны и наполняя сердце невероятной надеждой. От него пахло полевыми душистыми травами, прогретыми жарким летним солнцем, с лёгким, едва уловимым оттенком диких душистых цветов. Габриэль нежно скользил губами по моей скуле, словно пытался собрать солёные капли слёз, которые предательски катились прямо из покрасневших глаз. Почему я плачу? Ведь сейчас я так счастлив!       Он притянул меня к себе ещё ближе, зарылся лицом в мои шелковистые волосы, жадно вдыхая мой запах, словно стремился впитать каждую частичку меня. Его сильные руки скользили по моему телу, нежно изучая каждый изгиб, каждую линию. Я ответил тем же, осторожно гладя его широкие плечи и сильную шею, словно отчаянно хотел навсегда запечатлеть в своей памяти каждую деталь его прекрасного тела.       Страстный поцелуй стал настоящим откровением. Мягкий, согревающий, невероятно нежный, он словно говорил о самом главном, без лишних слов. Мы оба вкладывали в него целиком всё, что у нас сейчас было. Всё, что было в далёком прошлом, что есть сейчас, и чего, возможно, больше никому и никогда уже не случится.       И было просто хорошо. Невероятно хорошо. До лёгкого головокружения. До полной потери ощущения реальности.       Когда мы, наконец, оторвались друг от друга, моё бешено колотящееся сердце упрямо вырывалось из груди, напоминая оглушительный барабанный бой. Мне казалось, что еще секунда, и я просто потеряю сознание прямо здесь.       Жаркая волна окатила меня с ног до головы, кровь словно закипела в венах. Я поднял взгляд на Габриэля, он дышал тяжело, с присвистом, и я невольно сглотнул вязкую слюну. В его глазах плескалось что-то дикое, звериное, первобытное. Мурашки пробежали по спине, и меня вновь, совершенно нестерпимо, потянуло к его губам. Словно в забытьи, я подался вперёд, робко касаясь его губ своими. В ответ раздался невнятный рык, а сильные руки крепче сжали мои бёдра, вызывая лёгкий стон, который смешался с тихим хрипом Габриэля. Он начал покрывать мою шею лёгкими укусами, словно ставя метки принадлежности, показывая всему миру: «Этот — мой». И мысль о том, что я нужен, что я принадлежу ему, заставляла выгибаться под его напором, подставляя всё новые участки тела для его нежных, но таких уверенных прикосновений. Его губы скользили по моим щекам, спускаясь к шее, оставляя за собой дорожку мурашек. Не было времени на раздумья, решение пришло само собой. Он провёл языком по моим губам в умоляющем движении, а затем настойчиво ворвался в мой рот, нежно поглаживая языком самые чувствительные места и отступая лишь для того, чтобы вновь вернуться.       Я больше не мог сдерживать стон, который давно рвался наружу. Габриэль издал в ответ звук, похожий на рычание, пьянящее, первобытное. Именно этого я и хотел. Чтобы это случилось здесь и сейчас. Под звёздным небом. В этом тихом лесу, где только мы двое существуем.       Медленно обвил руками его шею и спину, прижимаясь к нему всем телом. Мне нужно было быть как можно ближе, чувствовать каждый вздох, каждое движение.       Руки скользили по его телу, исследуя каждый мускул, пока не наткнулись на упругий, словно выточенный из камня, пресс. Я должен был увидеть его, чтобы сравнить нереальное зрелище с ощущениями. Прервав поцелуй, я провёл ладонью по рельефным мышцам. Габриэль судорожно втянул воздух и посмотрел на меня с такой жадностью, что у меня перехватило дыхание. Он хотел меня! Меня! Сейчас!       Замысловатые татуировки, изображающие странные символы, обвивались вокруг его правого плеча и правой стороны груди. Коснулся их кончиками пальцев. Его кожа была мягкой и тёплой, а пресс — твёрдым и рельефным. Он был идеален. И прямо сейчас он был моим. Дуновение тёплого вечернего ветра колыхало листву деревьев, наполняя воздух ароматом хвои и влажной земли.       Нерешительно скользнул пальцами в прорези для ремня его джинсов и потянул на себя.       — Ты… — я боялся произнести эти слова вслух, боялся разрушить эту хрупкую, волшебную атмосферу. — Ты… потрясающий.       Спокойная, уверенная улыбка, тронувшая его губы, вызвала новую волну жара, которая затопила меня изнутри. Никогда не чувствовал себя настолько живым. Каждый нерв был оголен, каждая клеточка тела пела от предвкушения.       — Лучик, — прошептал он в мои губы, запуская пальцы в мои волосы и снимая резинку. Мои локоны рассыпались по плечам, словно тёмный водопад, струящийся сквозь пальцы.       Да. Да. О, да. Обвил ногами его талию, прижимаясь ещё ближе. Короткие, прерывистые поцелуи, переходящие в долгие, страстные. Это сводило меня с ума. Руки скользнули вдоль его позвоночника — кожа была гладкой и горячей, и мне отчаянно захотелось попробовать её на вкус.       В этот момент Габриэль резко потянул меня за волосы вниз и нежно укусил за шею. Святое древо! Он водил языком вдоль моей шеи, посасывая нежную кожу, тем самым посылая разряды электричества по всему телу. Между ног стало нестерпимо жарко, и я судорожно схватился за пояс его джинсов. В ответ он потянул за рукава моей рубашки и стянул её через голову. В тот момент отчаянно хотел, чтобы его руки были на моём теле. Мне нужно было больше прикосновений. Больше тепла. Больше Габриэля. Он целовал мою шею, открытые плечи и руки, словно заново открывая мир. Никогда не думал о руках, как об эрогенной зоне, но, хм… Да, пожалуйста. Продолжай.       Затем он начал медленно поглаживать мои ноги от колен вверх по бёдрам, и всё внутри сжалось в предвкушении долгожданного прикосновения… Которое всё не приходило. Пока. Затем он резко схватил шнурок от моих штанов, но не успел отвести взгляд от меня, как его отбросило на другой конец поляны, словно невидимой силой. Он отлетел, врезавшись спиной в могучий дуб, и затих, тяжело дыша.       Загнанно дыша, Габриэль, сцепив зубы, затравленно посмотрел на меня. В его глазах плескались дикий ужас и отчаяние. Завыв, он отвернулся, словно стыдясь своего порыва. На глаза навернулись слёзы обиды, которые были настолько близко, что щекотали веки. Значит, полапал, возбудил и бросил? Просто ушёл? Сжавшись в маленький комочек, попытался унять дрожь, успокоить бешено бьющееся сердце и кровь, стучавшую в висках.       — Прости, — хриплый голос, раздавшийся совсем рядом, заставил обиженно взглянуть на оборотня.       — Урод! Что, уже наигрался?! А что же ты не трахнул меня?! Или у нашего альфа-самца не встало? — горько усмехнулся я, глядя на слегка растерянного Габриэля.       — Прости. Дело не в тебе. Просто я… не хочу, чтобы всё было так… Наш первый раз должен быть особенным, — смущённо пробормотал он, избегая моего взгляда.       — Ха! Что-то ты об этом не задумывался, когда раздевал меня!       — Это был не я…       — А кто?! Леший?!       — У меня гон! — выпалил он, глядя на меня с отчаянием.       — Ч-что?       — Он должен был начаться только через три дня, но из-за тебя гон наступил раньше… Я не сразу понял, что делаю. Мой волк почувствовал, что ты моя пара, и хочет покрыть тебя…       — Покрыть?! Я тебе что, кобыла?!       — Не самое удачное сравнение, но суть та же… И я сейчас едва сдерживаюсь, чтобы не наброситься на тебя, — вздохнув, Габриэль медленно начал подходить ко мне. — Вставай. Пойдём. Я отведу тебя к себе домой. Поживешь пока у нас. Родители против не будут, — тихо добавил он. — Я надеюсь…