И это моя судьба?

POV Люциус

      Лёжа на кушетке в безупречно чистой палате, нервно теребил в руках белоснежное полотенце, словно пытаясь удержать ускользающее спокойствие. Зачем мне его дали? Не знаю. Но эта мягкая ткань под пальцами хоть немного усмиряет разбушевавшиеся нервы. Сегодня я волнуюсь, как никогда, хотя, вспоминая последние месяцы, могу с уверенностью сказать, что вёл себя образцово. И всё ради них, моих малышей. Абрахам решил тщательно проверить здоровье наших деток и привёз меня в эту стерильную, пропитанную запахом трав, больницу, где каждый уголок сиял чистотой. Запах трав щекотал нос, напоминая о безмятежных днях в поместье. Больница и правда была вылизана до блеска: ни пылинки, ни соринки. Даже воздух, казалось, здесь был каким-то особенным — свежим и хрустальным.       — Слышите этот стук? Сердце, — произнёс врач и положил свою руку мне на живот. Магия, сконцентрированная в небольшой сфере, исходила от целителя, искажая его черты. Взглянув на супруга, не смог сдержать смех от вида демона, который завороженно прислушивался к шуму, доносящемуся из магической сферы. При его приближении она начала трансформироваться, напоминая огромного ёжа, ощетинившегося иголками. Забавно. Абрахам даже привстал на цыпочки, чтобы лучше видеть что там происходит.       — Это мальчик или девочка? — потребовал он ответа.       — Пока неясно, срок ещё очень мал, но я попробую. Ясно одно.       — Что именно? С ребёнком что-то не так? — в голосе Абрахама зазвучала тревога, и я почувствовал, как его рука сжала мою. Его обычно уверенный и властный тон сейчас дрожал от беспокойства.       — Я думаю, что да. Их не двое.       Я был в шоке, когда врач посмотрел на меня и подмигнул. У нас будет… тройня?! Невёроятно! Неужели мне придётся испытать тройную радость материнства? Вот это поворот!       — Как это — не двое? С кем они там? — демон аж к сфере подскочил и стал разглядывать пятнышки, которые были нашими с ним детьми. Он навис над доктором, словно ястреб, готовый выклевать информацию.       — Очевидно, что там третий ребёнок, — спокойно пояснил врач, поправляя очки на переносице.       — Откуда ещё один? — всполошился Абрахам, чуть не опрокидывая стул. Впрочем, быстро взял себя в руки и опёрся на спинку, глядя на меня во все глаза.       — Оттуда же, откуда первый и второй. Ну что же, папаша, теперь вы можете присесть, а мы проведём замеры и проверочные анализы, — врач силой надавил демону рукой на плёчо, заставляя присесть. Сам же с довольной улыбкой вновь вернулся осматривать меня.       Чёрез десять минут мы вышли из кабинета УЗИ. Мой супруг нёс в руках небольшую мини-сферу, на которую нам записали съёмку (её можно было смотреть потом дома столько раз, сколько захотите) и выглядел при этом, как будто его ударили. Причём по голове. Кажется, новость о тройне выбила его из колеи. Забавно и мило. Впрочем, его растрёпанный вид только добавлял в его облике некой пикантности.       — А это точно мальчик, — счастливая улыбка озарила моё лицо. — Подумать только, троё: два мальчика и девочка!       — Куда теперь? — спросил он, когда мы вышли из коридора.       — Теперь к моему врачу, — радостно ответил я, весело напевая какой-то незамысловатый мотивчик.       — Я там тоже буду нужен? — нервно пробормотал супруг, переминаясь с ноги на ногу.       — Не знаю. Ты хочешь с ней поговорить? — остановился и посмотрел на него.       — Хочу, — кивнул он. — Чтобы убедиться, что с детьми всё в порядке.       Мы дошли до кабинета, и я указал Абрахаму на скамёйку.       — Тогда садись, я спрошу, когда тебе будет можно зайти, — и он плюхнулся на неё, словно проигравший на ринге боксёр.       Демин повиновался, так и вертя в руках бусину, а я отправился на осмотр к врачу. Я понимал и разделал его чувства, чувства растерянности. Ведь новость о тройне — это не шутка. Это огромная ответственность, но вместе мы справимся. Он немного нервничёнчал и постоянно поправлял свои иссиня-чёрные волосы.       — А, это вы. Давайте-ка вы на кушетку ложитесь и проверим, как там наш плод.       — Три плода, — поправил я целителя, передавая ей лист с результатами и укладываясь на кушетку.       — Вот как? Весьма занимательно. Уже давно у меня нет многоплодных беременностей. Два месяца как.       Врач, удовлетворённая осмотром, снова вернулась за стол и начала заполнять обменную карточку беременного. Её руки, ловко порхали над бумагами, заполняя их аккуратным почерком.       При этом целитель не только осматривала меня на наличие возможных проблем со здоровьем, но и расспрашивала о моём самочувствии. Взяла кровь, осмотрела живот, пощупала магию. Покивав на несколько вопросов, она что-то написала и отдала мне бумажку.       — Вот, это нужно купить и пить на протежении всей беременности. Не каждый день в мире рождаются демоны, которые могут быть чистокровными. Вам очень повезло, что детки пока находятся в состоянии сна и не употребляют слишком много вашей магии, но вскорэ вы почувствуете усталость. Так что пейте всё, что я вам прописала, — она посмотрела на меня поверх очков.       — Хорошо, а…       — Ах да, для пополнения сферы вы со своим супругом должны проводить больше времени вместе, из-за того, что вы истинные, то мистер Абрахам, не контролируя свои потоки магии, будет пополнять ваши резервы. Но простого нахождения рядом будет недестаточно, если Вы понимаёте, о чём я… — она подмигнула мне.       — Вы имеете в виду интим? — поёрзав от нетерпения на стуле, заправил локон за острое ушко. Ух ты! Какой сюрприз!       — Про него родимого. Хотя бы раз в три дня, но желательно каждый день. Вы не будете чувствовать себя усталым.       — Я вас понял, значет пить травы и быть побольше с мужем во всех смыслах? — игриво прищурился в ответ. Вот так задача, но я справлюсь!       — Да, а теперь вот, — протянув мне мешочек с травами и бумажку с названием этих самых трав, попрощалась.       Выйдя из кабинета, вздохнул и начал читать наставленния на ближайшие полгода. Кажется, меня ждёт много интересного. Хо-хо, не жизнь, а сплошной праздник какой-то!       — М-да, в этой жизни просто ничего не бывает, — секс, конечно, хорошо, но как супруга к этому подтолкнуть? А то в последнее время он если и касается меня, то если мне плохо или нужно размять мои ноги. Из-за беременности моё тело стало не способно передвигаться на большие расстояния, а под вечер его ломит будто по мне прошелся табун лошадей. Нужно будет намекнуть ему, что мне требуется его внимание и тепло. Ух, держись, Абрахам, твой ненаглядный муженёк приготовил тебе сюрприз!       Ну раз прописали сэанс с горячим демоном, то грех отказываться от такого подарка. В общем, это мой супруг и я его законный муж, поэтому пусть исполняет свой долг. В конце концов, кто я такой, чтобы противиться медицинским предписаниям? Хи-хи.

POV Абрахам

      Никогда раньше не думал, что можно испытывать по отношению к мужчине чувство подобной близости. Не только физической, но и эмоцианальной. Такой, что, когда его нет рядом, ощущаешь себя одиноким даже среди кучи людей. Такой, что скучаешь на простых саммитах настолько дико, что хоть волком вой. Я прямо чувствую его запах.       В общем и целом, если говорить без излишней патетики, я, определённо, влюбился. И эта любовь только крепнет с каждым днём. Каждая клеточка моя души принадлежит ему.       Внутри как-то неприятно скребло от мысли, что с парой и детьми что-то может случиться. Может я и не хотел детей в данный момент, но посмотрев на эти комочки, все сомненья улетучились. Я хочу этих детей, и чтобы Люци был полноценным супругом. Я сделаю всё, чтобы они были счастливы и здоровы. Я не позволю ни одной тени коснуться их счастья.       — Вот же, прошло всего ничего, а ноги уже гудят. Да, непросто быть беременным, — Люци с наслаждением вытянул ноги. А я сел рядом, причём настолько близко, что даже сквозь ткань ощущал тёпло его тела. Украдкой посмотрел на супруга. «Хорош», — ещё раз отметил, рассматривая его профиль, невольно любуясь его нежными чертами лица: узкий нос, чуть пухлые губы, зажмуренные глаза с пышными ресничками. «Детки будут на загляденье с такой-то наследственностью», — улыбнулся я. Он просто создан для того, чтобы быть родителем. Невольно протянув руку погладил его чёлку, что упала ему на глаза.       Я так задумался, что сначала и не заметил, как Люци занервничал. Только стоило нам подняться, как полукровка обхватил свой живот и начал сквозь зубы вбирать воздух, смотря на меня круглыми глазами. В его взгляде читалась боль и удивление.       — Что стой? Ты в порядке? — обеспокоенно спросил супруга. Подскочил к нему и хотел уже осмотреть его всего.       — Да, в полном. Не стоит волноваться. Просто дети резвятся, — и неожиданно добавил. — Дай руку. Пожалйуста…       Сглотнув, я несмело коснулся его живота тёплой, немного шершавой от мозолей рукой. Ощущение было странным и волнующим. Магия так и пульсировала под ладонью. Это непередаваемое ощущение. Рядом с ним вёл я другой человек, нет, даже лучший демом.       «Так, мальчики и девочки, поприветствуем папочку, — улыбнувшись своим мыслям, восторженно посмотрел на уже весьма большой животик. Надеюсь, они унаследуют его красоту и мой ум.       Малыши не подвели, и шальная улыбка демона служила им наградой. Его улыбка — самая ценная награда для меня.       Так, объединенные маленьким чудом, мы молча продолжили путь, только на этот раз я крепко держал руку Люци в своей. Когда же супруг, наверное, в пятый раз запнулся, я подхватил его на руки и, как ни в чём не бывало, отправился дальше. На его щёчках вспыхнул нежный румянец и он робко спрятал свой взгляд за длинными ресницами.       — Отпусти, я же тяжёлый, — попросил он меня, смущённый моей заботой. — Не волнуйся, я сам…       — Молчи, ты носишь моих детей, это малая часть того, чего я могу тебе дать. Я готов носить тебя на руках всю жизнь, лишь бы ты был счастлив, — твёрдо отрезал, глядя ему прямо в глаза.       — Ну раз так, то неси! — устроившись поудобней, Люци начал оглядываться по сторанам. Видимо в этой части континента он ещё не был, но это не важно. У нас ещё вся жизнь впереди, успеем побывать в каждом уголке мира. Я покажу ему весь мир, и он увидит, как сильно я его люблю.       Проходя сквозь многочисленные скопления людей, я то и дело останавливался, Люци видимо решил скупить все энциклопедии по мужской беременности. Усмехнувшись на реакцию торгашей, я начал замёчать удивлённые взгляды в нашу сторану. Видимо узнали. Не каждый день, видимо, видят, как их правитель носит на руках беременного полукровку…       — Так, книги есть, осталось купить лечебных трав, можно конечно было попросить дядю, но он с отцом умчались в горы, — бормоча всякие глупости от названий книг до фруктов, я сам не понял, как оказался возле нашего дома. Его голос — самая прекрасная музыка для моих ушей.

***

      — Сынок, Люци, где же вы были? Мы вас с отцом потяряли, — матушка с лёгким испугом быстрыми прыжками оказалась рядом с нами.       — Мы…мы ходили на осмотр, миссис Лоа, извините, что не предупредили, — смущённо помялся демонёнок, опустив голову так, что острая чёлка теперь закрывала вид.       — Ох, Люци, я же просила называть меня мамой.       — Хорошо…мама… — прошептал он, чуть краснея.       — Вот и славненько! — хлопнув в ладоши, демоница с милой улыбочкой посмотрела на животик моего супруга. — И как прошли анализы? И кто у вас, дорогие мои? Мы с отцом спорим насчёт комнат, как лучше их обставить? В нежных тонах или более ярких? Она так взволнована, словно сама беременна.       — Матушка! — прорычал я.       — Не рычи на мать! — и шлёпнув меня по лбу, с прищуром начала рассматривать нас. — А вот кто нас ожидает, узнаем за обедом.              — Целитель сказал, у нас не двое, а трое деток! И пол нам определили… Два мальчика и девочка! — Люциус выпалил новость на одном дыхании, а матушка тут же преобразилась. Вся подобралась, глаза заблестели, словно золотые монетки на солнце. Я помнил её такой, когда впервые взлетел, помните, да? Лоа шмыгнула носом, в порыве нежности чмокнула Люциуса в щёку, а мне легонько потрепала волосы. Развернувшись, она подхватила подолы платья и, с радостными возгласами, понеслась в кабинет отца.       — Старый маразматик, а я что тебе говорила! Девочка! Девочка! О, Боги и Тьма, у меня будет внучка!       — Вообще-то, у них ещё и двое пацанов будет! Так что денежки, которые ты ставила, остаются у меня, голубушка, ты мне даже должна! — из глубин замка донёсся хохочущий голос отца. — Эй, положи кристалл! Не смей связываться с твоей матерью! Я эту ведьму и на порог не пущу!       — Усохни, рогатый! Моя мать не ведьма! И если твоей можно каждый год приезжать, то и моя приедет! Хоть пыль с себя смахнёшь, а то твоя тушка мхом поросла…       — Ах ты… — и тут голоса внезапно стихли. Видимо, вспомнили про звуковое поле. Да, моя семья умела устраивать знатные представления.       Наступила неловкая тишина, такая, что слышно было пение птиц и стрекот кузнечиков вдали. Прокашлявшись, я произнёс:       — Ну…       — Мне нужно размять мышцы… Массаж, короче, — Люциус поднял на меня свои огромные глаза, миленько улыбнулся и склонил голову набок, оголяя бледную шейку, в которую так и хотелось впиться губами, оставляя на память багровые отметины. — Мне очень трудно, я до ног не дотягиваюсь…       Его просьба — закон. Я готов был сделать всё, чтобы облегчить его страдания.       — А… Конечно! — прошептал я, с трудом проглатывая вязкую слюну. Волнение сдавило горло. Приобняв мою пару, я повёл Люциуса в нашу спальню. Это первый раз, когда он сам попросил меня о чём-то. Обычно он держится отстранённо, словно боится показаться нуждающимся. Обычно я сам всё делаю, включая массаж… Это стало своего рода стабильным «обрядом» в нашей жизни. Зелья он и сам может пить, а вот свои отёкшие конечности привести в порядок сейчас временно не способен.       Неужели у нас всё налаживается? Ещё несколько месяцев назад я и представить себе не мог, что мы будем вот так близки. Если вспомнить первые его дни здесь, то на данный момент всё просто замечательно! Но что будет дальше? Смогу ли я удержать его интерес, его расположение?       Спальня с появлением супруга стала выглядеть живее. Пройдя вперёд, полукровка размял затёкшие мышцы и потянулся всем телом, словно дикий зверь, готовящийся к охоте. Он был похож на хищника, завлекающего свою жертву. Его волосы, прилично отросшие за эти два месяца, сейчас были расплетены и волнами спускались по спине, почти до бёдер. Из-под ворота расстёгнутой длинной рубашки выглядывала полоска золотистой кожи, усыпанной маленькими веснушками. Каждая веснушка — словно маленькая, крошечная звёздочка на его коже. Я шагнул к Люциусу и ощутил чувственный запах его тела и аромат его духов с оттенками специй и лимона. Этот аромат сводил меня с ума. Затаив дыхание, я смотрел на его узкие плечи под рубахой, которая была ему слишком уж велика, но из-за растущего живота он носил только её. Говорил, что она свободная и удобная. Но даже в такой странной одёжке гибрид смотрелся милым и желанным. Я ощутил острую волну желания, желание обладать им, защищать его.       Развернувшись ко мне, Люциус окинул меня странным взглядом и, схватив за руку, потянул к кровати.       — Ты иди пока масло возьми, а я разденусь, — кивнув, я направился к небольшому столику возле шкафа, принялся рассматривать баночки и скляночки. Их с последнего раза стало больше. Неужели сам прикупил? Взяв масло, я направился к уже готовому мужу. Окружённый множеством подушек, он расположился на круглой подушке с дыркой в середине, со вздохом положив подбородок на предплечье.       Сейчас, склонившись над его успокоенным телом, я могу в полной мере насладиться им. Он был безусловно красив, но без тени смазливости, он не был похож на прежних моих пассий, он был другим. В нём была какая-то дикая, необузданная сила, которая притягивала меня, словно магнит. Его взбалмошный характер хоть и раздражал порой, но это было лучше, чем получить послушную куклу, готовую исполнить любой мой каприз. Мой супруг хоть и не любил всех этих примочек, но нельзя не отметить, насколько он ухожен — на матовой коже не было и намёка на какие-то недостатки, в глаза бросалась лишь россыпь мелких родинок, украшающих его тело.       — Как прошёл твой день? — спросил я с какой-то даже нежностью, растирая поджарые бока.       — Неплохо, — ответил брюнет, бросая мимолётные взгляды в мою сторону. — Навестил отца, он давно звал в гости. А что ты делал сегодня? Я тебя почти не видел, — мне послышалось, или он сказал это с упрёком? Или это просто моя мнительность?       — Ну, ты же понимаешь, что мне, как правителю, приходится решать вопросы моего народа. И сегодня был именно такой день, поэтому ты меня и не видел. В следующий раз, если не найдёшь меня, иди сразу в мой кабинет, — я снова улыбнулся, глядя куда-то в район левого плеча супруга. — Люциус… Мне нравилось произносить его имя, в нём была какая-то магия.       — Буду знать, — парень вздохнул удручённо и повернул голову, утыкаясь лицом в подушку и выгибая шею. Было видно, что массаж доставляет ему удовольствие, но предвкушение продолжения этого массажа его сильно волновало.       Я чуть не замурлыкал от удовольствия, разминая ладонями стремительно краснеющую кожу. Давно со мной не было такого, чтобы кто-то сводил меня с ума, просто неподвижно лёжа. Всё же правы старейшины, что пара — лучшее, что могло случиться в этом мире. Проведя руками по спине супруга, перебирая пальцами, я остановился на талии и закусил губу. Поколебавшись секунду, я неловко сдвинул полотенце на бёдра и несильно сжал ладонями напрягшиеся ягодицы, повторяя круговые массажные движения. Его кожа была такой нежной, такой податливой.       — Приступать будешь? — предложил он, вновь поднимаясь к лопаткам. — Или забыл, как это делается? — протянув «з», супруг будто кошка прогнулся в спине и гортанно застонал, как только мои руки впились ему в бёдра.       — Ты уверен? — лежащий подо мной гибрид так и манил к себе. И я еле сдерживался, чтобы не наброситься на него. Слишком уж он правильно смотрелся на моей постели.       — Если бы был против, ты бы и пальцем меня не тронул, так что приступай и не забывай, что я в положении! — как-то не слишком спокойно проговорил полукровка. Было видно, что его самоуверенность — лишь игра. Он боялся, но не хотел этого показывать.       Схватив небольшую стеклянную колбу с чем-то жидковатым, я начал выливать содержимое рядом с непослушным хвостиком, который, почувствовав неладное, дёрнулся, тем самым залепив мне по лицу. Я не удержался и усмехнулся.       Отбросив одеяло, я невольно залюбовался видом. Светлые ягодицы были настолько упругими, что хотелось их отшлёпать, но в то же время это было невозможно из-за инстинкта. Вздохнув и прикусив губу, я развёл ягодицы руками. Анус был плотно сжат, что неудивительно. Последний секс был два месяца назад, что одновременно огорчало и радовало.       Нежно и медленно, я старался причинять ему как можно меньше боли, попеременно надавливая на стенки и разрабатывая их. С терпеливым ожиданием, пока Люциус привыкнет. Я чувствовал, как его тело напряжено, но он терпел.       — Как уж тут забудешь, — буркнув на смеющегося гибрида, я отошёл от него на несколько шагов, вытирая руки сухим полотенцем. Я чувствовал его взгляд на себе, полный желания и нетерпения.       Со стороны Люциуса послышался удивлённый вздох. Мышцы на его спине и ягодицах разгладились. Супруг практически не дышал, изумлённо смотря перед собой и бесшумно раздувая ноздри.       — Больно? — взволнованный такой реакцией, я хотел было убрать пальцы, но меня остановило движение бёдер супруга, которые так и лились в мою сторону.       — Н-нет… продолжай и не думай останавливаться! — прохрипел Люциус, когда я особо резко двинул пальцем. Из его глаз чуть искры не полетели от протяжного стона. Я знал, что ему нравится, и это разжигало мой собственный огонь.       — Приятно, когда я касаюсь здесь? — дрогнувшим голосом спросил я, круговыми движениями обводя бугорок простаты. Люциус начал ёрзать и почти незаметно прогнул спину, выпятив ягодицы. Мне стало не по себе от его вида. Он так нежно и с таким умилением прятался от меня, закрывая лицо локтем, что я невольно смутился и покраснел. «Что же это такое?!» — спросил я себя и посмотрел на дрожащего вампира. «Совсем у него чувство самосохранения отсутствует».       Мурлыкнув, я сплёл наши хвосты, придавая особую связь этим действием. По мере того, как жар становился всё более сильным, начав опускаться вниз по ногам к животу, Люциус рычал, обнимая простыни. Он терял контроль, и это было невероятно возбуждающе.       — Лежи спокойно, — надавил ладонью на пошло выгнувшуюся поясницу, стараясь утихомирить больше не полукровку, а самого себя. Гибрид недовольно зафыркал, покорно опустив бёдра, но через секунду повернул голову, заглядывая в моё сосредоточенное лицо.       Он смотрел на меня диким, голодным взглядом, даже немного пугающим со всей своей похотливостью, которую уже не мог скрыть.       Провожу ладонью между липкими ягодицами, большим пальцем поглаживая анус и старательно игнорируя красноречивые взгляды. Его чуть ли не трясёт от возбуждения, но он пообещал себе держаться до последнего, заставить этого невозмутимого красавца просить нежных прикосновений и ластиться, как кот… Но я чувствовал, что долго не выдержу.       — Ты такой красивый, — прошептал я в алое ушко, прикусил мочку и сразу же зализал покрасневшее место. Его кожа была солёной и сладкой одновременно.       — Да хватит тянуть! Вставь уже! — сорвался я, не в силах больше сдерживать нарастающее нетерпение. Предел моего терпения был достигнут.       Я довольно зарычал, лишь на миг отрываясь от Люци, чтобы сбросить с себя лишнюю одежду. Мой дражайший супруг, наблюдая за моими манипуляциями, невольно облизнулся, потёрся бёдрами о меня и изогнулся в мою сторону. От напряжения и желания всё тело словно горело, дрожало. Я кусал его пухлые губы, облизывал острые белые клыки, крепко прижимая Люци к себе за шею. Никогда и ни с кем я не целовался так страстно и нежно. С силой сжимая супруга в объятиях, кружил по его телу руками, вдыхая пьянящий аромат его кожи. Хотел слиться с ним в одно целое, стать единым.       Взгляд затуманился от желания осыпать его тело укусами. Люциус, издав тихий стон, запрокинул голову назад, и глухо застонал от боли, когда мои острые зубы впились в шею.       Отстранившись, с удовольствием вслушивался в его разочарованный стон, когда мои пальцы с пошлым хлюпаньем покинули разгорячённое тело. Живо сбросив с себя оставшуюся одежду, я потянул супруга за подбородок, заставляя приподнять голову. Он был прекрасен в своей похоти, в своей уязвимости.       Когда я попытался вырваться из его объятий, Люци непонимающе, даже обиженно заскулил, не желая лишаться источника тепла.       — Я только за смазкой, — пояснил я, заглядывая парню в глаза.       Дико покраснев, Люци разжал руки, позволяя мне встать. Нужная вещь нашлась практически сразу, что сильно удивило её обладателя.       — Перевернись, — выдохнул я, кончиком языка скользнув в ушную раковину и тут же отстранившись. Наблюдая, как полукровка шустро перекатился на живот и развёл ноги, я искренне и упорно пытался подавить желание всадить в эту тугую задницу сразу и до упора. Но входил медленно, придерживая дёргающегося супруга за талию и целуя лопатки. Ему было плевать, что на губах остаётся плотная отдушка масла, он лизал и закусывал кожу Люци, вырывая из его рта болезненные стоны.       Люци закатывал глаза и пригибал голову к моей груди, словно стремясь слиться со мной воедино. Войдя в его тело, грубо толкнул бёдрами, наслаждаясь тем, как сильно и влажно было внутри. В этот момент я схватил Люци за ногу и потянул к себе, одновременно засаживая ещё глубже, не давая ему двигаться. В его глазах появилась густая влажная пелена, делающая их цвет ещё более похотливым. Лёгкий ветерок трепал простынь, а я старался не выпускать из рук его дрожащие пальцы… Тихий треск ткани утонул в череде стонов и шлепков… Это были совсем другие ощущения. Они были ярче и насыщеннее самых желанных фантазий. Это было реально, это было здесь и сейчас.       Страстные, яростные поцелуи слились в один, от которого становилось трудно дышать. Я чувствовал, как его тело дрожит в моих руках, как он отдает себя мне без остатка.       Мы кончили одновременно, я — закусывая губы и напрягаясь всем телом, а Люци с громким стоном, прогибаясь в пояснице и дрожа, как осиновый лист на ветру. Открыв глаза, я приподнялся на локтях. Супруг замурлыкал, выгибая шею под ласковыми поцелуями, череда которых завершилась лёгким покусыванием нижней губы. Отвечать сил не было и гибрид просто улыбнулся, несколько лениво прижавшись ко мне.       — Понравилось? — спросил я, прижимая супруга к себе и зарываясь в пропахшие потом и сладостью эфира волосы.       Люци поёрзал в моих объятиях, устраиваясь поудобнее и сонно прикрывая глаза.       — Ммм… ага.       — Точно? — вздохнул я, поглаживая белое плечо и предугадывая его ответ, но лишь зря израсходовал умственную энергию. Люци промолчал, или мне так показалось… Я же с изумлением смотрел на вырубившегося брюнета. Он положил голову на мою руку и дремал, обняв за талию. Его тело, покрытое ровным тонким слоем масла, пота и других жидкостей, вздымалось от глубокого дыхания.       Я лишь усмехнулся, натягивая на нас плед. Затем провел ладонью по его небольшому животику, блаженно уместился на подушке.